(подозрительно взглянув на жену, понимает, что теперь слушателей уже двое) Кот сам не знал, почему он злой. Или не помнил. Может, его еще крохотным котенком кто-то предал, попытался утопить в унитазе, да он выплыл, выцарапался из прорванной канализационной трубы; может, еще что... Жизнь - штука мерзкая; либо ты сожрешь, либо тебя сожрут... Вот кот и решил быть злым и вцепляться в рожу всякому, кто покусится на его угол, еду или еще что-либо. От людей еды он не принимал - мало ли, что подсунут! Да и гордость кошачья не позволяла столоваться с рук этих двуногих, которые противно так сюсюкали: "Кис-кис-кис!" Кот презрительно на них смотрел и уходил, задрав хвост, даже если брюхо сводило от голода. Ночью он ловил крыс, которые, обнаружив порой кусок гамбургера, на радостях совсем теряли осторожность, а на других котов внимания не обращал. Этот кот был нелюдимым... вернее, некошатным...
