Цитата:
Первоначальное сообщение от Marya
К вопросу о допустимости: примерно такие же вопросы задавала, помнится, Светлана Лихачева в треде на АнК, посвященному ПТСР и разбору ее рецензии.
(сообщение от Alla, ближе к концу страницы)
|
Меня не заломает еще раз процитировать Коалу:
-----------
Пневматика по-дурдомски, или кто боится Питера Джексона
Вот все-таки это интересно - от кого исходит дух? От Толкиена? И только ли от Толкиена? Или от Джексона? Или от Толкиена и от Джексона? Или от Толкиена через Джексона?
Что за хренота такая, спросят здравомыслящие люди. За что воюем-то? Где повод для битвы?
Нет, я понимаю, что если послушать даже обычный толкиенистский разговор, человеку несведущему может поплохеть. Я вот тут давеча сама поддерживала беседу на предмет того, бывают ли у эльфов декольте. Каково, а? :-) Сразу вспоминается Масянин Хрюндель: "А другой сказал, что если мы сядем в космический корабль и начнем свободно падать, то попадем в сингулярность и не увидим никакого горизонта событий. Прикинь? Во где наркоманы-то...".
Опять же, с моей точки зрения, если кто-то клево удолбился до эльфов с декольте, а кто-то, опять же клево, удолбился до эльфов с воротничком стоечкой, то это совсем не страшно и биться тут не за что. Главное, что все удолбились клево.
Но созерцая баталии (в которых удолбились уже до того, что стали друг друга делить на настоящих и ненастоящих толкиенистов), я отказываюсь понимать, почему люди, собравшиеся для получения совместного удовольствия от обсуждения любимой книжки, вдруг перестали получать это самое удовольствие. Я отказываюсь понимать, почему разговоры про воротнички эльфов, умирающую Арвен, важность очистки Шира и прочую безобидную чушь и веселую белиберду приобрели статус серьезных споров - причем споров с серьезным выражением лица и чуть ли не до драки. По мне, так обсуждать с насупленной рожей понарошечные вещи, выдуманные для детей и взрослых жизнерадостным английским профессором, - это перебор. Это хуже, чем наркоманом быть :-(.
Я не понимаю, как все дошло до таких степеней запущенности, но зато я вижу характерные симптомы. Для меня, как для лингвиста, они словесные и словарные. Все более настораживаясь, я замечаю, как увеличивается в объеме словник, исполненный вокабул типа "апокриф", "Книга", "дух (Книги)", "Канон", "святыня", "осквернение (тоей самой святыни)". Я вижу, с каким странным презрением произносится слово "отсебятина", за которую Джексона можно "простить", а можно и "не простить". Я вижу, с какой болезненной тщательностью выискиваются и сличаются контексты, с какой свирепостью, прям как жизненно важных доказательств на судебном процессе, требуют: "Приведите цитату! Покажите мне, где это сказано у Толкиена в Книге!"
В конце концов, что ж так волноваться-то? Мы же не на вселенском соборе сверяем новозаветные и ветхозаветные контексты с целью вынести последнее решение о единственной догматической истине. Это только верующие к Священному Писанию не могут ни слова добавить, потому что верующие считают - в Писании дано откровение свыше. Это только по отношению к Книге (для европейской культуры Книга с большой буквы одна - это Библия) принципиально важно, что канон, а что апокриф.
Вот именно. В этом все дело, и в этом вся разница. Если люди говорят о предмете, применяя слова, относящиеся к другому предмету, они сближают две этих вещи. Это называется когнитивная метафора. Англичане говорят о споре в терминах войны. Толкиенисты стали поговаривать о книжках Толкиена в терминах религии Откровения. Нет, я не утверждаю, что это сознательное сближение. Носитель русского языка не осознает, что для него совесть - воображаемый орган тела. Толкиенист, орущий про осквернение великой Книги и про невыносимую отсебятину в фильме Джексона, не осознает, что для него книги Толкиена стали чем-то сродни Священному Писанию. Но он сближает эти вещи. Его выдает язык. Логос не обманешь.
Так что ж мы дуемся на то, что толкиенисты пользуются в СМИ славой сектантов? Журналисты - они ведь тоже всего лишь используют метафору "религии", чтобы охарактеризовать весь этот сакрализаторский процесс.
Как хотите, но для меня вся эта пуристическая серьезность и трагедийный накал ("он изменил это место в Книге!", "что он сделал с Гондором (Роханом, Мордором, Лориэном, Денетором, Королем, нами и вами)!") имеют отчетливо патологический привкус.
http://www.kulichki.com/tolkien/arhiv/kino/lotr-8.html
-------------------------
Беды тут две.
Первая - некоторые товарищи, в частности, Ринон и Светлана Лихачева, воспринимают Толкина как Священное Писание.
Вторая - некоторые товарищи не видят принципиальной разницы между проблемой эльфийских воротничков и декольте и писанием гомосексуальных эротических фантазий.
Вот для Алены это все текстуальный эксперимент.
Эта точка зрения имеет ограниченную область применения - сугубо филологическую. Для филологии ведь смысл текста важен постольку-поскольку, предмет тут - устройство текста и разнообразные его языковые характеристики.
Но это вторичность, исследование (да и тут важно отдавать себе отчет в том, к какой цели ты стремишься). С тем же успехом можно исследовать "Майн Кампф" и речевую продукцию шизофреников. Ох, у меня есть великолепный образец, подруга-психиатр предоставила - пачку сочинений кондового. классического шизофреника, там такой материал для изучения! Занимайся я речевыми расстройствами... эх.
Но при подходе. декларируемом Аленой, смылс литературы пропадает вовсе. Становится важно. как написан текст и соврешенно неважно - очем. То есть рассматривается только форма, а содержание считается несущественным.
Такой подход льюисовский Баламут описал как результат долгой и кропотливой работы адских засланцев - чтобы, читая книгу, человек думал о том, кто повлиял на автора, да как развивались взгляды автора, да какие приемы автор применяет. но чтобы читатель совершенно не задумывался над смыслом написанного.
Делать вид, что между слэшем, обыкновенным толкин-апокрифом и Шекспиром нет другой разницы, кроме формы - крайнее лицемерие.
Это все равно, что ставить на одну доску неоднократно помянутую мной "Жюстину" и "Лэ о Лэйтиан".
Цитата:
Это я не к тому, что надо и ПТСР с ЧКА запретить заодно со слэшем, а к тому, что одни и те же вещи некоторых до глубины души шокируют и оскорбляют, а других восхищают или занимают.
И что теперь?
|
Научиться отличать порнографию от любви, а эротические фантазии - от творчества.