26 (вернее, уже 27) сентября сего года ваша непокорная слуга доставила себя до Московского вокзала и, кинув кости на верхнюю полку любимого поезда № 55, отбыла в первопрестольную. Первопрестольная встретила, как ни странно, ласково: предсказанных местными пифиями дождя, града, снега, урагана, смерча, оползня и прочих радостей жизни не случилось, и слегка нетвёрдые от недосыпа ноги ступили на священный, хоть и немного заплёванный столичный асфальт. "Москва... как много в этом буков - и эм, и о, и эс, и ква..." - что-то в этом духе вертелось в голове, пока автопилот уверенно вёл меня сквозь каменные дебри Садового кольца к гостеприимному дому Эйре. Во дворе сего приюта для страждущих автопилот, правда, завис и чуть было не выдал "system error", ибо помойку, отмеченную хозяйкой как главный ориентир на пути к вожделенному парадному, обнаружить не удалось. Но - где наша не пропадала! - искомый вход был таки торжественно найден, хозяйка поприветствована, и после недолгой официальной части с традиционным впиванием чая и не менее традиционным очищением одежды от дорожной пыли, которую ласковые проводники заботливо засыпают в постельное бельё, чтоб жизнь мёдом не казалась, мы двинулись по направлению к славному торговому комплексу "Олимпийский" на встречу с Тассель и Фрейей.
О, этот "Олимпийский"! О, этот рай для маньяков и плюшкиных, кропотливо собирающих всякую абсолютно не нужную в хозяйстве фигню с физиономиями возлюбленных остроухих, мохнолапых, меченосцев и рогоносцев, волосатых и бородатых... впрочем, сие уже поэзия. Два нехилых искушения преодолела я в его залах, два плаката с героями ВК остались героически не куплены, и к моменту выхода из его стен я преисполнилась уважения к собственной силе духа, блаженно не зная, что этому уважению осталось жить несколько часов...
Итак, я занималась самолюбованием, Фрейя сгибалась под тяжестью пакетов со вкупленными ею паззлами и альбомами, Эйре загадочно улыбалась каким-то своим не менее загадочным мыслям, а Тассель бредила мидиями и сочиняла хокку, которое я, к сожалению, дословно не запомнила, но неумолимый смысл коего состоял в том, что мы идём в "Патио-Пиццу". Почему именно туда? - ответ на этот вопрос был преподнесён официантом в красочной обёртке вкупе с поздравлениями Тас с днём рождения. Там же нас догнала Сильвер, своим цветущим видом контрастировавшая с трагическим рассказом о посещении врача и продлении больничного. Въев пиццы с домашним лимонадом (коий был опознан как средство от изжоги) и ознакомившись с ценами на мидии, мы отправились искать ВК на английском для Фрейи и место для впития содержимого красочной обёртки для всех. И первое, и второе вскоре было найдено, а между тем и этим, в ЦУМе, мною было потеряно то самое самоуважение и приобретён постер ВК. К слову сказать, данный постер стоил примерно в восемь раз дороже обоих предыдущих вместе взятых и "съел" добрую половину ВСЕХ моих денег, взятых с собою в дорогу...
Удобно расположившись на спинке скамейки в скверике напротив Большого театра, мы вскрыли подарочное шампанское и сделали по большому и вкусному глотку, как вдруг наше невинное времяпровождение было грубо прервано топотом копыт. Увы, то были не храбрые рохирримы и даже не вновь воплотившиеся назгулы, а банальный наряд конной милиции. К слову сказать, лошади у них были шикарные. Мне особенно понравился изящный чёрный красавец-скакун, на котором неуверенно гарцевал один из ментов. Эх, вот бы таких ПиДжею - не пришлось бы пользоваться гуашью и масляной краской...
Проблема состояла в том, что оба всадника остановились в непосредственной близости от места нашей дислокации, вследствие чего бутылке шампанского пришлось временно перебраться под юбку Тас. Конники покурили - мы тоже покурили. Они посмотрели на нас - мы посмотрели на них. Они заулыбались - и мы не остались в долгу. Но по мере того как время шло и шампанское выдыхалось, наши улыбки становились всё менее и менее естественными. К концу этой "десятиминутки ненависти" наши физиономии, по всей видимости, выглядели настолько перекошенными, что напугали наших назг... то есть милиционеров. Зато какой синхронный вздох облегчения вырвался из наших грудей, когда стук копыт растворился в бесконечности московских улиц! С каким кайфом мы принялись за вожделенный напиток!
По окончании распития оного нас - через ГУМ, где мы мимолётно встретили ещё нескольких СХИшниц, - понесло смотреть ролик ТТТ. И понесло не куда-нибудь, а в "Формулу кино", девятизальный... хм, кинотеатром назвать ЭТО рука не поднимается. Вкупе сие трёх- или четырёхэтажное здание называется "Атриум", что-то типа торгово-развлекательного комплекса для людей, чьи карманы отягощает излишек денег. Наши карманы излишек денег не отягощал, к тому же в приложение к ролику смотреть какую-то фигню особого желания не было. Поэтому мы поступили мудрее: скрупулёзно подметив начала всех близлежащих сеансов, номера и этажи залов, где всё это будет происходить, мы с замиранием сердец подбежали к дверям первого из означенных залов, лелея надежду хотя бы в дверях посмотреть... поглядеть... полюбоваться...
Ничего не произошло. Ролик нам не показали. Пришлось срочно искать следующий пункт нашей программы. И - о, чудо! - вот они, знакомые аккорды... знакомые лица...
Ролик закончился, мы всё ещё автоматически устремляем свои взоры в чёрный провал двери, как вдруг в нём появляется ещё одно знакомое лицо. Это Сильвер, под шумок просочившаяся в зал, возвращается обратно с видом триумфатора. В её глазах - блики зелёного солнца, в наших душах - чёрная зависть...
Следующий зал; ситуация повторяется: снова Сильвер в зале, а мы снаружи. Третий ролик... тут "не вынесла душа поэта", и я с громким криком "Ты не пройдёшь!" (хотя здравый смысл подсказывает, что это был всего лишь тихий лепет "я... вот тут... мы сами не местные... поможите... только ролик... голодаем и скитаемся... и сразу обратно...") врываюсь (то есть вхожу на цыпочках) в зал. За мной входит та же неугомонная Сильвер...
Впечатления от ролика полностью характеризует один забавный факт: в воспоминаниях об этом просмотре Сильвер говорила, что хватала меня за руки. Я же этого в упор не помню. То есть выходит, что или Сильвер в порыве чувств хватала за руки кого-то другого, или я была настолько захвачена происходящим, что не заметила, как меня хватали за руки... В общем, если этот отчёт будет читать какой-нибудь психолог 44 лет, он найдёт, что сказать. Я - не нахожу.
А потом мы с Эйре вернулись домой и попытались всмотреть оч.слэшевый фильм "Караваджо" с сами-знаете-кем. Получилось довольно плохо: мы постоянно издавали какие-то неприличные звуки, лишь при оч.сильном приближении напоминавшие обыкновенный человеческий смех, что несколько мешало здоровому свуну. Ах да: ещё в "Формуле кино" шёл "Том и Томас", и я в силу невозможности попасть на него медитировала на афишу, да так замедитировалась, что незаметно для себя слевитировала вниз, к выходу...