[Таволга]

После этого случая все Лихолесье еще долго говорило о поимке гномов и беспримерной доблести своих воинов. Зато сами герои, Леголас и его десятка, три дня не показывались во дворце, опасаясь, что их подвиг торжественно вознаградят толстым пучком крапивы. Горе-дозорные отсиживались на тихом островке среди болот, и где они прячутся, не знал никто, кроме десяти или пятнадцати добросердечных эльфиек, снабжавших славных витязей пивом, пирожками и слухами о настроении короля. Наконец Леголас решился показаться во дворце, отец принял его благосклонно, и мир в королевском семействе был окончательно восстановлен.
Эльфы еще несколько дней прочесывали леса на границе. В итоге удалось задержать шайку гоблинов, заблудившийся караван купцов и одного неизвестно откуда взявшегося слонопотама. Гоблинов уничтожили, купцам показали дорогу и отпустили восвояси, а вот со слонопотамом вышла заминка. Королевский Совет долго вспоминал, какая страна использует этих зверюг в войнах, вспомнить так и не смогли, но запасливый король Трандуил решил оставить диковинного зверя и пустить его пастись вместе с лесными свиньями. В дружном свинском коллективе слонопотам вскоре обрел семейное счастье, и через несколько лет Лихолесье оказалось наводнено чудовищных размеров кабанами с нежным мясом и жарким тропическим темпераментом. Ко всему привычные эльфы на них охотились, а для жителей окрестных деревень свинослоны стали еще одной страшилкой этой бедовой земли.
Шли недели, осень все сильнее вступала в свои права. Упрямые гномы сидели в темнице и не желали рассказывать, что привело их в Лихолесье. Листья с деревьев облетели, ночи стали совсем холодные, и принц Леголас, почти все лето ночевавший в ветвях своего любимого бука, откуда так удобно было считать звезды, перебрался жить в пещеры. Милые звездочки из окрестностей замка повздыхали и смирились – зима ведь рано или поздно кончится, а во дворце тоже бывают пирушки….
Холодным осенним утром Леголас проснулся от неприятного звука - словно где-то рядом барабанили в обитую железом дверь. Принц открыл глаза и в изумлении сел. Он находился в кошмарной маленькой комнате, больше похожей на тюремную камеру, с голыми каменными стенами, освещенной лишь маленьким, забранным решеткой окошком. Принц, совершенно голый, лежал на груде соломы, а его левая нога была прикована к вделанному в стену кольцу.
Леголас в ужасе схватился за голову. Как он сюда попал? На замок напали, и он теперь пленник? Но кто - гоблины, орки, гномы, Саурон? Он ничего не помнил.
Между тем за дверью раздался какой-то шум, и сонный, хриплый голос спросил.
- Ну что, длинноногий, надумал? Если все расскажешь, мы тебя выпустим, а если нет - так и будешь тут сидеть!
Ответом ему был какой-то невнятный шум.
-Опять ругаешься? – обиженно отозвался невидимый за дверью стражник, - ну тогда сиди дальше, мне не жалко.
Леголас услышал удаляющиеся шаги – легкие шаги лесного эльфа.
- Эй, вы! – заорал принц, - я вам расскажу все, что хотите, только выпустите меня!
Стражник остановился, потом подошел к двери.
- Ты кто? – удивленно спросил он, и Леголас сообразил, что отлично знает этот голос, - за что тебя сюда посадили?
- Не помню, - удрученно произнес принц, - наверно, батюшке вконец надоели наши гулянки, и он решил взяться за мое воспитание всерьез.
- Леголас?!!!!
Незапертая дверь распахнулась, и в камере со свечой в руке появился Анор, розовощекий эльф из собственной дружины Леголаса. Сквозь открытую дверь принц увидел в коридоре тележку, на которой стояло большое блюдо с пирогами, кусками копченого мяса и прочими остатками вчерашнего ужина. Друзья с изумлением уставились друг на друга. Оглядев камеру в свете свечи, принц обнаружил, что его нога не прикована к стене, а привязана, причем не веревкой, а розовым кружевным чулком.
Розовые кружевные чулки носила Эйриен, сероглазая дочка повара. Леголас с ней отлично ладил, а вчера они, кажется, пробовали на кухне свежее пиво, а потом решили поискать тихое местечко подальше от чужих глаз. Теперь принцу стало ясно, почему он голый.
- Что ты тут делаешь, Анор? Ты привез мне завтрак?
- Сегодня моя очередь стеречь пленных гномов и развозить им еду. А ты что тут делаешь, повелитель?
Леголас хмыкнул.
- Что делаю? А самому непонятно? – он, наконец, отвязал ногу и помахал перед носом Анора кружевным чулком.
- П-понятно, - запинаясь, ответил эльф, - но почему здесь?
- А почему нет? Мы просто зашли в первую попавшуюся комнату...Где моя одежда?
Друзья осмотрели камеру, но одежды принца нигде не было.
- Ну, Эйриен, ну, выхухоль бесхвостая! Небось сидит у лестницы и готовится смотреть, как я голый побегу в свою комнату! Ох, и задам я ей, когда поймаю! – кипятился Леголас.
- Она этого и хочет! – засмеялся Анор, - девочка любит сильные страсти! Ладно, подожди тут, а я покормлю коротышек и принесу тебе штаны.
Принцу ничего не оставалось, кроме как согласиться. Он сел обратно на солому, а Анор, катя перед собой тележку с едой, ушел кормить оставшихся гномов. Свечу он унес, но в коридоре горел факел, так что принц мог любоваться серой каменной стеной и ползающими по ней жучками.
В коридоре было тихо – в этой части подвала не было ничего интересного, и сейчас сюда кроме стражников никто не заходил. Леголас молча сидел на соломе, в красках представляя расправу над коварной Эйриен, когда в коридоре раздался тихий голос:
- Эй, Балин! Подойди к двери!
Голос был не эльфийский, и принцу он был абсолютно незнаком. Леголас бесшумно поднялся, подошел к полуоткрытой двери и заглянул в замочную скважину. Ему была видна часть коридора и дверь в камеру гнома. Принц еле сдержал изумленный возглас: в коридоре никого не было, но в неверном свете факела на стене двигалась тень! Тень маленького человечка, размером с гнома, но без колпака и бороды.
Из-за двери раздался голос гнома.
- Господин Сумкинс, это вы! Почему вы вчера не пришли? Я тут чуть с ума не сошел!
- Простите, дорогой друг! – грустно ответил человечек, - я не мог! Стражник, который дежурил вчера, притащил с собой хорька, зверек почуял меня, так что я весь день отсиживался в кладовке, не рискуя показаться наружу. Во дворце полно животных, они чувствуют меня, поэтому приходиться быть очень осторожным.
- Я так не выдержу, - жалобно отозвался гном, - я хочу на волю! Я уже готов все им рассказать, только бы отпустили!
- Ни в коем случае! – голос господина Сумкинса звучал твердо, но чувствовалось, что эта твердость дается ему нелегко, - я обязательно придумаю, как нам всем убежать! А пока – держитесь, дорогой Балин, и ни слова о сокровищах!
Тут за углом коридора послышался шум. Тень маленького человечка метнулась прочь и исчезла. Пока Леголас соображал, что все это значит, в камеру вошел Анор с его вещами.