|
А знаете, я все пытаюсь представить, каково все это было, и вся эта история предстает перед глазами как страшный сон. Ну ведь правда, как в кошмаре: спектакль сменяется стрельбой и бабами-камикадзе, занявшими места по периметру, кругом мины, кто-то бежит по спинкам сидений, оркестровая яма... Все какое-то невероятно сюрреалистичное. Я могу себе представить эту странную последовательность и бредовость этого ужаса в кошмаре, но наяву?!
А что до того, жалко ли погибших. На самом деле так и есть. Когда мы жалеем умерших близких, мы на деле жалеем себя, у которых этих близких больше нет. Когда мы жалеем жертв, мы жалеем не жертв, а их близких
|