[Bilbo Baggins]

Сын мой, твой отец стар, но из ума еще не выжил. Я, как прежде, слышу и
вижу все - и легко разгадываю твои недомолвки и умолчания. Мало что можно от
меня утаить. Ах, был бы жив Боромир!
- Видно, ты недоволен мною, отец, - спокойно сказал Фарамир, - и мне
жаль, что, не ведая, как бы ты рассудил, я должен был сам принять столь
важное решение.
- А то бы решил иначе? - насмешливо спросил Денэтор. - Наверняка
поступил бы так же, я тебя знаю. Ты взял за образец властителей древности и
стараешься выглядеть, как они, - величественным и благородным, милостивым и
великодушным. Что ж, так и подобает потомку высокого рода, доколе он правит
с миром. Но в роковую годину за великодушие можно поплатиться жизнью.
- Да будет так, - сказал Фарамир.
- Так и будет! - вскричал Денэтор. - И не только своей жизнью, любезный
мой Фарамир: погибнет и твой отец, и твой народ, за который ты в ответе -
теперь, когда нет Боромира.
- Ты хотел бы, - спросил Фарамир, - чтобы он был на моем месте?
- Конечно, хотел бы, - сказал Денэтор. - Боромир был предан мне, а не
заезжему чародею. Уж он бы не забыл об отце, не отшвырнул бы подарок судьбы!
Он принес бы мне этот великий дар.