Лю идёт по лесу. Пустынно. Прохладно, но не холодно. Под ногами хрустит тоненькая корочка снега. Он уже не растает. До весны. Хоббитянка грустит немного. Осень - её любимая пора. Но она уже уходит. Лю смотрит в небо. Оно серое, но тоска внезапно стихает. Наступает какая-то умиротворённость, колдунье даже слышится перезвон рождественских бубенчиков на еловых венках. Чудится запах мандаринов и шампансоке, весёлый смех...
Внезапно шарф цепляется за ветку. Лю останавливается и начинает сначала медленно, а потом всё психованнее отцеплять его. Вот Пип "обрадуется" - она ж взяла его без спросу! Какая-то птица сорвалась с дерева и приземлилась рядом с извращенкой.
- А, баклан, здраствуй! Ты почему не улетел? Замёрзнешь ведь. Погоди, я отпутаюсь и мы пойдём домой...
Пока она бормотала, отчаянно спутывая нитки всё хуже и хуже, баклан спокойно взмахнул крыльями, сел ей на руку и за десять секунд сделал то, что Лю собиралась делать до Нового года.
Дома на кухне вовсю хлопотал Сэм:
- А, знакомая морда, то есть клюв,- он вытащил блюдце и по просьбе Лю насыпал туда крошек.
- А как же
Он нам так помогать будет на Новый год - пригласительные открытки разносить, шнурки натягивать для гирлянд, дырки в торте делать для свечек...
- Кстати, по поводу торта,- Сэм заговорщицки понизил голос,- Завтра Ари сюда не пускать ни под каким предлогом, пока я не скажу. А то останутся от сюрприза рожки да ножки ещё до праздника...
- Тогда сюда вообще никого нельзя пускать,- Лю покосилась на тарелку клубники,- Из оранжереи?
- Ага,- кивнул Сэм и тут же убрал тарелку с глаз колдуньи от греха подальше куда-то в холодильник.
- А... что ещё будет?
- Много будешь знать...
-...плохо будешь спать
Я и так сплю только днём...
- Нет, Лю. Сюрприз есть сюрпиз