Итак, язвительная сага дерзкого новичка породила интерес. Значит, таки, переходим ко второй части марлезонского балета. Тем много. Сама не знала, с какой начать. По просьбе общественности –
Азог: суть и символизм вражды с Торином, мегапопулярная тема страха, Азанулбизард, без которого здесь никак. Стиль изложения осознанно меняю, поскольку цели, преследуемые этим эссе, жестко отличны от первого.
Не будем повторяться: персонаж привнесенный, не совсем, но по отношению к Торину.
Он был нужен. Зачем?
На несоответствие канону не обращаю внимания, нас теперь интересует только фильм и то, что нам всем там показали. В битве при Азанулбизаре Торину было всего 53. В переводе на человеческий возраст это около 18-21 года.
A young dwarf prince (не могу удержаться от этой любовно сказанной Балином фразы) приходит в ужас от чудовищного вида картины гибели своего деда Трора.
Он обескуражен, поражен трагедией.
Но он выращен и воспитан в королевской семье. Благородство и честь для него превыше всего на свете, даже жизни, ибо как можно жить, обесчестив себя еще в молодости? Это у него в крови. Это наследие Дурина. Но за свою молодость он сумел многому научиться от любимого деда, будучи рядом с ним у трона яркого величественного и сильного правителя, к которому все шли на поклон. Даже эльфы. А над троном блистал Аркенстон. Он
бросает вызов страшному орку…
Два удара Азога. У Торина больше нет оружия, и он отброшен на землю. Принца спасает первое вмешательство провидения, потому как он нужен. Он – спасение своего народа. Под руку попадается дубовый сук. Величайшее из возможных везений.
Первое везение.
Сейчас я осознанно не хочу разбирать фразы о том, что он «оставшись без оружия … срубил ветвь дуба». Где срубил? Чем срубил? Орк подождал пока рубил? Потом обсудим мелкие смешные детали.
Он отбивается этой дубовой веткой, не имея шансов выжить. Враг многократно превосходит его силой, размерами, элементарно наличием оружия.
Второе великое везение и вмешательство провидения, когда и дубощит отлетел: под руку попадается обломок меча.
Третье великое везение – ему, не взирая на раны и усталость, удается отрубить Азогу руку этим обрубком.
Орка уносят в Морию. Наш Торин орет «Ду-би-кор», махая уже-таки целым мечом (ну их там, конечно, много валялось).
Перелом в судьбе. Из юного принца он становится «тем,
за кем я пойду и кого я готов назвать королем».
Между делом, имеют место
еще парочка везений, связанных с тем, что Азог не добил его оставшейся рукой (хотя мог: аффект плюс орочья закалка плюс ярость запросто придали бы ему сил). В дополнение, орки, которые уносят Азога, запросто могли отомстить за предводителя. Такие моменты обычно не обсуждаются. Но актуальности от этого не теряют.
Благодаря серии вмешательств провидения
Торин становится королем-героем эпической битвы. Его народ следует за ним даже в изгнании. Его героизм навеки закреплен за ним, вследствие чего имеются все основания вести себя в высшей степени по-королевски.
Но орк не был убит. И рана не была смертельной. Мало ли калек без рук, без ног? Тем не менее, Торин всю свою дальнейшую жизнь
свято верит в то, что орк давно умер от ран. Страшного орка больше нет, потому как он (Торин-герой, Торин-король) победил тогда этого орка. Ценою этой победы он обретает свое королевское величие и веские основания вести себя дерзко по отношению даже к тем, кто сильнее его. А заодно – основания не слушать и не слышать того, что они говорят.
Торин искренне удивлен, когда Гэндальф без стеснения кричит ему: «Кому ты сказал?» - «Никому, клянусь!» - «За вами охотятся!». Тонкие намеки не для Торина.
Толстые намеки в виде прямого указания на Азога, сообщения о том, что за голову Торина объявлена награда, отправки оригинального сообщения с маленьким уродцем – тоже не услышаны. Неужто Торин будет слушать какого-то гоблина? Это все ерунда, этого не может быть. Торин не слушает никого. А потом на елке настает незабываемый момент, к которому мы еще вернемся: «
Этого не может быть!» Торин воочию видит Азога. Чтобы этот упрямец чему-то поверил, ему нужно увидеть. Мнения людей мало значат для образцового лидера (к вопросу об авторитарности…)
А теперь
Азог. В первом закономерном видении – отвратный мерзкий тип. Антигерой. Верховный гад. Воплощение всего того, ради чего мы смотрим фильмы, ибо если бы не такие персонажи, наши любимцы не стали бы нашими любимцами. Осквернитель. Убийца. Маньяк. Просто урод.
