[Estell Greydaw]

День двадцать четвертый.
(как только взошло солнце, проснулся Мерри и пошел на кухню. На его счастье, вчера Халдир посуду помыть не успел)
МЕРРИ (облизывая чью-то миску): мням-ням. Хоть что-то для бедного голодного роханского рыцаря…
(Мерри находит недоеденную кем-то рыбу и радуется еще больше)
МЕРРИ: у-у, как вкусно! Эх, жизнь-жестянка, до чего дошел отпрыск благородного рода Брендибаков – чужие объедки доедает!!!
(на талане от шума, издаваемого Мерри, просыпается Халдир)
ХАЛДИР (сонно): Мерри, ты опять шарился по мискам?! Я же их забыл вчера помыть…
МЕРРИ(торопливо заглатывая рыбу): что ты, Хэл, я их собираю, чтобы мыть. А то скоро завтракать, а посуда грязная.
(Начинает, бурча, собирать грязную посуду в стопки. Между тем Халдир поворачивается (он спал на краю талана) и видит спящего рядом Леголаса. Толкает его)
ХАЛДИР: Леги, проснись.
ЛЕГОЛАС: да иди ты…
ХАЛДИР: между прочим, Келегорм уже проснулся, и довольно давно.
ЛЕГОЛАС (все еще сквозь сон): а он тут и не ночевал… (подскакивает)
ЛЕГОЛАС: ой блин, Турка-то должен был первым дежурить …
ХАЛДИР: вчера мы так устали, что об этом забыли. Я заснул, как только залез на талан.
ЛЕГОЛАС: ёлки-мэллорны, Турки тут и не было… Знаешь, Хэл, что это значит? Это значит, что эта феанорская морда нас предала!
ХАЛДИР: да успокойся, никто нас не предавал. Наверное, он от усталости свалился где-нибудь внизу. Ты сам вчера сюда залезал, храпя на ходу.
ЛЕГОЛАС: Хэл, как бы там ни было, он должен был первым дежурить, и он не дежурил. Значит, он будет наказан!
ХАЛДИР: ну хорошо, потом разберёмся. Сейчас нам надо пойти порыбачить, а то вон Мерри уже грязную посуду вылизывал с утра…
(Еще сонные эльфы спускаются с талана и даже не замечают, что со вчерашних съёмок на них остались присохшие пятна кетчупа и вишнёвого сока. Берут остроги и идут ловить рыбу. Мерри между тем драит посуду)
ЭЛЛАДАН (вставая из шезлонга, в котором он провёл ночь): О-ох… уже так поздно! Впервые я так поздно встаю… ладно, пора приниматься за дело.
(идет к кухне и берет там самодельный лук и стрелы, потом уходит в лес, на охоту.
А в хижине от звуков начищаемой Мерри кастрюли проснулись Арагорн и Боромир)
АРАГОРН: Эй, Борыч, ты уже не спишь?
БОРОМИР: нет. Уже нет. Кто это с утра кастрюлю решил подраить?
АРАГОРН: какая нафиг разница? Все равно пора вставать…
БОРОМИР (потягиваясь): да-а… жрать-то как хочется.
АРАГОРН: мне тоже. Но мы вчера ведь сожрали почти все запасы. Так что надо вставать и идти чего-нибудь добывать. Кстати, а где Элди?
БОРОМИР: не знаю. Когда я ложился спать, его тут не было.
АРАГОРН: впрочем, фиг с ним. Пошли, сходим в лес, чего-нибудь добудем на завтрак.
БОРОМИР: почему только на завтрак?
АРАГОРН: потому что к обеду приедут гости и чего-нибудь точно привезут.
БОРОМИР: ты всерьёз в это веришь?
АРАГОРН (зашнуровывая кеды): нет, конечно. Просто сейчас нам некогда будет ещё и на обед добывать, тут бы хоть на завтрак успеть, пока в племени революция не началась…
(гондорский король с гондорским рыцарем выходят из хижины и видят Мерри, который на бережку драит кастрюлю, и Халдира с Леголасом, которые ловят рыбу. В гамаке храпит Эомер, из палатки торчат ноги Луртца. Арагорн пожимает плечами, и вдруг резким движением выворачивает Эомера из гамака.
Роханец падает на песок со страшными матюками. На эти звуки из палатки вылезает Луртц, а из шатра выскакивают Галадриэль в легком халатике и Тхуринэйтель в прозрачной ночнушке)
ЭОМЕР: какая сволочь посмела?!
