[Finedel]

Глава вторая.
Часть первая: «Совершенно секретно».
"Пытай, садист, пытай! Все равно ничего не скажу"
- подумал Штирлиц и запел:
- Орленок, орленок, взлети выше солнца!

Ба-а, какие гости! - взревел Моргот. Видеть его сияющую от счастья, словно медный таз, морду не было сил. "Да чтоб тебя совсем перекосило!" - подумал Маэглин, но как культурно воспитанный эльф, озвучить свои мысли он не мог, а поэтому тактично промолчал, исподтишка осматривая подвыпившего Валу. Вид у того был действительно блестящим: корона с Сильмариллами съехала на бок и затрудняла Морготу осмотр по левому флангу, руки, обезображенные радиацией от камней, вспыхивали словно неоновая вывеска при каждом движении, а мантия его действительно пылала. Причем в буквальном смысле слова. Вала умудрился, зацепившись за один из многочисленных канделябров, освещавших просторный зал, опрокинуть его на себя. Кровавая мантия с горностаевым подбоем занялась немедленно, но расквашенный нос Моргота был не в силах учуять гарь от меха. Не отвлекаясь на такие мелочи, Вала ловил кайф, издеваясь над пленным.
- Да если б я знал, я б хоть порядок в замке навел! Не каждый день сюда принцы Запада попадают! Гы-гы-гы! - захохотал он довольный своим каламбуром. Воспитание позволяло Маэглину в данной ситуации лишь презрительно поднять брови вверх, как бы не уловив смысла шутки. Но в душе его все полыхало. Выносить тупой юмор Моргота было выше его сил, недаром же ходила такая байка, что Моргота поперли с Запада именно из-за его плоских, бессмысленных шуток. И лишь вызубренное в раннем детстве "Предписание юному эльфу об этичности его поведения в гостях и дома" не давало Маэглину опуститься до ответа Черному Вале. А тот, видя колебания жертвы, продолжал издеваться:
-Чего молчишь-то? Или язык от страха отсох? А помнишь, как в Амане ты мне заявил, что мое превосходство в силе еще не есть то, что… как его там?... Аааа! Точно, еще не есть свидетельство превосходства моего ума?! Ну? - рыкнул Моргот, придвигаясь ближе к жертве, из-за чего его корона полностью съехала и повисла на левом ухе.
- Ты знаешь, я передумал - медленно процедил эльф, с задумчивым видом наблюдая, как огонь ползет вверх по мантии, подбираясь к меховому воротнику. Моргот радостно ухмыльнулся, и, в предвкушении, придвинулся еще ближе к Маэглину. - Ну, чего же ты надумал? - Вала замер в ожидании комплимента.
- Теперь я думаю, что твое огромное могущество, твоя невероятная сила… - эльф замялся, подыскивая слова. Польщенный Моргот внимательно ему внимал. - Так вот, твои невероятные способности еще раз подтверждают полное отсутствие у тебя не только разума, но и малейшего чувства юмора! - закончил фразу Маэглин, крайне раздосадованный полным отсутствием у себя выдержки и такта.
Что-ооо? О-оооо, ай-й ю…, пр.. твою ... - раздался громогласный рев обожженного Валы. Он прыгал по залу, пытаясь одновременно сорвать с себя полыхающую мантию и погасить огонь. Но руки, измученные лучевой болезнью, слабо повиновались ему. Маэглин не мог не улыбнуться, наблюдая безумные скачки Ужасного Валы по тронному залу. Тот заметил это невольное проявление чувств и разъярился окончательно.
-Ты, щенок безмозглый, над кем смеяться вздумал?! - Морготу наконец-то удалось сдернуть с себя остатки мантии и погасить ее о пол. - Ах, у меня, значит, чувства юмора нет, да? Ну, я тебе устрою милое развлечение. Да я, да я… Да я тебя прокляну, гаденыш ты этакий!
Маэглин вновь лишь усмехнулся. Проклинать создания эфира, коеми являются эльфы, дело столь же успешное, как бить море палкой. Усмешка опять не укрылась от враз протрезвевшего и поэтому зоркого глаза Моргота.
- Смейся, смейся, твареныш. Ты меня еще умолять будешь. Жену свою еще не забыл? А сыночка? Скоро увидишь, что с ними от твоих насмешек стало!
Тут Маэглина пробрала дрожь: а что если Идриль с Эльрондом не успели бежать через подземный ход? Что с ними будет, если они попадут в руки этого недоумка? Мороз по коже…
А Вала ликующе продолжал:
- А, то-то же будешь знать, как надо мной издеваться. Будут они скитаться, сирые, убогие и плакать: " Папка! Муженек! Спаси нас!" И все их будут слушать и оплакивать тебя, а ты будешь сидеть у меня и все это видеть! - Маэглин заскрежетал зубами. На его глазах балроги - подручные этого мерзавца разорвали пополам его отца - Тургона Гондолинского. А теперь он еще хочет причинить зло его жене и сыну. Но как этому помешать?! Маэглин в отчаянье оглядывал зал, прикидывая расстояние до ближайшего канделябра. Сломанная рука давала о себе знать, поэтому на особую точность и силу броска надеяться не приходилось. Но, попытка - не пытка, Финарфин вон его как умудрился искалечить, собственно, чем он хуже своего дяди?! А Моргот продолжал бесноваться от радости:
- Или, нет так еще лучше! Придумал! Ну и голова у меня! А ты все - дурак и дурак. Сейчас узнаешь: кто из нас двоих тут главный дурак! Зачем мне эти слезы-сопли-слюни: "Ах, он погиб славной смертью в неравном бою! Воспоем же его подвиг!" Нетушки, пусть лучше они тебя проклинают! Эй, Гортхаур! - крикнул он своему верному палачу. - Подь сюда! Живо!
Тот не замедлил явиться. В зале мгновенно стало мрачнее. Гортхаура недаром прозвали "Душителем", он одним своим появлением убивал любой свет. Тревога Маэглина усилилась. Этот палач обладал куда большим разумом, нежели его господин, и моментально мог догадаться какую отчаянную игру сейчас ведет эльф, балансируя на грани жизни и смерти. А тому надо было во-первых отвлечь пристальное внимание Черного Валы от его собственных границ, ибо оставшиеся в живых гондолинцы бежали по подземному ходу, выходившему прямо на горную гряду, окружавшую Ангбанд, во-вторых, узнать как можно больше о самой крепости и передать эту информацию через кольцо - Феанору, ну и, в-третьих, так между делом, остаться при этом в живых… И теперь этот план висел на волоске.
Но, слава Эру, Моргот даже не подозревал об этом, а Его палач был поглощен инструктажем.
- Да-да, выведи этого тупицу на правую вершину Тангородрима, усади в креслице. Ну то, обзорное… Пусть посидит парочку веков, поглазеет на деяния Могущественнейшего из Валар. И еще… Достань несколько эльфийских летописей и внеси туда соответствующие исправления. - О чем это они, и Маэглин обратился во слух.
Пусть этот гордый, непокорный эльфийский гаденыш там будет изображен нашим информатором. Сообщником. - Моргот противно захихикал.- Пусть он будет не сыном Тургона, а незаконным узурпатором. И вообще, - распалялся чокнутый Вала. - не женатым.
- Да, чуть не забыл! Пусть он еще будет… - голос грохотал с вышины, - ПРОКЛЯТЫМ!
Маэглин едва не рассмеялся от облегчения. Никто, ни один эльф не поверит в эту чушь. Пусть выдумывает все, что хочет. Это лишь еще один признак его недалекого ума!