Эх, ...! В честь прибытия домой, в Н-ск...
Продолжение дневника инспектора от актерского профсоюза
День 100. Джексон просмотрел уже отснятые сцены и кидается на окружающих с невнятными воплями. Я разобрал фразы: «Сборище межеумков и недоучек, вам не в фильме сниматься, а в костюмах цыплят стоять у ресторанов»; «Декораторов пущу на мыло, а то от безделья жирок поднакопился»; «Начинаем все заново, идиоты, увижу у кого-нибудь косяк – запру в сарае с мешком травы, и пока не выкурит весь мешок, не выйдет»; «Снимать, каждый день снимать до посинения!».
День 101. Издева… нет, раздевательство. Картина маслом и сыром: как в армии, полтора десятка актеров, построившись в шеренгу, снимают одежду. Некоторые, правда, еще и танцуют.
Есть у меня мнение, что Рис-Дэвис мог бы этого и не делать.
День 102. С утра меня разбудили крики. Оказалось, это Ли орал про его прелесть, которая куда-то пропала. В его-то возрасте неудивительно, что от него сбегают девушки. Удивительно, что девушки вообще есть.
(позже) Ах, это не девушка! Это колечко, в честь которого тут все и собрались.
(еще позже) Да что ж за функции у этого колечка, что они так скорбят о его утрате?!
День 103. Кругом чад, гарь и пепел: Мортенсен вчера случайно поймал, гм, то самое кольцо на удочку, и в результате все заинтересованные лица от облегчения устроили вечеринку и сожгли половину леса. Сделавшая второй заход комиссия из Нью-Лайн (на которую я уже давно перестал возлагать надежды) понюхала дым, травматично для себя переговорила в сторонке с Джексоном и поспешила на обратный рейс.
День 104. Сегодня меня посетил Блум. Долго рыдал у меня на груди. Всхлипывая, он поведал, что больше не желает носить парик, что он неудобный, волосы все время в рот попадают, да и вообще в нем он похож на девчонку. В контракте парик упомянут, сделать ничего нельзя. Я дружески похлопал беднягу по спине и сказал, что вообще-то белокурые локоны делают его неотразимым.
Боже, какие у него были глаза, и как быстро он умеет бегать!
Да что я такого сказал, в самом деле?
Как бы тут до обвинения в харассменте не допрыгаться…
Мда. Повесить, что ли, на дверь табличку «Осторожно, злой инспектор», написанную актерскими соплями и слезами?
На площадке же продолжается помешательство из-за колечка. Я начинаю понимать, почему: оно золотое, красивое и толстое. Выглядит просто прелестно. Как там кричал Ли? Прелесть? Прелессссссть…
Я ЧТО, ЭТО ВСЛУХ СКАЗАЛ?
(позже) Блум сделал себе ирокез. Ах, зря! Растерял половину своей привлекательности.
День 105. Кто-то подменил обычный гримерный клей «Два часа» на «Момент». Актеры бьются в адовых муках. Ни у одного в контракте не оговорено, что клей, используемый для грима, не должен быть «Моментом».
В конце концов, «Момент» быстрее действует.
День 107. Отец Мартин интересовался, не причислить ли какого-то там короля с нехристианским именем к лику святых. Мысленно послал его к папе римскому. Теперь уже совершенно ясно, что святого отца перевербовали.
(чуть позже) Что??? Джексона – в мученики?!
Кем же в таком случае являются все остальные участники съемок? Ангелами?