Общая зала "Пивной кружки" была пуста. Столы и скамьи стояли там, где им и положено было стоять, но на них не было ни подносов, ни кружек, и никто не сидел на скамейках и не пил. Кири прошла между столов к двери на улицу. Вместо зеленой блузы на ней было незаметное серое платье из простой шерсти, ее рыжие волосы были стянуты сзади лентой.
Перед дверью она остановилась. Почему-то одна из скамеек была перевернута. Кири нахмурилась – это что-то значило, но что? Она толкнула дверь и вышла на улицу. Было светло, хотя солнца видно не было; было вообще непонятно, откуда идет свет.
Я совсем не видела Кеймлина, подумала девушка.
Но лучше я посмотрю на него завтра. Действительно, что толку гулять по улицам, на которых нет прохожих? Зачем заходить в лавки, где никто ничем не торгует?
Кири закрыла глаза. Когда она открыла их вновь, города вокруг не было. Она стояла на высоком берегу Алгуэньи. В норах на обрыве гнездились сотни ласточек, они летали туда-сюда, то взмывая к небу, но проносясь так низко над водой, что, казалось, задевали ее своими длинными крыльями. Кири очень любила это место. Здесь было... хорошо.
Внезапно, с неба камнем упал сокол. Кири вздрогнула и проснулась.
Так, кажется, усталость не гарантия, что не будет снов. Кири поежилась – в ее комнатушке было очень холодно, из окна немилосердно дуло. Спать как-то сразу расхотелось.
Она встала и, завернувшись в одеяло, выглянула из окна. Дождь кончился, и ночное небо было чистым.
Пойти, что ли, прогуляться? Кири отогнала от себя эту вздорную мысль. Она зажгла огарок свечи и, чтобы хоть немного согреться, оделась – темно-зеленое, почти черное, платье для верховой езды, было куда привычнее ее "лудильщицкой" блузы. Плащ должен был прикрыть то, что Кири хотелось бы скрыть: четыре горизонтальных ярких вставки на груди, выглядели бы по меньшей мере странно для тех, кто видел, как она пела на столе в таверне. Словно бы она носила вещь с чужого плеча...
Спать не хотелось, а в крошечной комнатке делать было совершенно нечего. Пустота ночного города манила. Кири тихонько на цыпочках спустилась вниз.
- Что, дочка, не спится?
Кири едва не подпрыгнула от неожиданности. Она не ожидала увидеть кого-нибудь на кухне в этот час.
- Не спится, мистресс Альма, - ответила она и постаралась улыбнуться толстой поварихе как можно более искренне.
- Это от голода, - авторитетно заявила Альма Хоторн. – А ну-ка садись.
Это было сказано таким тоном, что Кири не могло прийти в голову не подчиниться. Очень скоро оказалось, что она действительно была очень голодной, тем более что пирог с капустой был просто превосходным.
