[Ксанка]

- Линнаэль, - Селебриан заметила их, узнала подругу. И громко добавила – Идите сюда, ясноглазые братья и сестры!
Эльфы выступили к воде. Князь узнал некоторых юношей – он видел их на поле боя. С кем-то сражался плечом к плечу, чьи-то глаза случайно разглядел среди солдат, а в ком-то просто отразилось зарево Войны. Он поднялся, поклонился боевым товарищам, воины ответили на приветствие вождя. Девушки вплели в косы цветы и листья, опустились на траву, хрустальными голосами свивали «Стрелу заката». Зажглись первые звезды.


Радостью и сиянием дня наполнены было время, проведенное в Лориэне. Разделяя жизнь синдар, Эльронд вдруг понял, насколько он моложе этого мира, понял, что Эльдар поистине вечно молоды, что его заря еще только-только разгорается.
И Телпе.
О валары, каким металлом надо сковать сердце, чтобы выдержать, не краснея, её серебристый веселый взгляд! Взгляд, прожигающий душу, заставляющий кровь течь вспять и бешено колотиться в ушах…
Прошло недели две, не меньше. Галадриэль шла вдоль речки, наслаждаясь зеленым покоем, и вдруг наткнулась на Эльронда. Князь сидел под ясенем, обняв ноги, спрятал лицо в колени, видны лишь серые обиженные глаза.
Владычица присела рядом с ним.
- Что грустишь? До осени еще далеко…
- Она сказала «нет», - пробурчал князь, только что губы не надул. Галадриэль вздохнула.
- А ты что хотел от гордой нолдо?
- Она сказала «никогда»
- Согласна, она чуть-чуть загнула. Не торопись, у бессмертных много веков для ожидания. Айнуры пресветлые, какой же ты еще неопытный! И за твоих предков погиб мой брат!
- За моих. – он смотрел в одну точку перед собой.
Владычица ласково погладила его по голове. Князь сорвался, бросился в объятия Артанис, заставив её вспомнить, что своей матери он почти не знал.
- Взрослый мудрый князь, - с упреком сказала она, убирая с его лба длинную темную прядку. – Ускакал из дома, наверное, даже не предупредив.
- Я предупредил! – Он вспомнил, как, уже на спине коня, бросил на ходу Эрестору: «Я в Лориэн ненадолго». Вряд ли верный советник хотя бы услышал его слова.
- Ну конечно! Как всегда, не проследишь за вами – и пожалуйста, никакого порядка!
Князь тихо всхлипывал у неё на плече.
- Галадриэль, скажи, правда мы друг другу не предназначены?
- Я не могу тебе этого сказать. Не знаю. Поезжай в Ривендейлл, займись обустройством Последнего приюта. Гил-Галад не для того тебе Вилью доверил, чтобы ты у ручья сидел и носом шмыгал, как наказанный орченок.
Он вытер локтем лицо, поднялся.
- Мне уехать сейчас?
- Как хочешь.
Князь на секунду задумался, кусая губы. Потом развернулся и пошел в сторону порогов, пробормотав: «Пойду, попрощаюсь с друзьями». На сердце стало легче. Слезы очищают, что с того, если они не к лицу воину? Их видела лишь Галадриэль, а ей он доверял больше кого бы то ни было.
Многие лориэнские эльфы искренне называли его свои другом, как боевые товарищи, так и мирные менестрели. Только Телпе…
Он не заметил, как ноги сами принесли его на обычное место игр и песен синдар. Там собрались уже для празднования Весеннего Новолуния все эльфы, не связанные клятвой верности любимым.
- А, вот и ты наконец! – задорно крикнула Эльтари, - присоединишься к нашему празднику? – она подбежала и надела на голову князя венок из цветов ландыша. Невинный жест, означающий дружбу и верность, но он внезапно встретился взглядом с Селебриан. Её глаза показались ему черными, словно сущность Унголиант, блестящими нехорошим блеском. Она нырнула в тень ясеня, а через время вернулась, держа в руках венок из листьев аира. Решительная, как морская буря, она прошла через всю поляну, как будто нечаянно толкнула его, задев плечом.
- Ой, простите, Ваше Высочество! – сказала, не поднимая глаз, подбежала к Лауреласу и немного кокетливо надела венок на его густые светлые кудри. Менестрель опешил, а Селебриан торжествующе обернулась, чтобы свысока посмотреть на князя.
Его не было.
Эльронд тогда не чувствовал себя, он как в тумане следил за принцессой, подчеркнуто отстраненной, чужой. Куда делась легкая дружеская близость, почти родство, что возникло между всеми участниками ночных костров на Верной поляне! Она задумала …
Нет. Этого не могло быть, он ведь смотрел в будущее, неужели сердце его обмануло? Но ветер ласково играет листьями аира на голове Лауреласа.
Князь сорвался с места, и бросился бежать. Куда угодно, лишь бы подальше отсюда! Ветки хлестали его по лицу, вечерняя роса намочила края штанин, небрежно заправленных в сапоги, он бежал и не думал ни о чём, отдаваясь почти ночной прохладе.
Его окликнул знакомый голос. Князь остановился, ответил. С ясеня спрыгнул Хэлдар, как всегда готовый поддразнить товарища в трудную минуту.
- Что за гномьи бега им. тов. Келеборна? И почему я не знаю? – шутил он, пожимая руку князь. Эльронд не ответил.
А Хэлдар почему-то все понял сам. Он добавил, тихо, сопереживая другу
- Коня твоего мы берегли, быстрее мысли бегает. Сестренка маленькая еще, подожди, она еще будет по тебе тосковать, сплетать твои волосы в косы, искать твоих глаз и ждать, когда ты наконец уладишь все дела и придешь к ней… Все будет, только подожди. Счастливой дороги.
- Спасибо. Да хранят вас Валары! - вскочил на коня и мглистой тенью унесся на восток.

