[Осень Шира]

Это отвлеченный от сюжета текст. Преодолев свои сомнения, вывешиваю его и, поставив на столик пузырек с валерьянкой, удаляюсь...


Эпиграф:

« - Пора же и одеваться, - сказал, наконец, Саша.
Людмила вздохнула и с тем же благоговейным выражением в глазах надела на него рубашку и блузу, прислуживая ему почтительно и осторожно.
- Так ты – язычница? – с недоумением спросил Саша.
Людмила весело засмеялась.
- А ты? – спросила она.
- Ну вот еще, - ответил Саша уверенно. – Я весь катехизис твердо знаю.
Людмила хохотала. Саша, глядючи на нее, улыбнулся и спросил:
- Коли ты – язычница, - зачем же ты в церковь ходишь?
Людмила перестала смеяться, призадумалась.
- Что ж, - сказала она, - надо же молиться. Помолиться, поплакать, свечку поставить, подать помянуть. И я люблю все это: свечки, лампадки, ладан, ризы, пение, если певчие хорошие… <> Да, все это такое прекрасное. И еще люблю… его… знаешь… распятого…
Людмила проговорила последние слова совсем тихо, почти шепотом, потом покраснела, как виноватая, и опустила глаза.
- Знаешь, приснится иногда, - он на кресте, и на теле кровавые капельки…»

(Ф. Сологуб, все тот же мой любимый «Мелкий бес» J)


Постить нижеследующее я не хотела, т.к., в отличие от большинства, не настолько загружена Кольцом и не хотела выглядеть «невысокодуховной», что здесь, согласитесь, не принято (для меня Кольцо – это всего лишь великолепно придуманная атрибутика Миссии, Долга, а я про Фродо и так знаю, как у него развито чувство Долга). Меня же на физическом уровне прет от каждой клеточки его хоббитского существа. Скажу кощунственную вещь: мне вообще все равно, есть ли у него кольцо. Я увидела его глаза в Шире – и пропала! Еще до всякого кольца, и даже если бы он никуда не пошел, а торчал бы себе дома и читал книжки – я бы точно так же влюбилась в него.

****
Момент нашей встречи, почему-то вырванный из всякого контекста. Видимо, после долгой разлуки. Просто: с разбегу налетаю на него, обнимаю и падаю перед ним на колени, скользя руками по его телу… прижимаясь и скользя лицом тоже… вниз… ощущая по пути от нежной прохладной щеки до горячей груди в расстегнутом вороте рубашки, до шершавой ткани штанов… Впрочем, он остается так стоять недолго – то ли от силы нашего столкновения, то ли еще от чего-то, колени у него подгибаются, и он падает передо мной… Стоим на коленях, я покрываю поцелуями его шею… он закидывает голову, из приоткрытых губ вырывается прерывистое дыхание… грудью чувствую, как колотится его сердце… или мое?.. губы ощущают, как горяча его кожа, такая нежная… вот здесь, за ухом… в ухо шепчу: «Фро-до…», - он сильно вздрагивает всем телом, его руки крепко, до боли, сжимают меня… снова целую его шею, в рот попадают его волосы… двигаюсь вниз, к груди, по пути расстегивая дальше пуговки рубашки… поскольку терпения совсем нет, начинаю стаскивать с него рубашку через голову, он, словно в трансе, помогает мне… Вот она сброшена на пол. На секунду мы останавливаемся и, тяжело дыша, смотрим друг на друга затуманенными глазами. Его белая кожа слепит мне глаза… запах разгоряченного тела кружит голову… Он запускает одну руку мне в волосы (сзади, на затылке), начинает сильными, нервными движениями перебирать волосы, сжимая пряди… смотрит в глаза своими потемневшими синими озерами… Я приближаю к нему лицо… закрывает глаза. Касаюсь губами пересохших губ… Скоро они становятся влажными и очень горячими… Пью его, как вино… сперва по капельке, потом – взахлеб, впитывая вкус его губ и языка… в то время, как мои руки тоже испытывают дивные ощущения – одна – от гривы спутанных кудрей, в которую зарылась, другая – от гладкой спины, по которой двигается вниз, вдоль позвоночника…заныривает под кромку штанов, двигается вбок, к бедру… своим бедром он зажимает мою руку, не давая ей двигаться дальше… я покорно останавливаюсь (пока еще могу остановиться), довольствуясь тем, что моя ладонь накрывает торчащую тазовую косточку…

Так проходит время – может быть, минуты, может быть, часы… Наверное, это когда-нибудь заканчивается. Но в моих мыслях этот круговорот ощущений не закончится никогда… Я будто снова ставлю ту же пластинку, с новыми подробностями и вариациями проживая каждый миг… Может, и хорошо, что есть правило №8, – этой песни мне хватит надолго…
------
Едит: только сейчас заметила: тут на нем нет кольца... Он свободен.