[Holi Day]

Тю! Чего это его так колышет? Нет, такой простой: "кто отец Орофина". Он думает, я ему скажу. После того, как он снял с меня сапог, сломал мне ногу, открыл духовку, уронил противень, спалил руку, кинул на пол, задушил, плюнул в меня своим зубом, он думает, я ему скажу. НЕТ!
-Халдир, кто отец Орофина! И Эллениэль! И Рамила!
Ну, что ж на этот вопрос я ему отвечу. Пусть побольше помучается:
-У них у всех разные отцы.
От злости и следа не осталось. Теперь только облом и страх.
-К-к-к-кто???
-Ха!!!
-Нет, не "Ха", а кто их отцы!?
-Леголас, ты думаешь, я тебе скажу? Ты сильно ошибаешься. Знай же, что я тебе ничего не скажу. Я тебя ненавижу!!!
Он встал на ноги. И я испугался. Так, я еще не забыл синдарин...
-Ты сам хотел со мной поговорить. Если не хочешь, я пошел отсюда.
-Стоять!
Ого, как гаркнул! Я даже и не знал, что мой высокоблагородный голос, переданный мне в наследство от эльфа королевских кровей, может быть таким грубым. Это все этот Леголас. И как его выродили?! А говорят, мамочка-природа не ошибается. Вот и верь после этого разным слухам...
Но как это ни странно, Леголас мне повиновался и остановился. Фу-у-у, ну и рожа! Вся перекошенная, да еще и кровавая. О, Манвэ! Бедное мое зрительное восприятие!
-Ты наконец скажешь?-он стал в такой нехорошей позе. Ох и плохая поза-"требовательная" называется. И как он посмел от меня что-то требовать?! Он... да он всего лишь какой-то там принцик, а я... Я это-Я! Я-сын Гил-Гэлада, во мне течет его благородная, королевская кровь!!!
-Халдир, кто отец Эллениэль? Говори!
-А шишулю под носюлю?!
-Это у тебя носюля! А у меня...
-Пимпочка! Вот!
-Кто отец моей жены?!
-Сядь!
-Кто ее отец?!
-Сядь!
-Кто он?!!!
-Леголас, я сейчас перейду на Синдарин.
-А я сейчас выйду из кухни, и всем расскажу, чей сын пашет на лориенского Владыку!
Вот гад!
-Это-шантаж!
-Я считаю до трех. Раз...
Пришлось ему сказать, кто отец моей сестры. И вот уже через пять минут мы вдвоем сидели под умывальником (это такое себе корыто, в котором моется посуда, в это корыто вечно бежит вода, верней не совсем вечно, только по вторникам, четвергам, субботам и в одно воскресенье в месяце). Я обматывал полотенцем свою несчастную ручку, а Леголас вытирал кровь со своей поганой наглой рожи. В голове у него, наверное, было что-то вроде мусорника: все смешано, все непонятно, все жутко воняет, и все это не делает мусорнику чести. Иначе говоря, он пытался шевелить извилинами своих деградированных мозгов, я так и слышал этот скрип и скрежет.