|
Агрегат вовсе не походил на привычные нам по фильмам и мультикам творения сумасшедших изобретателей с торчащими во все стороны проводами и деталями. Нет, компактный, цилиндрической формы, с соразмерными пропорциями, он радовал взгляд своей благородной простотой и функциональностью. Была конечно в нем и некоторая "ардическая" специфика, ведь электричество в ту эпоху практически не применяли даже гномы. Так, управление осуществлялось механическими и гидравлическими приводами, а индикационная панель представляла из себя множество трубочек с нанесенными на них делениями и разноцветными жидкостями внутри. Знающему человеку для определения состояния установки с лихвой хватило бы одного взгляда на них. А Таша была знающим человеком.
Строри любовался, как девушка колдовала у пульта управления. Ее руки порхали над кнопками и переключателями, она напоминала музыканта, и гном почти слышал эту музыку, Песнь Творения, которая делает человека равным богам.
Но настала пора поработать и самому гному. Строри склонился над иллюминатором. Там, в глубине установки рождалась маленькая капля жидкого солнца, и ее нужно было заключить в сверхпрочную прозрачную капсулу...
***
Пока агрегат остывал и дегерметизировался, флегматичная Таша даже успела поспать. Зато Строри только и успевал нарезать круги по потолку. И едва только с индикаторов исчезли красные столбики, он кинулся к установке, судорожными движениями отвинтил запоры, откинул крышку и, не обращая внимания на хлынувший изнутри жар, схватил новорожденный кристалл.
На ладони гнома лежал сгусток мягкого пульсирующего света. В нем угадывались все цвета радуги - именно угадывались, потому что цвета менялись прежде чем это мог зафиксировать разум. И что удивительно - не было никаких теней, как если бы гном держал обычный фонарь. Казалось, волшебный самоцвет просто уничтожает темноту.
- Пошли наверх! - Строри схватил полуорку за руку и потащил ее к двери. Единым махом они преодолели две дюжины лестничных пролетов и оказались на смотровой площадке башни посольства. Гном протянул руку с полыхающим камнем навстречу Звезде Эарендила.
Небывалый свет разогнал ночь над Минас Тиритом. Пораженные люди вскакивали с постелей, смотрели в окна. Саурон от неожиданности пролил на себя очередной коктейль. А далеко за Морем, в Мандосе, Феанор, застонав, начал пробуждаться от многотысячелетнего беспамятства - его творение больше не было уникальным...
Строри негромко рассмеялся, затем сжал руку в кулак. Яркость свечения практически не изменилась, поменялся только цвет - в нем стало больше желтого оттенка. Рука гнома казалось прозрачной, сделанной из освещенного изнутри янтаря. Затем гном вновь разжал пальцы и протянул драгоценность Таше.
- Возьми!
Таша приняла кристалл очень осторожно - она помнила рассказы о том, как сильмариллы сжигали руки "неправедным". Но она ощутила только приятное тепло, а еще - что-то вроде громкого мурлыканья, будто держала на ладони довольного котенка.
- Твой день рождения в этом году был очень суматошным, всякие схватки, погони... - смущенно сказал Строри. - Я тебе тогда так ничего и не подарил. Теперь исправляю упущение. С днем нерождения, Таша!
|