[Лауриэль]

Вот, решила-таки выложить...

Вместо лица – маска чёрная смерти,
Вместо любимой – лишь боли клубок.
Нет никого, пустота бьётся в сердце,
Умерли все, кому верить ты мог.

Но, может, мёртв ты, а они ещё живы?
Вспомни, лорд, они умели прощать.
Вспомни, как тёмные сердца порывы
Ты тогда, в детстве, учился смирять.

Мир был тогда и огромен, и странен –
Новые звёзды, иные миры…
Жребий великий тебе был представлен,
Ты мог быть Избранным. Что выбрал ты?

Пламя страстей дух ещё не сжигало,
Чувство любви не разбавила боль…
Тёмный лорд Вейдер, ну как же так стало?
Как? Почему? Кто сыграл свою роль?

Может быть, это горящая лава
Выжгла тот свет, что теплился в душе?
Нет, тёмный лорд – это смерти отрава –
Знай, что она всех кошмаров страшней.

Где же тот мальчик с планеты-пустыни,
Любящий, добрый и верящий в свет?
Там он, в песках, похоронен отныне.
Ты – ещё жив. Но его больше нет.

Умер он в стане пустынных тускенов
В день, когда мать уберечь не сумел:
Спас от мучений и ужасов плена,
Только от смерти спасти не успел.

Мрачные сны смерть сулили любимой,
Интриги политиков к сердцу не шли…
Не было больше такой нерушимой
Веры в джедаев. Надежды ушли.

Ты ослеплён был и властью, и злобой,
Ты позабыл и любовь, и покой…
Лава тебе подарила лик новый,
Стерев прежний образ горящей рукой.

Тот, кто тебе протянул тогда руку,
Спас только тело, но душу убил.
Тебя этой жизнью обрёк он на муку,
А ты – ты смирился? Всё принял? Простил?

Кажется, нету к былому возврата,
Кажется, умер тот мальчик навек…
Но там, в пустыне, средь пыльного плато,
Глядит в небеса молодой человек.

Ему суждено принести всем надежду,
Ему суждено уравнять битву сил.
Да, может, ты и не будешь уж прежним,
Но сын твой вернёт тебе счастье и мир.

Ну как? Только честно.