Цитата:
Сообщение от Кейси
Могу констатировать уж простите за неоднозначность!, что Эйдана Дином не испортишь!  |
Ну что же!
Вот вам фанфичеГ по этому поводу моего исполнения с Хоббит-Феста (открою анонимность, бгг)
Заявка была такая:
Любые пейринги или платонические отношения. AU: soulmates – у каждого обитателя Средиземья (у одних при рождении, у других при достижении совершеннолетия, у третьих в произвольный момент) на запястье появляется имя избранника его души.
Много исполнений, к моменту появления этого моего текста - уже целых 14, так что можно судить о разности вариантов. В основном, что радует - гет или просто джен, но есть и всяческий слэш, конечно.
Мой текст, собственно, такой:
Эта надпись появилось у него на запястье в далеком-далеком детстве – он уже практически и не помнил свою левую руку без этого слова. Сначала родители, особенно отец, пытались уличить его во лжи, заставить отмыть ровные черные буквы, соскрести их лучшими моющими средствами. Потом, ввиду очевидного провала этой затеи, смирились, но все посматривали на сына косо, словно подозревая его в тайных, им неизвестных махинациях. Можно подумать, сыну самому было легко – читать на собственной руке клеймо в виде какого-то незнакомого имени, при этом вообще не понимая, зачем оно здесь и почему. С какого-то момента парень стал носить на руке то браслет, то заматывать надпись стильным платком, то просто закрывать рукавами, а постепенно, найдя свой собственный стиль, не снимал с левого запястья кожаные тесемки, сплетенные в причудливое украшение. Постепенно он привык почти не вспоминать об этих странных буквах, просто продолжая недоумевать, почему они появились у него на коже.
Прояснил ситуацию один из местных колдунов, случайно увидевший надпись, когда юноша перевязывал разболтавшийся браслет. Поцокав языком и уважительно помотав головой, он объяснил растерявшемуся молодому человеку, что такая вещь – крайне редкая и потому, несомненно, прекрасная штука. Наименование человека, который станет для тебя самым важным на свете, которого изберет твоя душа и сердце – вот, что означает эта надпись. Бывают случаи, когда избранники так и не встречаются друг с другом, бывают – когда их чувства оказываются невзаимны, но, так или иначе, проявлению этого древнего волшебства надо радоваться, а не переживать.
С той поры жить с надписью на запястье стало совсем не легче, а тяжелее. Во-первых, все грядущее теперь отдавало какой-то нафталиновой предопределенностью. Но больше волновала мысль, что древнее волшебство – это, конечно, круто, но то, что кто-то за него решил, как ему распоряжаться собственными душой, сердцем и телом выбешивало до предела. А потом и подавно случился полный, окончательный и не поддающийся никакому описанию ужас: на одном из кастингов Дину представили его партнера – и он наконец-то услышал произнесенным вслух то, что было написано у него на руке столько лет. В полной прострации просидев в углу студии, О’Горман мало что слышал и воспринимал из происходящего, а потом поехал домой и хорошенько надрался. Было с чего: во-первых, написанное оказалось не именем, а фамилией, а во-вторых, обладатель данной фамилии не привлекал парня от слова совсем – не говоря уж о том, что его в принципе не привлекали люди одного с ним пола. Тем не менее, деваться было некуда, начались съемки сериала, Тернер исполнял в нем одну из главных ролей, они все время были рядом. Дин присматривался к партнеру, примеривался и так, и эдак – но кроме вежливого актерского уважения и неплохих приятельских чувств, суженый не вызывал никаких эмоций. Промаявшись так несколько месяцев, О’Горман разыскал колдуна и, словно именно он был во всем виноват, вывалил старику все претензии, начиная от того, что ему слишком слабо нравится Тернер, чтобы говорить о каком-то выборе сердца – и заканчивая тем, что о выборе тела и говорить не приходится, ведь, невзирая на многочисленные киноэксперименты, Дин с уверенностью может расписаться в своей законченной гетеросексуальности. Колдун выслушал актера, чему-то тихо усмехаясь, а потом огорошил парня новостью, что, вообще-то, спать с носителем имени совсем не обязательно – и предложил гостю вспомнить, говорил ли он ему в прошлый раз хоть что-то о физическом влечении. Честно восстановив в памяти подробности предыдущей встречи, Дин был вынужден признать, что пункт про секс он добавил сам – что, впрочем, было логично, сексуальная составляющая казалось донельзя логичной в идее «самый важный человек на свете».
Свалив с плеч такую гору, О’Горман воспрял духом и повеселел. На радостях закатил с партнерами по съемкам оглушительную пьянку, в ходе которой они посмотрели доселе по разным причинам не виденный Дином фильм «Пираты Карибского моря», что было фатальной ошибкой, потому что расслабленный и счастливый актер решил, что именно этот Тернер и является главным человеком его жизни. Все сходилось: персонаж ему понравился (пусть и значительно меньше главного героя), спать с ним было необязательно, то, что это был герой фильма тоже на пьяную голову укладывалось очень логично, учитывая профессию самого О’Гормана. Счастливый и успокоенный, Дин купил себе пару футболок с кузнецом Тернером, после чего практически позабыл про свою надпись, решив, что древнее волшебство зачем-то появилось в его жизни с не самой удачной стороны, но что уж теперь.
Спустя пару лет Дина срочно вызвали на замену актеру в ПиДжеевскую сагу о хоббитах и гномах. Нельзя сказать, что он был законченным фанатом и бегал по новозеландским лесам с лыжной палкой вместо меча, изображая героя книги, но О’Горман имел очень четкое представление о том, что такое произведение Толкина. Поэтому, отправляясь на площадку в свой внезапный первый съемочный день, он был заранее скептически настроен. Во-первых, учитывая молниеносность всего случившегося, Дин толком даже не знал, кто будет его партнерами, но заранее был уверен, что они не испытывают должного пиетета к наследию Профессора. Во-вторых, он банально не выспался, а в-третьих, его в принципе пугали новомодные веяния «давайте сделаем коротышку-гнома из оглобли ростом 1.90». При входе в гримцех стало понятно, что оправдываются его худшие опасения: ассистент по актерам показала ему на высоченного чернявого парня, которому как раз заканчивали выпрямлять волосы, и сказала, пользуясь уже привычным в группе средиземским сленгом:
- А вот и ваш брат, Кили.
Новоявленный братец обернулся и расплылся в белозубой улыбке, такой искренней, что Дину, несмотря на весь скептицизм, захотелось улыбнуться в ответ. Тем временем дылда подошел ближе, протянул руку, улыбнулся еще шире и сказал, пригладив волосы левой рукой, на которой змейкой вился почти такой же, как у Гормана, кожаный браслет:
- Тернер. Эйдан Тернер.
И все заверте…
По-моему, это полная и упоротая дурь.
Но меня прёт.