Он с головой окунулся в работу, решение всевозможных насущных вопросов, собрал под крышей Ривендейлла многих эльфов и людей, да и другие расы находили приют в Имладрисе. Князь старался каждому помочь делом либо советом, и лишь звезды Ривендейлла знали, как плачет его душа, что видит он, когда остается один на один с ночной тишиной.
Около века держался князь, не позволяя себе даже смотреть в сторону Лотлориэна. Он прослыл мудрым владыкой, обладающим даром предвидения…но не было у Имладриса хозяйки!
Тяжелые тучи закрывали небо даже над Ривендейллом, накрапывал дождик. Смолкли беззаботные песни у ручья, потускнела зелень растений, деревья свернули свои листья.
Князь позвал Эрестора. Когда советник подошел, он сказал не оборачиваясь:
- Мне надо съездить в Лориэн по делам. Справишься один?
- Справлюсь, - Эрестор кусал губы, чтобы не улыбнуться. Вся эльфийская половина Ривендейлла знала, что за дела у князя во владениях Галадриэли.
- Надеюсь на тебя, – князь вышел. Эрестор облокотился на окно, наблюдая за тем, что происходило на улице. Через полчаса из ворот замка выехал длинногривый черный Расул, любимый конь князя. Эльронд весело махнул советнику рукой и, припав к шее коня, помчался туда, куда вот уже два столетия тянулось его сердце.

Галадриэль приняла его как всегда тепло и ласково. После короткого официального приветствия она предложила князю пройти в покои владык, «потому что слово Келеборна здесь так же весомо, как и моё».
Князь приветливо поклонился Владыке Лориэна, пытаясь унять дрожь в коленях. Келеборн спросил его о цели визита. Эльронд помолился и, глядя прямо в глаза Владыке, сказал:
- Келеборн, сын Гилейна, отдай мне сияющие брызги Келебранта, гордого жаворонка, рассветную звезду Лориэна. Отдай мне в жены юную дочь этого леса…
- Нет, отец, не слушай его! Эта зеленоглазая бестия из Лихолесья приворожила его!– раздался серебристый голосок Телпе. Эльронд улыбнулся про себя, но не обернулся.
- …свет горячего сердца, прекрасную Селебриан.
- Бери, - кивнул Келеборн, переглянувшись с милой. Принцесса словно не слышала последних слов князя, продолжала умоляюще смотреть на отца, потерянно ломая руки. Эльронд быстрыми шагами подошел к ней и, пока девушка не опомнилась, поднял её на одно плечо.
- Идите, – милостиво разрешила Галадриэль, не обращая внимания на ругательства дочери, и князь покинул Владык.
Он почти бегом добрался до полянки, по дороге отвечая на сопротивления Селебриан незлыми щипками, что вызывало еще больше визга.
Легкая она была, подобно утреннему туману, и прохладные волосы её едва уловимо пахли росой. Князь опустил принцессу на траву, сел на пятки. Она прислонилась спиной к дереву.
- Знаешь, что мне хочется сделать?
- Сгораю от желания узнать, - князь улыбнулся и вдруг получил звонкую пощечину.
- За что? – взмолился он, но уже получил по другой щеке хлесткий удар ладонью. Потом её руки как-то очень естественно перетекли со щек на плечи, обвили его шею, острые локти уперлись в ключицы.
- Скажи, - приказала она.
Эльронд обнял ладонями её локти.
- Что сказать, хулиганка?
- Значит, ничего, - она отвернулась, попыталась вырвать руки, но князь крепко держал её. Он засмеялся.
- Стой, принцесса, не обижайся, - одной рукой все ещё сжимая её локти, другой он поймал бархатную щеку девушки. – Телпе… Я люблю тебя, Телпе…
Она прекратила вырываться, погрустнела. Острые кончики изящных ушек, полускрытые волосами, ярко заалели.
- Повтори, - тихо попросила она.
- Хоть миллион раз. Я люблю тебя, Телпе, и за тебя хоть пешком в Мордор пойду!
- Один? – она лукаво выглянула из-под длинной челки
- Босой и без оружия, если на то будет твоя воля.
Селебриан крепко обняла его за шею, внезапно оказавшись совсем рядом с ним, длинные серебряные пряди падали на его нос и щеки. Князь слышал, как часто бьется милое сердечко под вышитой тканью платья. Он за талию прижал девушку к себе.
- Так ты согласна?
Она отрицательно помотала головой и укусила его за высокую скулу.
- Тогда мне придется тебя выкрасть, - морщась от боли пообещал князь и поднял её на руки.

Селебриан откинулась назад, зарываясь лицом в камзол нареченного. Она боком сидела впереди князя. Расул не спеша перебирал стройными ногами, сильный горный ветер далеко назад относил белый подол её платья. Эльронд, как и обещал, не дал ей ни переодеться, ни попрощаться как следует. Он просто перекинул девушку поперек спины коня, забрался сам, крикнул ответ на шутку Хэлдара и шагом отправился домой.