|
Я думаю, что если бы не было каких-то других, отягчающих обстоятельств и причин сдерживающих его в Эреборе, то все было бы наоборот. Если бы Двалин что-то и делал ради памяти Торина, то, как мне кажется, он не остался бы у его могилы, а наоборот пошел во главе экспедиции, рядом с Балином. Как дань памяти Торину, рожденному для них в облике короля именно у врат Мории. И возвращение священных залов, которого не удалось после Азанулбизара, могло быть их жестом посмертной благодарности и преданности. Но он не пошел, а пошел именно Балин.
Я не могу представить пока что Двалина, окруженного семьей, плетущего косички на растущих бородах его маленьких детишек, рассказывающего им сюжеты своих татуировок и позволяющего им поиграть с "Держи" и "Хватай" после обеда... Но часто же бывает, что самые отчаянные вояки, самые свирепые и лютые войны рано или поздно устают от войны и находят необходимый покой в домашнем тепле и семейном очаге.
Мне кажется, у Балина было куда больше войны в сердце, чем у Двалина. Именно поэтому Двалин мог бы продолжить такую жизнь в Эреборе, а Балин нет. Несмотря на их противоречие во внешности. Война Двалина она на поле битвы - он сражается вместе со всеми, оплакивает павших со всеми и со всеми продолжает жить дальше настолько, насколько это возможно. Это не умаляет ни его скорби, ни боевых заслуг. У него просто другой характер, а Балин переносит и хранит все войны и все потери в своем сердце - В Азанулбизаре, когда они по-братски обнялись с Двалином и тот ушел, нам показывают Балина, который не может совладать с горем и он будто заново переживает эту битву, когда пересказывает ее на привале. Думаю, если бы ее рассказывал Двалин, там было бы больше описаний подвигов Торина, каким именно ударом он орубил руку Азогу, как далеко она отлетела, скольких орков они порубили... Потери и скорбь Двалина со временем превратились в его боевую ярость и пережитые эмоции, трансформировавшись, придавали ему силы. А Балин сохранил эти эмоции и пронес их через столько лет такими же, какими они были в тот день. Поэтому, мне кажется, он острее чувствовал потерю Торина, война у него осталась в сердце до конца, поэтому не смог остаться в Эреборе и поэтому возглавил поход в Морию.
|