[Таволга]

Первое утро после возвращения Леголаса из дозора выдалось ясным и солнечным, так что король и его приближенные завтракали на поляне перед дворцом. Принц прибежал, когда все придворные уже сидели за столом. Его щеки розовели от волнения, глаза горели восторгом.

- Батюшка! Что за дивный белый жеребец появился у нас в конюшне? Я никогда не видел такой красоты! Я хотел его тут же оседлать, но слуги сказали, что ты приказал никому его не давать!
- И приказал! – подтвердил король, отправляя в рот кусок омлета с грибами. – Этот роханский жеребец стоит сумасшедших денег, я купил его в подарок Кирдану Корабелу на очередной тысячелетний юбилей. Эта порода предназначена только для скачек по ровным полянам или парадных выездов, но не для охоты в лесах и болотах. Те кони, к которым ты привык, отлично чувствуют себя на лесистых холмах и только что по деревьям не лазают, а этот красавчик у нас рискует переломать ноги. Кирдану на приморских равнинах от него будет больше пользы. Поэтому я решительно запрещаю кому бы то ни было кататься на Легконогом.
- Но конь же не может постоянно стоять к конюшне, ему нужно двигаться! – Леголас горел желанием оседлать невиданную красоту.
- Да, его ежедневно прогуливает по самой ровной дороге самый осторожный из наших конюхов.
- Повелитель, но я тоже могу кататься на нем по той же самой дороге!
Король посмотрел на наследника с явным сомнением.
- Нет, дитя мое. Прости, но эту игрушку я тебе не дам. На следующей ярмарке в Озерном городе ты можешь выбрать себе любого коня, но Легконого не трогай.

Леголас разочарованно вздохнул. Он знал, что в некоторых случаях спорить с отцом бесполезно. Для достижения цели нужно проявить фантазию и быть готовым платить за свое удовольствие.

После завтрака король отправился присматривать за хозяйством. Он убедился, что мохнатые лихолесские свиньи чисто подъели все остатки завтрака и дисциплинированно лежат в грязи. Потом проверил, как на кухне солят грибы. Потом выбранил Таволгу за то, что на капусте мало гусениц и куропаткам некого есть, и послал Ляром в погреб считать бочонки с вином – он знал, что нежная дева много не выпьет, а значит, ей можно доверить это ответственное дело.

Проведя немало времени в разнообразных хлопотах, перед самым обедом Трандуил заглянул в конюшню. О, ужас! В стойле Легконогого, фантастически дорогого роханского жеребца, наблюдалось нездоровое оживление - четвероногое сокровище нянчили два конюха и конский лекарь. При виде короля эльфы сжались и побледнели, а конь жалобно заржал, словно хотел на кого-то наябедничать.

- Что тут происходит? – с тихой угрозой спросил король.
- Все уже в порядке, повелитель, не волнуйся! – торопливо заговорил лекарь. – Пару дней жеребчик побережет ногу, и все будет в порядке! Нежная скотинка, запуталась в нашем буреломе, но ничего серьезного…
- Какой еще бурелом?!! Ланкин, ты же должен был ездить на нем по ровной дороге!
Слуги замялись, не смея поднять глаза на короля. Он сразу все понял.
- Это принц, да? Он все-таки увел Легконого из конюшни и потащился в лес? Какого барлога?…
- Не волнуйтесь, повелитель, конь почти не пострадал! – лекарю нравился веселый принц, и он пытался его выгородить, - милорд Леголас вам все объяснит. Он пошел к вам, чтобы все рассказать.

Не говоря ни слова, король отправился искать своего белокурого шалопая. Перед его мысленным взором плыли жаркие сцены мордорских пыток. Принца он нашел почти сразу – тот стоял недалеко от выхода из конюшни, невозмутимо наблюдая за возившимися в траве лисятами.

- Вот и ты, о звездный свет лихолесской короны, - король упер руки в бока и мрачно уставился на наследника. Принц слегка поклонился и молча смотрел на Трандуила спокойным, грустным, слегка виноватым взглядом. Король машинально отметил на щеке сына тонкую полоску, словно след от недавней раны. Утром этой полоски не было.