[Sam O`War]

Желтые глаза Луртца сухо блеснули. Бесшумно переступив, он еще на шаг приблизился к тому, кто через минуту, Луртц знал это наверняка, через минуту станет трупом.Теплым, трепыхающимся, агонизирующим, окровавленным трупом. Зрачки расширились, заполнив чернотой радужку. Серый противник ощерился, выплюнув какое-то то ли ругательство, то ли проклятие. Слабак. Крысеныш. Куда ему тягаться с прирожденным убийцей! С тем, чья природа - лишать жизни.
Заостренные уши Луртца, плотно прижатые к черепу, ловили каждый вздох, каждое движение жертвы. Противник не собирался дешево продавать свою шкуру. Каждый мускул его, казалось, звенел, как натянутая тетива, готовясь отразить неизбежность, зубы скрежетали, а взгляд был храбро направлен в глаза Луртцу. Яростный, бесстрашный взгляд без тени страха или сомнения. "Не иначе он мне глотку перегрызть собирается?"- насмешливо подумал Луртц и сделал еще один плавный, опасно-вкрадчивый шаг, пружинисто приседая.
Противник был силен, спору нет. И, судя по всему, пережил не одну схватку и из многих боев вышел победителем. Но он почти на голову уступал Луртцу в росте. Да и по всем остальным параметрам вряд ли мог с ним тягаться. Не одно поколение бойцов, охотников и убийц стояло за плечами самого совершенного смертоносного создания, чье имя было - Луртц.
Лу-ур-р-р-ртц! Утробный рык, сродни боевому кличу. Ему нравилось это имя. Он сам его выбрал из многих других. К тому же его было так легко произносить. Нет, слов Луртц не любил. Его стихией всегда было действие. Яростный напор, схватка, свежая кровь и хруст разрываемой плоти…
Запах уже будоражил ноздри - настолько близок был этот серый ублюдок. Ходячее оскорбление в адрес эволюции (не говоря уже о селекции). Луртц был, как недосягаемый эталон совершенства на его фоне. Каждая кость, каждое сухожилие, каждый мускул, каждый волос на его теле были плодом бесконечного терпения и непостижимого разума природы и Создателя. Каждое движение было безусловно рефлекторным, точным и безошибочным. Да, ему было, чем гордиться. Но даже эта гордость была сейчас на третьем плане. Вперед вышли ощущения и чувства. Ощущение себя, своего положения в пространстве, самого пространства и как с ним соотносится эта тварь, обреченная погибнуть от его удара. И чувство всепоглощающей жажды смерти и крови. Противник уже казался чем-то лишенным собственной сущности. Это была просто тварь, животное, которое стоило и следовало лишить права хрипеть, оскалившись, проклятия и ругательства в адрес Луртца и Создателя...
Они прыгнули одновременно. Сильные тела схлестнулись в воздухе и рухнули на землю, одно - с утробным воем, другое - с предсмертным визгом. Впрочем, визг быстро стих - Луртц просто перегрыз глотку этой крысе.
Через полчаса все будет тихо и мирно. Шерсть на загривке и возбуждение улягутся, и Луртц с удовлетворением отметит, что эта крыса, пожалуй, была покрупнее всех предыдущих. А пока он стоит, ощетинившийся, над теплым, агонизирующим, окровавленным трупом и торжество высшего создания переполняет его кошачью душу.