АРАГОРН (невинно улыбаясь): порыв ветра, дорогой коллега.
ЭОМЕР: тьфу…
ГАЛАДРИЭЛЬ: С добрым всех утром.
АРАГОРН: И вас также.
ЛУРТЦ: в натуре, Ляди, с добрым утречком. Эх, и устал же я после вчерашнего…
ТХУРИНЭЙТЕЛЬ: и я тоже. Кстати, а кто-нибудь видел Эовин?
АРАГОРН: оба-на… а ведь и Элди куда-то пропал…
ГАЛАДРИЭЛЬ: не только он один. Келегорма я тоже нигде не вижу.
БОРОМИР (несколько ехидно): уж не хотите ли вы сказать, уважаемая владычица, что они соблазнились на Эовин?!
ГАЛАДРИЭЛЬ: нет, не хочу. Но обратного не отрицаю. Поэтому Тхури, Арагорн и я идем на поиски, Луртц рубит дрова, Эомер сходит за водой, а Боромир – за фруктами… Надеюсь, ничего непоправимого ещё не произошло.
(Тхуринэйтель ныряет в шатер и появляется в шортах и футболке. Галадриэль только подпоясывает халатик и надевает шлёпанцы. Эомер уходит к кухне и берет там ёмкости для воды, Луртц принимается за дрова, а Боромир с корзиной уходит в направлении банановых и манговых зарослей)
АРАГОРН: э-э… Владычица, а что мы будем делать, если вдруг…
ГАЛАДРИЭЛЬ: Дорогой зять.
АРАГОРН: что?
ГАЛАДРИЭЛЬ: Просто помолись Эру, чтобы все обошлось.
АРАГОРН: а почему я должен молиться за Келегорма? За Элди, так и быть, все-таки он мой шурин, хотя чего им двоим вообще бояться – они ж оба холостые…
ГАЛАДРИЭЛЬ: Ладно, зять, помолись хотя бы за Элладана, хотя Келегорм и мой двоюродный брат… и мне его жаль.
(они идут по лесу, осторожно заглядывая за все кусты. Между тем на поляне возле пляжика, с которого видно бывший остров Амазонок, проснулся Келегорм и… обнаружил, что он совершенно голый, и что на его груди лежит белобрысая голова роханки.
И все вспомнил)
КЕЛЕГОРМ (тихо): Элберет твою налево… Майтимо теперь меня точно убьёт…
ЭОВИН (подняв голову): Да не убьёт, что у него, самого баб ни разу не было?
КЕЛЕГОРМ: не тебе об этом судить, роханка.
ЭОВИН: ну да, ну да. Ну так уж и не мне (она заняла очень возбуждающую позу и Келегорм ощутил, что спорить с ней у него нет никакого желания, зато есть желание сделать что-то совсем другое)
ЭОВИН: можно подумать. Если твой братец такой же горячий, как и ты, то не может быть, что у него не было никогда ни одной бабы. Уж поверь мне, я-то в этом разбираюсь…
КЕЛЕГОРМ (придушенно): слушай, ты… проваливай, а? пока я тебя не убил.
ЭОВИН (сладострастно облизнувшись): ага, убил один такой. У меня, между прочим, давно-о мужика не было, так что ты учти – если я разозлюсь, я сама кого хочешь убью. Очень оригинальным способом.
КЕЛЕГОРМ: ладно, Барлог с тобой. Делай свое дело, только молча…
ЭОВИН: а что это ты так быстро смирился с судьбой?
КЕЛЕГОРМ: не твое дело…
(в общем, когда до этого места добрался поисковый отряд, их взорам предстала очень откровенная порнография)
ГАЛАДРИЭЛЬ: та-ак…
ЭОВИН (испуганно замерев на месте): а-а-а-а!!!!
КЕЛЕГОРМ: э-э…
ТХУРИНЭ ЙТЕЛЬ: ага.
АРАГОРН: гм… Владычица, может, пусть они хоть доделают свое дело, а? Все равно уже ничего не исправить.
ГАЛАДРИЭЛЬ (ледяным голосом): хорошо. Пусть доделывают.
(Разворачивается и уходит. Тхуринэйтель, сально подмигнув парочке, тоже уходит, Арагорн разводит руками, потом грозит Эовин пальцем и тоже уходит.
Только когда они вернулись в лагерь, Арагорн решился нарушить молчание)