[cadaloz]

- Скажите, а двойная концовка того же самого романа «Гнёзда Химер» - это была Ваша идея?

- Естественно. А чья же ещё?..

- Ну… издательства «Азбука»…

- Знаете что, не родился ещё тот издатель, который навяжет мне свою концепцию! Это я Вам говорю честно. Я, как человек, который своими руками побил издателя, имею право делать такие заявления, потому что, по крайней мере, представитель издательства «Азбука» Денис Веселов, который мне предложил эту идиотскую концепцию, что какие-то дяди-тёти будут теперь писать тридцать книжек в год… он, в-общем, был физически выдворен из моего личного пространства, и я этим до сих пор горжусь. Потому что, когда я прихожу в состояние неконтролируемого бешенства, во мне просыпается мой прадед. А мой прадед знаменит тем, что как-то выдернул из земли фонарный столб, о чём свидетельством был штраф из полицейского участка, куда его сволокли после такого бесчинства. Я – достойная его правнучка. А так я и мухи не обижу, и драться не умею.

- А вот ещё господин из «Азбуки» распускал слухи, что Макс Фрай – это он сам…

-Ой, это другой! Это директор «Азбуки»? Максим Крютченко? Об этом я узнала какое-то время спустя. Причём, я не знаю – может это был коммерческий ход, то есть такая подготовка к тому, чтобы зарегистрировать имя как свою торговую марку – и всё шито-крыто… Может быть, это была такая дипломатическая игра… в-общем, тогда логичная, разумная и правильная… а может, он просто с ума сошёл… Ну, просто потому, что я встречала… немало было интересных эпизодов в моей жизни… то есть, я лично не встречала, но мне много рассказывали всяких штук. Ну, например, в конце 90-х мне рассказывали про явление Макса Фрая в город… дай Бог памяти, чтобы не перепутать… Новосибирск. Мне рассказывали, что в городе Новосибирске на книжном базаре (это где-то год 98 - 99-й) появился человек, высокий мужчина средних лет, в шляпе, который сделал обход книжных рядов, посмотрел на продавцов. Поругал тех, кто не продаёт книги Макса Фрая, сказал: «Вы дураки, вот я – Макс Фрай, у меня очень хорошие книги, их надо продавать». Похвалил тех, кто продаёт, сказал: «Раз Вы продаёте мои книги, такие молодцы, давайте я их Вам подпишу». Практически насильно подписал, перепортил им все экземпляры… Тогда Макс Фрай был ещё далеко не такого масштаба знаменитостью, чтоб так уж все жаждали иметь его драгоценную подпись на книжке. Но он был большой такой мужчина, харизматичный, убедительный… Он всем подписал книжки, велел всем строго-настрого продавать книжки Макса Фрая лучше, и исчез. Ну, так и ушёл – с концами… и больше его в этом городе никто не видел. Город, конечно, большой, но все друг друга знают. И никто его не опознал, явно был какой-то гастролёр. Мне до сих пор интересно!..

- А может быть это кто-то из знакомых пошутил?..

- Нет, ну это мог пошутить кто-то из моих знакомых, безусловно. Но это уже следствие не проведёшь, и не вычислишь. И кого из моих знакомых занесло в Новосибирск??? Дел у моих знакомых в ту пору в Новосибирске не было, и что кто-то поехал за свой счёт ради такого розыгрыша – это тоже мне не совсем понятно… потому что розыгрыш был в масштабах новосибирского книжного рынка – он всё равно дальше не пошёл, и я об этом узнала тоже случайно, когда познакомилась с человеком из Новосибирска, и он сказал: «А, вот кстати, несколько лет назад!..» Да… то есть, какой-то странный розыгрыш, так как он даже не позаботился о том, чтобы я об этом узнала. Кроме того, мне рассказывали о какой-то пьяной толстой тётке, которая время от времени покупает водку в московских магазинах, поёт пьяные песни, и всем говорит, что она – Макс Фрай. И я не знаю… возможно, что с уважаемым Максимом Ивановичем Крютченко произошла та же беда. И тогда я к нему несправедлива, и, наверно, надо было ему сочувствовать, а не ругаться. Ну вот, всё может быть…

- А «Книга одиночеств» - она полностью автобиографична?

- «Книга Одиночеств»?.. ну, как сказать… понимаете… всё, что я пишу – абсолютно автобиографично, потому что (и это – не кокетство!) я не могу выдумывать – я умею завираться… То есть, я могу начать рассказывать правду и только правду, а на каком-нибудь повороте меня, ка-а-ак занесёт! Вот, и поскольку заносит-то меня совершенно искренне, и я абсолютно себе верю. Я думаю, что сейчас даже, оглядываясь на свою, так сказать прожитую жизнь, я уже тоже не очень отличаю правду от вымысла. Тем более, что есть довольно много правды, у которой нет свидетелей, и есть довольно много вымысла, которому даже есть доказательства. Поэтому я окончательно запуталась, и предпочитаю считать всё это такой «как-бы-автобиографией»… А где заканчивается чистая правда и начинается «заврамшися» и «Остапа несло…» - я не знаю просто!

