[Fridmanka]

Уф, прочитала я этот текст.
Ну, все верно. Все разложено по полочкам, разжевано и прикноплено в виде наглядных картинок к доске. По этим картинкам еще и указкой водят, чтобы понятнее было.
Нет, эссе замечательное. Я очень со многим там согласна. Даже, пожалуй, со всем. Про Сарумана, кстати, мне очень даже понравилась мысль. А ведь правда: лгал, зараза!

Но вот в чем дело: Все это - только одна плоскость. Психологическая. Но у Толкиена СОВЕРШЕННО ТОЧНО есть еще другая - духовная.
(ну зануда я, зануда! Все гну свое)
А именно - присутствие сил "помимо силы зла".
Думаю, что Фродо не вдавался в подробности, которые здесь обсуждались когда-то в треде про сильм и католицизм - по своей воле Валар все делают или только под чутким руководством Илуватара. Не суть важно.
Но он явно должен был думать о своей роли в истории Средиземья, о предназначении, о долге и милости. Просто если бы Толкиен хотя бы намекнул на это - получился бы Толстой. "А отсюда мораль" (с) Герцогиня
Когда Фродо мог обо всем этом основательно подумать, чтобы сознание вступило в борьбу с собственным психическим разрушением? Конечно, когда писал книгу (раньше не до того было). Автор эссе явно недооценивает эту работу Фродо.
Это даже сильнее по действию, чем дневник. Это переосмысление, но в совсем ином масштабе. В масштабе эпохи, и не одной. В масштабе не его, хоббитской, маленькой силы, которой не хватило, а сил, на которых держится Арда.
Нет, я не хочу сказать, что Фродо за 2 года заделался великим философом. Но он многое понял - это точно. Когда он говорит, что Шир был спасен - у него, имхо, уже нет горечи, только мир. Так оно, по сути, и было. Он пытался, сделал все, что мог, и благодаря этим самым высшим силам со знаком + Средиземье было спасено. А представляете, как прозвучало бы, если бы он сказал "Я пытался спасти Шир и спас его". Мог Фродо такое произнести? Смирение перед Провидением.

"Не для меня". Я согласна с психологической подоплекой. Но ограничиться этим значит сказать Толкиену: "Отдыхай со своей философией, у нас все схвачено в учебнике по психиатрии".
Есть смысл, истина самопожертвования (потому и цепляет так, как ничто другое. Никакие подвиги Арагорна, при всем моем почтении, не катят). Спасти что-то ценой своей жизни - это по определению значит не для себя. Но вот в чем еще дело: Кладя жизнь на алтарь, ты как бы вручаешь ее тому, чей это алтарь, дабы тот распорядился жертвой наилучшим образом. От жертвы это уже не зависит. Не зависит и его награда - и будет ли она. От Иисуса не зависело, воскреснет Он или нет.
А награда последовала. И не изгнание, и не иллюзорная надежда, как изволит выразиться автор эссе. Это не уход из жизни (на этом месте хочется громко кричать и топать ногами). Это новое путешествие. Это реальная надежда, даже уверенность в излечении.
А теперь внимание, банальный вывод.
Фродо искал свое место в истории и в жизни. И нашел. На корабле. Не знаю, как вам, а мне светло.