[Ester]

После длительного плутания по коридорам, группа следопытов подходит, наконец, к огромным железным дверям в конце на редкость мрачного и темного коридора. Следы явно ведут внутрь, Фрейя потрясенно взвизгивает:
- Великий Один! То есть сволочь ты редкостная, а не Один! Это же склад алкоголя для свадебного пира!
Все девушки от этих слов дружно бледнеют. Эстер шепотом:
- Ну все, кажется, мы останемся в этой @#$^%$# Скандинавии навечно!
Фрейя решительно распахивает двери и глазам поисково-спасательной экспедиции предстает чудная картина.
В центре зала, посреди груд разбитых бутылок, пустых бочек и жалких остатков закуски возвышается груда тел, на вершине которой громко храпит Один.
Пупса присвистывает:
- Мать моя, богиня...
Эстер отчаянно:
- Нет, ну от Одина с нашей самогоночки-то можно было ждать чего угодно, и от остальных богов тоже, но наши-то где?! Мы же их, болванов, предупреждали! А папу так особенно!
Мангуст, почти радостно:
- Да вот же они! Кажется даже живые!
Несколько обособленно от основной группы действительно раздается мощный храп Лурца и, приглядевшись, можно различить, что гондорская компашка мирно храпит, укрывшись плащом Дракулы, причем одним на всех. Дракула, видимо в целях экономии места, в виде мыши тоненько с присвистом храпит на голове у Джека. Тот периодически приоткрывает глаз, издает вопль: "Отставить уже свистать всех наверх, все собрались давно, корабль потонет скоро!" и снова засыпает. Боромир, обняв Рог Гондора, периодически булькает что-то вроде: "Так выпьем же за то, чтобы... куда льешь, краев рога не видишь?!" А поперек всей компании, уютно укрывшись шубой и сложив голову на живот Лурцу, а ноги на спину Эвдору спит папа с довольной улыбкой на лице.
Эстер растроганно:
- Какая идилия!
Мангуст фыркает:
- Даааа уж! Что ни рожа, то гений чистой красоты просто! Подъем, вашу мать!!!! И папу тоже персонально для Лурца!