[Larome]

За ужином король был мрачнее тучи. Леголас чинно сидел на своем месте, бесшумно орудуя вилкой, на вино не налегал и вообще старался не привлекать к себе внимания. Прикосновения под столом к ножкам девиц были деянием непубличным, а потому в счет не шли.
Постепенно превосходное вино и отличная еда привели короля в более светлое расположение духа, он даже изволил милостиво пошутить с наследником на предмет его великолепных дарований по части сбора ягод. Леголас, услышав о ягодах, едва не ляпнул что-то недоуменное. Но превосходная светская выучка с одной стороны, и ощутимый пинок туфелькой Тав с другой, мгновенно стерли с его лица любые признаки удивления и он даже ответил нечто почтительное и уместное.
После трапезы, когда на кухню потянулась вереница слуг, Леголаса подхватила под локоть Ляром,и, учтиво улыбаясь, совсем не учтиво уволокла его в сад. Сначала принц шел охотно, предполагая, что ожидается что-то занятное. Но в саду за кустами шиповника его ждала весьма хмурая Таволга. Лицо Ля тоже было далеко от выражения нежных чувств.
- Леголас, - Тав подошла к нему вплотную, - творится что-то странное. Наш король вдруг проникся одержимостью клюквой. Он почему-то думал, что мы с Ля собирали ее сегодня на болоте. А потом это же повесил на тебя.
Принц задумчиво теребил воротник:
- Странно, и правда. Он никогда прежде не заговаривался. Сегодня у меня вообще было чувство, что отец продолжил со мной разговор, а я не помню его начала. Глупо. Ну ничего, девочки, наш король тоже имеет право устать. Завтра будет придираться как всегда.
Ля, нервно наматывавшая на палец прядь волос, сердито всхлипнула.
- Леголас, брось эту браваду. Творится что-то странное, и это... Это совсем не смешно.
Леголас нахмурился и распрямил плечи:
- Дамы, я всегда был в состоянии постоять за себя и за других. И не вижу причин, почему это должно было измениться.
Видя расстроенные лица девиц, Леголас смягчился, галантно коснулся губами двух нежных рук и пожелал эльфийкам доброй ночи.

Утро было туманным и сонным. Отчаянно зевающая Ля выводила из стойла свою вороную кобылку. Она собиралась навестить родителей, живущих неподалеку от дворца, и к обеду ей надлежало вернуться. У коновязи ее уже ждала ежащаяся от утреннего холода Таволга, вызвавщаяся состовить ей компанию, а заодно отведать пирожных, которыми матушка Ляром была известна ничуть не менее, чем своей строгостью в воспитании единственной дочери. Ля к перспективе маминой выпечки относилась с энтузиазмом, но уверена была, что не избежать выволочки за... за что-нибудь. Справедливо говоря, ее поведение не всегда было безупречным.
Еще не обсохла роса, и искристые шлейфы мельчайших капель взметались за потревоженными ветками. Лес был тих и чист, прозрачен, как бывает лишь по утрам. Ляром придержала лошадь.
- Гляди, Тав... Все же, нет во всем Средиземье места лучше Лихолесья, а? Что б ни говорили эти лориенские снобы.
Таволга, засмотревшаяся в серебристо-зеленую дымку ветвей лишь кивнула.
- Их вообще нечего слушать. Что они знают о лесах кроме своих мэллорнов...
И тут трепетную тишь леса разорвал резкий свист. Девы не успели опомниться, как оказались окружены орочьим отрядом не менее чем из двадцати бойцов. Лошади попятились, захрапев, а эльфийки, быстро пришедшие в себя, выхватили кинжалы. Но силы были неравны. Борьба не заняла и минуты. Обеих девиц связали и поволокли в чащу.
"А ведь Леголас говорил, орки подошли совсем близко" - мелькнула у Ляром последняя отчаянная мысль.

Орки неслись, словно эльфийские лучники уже целились им в спины. И эльфийки совсем не удивились, когда их втащили в уже знакомую крепость и швырнули на пол, к чьим-то ногам в знакомых высоких сапогах с щегольским тиснением по голенищу.
Над ними возвышался... Леголас. В глазах его сквозило легкое удивление, а губы вдруг тронула совсем не ласковая полуулыбка.
- Итак, дамы, вы снова почтили меня визитом. - Леголас скрестил руки на груди.- Что ж, раз вы так настаиваете, продолжим наше знакомство...