[Tirendyl]

Торин в самом деле несколько успокоился, зная, что Даин близко, и согласился на переговоры - но видно, что без Аркенстона они были бы совершенно безрезультатны. Правда, Бард пришёл вместе с Трандуилем.
Бильбо честно признаётся Торину, что это он отдал Аркенстон - и напоминает о словах самого же Торина: дозволении выбрать свою долю самому, уверениях в вечной признательности... Но Торин в такой ярости, что даже слова Бильбо, что гномы на словах могут быть веживей, чем на деле, пропускает мимо ушей. Ещё недавно подозрения, зароненные в сердце Бильбо драконом, обижали всех гномов, сейчас же Торина не волнует - сочтут гномов нечестными или нет; он не помнит себя от ярости, обзывает Бильбо крысёнышем, теряя обычную вежливость, и если бы не Гэндальф - мог бы покалечить или даже убить под горячую руку. Но эта вспышка ярости понятна: для него-то это предательство, его подвёл именно тот, на кого он уже привык рассчитывать больше всего! Однако не все гномы думают так же.
Когда Торин хочет отнять Аркенстон силой и оставить все сокровища себе - нарушив договор и с Бильбо, и с Бардом - это самый худший его поступок за всю книгу. На это время - к счастью, краткое - он перестаёт быть гордым и упрямым, но порядочным гномом...
Полностью описано вооружение воинов Даина: кольчуги до колен, перетянутые поясом, за который убраны бороды; чулки из металлической тонкой сетки, какие куют только гномы Железных Гор; железные шлемы с налобниками; двуручные секиры; короткие широкие клинки за поясом; круглые щиты на спинах.
Едва не начинается битва - при всём благородстве Барда он собирается атаковать гномов, и только Трандуиль его удерживает и советует не спешить - совершенно верно.
Даже Гэндальф не знал, что гоблины придут так скоро; по-видимому, Трандуиль об их наступлении вовсе не знает, как не знают и вороны.
Опять знамёна - теперь чёрные и алые. Флаги Гоблин-тауна и Гундабада?
Описание битвы глазами Бильбо - это в песнях даже поражения красивы, а на деле всё не так; Битва Пяти Воинств - такая же, как и битвы во "Властелине Колец", где совмещается красота подвигов и отвратительность войны как таковой. Вместе с тем Бильбо, хоть и прячется - в случае нужды готов стать настоящим воином и до конца защищать Трандуиля. Быть может, поэтому - и, конечно, за свои заботы о мире, и за роль в низвержении дракона он будет удостоен высокого звания Друга Эльфов. Я забегаю вперёд, но вы только послушайте, как это звучит - Бильбо Элендиль!
У эльфов светятся не только мечи, но и копья, и мерцают летящие стрелы.
Даин мгновенно держит совет с эльфами и людьми против настоящих врагов; но спустя время и Торин забывает обо всех распрях - и показывает, что он действительно великий гном! Важно не только то, что он отважно бросается вперёд с двенадцатью спутниками против множества гоблинов - и пробивается через их ряды - кажется, что его не удержать. Не только то, что он выбирает верный момент - вступает в бой именно тогда, когда союзники в смятении из-за прихода "второй волны". Мне кажется, не менее важен его возглас: "Ко мне, эльфы и люди! Ко мне, мои родичи!" Он сражается не только за себя, за них всех: за Барда, завладевшего Аркенстоном, за Трандуиля, держвашего его в плену и, конечно, за Даина - против гоблинов. Всё, что было недавно - минуло, как дурной сон; теперь же он очнулся.
Именно сейчас - когда он выходит на битву - Торин впервые именуется Королём-Под-Горой; до того так могли говорить восторженные эсгаротцы или он сам, или Гэндальф - с упрёком, но в тексте он именовался по имени или просто гномом. Потому что ныне он ведёт себя достойно короля.
Увы, отваги Торина недостаточно, чтобы справиться с врагом малыми силами...
Глава завершается такой надеждой - "Орлы летят!" и такой тревогой - Бильбо в разгаре боя падает без сознания - что трудно было остановиться и не перейти на следующую, даже зная, чем всё закончится.