- Вы правда жили в Германии?

- Да!

- Долго?

- Я в Германии… как сказать… Во-первых, я там жила в детстве, с трёх до девяти лет, потому что мой папа работал советским оккупантом. Ну, была тогда такая работа, тогда многие военные работали советскими оккупантами. В частности, этим занимался мой папа. Он был военным музыкантом, и был он не офицером ,а старшиной оркестра. Это очень важно, потому что офицеры с семьями жили в таком закрытом вполне себе городке, за бетонной стеной, - их там более-менее охраняли. А мы жили в каких-то маленьких домиках вперемешку с домиками где жили местные жители, немцы. Рядом же были какие-то дома монгольских послов – и мы так вот, вперемешку с немцами и монголами, и жили дружной интернациональной семьёй. Это было возле музея, где был подписан договор о капитуляции Германии… а самое кайфовое в этом музее было, что у него во дворе были выставлены танки и всякие там зенитные установки и «Катюши». И, конечно, это лучшая детская площадка для игр, которую можно придумать. А во второй раз – это уже в качестве одного из художников, которые лепили этот самый пластилин – я уже неоднократно Германию объездила во взрослом возрасте, и жили мы там по несколько месяцев, потому что готовили выставки… (Марту фотографирует какой-то очень серьёзный проф) А Вы, кстати, всё стоите и снимаете мой профиль. А профиль мой ужасен!!! Ужаснее моего профиля может быть только атомная война, я Вас уверяю. Я здесь много лет живу, и очень хорошо это знаю. Особенно левый профиль! У Вас фотоаппарат не выдержит, треснет от моего профиля, я Вам клянусь…

- Ну, это уже отчасти кокетство, потому что как публичный человек, Вы должны были быть готовы к тому, что на пресс-конференции Вас будут снимать!

- Вы знаете что!.. Во-первых, кокетство – не грех. Это – раз. Во-вторых, будучи публичным человеком, я предпочитаю, чтобы снимки этого самого публичного человека были сделаны профессионально, и при хорошем освещении. Потому что человека, даже гораздо более привлекательного, чем я, можно сфотографировать таким образом, что он предстанет совершенно одутловатым уродцем малинового цвета. Достаточно плохая камера, неумелые руки… а в сочетании эти вещи творят чудеса!.. И потом эти все зелёные, малиновые одутловатые уродцы множатся в Интернет. В том же самом Интернет написано, что это и есть я. И многочисленные юные сердца разбиваются, потому что они думают, что я всегда такой зелёный одутловатый уродец, а не только в отдельно взятой любительской камере. Я понятно объяснила? Кроме того, что касается каких-то самолюбований, я могу сказать следующее – я считаю себя совершенно прекрасным существом; если бы я считала иначе, я бы просто не позволяла себе выходить на люди, потому что если предъявляешь себя людям, это можно делать только с уверенностью, что ты им даёшь что-то прекрасное. Если я считаю себя гадким, мерзким и несимпатичным уродом – я сижу дома и не порчу никому настроение своим видом. У меня такой подход.

- По поводу зелёного цвета… что послужило поводом для выбора нового цвета обложки?

- Это, некоторым образом, странная история… потому что меня спрашивают обо всём – и о цвете обложки книг, и о ценах на книги в книжных магазинах… Вы понимаете, я не решаю эти вопросы. Во что красить обложку – это решают в издательстве, есть главный дизайнер. Я что могу сделать – я предложила им попробовать поработать с графикой Люси Милько, и они как-то вот сработались-сдружились к своему огромному счастью и восторгу. Цвет обложки никто со мной не обсуждал. Тем не менее, я должна сказать, что цвет обложки, наконец, удивительным образом стал таким, как было задумано с самого начала. Потому что Вы помните – появились оранжевые книжки. Так вот, они были задуманы как зелёные! И в компьютере они были сделаны ровно вот этого салатно-зелёного цвета. И когда девушка Юля, которая помогла сдизайнить нам все эти обложки, стала распечатывать это всё на своём принтере, в принтере закончилась какая-то краска, и обложки полезли сначала зелёные, потом лиловые, потом оранжевые – и когда мы увидели, как замечательно смотрятся оранжевые обложки, мы сказали: «Ой, ура!», и оставили это страшное последствие. В-общем, книжки стали оранжевыми, потому что нам понравилось. А когда издательство «Амфора» мне сказало: «Вот, посмотри, мы тебе присылаем макет обложки, как мы сделали, зелёненькие…», я, естественно, обхохоталась, потому что они наконец стали того задуманного цвета… так всё совпало… Вот. Но это иллюзия, что я решаю всё. Я вам скажу больше – цены на книги на всех лотках и во всех подземных переходах тоже назначаю не я, поверьте!..