Сейчас накатаю простыню, за что заранее прошу прощения.
Валентинка Торину Головного Мозга.
Драгоценный Торин!
Прошло уже полтора месяца с того незабвенного момента, когда из-за круглой хоббичьей двери ты мягко и вкрадчиво шагнул в мою жизнь и с тех пор весьма прочно там обосновался. Первым делом ты, в лучших традициях гномов, устроил в моей душе настоящий
погром праздник, да с таким царственным размахом, что способность есть, спать и говорить я вновь обрела только через неделю, получив вторую порцию
кайфа впечатлений. Впрочем, способность говорить вернулась в весьма урезанном варианте, ибо говорить я теперь способна только о тебе. Сейчас, когда ты закончил праздновать победу, и уютно устроился в кресле у моего пылающего
сердца камина, как раз наступил удобный момент объяснить тебе, как именно ты на меня действуешь. Потому что, судя по твоей отрешенной улыбке, ты весьма смутно себе это представляешь. А между тем, моя квартира постепенно превращается в драконье логово, ведь у меня нет ни сил ни желания ее убирать, зато на обшаривание всего интернета в поисках сокровищ (а именно твоих фотографий, рисунков, и пр.) силы находятся. Про желания уж лучше говорить не буду, дабы хоть как-то удержаться в рамках приличий. Мой сильно поврежденный твоим вторжением мозг регулярно выдает какие-то совершенно фантастические проекты, вроде изучения техники тиснения кожи или курсов рисования. Моя душа постоянно парит где-то в заоблачных высях, поднимаясь на опасные высоты в те минуты, когда ты начинаешь петь. Как видишь, состояние мое весьма опасно и требует серьезных мер. Поэтому у меня к тебе есть предложение. Оставайся навсегда!
С любовью, я.
PS. Отдельное спасибо за то, что благодаря тебе в моем сердце появились такие прекрасные мужчины как мистер Торнтон, сэр Гай Гизборн, Гарри Кенеди и Лукас Норт. Теперь моя жизнь не только прекрасна, но и весьма разнообразна!
