[Helgaxorx]

Об орочьих дамах. ИМХа.

Согласно исследованиям этнографов и археологов, в самой древней форме родоплеменного общества преобладал матриархат. Действительно, ни один член этого общества не мог с точностью сказать, кто его отец, родство считалось по матери. Мужчины, занимающиеся охотой и войной, периодически выбивались, носителем традиций, памяти, в этом случае могла быть только женщина, причем – старшая женщина, «бабка». Мужчины, более подверженные модификационной изменчивости, представляют «материал для отбора», но войны осуществляют отрицательный отбор – чаще остаются в живых трусы и предатели, следовательно, должен быть разумный выбор именно со стороны женщины – труса и предателя – в расход, героя, даже израненного – на расплод.
При развитии общества в форму соседской общины мужчина приобретает главенствующую роль (семья-прайд), но влияние женщины в обществе, находящемся в перманентном состоянии войны, не может сойти на нет. Возможен переход от руководящих функций во всех сферах жизни в духовную сферу и сферу общинной памяти. Отголоски этого можно встретить и сейчас – в той же России, где мужиков выбивали в каждом столетии, или в Сицилии, где по сию пору существует кровная месть.

Женщина и война. В первобытном обществе не так жестко относятся к соблюдению своей роли женщиной, часто можно встретить женщин-охотников и женщин-воинов. Для них были несколько особые условия существования – к примеру, у североамериканских индейцев женщина-охотник не могла завести семью, но в остальном была равноправной с мужчинами. У древних финнов вообще практически все женщины при необходимости брались за оружие, следовательно, учились с детства обращению с ним.

Эстетика в первобытном обществе. Не менее развита, чем в любом другом. Свободного времени у первобытного человека было побольше, чем у современного, несмотря на тяжелые условия существования, а духовная сфера диктовала необходимость применения изображений и знаков для защиты себя, жилища и потомства. Везде, где есть шаманизм – есть и искусство, как способ применения магии.

Следовательно, в орочьем обществе, находящемся в стадии от общины родовой до общины соседской, должно бы быть так:
1) Роль женщины однозначно больше, чем при феодализме. У племен наименее развитых – прямой матриархат, возможно, только в духовной сфере, вплоть до существования главного женского божества – праматери, в противовес «человеко-эльфийскому» божеству-демиургу Эру Илуватару. Он, как и последующие преобразователи Арды, считается «одним из супругов», роль которых – «оплодотворять», и которым она вполне могла «давать отставку». У более продвинутых – отголоски матриархата, уважение к «старшей женщине», которая является носительницей родовой памяти и, возможно, колдуньей (шаманкой). «Бабки», которых боятся и любят. Остальных дам можно и поколачивать.
2) Участие женщин в военных действиях намного больше, чем у людей, хотя бы потому, что в случае, когда мужчины погибнут, они должны прикрыть детей и подростков, дать им возможность уйти от гибели. «Овцы» просто не выживут. Также – возможен институт «женщин-воинов», до трети всего женского населения, с определенными ограничениями для них в других сферах жизни.
3) Эстетика и украшения. Скорее всего, татуировки и шрамирование, как применение защитной магии. В холодных краях – на лицо, в теплых – на все тело. Наносится, повидимому, при достижении совершеннолетия, знаменует вступление в репродуктивный возраст. Тогда же осуществляется выбор юной орчанкой своей судьбы – игла в руки или меч на пояс. Хотя, по-видимому, он ясен задолго до этого. Закрепленная в виде «вечного рисунка», эта роль не подлежит изменению вплоть до смерти, которая у орок наступает, в большинстве случаев, от «неестественных причин», ибо старение в человеческом смысле им неведомо. Кстати, «визг и неорганизованное отступление», описываемое Профом, вполне можно отнести за счет того, что в качестве последнего резерва были брошены в бой женщины и подростки.

О шаманизме ИМХу подбросить?