Итак, глава одиннадцатая, «Кто везёт, на том и ездят». Ой, извините, «На пороге».
Содержание этой главы наводит на мысль, что у гномов тоже есть две стороны их существа, героическая и бытовая, только точные названия для них я пока затрудняюсь подобрать. И они проявляются по очереди, сменяя друг друга.
Куда вдруг в мгновение ока исчезло знаменитое упрямство гномов?
У них есть карта, но потайную дверь начинают искать, только когда их заставил Бильбо. Потом, после неудачной попытки открыть дверь при помощи инструментов, впадают в ещё большее уныние. Понятно, что утрачено умение вычислять, когда именно наступает «Дьюрин день». (Что и не удивительно, ведь профессия астронома явно была большой редкостью среди подземных жителей, а во время войн и нападений драконов не только гномы погибали, но и их «библиотеки» уничтожались.) Но хотя бы внимательно наблюдать каждый день, что происходит на закате солнца вокруг запертой двери, можно было бы. Такое впечатление, что добравшись почти до конца своего путешествия, гномы подсознательно тянут время. Может быть, именно потому, что они не понаслышке знают, что такое дракон.
Но так как признаваться даже самим себе в собственных страхах гномы не решаются, по привычке во всех неудачах начинают обвинять хоббита. Удивляюсь, как это гномы не начали ворчать в адрес Гэндальфа: «Говорил, что взломщик профессиональный, а подсунул нам непонятно кого. Ни открывающие заклинания подобрать не может, ни с помощью инструментов дверь взломать».
Ещё такое наблюдение. С того самого момента, как Бильбо рассказал гномам о своём кольце и его волшебных свойствах, никого из гномов не посетила мысль заполучить это кольцо. С одной стороны, это говорит о том, что Торин и компания – порядочные гномы. А с другой стороны, похоже, гномы просто очень хорошо понимают, что надеть на палец такое кольцо – всё равно, что надеть на спину седло. Все начнут ездить…
Как хорошо, что Бильбо, увидев дрозда, не вспомнил свою детскую привычку швыряться камушками. А то пришлось бы им на пороге ещё год сидеть.
И каким же невероятно огромным должен был казаться полурослику Бильбо окружающий его мир, на который он смотрел, сидя «на пороге»! Наверное, Баумгартнер на землю из стратосферы с меньшим изумлением смотрел.
Сидя на пороге.