[Виана]

Капитан обернулся через плечо, не сбавляя шага:
- Эй, послушай, - передразнил он Майю очень похоже. – А с какой такой радости я должен развлекать тебя рассказами о своем бурном прошлом? Хочешь баек, девочка, – ступай на камбуз, старик Мумак знает уйму, да и посплетничать он любит, чуть ли не больше баб. Заодно поможешь там, хоть толк с тебя будет.
И, не обращая больше внимания на Майю, капитан откинул в палубе крышку люка и стал спускаться по лестнице в темное нутро корабля
***
Плаванье проходило благополучно. Море было спокойно, небо – ясно. Белокрылая Эльвинг шла полным ходом на попутном ветру, туго надувавшем паруса. Матросы все больше болтались без дела, развлекая себя выпивкой и азартными играми. Последнее, кстати, не могло не радовать, ибо весьма послужило обогащению Врана, который посвящал этим самым играм все свое время, за исключением минут, которые он проводил, свесившись за борт. А таких, к слову, было немало. Остальные путешественницы тоже не слишком скучали. Майя, в свободное от мытья палубы и чистки овощей время пропадала на корме, упражняясь с кем-нибудь из моряков в обращении с саблей, подаренной ей Враном, немного легкой, зато отменно острой. За Миримэ невозможно было уследить. Рыжеволосая бестия мелькала то тут, то там, и, похоже, порой, в нескольких местах одновременно. А вот Бранвен, кстати, Вран видел редко, только слышал иногда тихое пение ее флейты, от которого парня безумно тошнило. В затуманенном морской болезнью и ромом мозгу его порой всплывали символические картины, говорившие о том, что воительница проводит много времени в беседах с капитаном… Впрочем, серая кобылица на овсяном поле в лунном кратере или дракон, поджаривающий дыханием яйца птицы Рух, могли означать и что-то другое, при условии, что это были не банальные галлюцинации. Как-нибудь на досуге Вран собирался поразмыслить над этим, а пока все больше играл в кости, валялся в гамаке где-то в трюме (или как там это у них называется) и, выражаясь поэтически, смотрел на волны, придерживая шапку, чтоб не свалилась…