[Laire]

Продолжение...

Зоя: “Первую брешь пробил Фродо, просто результат был виден не сразу”. “Фродо поверил и отпустил, заронив первую искру в душу друга”.
Вот тут не согласна. Не заронил, эта искра уже там была, в том-то и дело. Фродо увидел ее, не более того. И это дало ему надежду, даже если он сам не сразу это осознал. И даже когда он отпускает руки, то не отводит взгляд от Одо - единственный из четверых! - словно ждет какого-то знака.
Вообще, момент, когда Фродо отпускает руки своего двойника - самый страшный для меня. Да, Фродо лучше других понимает, что происходит в душе Одо, через что ему пришлось пройти. Но здесь - мое мнение - он допускает ошибку, чуть не ставшую роковой. Если бы эта сцена была написана для двоих, то Одо ушел бы и никогда больше - никогда! - они не нашли бы в себе сил начать еще раз этот разговор. Нить, соединяющая их, порвалась бы навсегда.

Доброта… Фродо спрашивает себя: “Разве этого мало?” В том-то и дело, что этого как раз достаточно. “Тот, кто шел на смерть ради друзей, не сможет отказаться жить для них”. Видимо, Фродо в тот момент не поверил, что этого достаточно.

Я согласна с Зоей, что “сильные и мудрые, и даже Перегрин отступили, т.к. снаружи ничего сделать нельзя. Одо сам должен захотеть спастись, протянуть руку навстречу”. И он захотел в конце концов. Поэтому можно сказать, что в целом разговор удался и цель была достигнута. Можно ли было в этом разговоре действовать иначе? Наверное, да, хотя однозначного ответа не существует…

Зоя: “Но если спасение превращается в пытку, стоит ли оно того? Разве можно спасти, изранив еще больше?”
Мой ответ, только мой: стоит и можно. НО - при некоторых условиях. 1. Если все висит на волоске. 2. По праву любви и дружбы.
Если, скажем, на твоих глазах дорогой тебе человек собирается броситься с моста в реку, разве ты не удержишь его силой? И не будешь держать и не пускать, не задумываясь о том, что оказываешь на него давление? Смиришься с его решением? Даже если жить ему будет тяжелее, чем умереть?
Наверное, на эти вопросы ответ однозначен. Но почему? Потому что ты любишь этого человека, даже с его недостатками и ошибками. Каким бы он ни был, без него тебе будет хуже, чем с ним. Разве в ситуации с Одо не так?
И вот подтверждение: “ Пусть он будет любым, каким угодно, думал Фродо, обнимая друга, мы все равно будем вместе. Всегда”. Как я ждала от них подобных слов! Поэтому я считаю, что они имели право действовать «силой». По праву любви, которая не признает логики и правил.

Для меня весь разговор “4 и 1” - это сердце vs разум; сердце побеждает. Логика сердца - прежде всего Фолько. Да, в разговоре они боятся причинить Одо еще бОльшую боль. И я их понимаю. Не навреди… Мало кто решится на такое, надо быть или очень сильным, или дойти до грани отчаяния - как Фолько. Да, он “оскорбил в лицо, ударил в самое больное место”(Зоя), но могло ли быть еще хуже? Мне кажется, хуже уже было некуда.
Зоя: “Фолько возвращает его физически”.
Опять же, не могу согласиться. Не только физически. Вообще, Фолько поражает меня тем, что часто видит и чувствует то, что никто другой не замечает. И иногда поразительно попадает в точку. “Ты бы в зеркало посмотрел, в кого ты превращаешься! - В темных глазах Одо мелькнул ужас”. Он знал, в кого превращается, знал, о чем говорит Фолько. Он взглянул на себя со стороны. Глазами брата и друга. Это - первый шаг к тому, чтобы стало стыдно за себя, чтобы захотелось бороться, что-то изменить, чтобы понять, что все это время слишком много думал о себе - а разве это не так?
Одо сам знал, что нужно для спасения. Через что нужно пройти снова. Это больно и страшно. Но это - единственный путь: все рассказать. Тогда стало бы легче, Фолько, опять же, был прав, хотя Одо и заорал на него тогда, “что ты понимаешь?”. Может быть, именно на это надеялся Гэндальф - что Одо найдет в себе силы для этого разговора. Не нашел. Смирился.

Зоя: “Но Мерри, глядя в глаза друга, видит в них только ненависть, отчаяние затравленного зверя, и понимает, что дружба их кончена.” Ненависть в глазах Одо? Как-то я в нее не верю, не вижу ее. А где же тогда “неуничтожимая доброта”? “Отчужденность, почти враждебность” это можно понять, а вот ненависть - нет, не то. Особенно после слов Сэма, который уж никак на него не давит, а просит, умоляет.

Что же решило дело?
Не думаю, что именно решение отпустить Одо. Скорее, самым важным оказалось их искреннее, неподдельное горе, отчаяние, растерянность. Одо видит, как они не хотят его потерять, как любят его, как дорожат их дружбой - что бы он ни совершил! - и ему захотелось жить. Ради друзей. Здесь вспоминается Фродо в Бри: “Как будто в руках растерянный Фродо держал этот огромный, незаслуженный дар, эту дружбу, которую ничем невозможно сломить”. Кто же может устоять против такого “незаслуженного дара”?
Мне кажется, не слова Мерри “пусть уходит, ему так будет лучше” остановили и спасли Одо. Спасла любовь, настоящая, искренняя, выраженная в этой сцене всеми четырьмя - и в большей степени выраженная невербально. Поэтому я и считаю, что все четверо сыграли свою важную роль в спасении Одо. Именно любовью и готовностью прощать, а не словами и поступками. Но у Фолько - особая роль. Он сломал психологическую защиту, сломал лед. Без этого, боюсь, ничего бы не вышло. Конечно, поведение Фолько - не рецепт и не образец, это экстремальный шаг в экстремальной ситуации. Благодаря Фолько, Одо снова почувствовал боль и страх - признак того, что он еще жив, что есть силы для борьбы. В такой ситуации боль и страх=путь к спасению.
Почему это так важно?

Когда доходишь до последней черты, когда уже нет сил бороться, когда не веришь ни во что, не надеешься ни на что, когда все слезы выплаканы и глаза сухи - тогда уходит боль, потом страх, и остается: равнодушие, спокойствие, холод. Про Одо: “Он снова подчинился, так же безропотно, как будто безвольно… Но крепкие, добрые руки Одо были холодны, как лед. … Он давно смирился с судьбой, оставив позади бессмысленное отчаяние, протест против неизбежности. … Я не боюсь, сказали ему темные глаза Одо. И мне совсем не больно сейчас. Только холодно.”
Пока тебе страшно и больно - ты жив. Если ты дошел до точки, когда уже не страшно и не больно - ты почти мертв. Тебе безразлично, что будет с тобой. Тогда ты умираешь - неважно, как и когда. Ты можешь годами медленно спиваться - или принять яд. Неважно. Ты обречен. “А можно с этим жить?” (Ходок)
У тебя есть только один шанс на спасение, только одна ниточка, соединяющая с миром живых - если тебе все равно, что будет С ТОБОЙ, но НЕ все равно, что будет с кем-то другим. Если есть, ради кого жить.