[Безумный Алекс]

Пролог - 73, первая часть - 27, первая половина второй - 20... Скисаем, скисаем. Интерес падает... Надо что-то менять в консерватории: раньше выкладывался помногу, но редко, с сегодняшнего же дня попробуем делать объем поменьше, а выкладываться - чаще... да-да, и не в прикрепленный, а прямо на стол, чтобы сразу видно было. Засим в ознаменование нового подхода получите новый ломтик. К праздникам выложу еще один (хотя "Эльфовочка" на этом еще кончаться не собирается!)

Ночь. Какое место действия, ни черта не понятно, потому что совершенно темно, нет ни луны, ни звезд. Издалека приближаются, нарастают металлический лязг, перемежаемый каким-то несолидным пулеметным бульканьем, одышливый клекот и азартно-свирепые эльфийские взвизги. В темноте вспыхивает тускло-желтый луч прожектора, принимается метаться из стороны в сторону, ловит подергивающуюся орлиную гузку.

АРВЕН: Да уделаешь же ты эту помойную канистру наконец?! Ты же не Великий Орел, ты пингвин какой-то с телом жирным и робким! Манвэ повесился бы в чертогах у Мандоса от стыда, если бы увидел тебя сейчас!.. Ай!
ГВАИХИР (уворачиваясь от очередного залпа): Я, может, не знаю, какой я орел, но то, что я не сова, знаю точно!.. Я не могу одновременно вести воздушный бой и выбирать дорогу в этой мордорской темени! И вообще, у меня нет никакого кевларового оперения!.. Я болен!.. И мне уже пора чем-нибудь наполнить свой желудок!..
АРВЕН: Нет, ты даже не пингвин. Ты хоббит, окрыленный не в меру, честное слово…

ЛУРЦ (Лохашу, ковыряющемуся у прожектора): Наконец разродился, чмо недоваренное! (отпускает щедрую затрещину) Счастье твое, что у нас Маухур – гений полета вслепую!.. Разбились бы до смерти, я б тебе потом глаза на жопу натянул, мастер – руки-крюки.
МАУХУР (скромно): Маухур не гений, Маухур приспосабливается. Очень захочешь жить, не только полетишь – соловьем эльфячьим запоешь…

В луче прожектора, прямо по курсу, возникает отвесная скалистая стена.

АРВЕН: Вверх!!!

ЛУРЦ: Вбока!!!..

ГВАИХИР (делая свечу, дурным голосом): Лете-ели два верблю-юда!.. (шарашится от угнездившегося в вертикальной расщелине куста, теряет пару маховых перьев и вместе с повисшей на холке Арвен скрывается из поля зрения)
Позади Гваихира «Птерокрыл», во исполнение команды Лурца пытающийся повернуть направо и налево одновременно, заделывает умонепостижимый кульбит, переворачивается брюшиной кверху, уходя от столкновения с основной стеной, въезжает в зазор между ней и массивным останцем. Прожектор гаснет, о дальнейшей судьбе сарумановского шедевра воздухоплавания можно судить только по удаляющемуся громыханию, аккомпанирующему неразборчивым, но бесспорно матерным высказываниям в десяток голосов.

На вимане Элронда. Вокруг темнота, слегка разбавленная габаритными фиалами. У пульта управления торчит Глорфиндэль; Элронд неспешными, плавными движениями загружает что-то в аппарат Дурина. Горлум сидит рядом с широко распахнутыми глазами, сопит и подпускает слюну.
ГЛОРФИНДЭЛЬ (с дозированным беспокойством): Государь мой Элронд! Я позволю себе обратить ваше внимание, что мы оторвались. (Под нос) И чего еще нянчиться с этим похитителем девы Раздола, доходягой, пакостником и шизюганом? Все, что мог, сказал, как мог, объяснил, можно было бы и милости попросить за борт…
ЭЛРОНД: Надо же, как заговорил! Что бы просто, без затей доложить: «Шеф, от нас отстали наши основные силы», так нет же, «мы оторвались»… Попробовал бы свежий эльф понять, что ты имел в виду. Не забывай, что мы обладаем разновидностью телепатии, именуемой осанвэ, так что, если даже они потеряли нас из виду, до них всегда можно достучаться. А Горлум… Горлум, он еще пригодится. Это Гэндальф когда Фродо говорил. (Глядит ласковыми и проницательными глазами Горлуму в лицо) Ведь пригодишься, горячий полурослый парень?
ГОРЛУМ (льстиво): Да-ссс, Смеагорл очень, очень любит всем пригождаться… есссли его хорошо потом поблагодарят! (Чавкает и умильно смотрит на самогонное устройство)
ЭЛРОНД (с какой-то непередаваемой интонацией): Уж я тебя отблагодарю, так отблагодарю, как еще никто никого, наверное, в Средиземье не благодарил… (Самогонное устройство, пошевеливаемое полуэльфом, начинает размеренно урчать и даже, похоже, светиться собственным светом)

