[Primary]

Trawka,
Спасибо большое, я даже на это не рассчитывала, что кто-то потратит свое время на поиск и выкладку цитат. Вот я лентяйка, мне неловко. Думала, просто есть, может быть, лучшие, чем я, знатоки Достоевского, кто и по памяти скажет просто - да или нет, в смысле, использует ли Акунин оригинальные тексты.
Да, значит, память меня не подвела. Меня и не только описания интересовали, подобные приведенным тобой. У меня ощущение «дежа вю» достигло апогея при чтении сцен, связанных с поминками Мармеладова. Я практически выпала из Акунина и будто бы оказалась на страницах Достоевского (неожиданное и приятное, скажу я, ощущение). Так что я все равно непременно сравню эти сцены в двух книгах.
Что МНЕ возмутительного – попробую объяснить, хотя, возможно это внутренние, личные ощущения. Я о праве Акунина так поступать. Даже не о юридическом праве - я тут не сильна, да и возможно, что у такого прагматичного товарища, как Акунин, с этим-то как раз все в порядке. Я о праве моральном, человеческом и профессиональном писательском. С какой вообще стати? Этот вопрос у меня не праздный, лишь бы придраться от делать нечего, и не от «снобизма занюханного» (с). Вопрос всплывает у меня непроизвольно - я довольно пристрастно и ревниво отношусь к русской классической литературе, и в том числе к Достоевскому в первом ряду (хотя, как я в предыдущем посте писала, «Преступление и наказание» даже не любимое мое произведение Достоевского).
Ну что, сюжетов Акунину мало было? Да нет, с фантазией и разнообразием у него раньше все вроде в порядке было. Что, захотелось психологию поступков героев переинтерпретировать, в своем, блин, прочтении? Он художник, он так видит? Или, чего доброго, классика улучшить, поинтереснее переписать, посовременнее? От последнего предположения читателей, Акунин, впрочем, себя попытался изящно-благородно обезопасить, когда рукой Достоевского перечеркивает в финале все свои литературные потуги и приписывает «Все не то, все не так!» (простите, не ручаюсь за точность цитаты). Близость, даже буквальность, плюс объемы цитат (как проиллюстрировано выше), вроде бы вполне оправданы и правомерны по концепции романа Акунина, он ведь как бы приводит черновики писателя, понятно, что писатель, даже переделывая весь роман заново идеологически и жанрово, не будет писать заново все, а воспользуется уже имеющимся материалом. Но вот все равно этот момент меня как-то очень коробит…Ну, использовал бы Акунин хотя бы только имена оригинальные и основную канву событий, если так распирало, или даже написал полностью свое произведение в виде «закоса» под Достоевского, может, и забавно бы вышло. Стилизации-то у него вполне ничего себе получается, литературное чутье, несомненно, есть у него, и бойкость слога.
А вот так вот, большими кусками…Тут, кроме размышлений о моральном праве, еще какая-то мысль ехидная непрошеная лезет, что вот ведь какая удобная и плодотворная концепция выбрана – заодно получился роман потолще прочих, аж в двух томах, и заплатила я рублей за него в два раза побольше.
А насчет психологических подлогов – я бы с удовольствием твои мысли сперва послушала (я не совсем понимаю, о чем ты говоришь), прежде чем заранее свои ответы писать. Правда, мне очень интересно. Bloodmari же пока не прочитала «ФМ», видимо, - вот со мной пока можешь обсудить.

О, пока постила, осенило, с чем у меня все время ассоциация крутилась. Ну, это мне прям непростительно - так поздно вспомнить. А написано, кажется, задолго до Акунина.

«…Вот плачут дед и баба, но напрасно –
Всё предначертано, яйцо должно разбиться.
Зло порождает зло в наш век ужасный.
Ты хочешь знать, чем эта сказка завершится?

Старуху ту Раскольников зарубит,
И не со зла, причём, так по сюжету надо.
Старик же, пьянством горе усугубив,
Эрцгерцога застрелит Фердинанда.

Что ты скривился, не нравится сказочка?
Что, недостаточно лихо закручена?
Да, нелегко угодить тебе, лапочка,
Читал бы свой комикс, капризное чучело!

Я тут ему всё о трансцендентальном,
О фатализме, о жизни, о мистике.
Нет, блин, он хочет чтоб было завально,
Круто и клево, в кайфовой стилистике.
Хочешь покруче? Ну, ладно – получишь!…»
Тимур Шаов, «Сказки нашего времени»