Типа, гы.
Небезызвестная "о'Вар, Дитрих, Рианнон энд Мун инкорпорэйтэд" представляет вашему вниманию очередной творческий шудевр. Итак,
"Сказание о битве при Минас-Тирите, достославной воительнице Идари и доблестном орке Готмоге."
Как по-над страной по-над Мордорией
Собиралися стаи воронов
Тучей черною, силой грозною,
По прозванию тарки-гондорцы.
Собирал народ княже Саурон
Орков-гоблинов да с вастаками,
А еще харадских дружинников
Да с мумаками со бойцовыми.
Зачинал базар княже Саурон:
"А побьемте-ка тарков-гондорцев
А их стольный град белокаменный
Раскатаем по мелким камушкам!"
Отвечали ему орки-гоблины,
Да вастаки с дружиной харадскою:
"Отчего ж не побить нам гОндорцев,
Да не справиться с супостатами?
Только надо нам во начальники
Не какого залетного назгула!
В генералы хотим твоего сынка -
Храброго Бургхашу Сауроныча!"
Отвечал им княже Саурон:
«Раскатали вы губы немеряно.
Мой сынок дорогой сейчас в Мории,
Зажигает с отрядом хранителей.
Лучше вместо сынка родимого
Дам я деву вам во начальники.
Непростую деву - воительницу,
Благородного духу феминистского!»
Взволновалось тут войско орочье,
Да дружина вастако-харадская.
Даже варги от удивления
Перестали друг друга покусывать...
Возопили тогда орки-гоблины,
Да вастаки исламообразные,
Да харадцы негроидновидные:
"Пожалей ты нас, батька Саурон!
Пощади наши буйны головы!
Ты почто нас стращаешь напастями?
Это где ж в Средиземье видано,
Чтобы дева войском командовала?!"
Отвечает им княже Саурон:
"Не кидайте мне пальцы веером!
Вы в глаза эту деву не видели,
А хулу на нее уж возводите!"
И сказав эти речи грозные,
Свистнул Властелин Черный посвистом,
Богатырским посвистом заливистым,
Феминистку-деву призывающим...
Тут же в глаз получил грозный Саурон:
"Не свисти в доме - деньги выведешь"
Покраснело око, забагрянилось,
Стал оправдываться княже Саурон:
"Дык, не в доме свищу - на улице,
И приметы здесь не работают.
И не знал я, где ты шарашишься,
А мобильник мой с утра сломанный...
И вообще, вот тебе подчиненные.
Тумаками их будешь охаживать,
Будешь матами их воспитывать,
И меня больше в глаз не тыкати."
Обернулась к войску начальница
И давай подчиненных рассматривать.
(Воины сразу пуза повтягивали,
Да расправили плечи молодецкие,
Да глаза на деву повыкатывали).
Феминистка брови нахмурила,
Погрозила им тонким пальчиком:
"Да у вас, мужики, дисциплины нет!
Почему это рты улыбаются?
Почему это шеренги неровные,
И оружие давно не мазано,
А доспехи "Кометом" не чищены?
От руки вы женской отбилися!"
Содрогнулися орки-гоблины,
Услыхав такое кощунствие:
"Где же видано, чтоб воители
Порошками кольчуги драили?"
А вастаки исламообразные
Паранджами все прикрываются,
Чтоб начальница не увидела
Как они во весь рот ухмыляются.
А харадцы негроидновидные
И уруки, бойцы изенгардские,
Паранджами не обеспечены,
Так и лыбятся, так и скалятся,
Зубы черные демонстрируя.
Возопила тут дева грозная:
"А подать мне сюда саблю вострую!
У кого клыки не начищены,
Тот здесь ляжет сейчас обезглавленый!"
Да вздохнула грудью немалою,
Да притопнула стройной ножкою...
Зазмеилась земля тут трещинами
От такого удара тяжкого,
Даже Ородруин огнедышащий
В сыру землю на ушел 30 сажен.
Видят орки, вастаки с харадцами,
Что попалась им дева лютая.
И решили они повнимательней
Приглядеться к новой начальнице.
Тут девица феминистичная
Водрузила шелом на голову,
Обрядилась в хламиду назгулью,
Оседлала дракона черного.
Кистенем пудовым помахивает,
На полки на мордорские поглядывает.
Да покрикивает на воинов:
"Ну-ка, кто мне тут супротивником?
Кто хихикает, ухмыляется?
Выходи сам-друг в поле чистое,
Чтоб померяться силой богатырскою!
Так и быть, зашибу, не дО смерти!"
А коль ищете продолжения,
То сходите по этой ссылочке.