[Helgaxorx]

... Ох, и пожалела она в следующее мгновение, что так сказала!
В одно мгновение перелетев через него, оказаться придавленной к жесткой скамье, с задранной юбкой, и...
Ей показалось, что она сейчас умрет. Он овладел ею так, как умел – резко и быстро, без ласки, до самых дальних пределов... Кто же знал, что она такая... слабенькая... вскрикнула... еще кто-то услышит... Лурц остановился и поглядел на нее – с сожаленьем. И она... открыла глаза, улыбнулась, поднялась на локтях, и поцеловала его – куда смогла дотянуться, где-то между грудью и животом, ниже повязки... и орк понял, что победил – в этом нелепом состязании, где слова предваряют соитие, а оно, в свою очередь, странным образом подкрепляет слова...
И они двигались слаженно, словно детали какого-то механизма, и она, такая нежная и мягкая, и снаружи, и... там... она охватила его, словно безумная мысль – сумасшедшего, лишила всякого представления о реальности, до потемненья в глазах, до судорог, до последнего содрогания, до покоя, когда потолок переливается всеми цветами побежалости, а руки и ноги становятся вялыми, как после двух суток ходьбы...
Нет, кажется, руку он все-таки растревожил – ишь, заныла, проклятая. Ну да все это – чепуха. Главное – ей понравилось, и теперь он может... да, а что он теперь может – уйти? Нет уж, дудки! Теперь, когда он приобрел такого союзника, он подождет Эомера. Дождется, свяжет, переломает ему руки и ноги и притащит в Ортханк.