Цитата:
Originally posted by Vic
Недавно я стала замечать, что для меня существуют как бы два Фро - условно говоря, "киношный" и "книжный". И если по поводу "киношного" я могу стебаться, прикалываться и т. д., то образ "книжного" для меня - практически святое. Над этим персонажем я прикалываться не могу, не буду и не умею.
|
Знаешь, Vic,лично меня никогла не тянуло стебаться и прикалываться ни над одним из "двух" Фродо.Тем более, что Фродо из фильма,не буду скрывать, произвел на меня огромное впечатление, поскольку и почти полностью совпал с моим "личным" Фродо.
Я, конечно, ничего не могу поделать с существованием всего этого стёба, но меня,если честно,он раздражает и угнетает. А порой - вызывает отвращение. Я могу посмеиваться почти над всеми персонажами фильма (хотя не испытываю большого желания), но тут меня ломать начинает. Уж извините, граждане, на Фродо (в любом его варианте) у меня чувства юмора не хватает.
Поэтому я почти не захожу на соответствующие треды. И стараюсь не читать соответствующее "творчество".
У меня, впрочем, теперь тоже существуют как бы "два" Фродо. Правда,в моем сознании эти два образа... как бы это поточнее сказать... переплетаются, что ли... прорастают друг в друга... Симбиоз, короче, получается. Например, нешне я себе Фродо другим представить уж не могу.
Впрочем, это самое легкое. Я уже говорил как-то, что читая книгу, никогда не могла представить себе лицо Фродо, только его глаза, его взгляд.А у Фролайджи, хоть он и был моложе (и красивее), чем я считалаФродо, именно такие глаза, взгляд и оказались... Все остальное я приняла без звука - как "приложение" к этим глазам человека, уже заглянувшего в ад.
А потом (я уже тоже об этом говорила, но где-то в самом начале треда) для меня киношный Фродо из Братства во многом оказался по-человечески ближе, понятней, реальней, чем его тезка из первой книги.
Я никогда особенно не любила книжного Фродо из "Братства" - многие его поступки казались мне слегка немотивированными, а он сам - чуть-чуть схемтичным. Я не понимала, откуда иэ этого довольно приземленного, уравновешенного и внутренне довольно благополучного эсквайра Бэггинса может получиться тот Фродо - сгусток чистого духа (если вы понимаете, о чем я) - из Двух башен и Короля, который всегда ранил меня в самое сердце. Причем качественная перемена происходила как-то внезапно. Фродо из финальной сцены Браства (при всем ее драматизме) и первых сцен Башен на Эмин-Муиле для меня всегда казались совершенно разными людьми...
А в фильме - в Вуде-Фродо с самого начала очущается гораздо более высокий накал внутренней жизни, если так можно выразиться.
В книге о Фродо (после ранения) говорится, что он стал острее отчетливее воспринимать мир, предчувствовать опасности и неудачи. Но до второй книги мы этой интенсивности и остроты внутреннего восприятия не ощущаем. А во Фролайджи это свойство проявляется очень отчетливо и сразу (благодаря невероятной природной энергетике актера - недаром кто-то сказал, что он играет "душу" Фродо).
Вуд дает мне заглянуть в душу своего героя, и я начинаю лучше его понимать - с его страхами, неуверенностью, чувством долга, самолюбием, юмором, любовью к дому и друзьям, фатализмом, мужеством... Короче. всем тем "компотом" противоречивых качеств и эимоций, которые живут внутри каждого разумного существа. Благодаря Вуду и Джексону Фродо окончательно стал для меня живым и рельным, не книжным героем, а существом из плоти и крови.
А потом, по требованию Джексона, после первых безоблачных сцен, актер очень рано начинает играть предощущение, предчувствиетрагедии, ощущение рока в судьбе Фродо. Наблюдая за тем, как меняется этот мальчик от первой его безоблачной улыбки в ширском лесу,к той, финальной - на Эмин-Муиле, я понимаю, откуда возьметсяФродо, который будет, стиснув зубы, на одной силе воли и духа, ползти к Ородруину.