[Finedel]

Но дружбе двух товарищей по несчастью такие мелочи помешать не смогли. И они продолжили свое общение на бескрайних просторах Средиземья. Конечно, отцы пытались использовать их дружбу в личных, корыстных целях, ан не удалось. Сыночки разом показали зубки, вежливо попросив папаш не лезть, куда не следует. Те недоуменно покачали головами, пожали плечами, махнули руками и оставили деток в покое. И все было бы просто замечательно, если бы не желание Финарфина доказать, кто здесь самый крутой в Средиземье. Войско Моргота почти полностью смело строй бравых стражей тайной полиции и уже начало безнаказанную расправу над пленными, как передовые отряды орков, заблудившись в темноте, наткнулись на ставку Феанора, и, приняв их за отряды его брата, попытались качать права коренного населения Средиземья, требуя у тех паспорт и прописку. Разбуженный и ужасно разозленный Феанор не разбирая, что к чему, повел свои войска в наступление. Результатом короткой, но жаркой схватки явилось полное отползание войск Моргота за стены Ангбанда, почти полное уничтожение тайной полиции и униженный Финарфин, доставленный прямо в шатер ко все еще злому Феанору, который тут же провозгласил себя в пику брату Великим и Мудрейшим Властителем Средиземья. Финарфин чуть не поперхнулся от подобной наглости и полез было на брата с криком: «Ты не смеешь не испросив благословения Их Великих Светлостей… Да я лучше тебя….! Да ты,…». Но назревающий мордобой был остановлен задыхающимся и на смерть перепуганным Аэгнором, ворвавшимся в палатку с криком: «Финрода орки схватили!» Как выяснилось немного позднее, это была чистая правда. Горю Финарфина не было пределов: «Что ж ты сынок, отца так опозорил!» - всхлипывал он, отказываясь от протянутого Феанором носового платка, - «Уж лучше б ты сразу умер!». Но злобный Моргот и не собирался доставлять истерзанному отцу такого удовольствия. От длительного радиационного воздействия Камней у Валы стало портиться зрение, поэтому сослепу не разобрав, кого это к нему притащили, Моргот решил, что перед ним – Сам Золотой голос Валинора и решил побаловать себя и своих верных слуг бесплатным концертом. Результат был такой, что до половины орков оглохло сразу, а два Балрога начали заикаться. Как бы сказать помягче, в отсутствии талантов Финрод умудрился переплюнуть своего лучшего друга. Поэтому разъяренный Моргот велел вытащить «этого эльфийского урода» в горы и приковать его к скале, до тех пор пока у того хотя бы намек на слух не проклюнется. С тех пор тот край иначе как Дор-Ламмот или Край Диких Воплей и не называли. А в ясную погоду вопли сына Финарфина долетали до ставки Феанора, поэтому тот, не дожидаясь пока его войско сойдет с ума, организовал совещание, на повестке дня которого стоял вопрос о спасении Финрода. Слушать «А Элберет Гилтониэль» в его фальшивом исполнении достало всех, но вот беда – прикован он был высоко в горах, добраться куда было почти невозможно. Поэтому даже его родные братья не особо горели желанием идти его спасать. Совещание грозило затянуться, а крики «А менель, мать твою, аглар элленат» сидели у всех уже в печенках, как Феанор в очередной раз явил эльфам свою великую мудрость. Поднявшись из-за стола, Феанор обернулся к Маэдросу и с видом величайшего удивления заявил: «Нельяфинве, да что ж ты стоишь здесь как соляной столп, слышишь – друг твой надрывается, орет от жестоких мук Моргота. Беги, спасай его скорее. Авось заодно и прославишься хоть чем-то. Ты что, не понял, я сказал: «Бегом!». И бросил на своего наследника грозный взгляд.
Слабо сопротивляющегося Маэдроса вытолкнули из палатки, сунули в руки вещмешок, вручили кипу листков «О том, как светлому эльфу выжить в стране мрака» и сопроводили до начала предгорий, где и оставили его в одиночестве размышлять над превратностями судьбы. Такой выход устраивал всех, по этому поводу даже закатили гулянку, которую портило лишь гнусавое подвывание Финрода, доносимое в ставку ветром.