Рассвет следующего дня. Лучи пока еще не выбравшегося из-за горизонта солнца освещают зазубренные пики Мглистых гор; густой лес у восточного подножия еще лежит в полумраке. Появляется Гваихир с Арвен и тяжело шлепается на верхушку массивного утеса.
ГВАИХИР: Фуф-ф!.. Наши крылышки устали, мы летали, мы летали… Надо передохнуть часок-другой-третий, перекусить баранчиком-вторым, а уже потом по солнышку, по теплу, не торопясь, можно и до Имладриса доехать… Ох, спинка болеть начинает…
АРВЕН (внимательно рассмаривает лес внизу): Так. Эти деревья явно не того фасона, какие следует ожидать в наших умеренно-северных широтах. И парочка из них, похоже, не спеша прохаживается взад-вперед. Так. Гваихир, драгоценный, ты в какую сторону меня завез?..
ГВАИХИР: Деревья? Прохаживаются? (с явно ненатуральным непониманием) Принцесса, такого же не бывает!.. (под тяжелым взглядом Ундомиэль сникает на глазах) Была ночь, в конце концов!.. Было темно! И я героически сражался с превосходящими подступающими темными силами! Любой другой на моем месте не то что направление потерял – свое прозвание бы забыл…
АРВЕН (с подступающей слезой): Нет, ну что за идиотские напасти на меня сыплются! Стоило десять часов подряд трястись на костлявой, как минас-моргульское рагу, птичьей спине, чтобы тебя отвезли не на север, куда тебе надо больше всего, а прямо наоборот!..
ГВАИХИР (оскорбленно): Почему это моя спина костлявая? Я тренированный и вполне упитанный…
АРВЕН: …орел в самом расцвете сил. Нет, я тебя все-таки спросить хочу, орлуша: куда бы ты залетел, если…
ГВАИХИР (неожиданно перебивает, вытягивая шею и вытаращивая глаза): Вон, вон баран бежит! Сейчас буду с завтраком! (Расправляет крылья и готовится сорваться с площадки)
АРВЕН: Эгоистичный стервятник! Мог бы подумать, что здесь, между прочим, не одному тебе нужен завтрак, и обед тоже!
Гваихир с устрашающим клекотом пикирует в сторону сказанного барана. Арвен, в качестве тонкой эльфийской натуры, решает закрыть глаза, чтобы не смотреть на убийство невинного животного. После короткого вопля боли и грохота осыпающихся камней эльфесса, слегка пожалев о том, что не заткнула и уши, все же решает глаза открыть и оглядеть происходящее. У подножия утеса помятая куча перьев с выставленной на обозрение левой лапой обозначает местопребывание Великого Орла, приложившегося к каменистой почве. Баран, целый и невредимый, уносит ноги куда-то в сторону Гундабадских гор.
АРВЕН (осторожно начинает спускаться с утеса): Нет, не орел, а птица киви переодетая, назгулами тебя и мумаками тебя в десять дыр! До чего докатился, добыть пищу охотой уже не в состоянии! Чем и как, интересно, тебя кормили во нежном птенчестве? Марципанами?! А потом выпаивали в клювик морковным соком «Тип-топ»?
ГВАИХИР (откуда-то из-под крыла, сухо): Охота – это не жрач в трактире, а благородный поединок сильного с сильным, где исход неясен до последнего мига. И вообще, я без сознания и поэтому ни о чем разговаривать не могу.
АРВЕН: Все-таки он меня с ума сведет, и я его убью собственными руками. Что, мне теперь опять для него лягушек каких-нибудь ловить, сказочки на ночь рассказывать для душевного спокойствия? (Оглушительно) Симулянт!! Достукаешься однажды, чучело из тебя заживо набьют!!! (Гваихир не реагирует. Устало) Хорошо еще, можно не торопиться: все вражьи агенты, похоже, север с югом путать не научились и отстали капитально. (Опять оглядывает лес) Ладно, выбора другого нет: еда только в Фангорне. Может быть, встречу какого-никакого энта и попрошу помочь разобраться с этой крылатой… (Удаляется в сторону леса. Гваихир осторожно высовывает голову из-под крыла, Арвен случайно оборачивается, Гваихир поспешно прячет голову обратно) …Сказала бы я, какой крылатой!.. А-а…