Too be killed in the final/main battle.
Пока все хорошо. А вот теперь Ваш покорный слуга посмеет заявить о том, что берет на себя ответственность доказать Вам, что Азог был не менее знатного происхождения, не менее голубых кровей, а главное – существенно умнее и дееспособнее любимого волшебного Торина. Он был «Образцово-показательно-любовно-рукотворно-созданным» врагом, вражда с которым почетна и необходима чтобы вообще королем считаться.
Торин презрительно называет его «
тварью, уползшей в ту же дыру откуда выполз». Но он не был тварью из дыры. Орки ведь нечто среднее между людьми и животными. А в животном мире превосходство определяется физическими возможностями. Он превосходил всех орков ростом, силой, а (что главное и редко среди орков встречается) –
он был не в меру разумен. Азог был предводителем. Также, как и Торин. Но, в отличие от Торина, и это его преимущество, все эти годы он не тешил себя мыслию о том, что врага нет.
Он готовился отомстить своему врагу.
У Азога была армия. Армия достаточно многочисленная и, безусловно, подчиняющаяся ему под страхом мгновенной смерти. У Торина была буйная, но не многочисленная и не слишком дееспособная бригада, организованная по принципу добровольных начал (вопрос о военной демократии и военной диктатуре). В бригаду Торина изо всего его народу пришло только 12 человек, из которых около половины старых друзей и кровных родственников. «Они откликнулись на мой зов».
Больше никто не откликнулся. Брали даже инфантильных болезненных интеллигентов, вооруженных рогатками. Потом орали на хоббита, приносящего реально меньше проблем и больше пользы…
Численное преимущество.
Воины Азога перемещались на варгах, скорость которых реально продемонстрирована и превышена лишь рогебейскими (точно не помню) кроликами. Бригада Торина растеряла своих пони не дошедши до Ривенделла и далее перемещалась на своих двоих.
Превосходство в скорости.
Поход на Эребор затеян был еще без наличия ключа и карты, кои получены, как мы помним, уже в доме Бильбо. Никакой информации о драконе, поджидающих на пути опасностях, потенциально возможных союзниках и доступных ресурсах Торин не имеет. Он идет в неизвестность, не имея ни то что стратегического, но даже тактического плана. По дороге планы меняются, союзники не нужны, «куда ты ведешь нас?» и т.д. Азог великолепно осведомлен обо всех перемещениях своего врага, что дает ему возможность высылать на перехват отряды, ловить удобные моменты. У него есть договоренность с гоблинами и целая система оповещения.
Информационное превосходство.
В результате орки явились именно тогда, когда наш отряд был более чем изнурен ночью (днем?) real death-matcha, находился на краю обрыва, деться никуда не мог.
Азог – не Торин! – полностью разработал и реализовал географически масштабный план-перехват, окончившийся нашей сценой у елки. Он шел к этому много лет. Во имя все той же чести, что повела Торина на него. Во имя возможности поквитаться с кровным врагом за то, что этому врагу однажды просто многократно повезло, а он, Азог, остался из-за этого без руки.
Это их кодекс чести!
Итак, «
Не может быть!»
Посмотрите на это «
Не может быть!» Вглядитесь в его глаза! Уважаемые собеседники, вы все так упоительно увлеклись темой о том, что Азог Торина боится, что не подумали об обратном.
А боится ли Торин Азога?
Он не боялся много лет, поскольку считал, что врага нет. Он считал себя героем, которому нечего бояться, раз он сумел победить такое чудовище. Но это даже не страх. Это
ТИХИЙ УЖАС. «Не может быть…»
Прижимается к елке, осознает всю безвыходность ситуации, принимает единственно возможное решение –
идти. Остаться героем и королем. Умереть как король. Принять бой, в котором у него заведомо нет шансов.
Мужество – да!
Бой чести – безусловно!
Отчаяние? Имеет место быть.
Исступление? Оно естественно производно от ситуации.
Азанулбизард №2? Воздержусь от ответа.
Что было далее, мы знаем наизусть.
Но виноват ли Азог?
Он не нарушал воинского кодекса своего племени.
Он такой же предводитель и король, как и его враг.
Он не был виноват в том, что этот гном не удосужился позаботиться о том, чтобы у Азога не было столь многих и существенных преимуществ. Это война. Любая война выигрывается заранее продуманными и реализованными
стратегиями.
А вот стратегическое мышление – это как раз та вещь, которой у Торина нет, хотя он замечательный правитель и лидер во всех остальных отношениях.
Бесчестно ли со стороны Азога бросать вызов противнику, столь явно более слабому? Но этот противник сам полез на него в Мории.
«
Куда ты полез?!?»