[Элаир]

Дейн не решился последовать за мной, и предпочел сумраку шёлковых покровов свежеприготовленный обед.
Леголас в полголоса о чем-то разговаривал с Лин. Она немного нервно теребила край перепачканного в саже полотенца. Рядом, на небольшом столике, стоял котёл с горячей водой.
Заметив моё присутствие, Леголас приветствовал меня еле заметным кивком. Лин же смущенно улыбнулась и, потупив взор, поспешила оставить нас одних.
- Ты отдохнул, Илиан? – спросил эльф.
Я утвердительно кивнул и поблагодарил его за помощь. Я задавался вопросом: что же будет дальше, тем более что принц сегодня был одет в соответствии своему положению. Белый парчовый сюртук с высоким воротником-стойкой, прекрасно дополнял темно-синий бархатный плащ, такого же цвета тонкий пояс, выложенный драгоценными камнями и скреплённый на талии замысловатым узлом. Чело, как и прежде, венчал тонкий серебряный обруч.
Неожиданно вспомнив о своих отвратительных манерах, я поклонился.
Лицо Принца просияло:
- Оставим эти условности до более подходящего случая. Я пришёл, чтобы просить тебя об одолжении.
- Если это самое малое, чем я могу отблагодарить Вас, Ваше Высочество…
- Называй меня Леголас, пока мы одни, - перебил эльф, став серьёзнее. – Я ношу этот титул по праву рождения, и когда-нибудь, надеюсь, смогу носить его по праву достойного деяний своих предков. Королевский титул у Эльфов – нечто большее, чем сама корона. Мы презираем высокомерие и власть, ценим уважение и доблесть, мудрость, способность противостоять Тьме. Я не считаю, себя достойным подобной чести.
Эти слова поразили меня. Я впервые задумался о природе эльфийской сущности, начиная понимать отличие Морфина от его сородичей.
- Мой отец желает говорить с тобой, - продолжал принц. - Ты, конечно, догадываешься, о чём пойдет речь. Владыка мудр и справедлив, но он слишком разгневан на Морфина…
- И не он один, - злобно заметил я.
Леголас внимательно посмотрел мне в глаза.
- Я понимаю. Но я сейчас делаю то, что должен делать, даже если другие не видят смысла в моих поступках. И я надеюсь на понимание с твоей стороны.
- Я простой охотник, Леголас, и не понимаю даже смысла твоих речей - не то, что поступков. Ты хочешь просить меня об одолжении? Проси. Я не откажу тебе ни в чём. Если потребуется пойти за тобой – пойду, отдать последнюю рубаху – отдам… Жизнь в бою?..
- Боюсь, что это окажется куда труднее, чем отдать жизнь. Тебе моя просьба не понравится, Илиан.
Эльф опустил глаза. Он был напряжён и по непонятным мне причинам осторожничал.
- Судьба странным образом свела нас и я чувствую, что твой путь в истории с драконьим кольцом только начинается. Я расскажу тебе об эльфах то, что дано знать не многим из людей. Мы умеем хранить наши тайны и сердца от чужих взоров. Мы любим: скрываться в лесах и подолгу бродить в глуши. Среди деревьев Лихолесья эльф может стать твоей тенью и ты не заметишь его, если он сам того не пожелает…
- Я не выдам ваших тайн.
По глубокому вздоху Леголаса, я понял, что поспешил с выводами.
- Я хочу найти Морфина, – тихо сказал он. - Я не могу просить тебя пойти со мной, но если проведению будет угодно свести тебя с ним ещё раз, обещай, что ты не убьёшь его.
Леголас оказался прав: моему пониманию смысл такой просьбы был не ясен. Я чувствовал, как неуёмное возмущение нарастает у меня внутри, готовое выплеснуться наружу громким криком: «С ума сошел - лезть к волку в пасть! Хороша хвалёная эльфийская мудрость - бегать за смертью по кругу! А кто кого догонит это ещё неизвестно!»
Я нахмурился и сжал зубы так, что желваки заходили на моих скулах.
- Позволь мне объяснить, Илиан, - Леголас предостерегающе поднял руку, жестом пытаясь охладить моё недовольство.
Мне было сложно сдерживать свои чувства. Морфин пытался убить меня! Сжёг дотла Синегорье! Уничтожил многих, кто был мне дорог! С тех пор отправить его на тот свет стало самым заветным моим желанием, и в этом буйстве чувств пониманию места не было.
- Ты представляешь, о чём меня просишь? – сдавлено выдавил я.
Мгновение эльф молчал, и вдруг произошло то, о чём я со стыдом вспоминал ещё долгие годы. Леголас преклонил колено и низко склонил передо мной голову:
- И всё же… я прошу.
Его поступок потряс меня. Я не знал, что мне делать. Одному богу было известно, чего стоила Леголасу эта просьба и как для него была важна жизнь Морфина. Не смотря на все противоречия и озлобленность, владевшие моей потрясённой душой в тот момент, великий охотник Синегорья, человек, испытавший за последние недели больше, чем за всю предыдущую жизнь, взглянувший в глаза смерти и выживший не смотря ни на что, теперь - просто сдался.
- Обещаю, - все ещё хмурясь, кивнул я. – Клянусь тебе, что Морфин не падет от моей руки. Хотя видит бог, я не понимаю.
Леголас покинул шатёр с тяжелым сердцем, сказав, что мы ещё вернёмся к этому разговору.
Дейн явился сразу после ухода принца и засыпал меня каверзными вопросами. Мне не хотелось ничего обсуждать. Я всё ещё испытывал вину за нападение орков на Синегорье и в ответах был ограниченным и жестким. В конце концов, мой приятель оставил в покое рассуждения о тайнах, которые лучшим друзьям, видите ли, знать не полагается, и последующие несколько минут нарочито пафосно рассказывал о вкусной свежей оленей похлебке. Когда же пришла Лин, мне удалось на собственном опыте проверить похвалы Дейна.
К вечеру в лагере вновь появилась королевская стража. На этот раз представительный командир копьеносцев по имени Нимлас, с пытливым взглядом и величественной осанкой, важно сообщил, что Его Величество Король Трандуил Ороферион желает видеть меня вместе с сестрой.
Под сенью деревьев ждали лошади и сопровождение в лице десяти эльфов. Люди устремляли на нас долгие взгляды и о чём-то взволновано перешёптывались.
Лин выглядела растеряно, а в моё сердце снова вернулось слабое предчувствие беды.
Однако сюрпризы на этом не окончились - как только мы двинулись в путь, к нам присоединилось ещё четыре стражника, и среди них на сером черногривом коне ехал Алан. Вид у него был точно у моей сестры с той лишь разницей, что лицо его не багровело, и он не кусал себе губ. Ему, похоже, было невдомек: зачем его пригласил король. Мы обменялись вопросительными взглядами, но это ничего не прояснило.
В конце концов, Лин так разнервничалась, что это почувствовала даже её лошадь.
Белая кобыла жала назад уши, похрапывала, то и дело пыталась свернуть в сторону, и в один прекрасный момент встала как вкопанная. Таращась на беспомощно дергающую поводья девушку большими карими глазами, она вскидывала голову и упрямо отказывалась повиноваться.
Глядя на эту нелепую ситуацию, один из эльфов спешился. Он подошел к лошади и, погладив влажную морду, на распев что-то еле слышно сказал.
Кобыла навострила уши и, ласкаясь, потянулась к лицу стражника, но он лишь улыбнулся и попросил Лин совсем ослабить поводья. Остаток пути, к нашему удивлению, белая шла спокойно и быстро.
Перед глазами один за другим сменялись толстые стволы величественных деревьев, и вскоре я потерял счёт времени.
Сумерки охватили лес одновременно с леденящей промозглостью, птицы умокли, оставив свои заботы до первых лучей скупого завтрашнего солнца, редкие блёклые звезды искорками скользили среди скудной листвы. Это ночное спокойствие казалось нам ранимым и опасным, и лишь эльфы чувствовали себя ничуть не хуже, чем днём.
Трижды ухнула сова, и Нимлас отдал приказ остановиться.
Из темноты к нам вышли два лучника. Вид у них был утомлённый и серьёзный. Внимательно всех осмотрев, они обменялись парой фраз с командиром стражников и с той же лёгкостью растворились во мраке. Остаток пути я был уверен, что в этом странном и тёмном эльфийском лесу с той минуты мы были под постоянным присмотром.
Впереди показались огни - вначале несколько десятков - слабых, мерцающих, похожих на разбросанные по земле костры. Когда же мы приблизились к ним настолько, чтобы можно было разглядеть их в точности, нашим глазам предстало невообразимое зрелище! Несколько редких огоньков, были всего лишь краем большого эльфийского поселения и располагались не на земле, а в кронах древних деревьев. Здесь начинался крутой спуск в низину, усыпанную тысячами подобных огней. Город был подобен лунному озеру в чёрной зияющей бездне леса.
Сдерживая лошадей, мы осторожно спустились вниз.