Опять из старенького - зато по сезону.
Празднование Пасхи в экстремальных условиях Ирландской Весны
"Накануне рассвета звезды спускаются ниже..."*
Или их не видно совсем. Сверху из непроглядной тьмы сыплется нечто мелкое. Слишком колючее, чтоб его назвать дождем, и слишком моркое, чтоб его назвать как-то иначе.
Ты бредешь через двор к машине. По дороге натыкаешься на:
1)угол дома
2)бордюр дорожки
3)розовый куст (й-й-й-й-японский городовой!!! То есть - дублинский гарда!!! - розы ирландские, русских матюков не понимают).
4)хозяйского лабрадора (друг, прости! Надеюсь у тебя все еще 4 лапы? А, это был хвост? Был?! Ладно, мы с тебе охотничьего боксера сделаем. Или боевую таксу. Или новый пришьем).
5) Собственного мужа, который, наконец, запихивает тебя в ваш Фиат.
Пока супруг заводит машину, из мутных глубин твоего разума, как мурена брюхом вверх, вплывает мысль "Зачем?.." Оказавшись на поверхности, она раздувается (то есть, расширяется): "Зачем я в 4.30 утра в ВОСКРЕСЕНьЕ куда-то еду???" Но тут машина срывается с места, тебя как следует встряхивает и ты таки вспоминаешь в чем дело.
А дело в том, что тебе страшно хотелось поучаствовать в чем-нибудь очень древне-обрядово-традиционно-ирландском. Вот и едешь ты теперь на Пасхальную заутреннюю мессу под открытым небом.
Дождь, он, конечно, накрапывает.
И ветер, разумеется, воет.
И зуб на зуб не попадает.
Зато - духовность! Зато традиция!
Хорошо, что ирландские мужья - как ирландские розы. Тоже русских матюков не понимают.
2.
Ард Патрик - крошечная деревушка у подножья гор Баллихура, настоящая ирландская глубинка. Место удивительно живописное, напоённое особым покоем и тишиной. Это очень древняя земля с богатой историей. Следы прошлого здесь повсюду: в руинах церквей и замков, в памятниках доисторической старины - радости археолога, в местных преданиях и легендах, которые упорно утверждают, что Ард Патрик - самая южная точка Эйре, куда первокреститель Ирландии добрался самолично. Официальная традиция с этим спорит, но как-то вяло и неубедительно.
Если не считать удивителной природы, главной достопримечательностью Ард Патрика является его... кладбище. Во-первых, это таки то самое "свято-место" что "пусто не бывает": нынешний некрополь находится на руинах раннехристианского монастыря, который в свою очередь стоял на месте доисторического чего-то там (чего - не известно, раскопать еще не успели).
Но самое интересное в этом кладбище то, что оно находится на вершине ОЧЕНь высокого и ОЧЕНь крутого холма. Никакой машиной не подехать. Местные жители нам с энтузиазмом рассказывали, как во время ппохорон последние полторы мили гроб везут вверх по склону градусов в 30-40 НА ТРАКТОРЕ! (Представляете себе картину?!)
Вообще-то делать обителью прекдов вершину горы - ирландская традиция уходящая корнями в седую древность. Где-то я читала версию, что пращуры таким образом имеют возможность присматривать сверху за земными делами своих потомков и, заодно, посредничать между ними и горним миром богов.
В Ард Патрике же примечательно то, что эта гора - не просто место успокоения, а действующий духовный центр для населения ближайших приходов. (Мне тут на ум приходят параллели не только с язычеством но и с тем, как католицизм практиковался в Ирландии в 18 веке - во время антикатолических репрессий, когда за голову священника обещали такую же награду как за шкуру волка, а мессы все равно тайно служились - в полях, в лесах и на горах, при выставленных дозорных).
Вот на этой-то священной горе Ард Патрика и должна была состояться наша пасхальная заутреня.
3.
Мы поднимались по склону холма. Если я оглядывалась назад, то видела где-то далеко, словно в другом мире, мигающие огни деревень и дорог. Здесь же была только ночная мгла и бесконечный подъем.
Иногда нас кто-то обгонял, иногда мы кого-то обгоняли. Люди не откликались на приветствия, почти не разговаривали между собой. То что у многих лица были скрыты капющонами, придавало нашей процессии еще большую потустороннесть. Изредка мимо проплывала бледно-белая точка - кто-то пытался подсветить себе дорогу фонариком.
Дорога все не кончалась.
Я случайно посмотрела вверх - и остановилась как вкопанная.
На вершине нашего холма полыхал костер.
После глухой темноты ночи это был настоящий шок. У вас бывало такое, что от слишком сильного потрясения чувства словно бы перемешиваются? Так вот, этот огонь воспринимался разумом скорее даже не как зрительный образ а как... как слово, что ли. Как мощный и повелительный зов. Он словно тянул нас наверх, мы шли неотрывая от него глаз - и не заметили как оказались на вершине.
Вход на кладбище был просто проемом в стене. Над ним с двух сторон на высоких шестах трепетали, ловя алые отблески пламени, два знаменных полотнища. Ветер чуть не срывал их с древков.
Внутри ограды уже собралось довольно много народу - сколько, понять было трудно, но не менше чем человек 200. На небольшом возвышении, возле руин древней церкви, был воздвигнут временный алтарь. Рядом высилось старое тисовое дерево.
Вообще-то, я терпеть не могу кладбища. И абсолютно всё что с ними связано. Но в этот раз у меня почему-то не было привычного отторжения. Напротив, мне показалось чрезвычайно уместным то, что люди пришли отметить праздник возрождения и воскрешения вместе со своими предками. И словно в подтверждение моих мыслей в толпе начали зажигать свечи.
Люди делились друг с другом живым огнем, он мягко ложился на их лица, отражался теплым светом в глазах. Толпа преобразилась – все вдруг разом заговорили, зашумели, потянулись друг к другу. Хор начал распеваться. То там то тут раздавался смех, возгласы, шутки - даже мы, которые никого вокруг не знали, оказались втянутыми в оживленную беседу. Огонь обьединил нас всех в предвкушении чего-то светлого, радостного.
Предвкушение, однако же, длилось 10 минут, 15 минут, 20 минут… Сквозь разговоры и смех стал ненавязчиво слышен зубовный цокот – холодно ведь и ветер дует! Старушка, стоявшая возле нас, с некоторым злорадством сообщила, что начинать службу нельзя пока солнце не покажется (она-то сама была закутана с головы до ног, включая шарф, меховую шапочку и перчатки). А какое солнце, когда почти идет дождь? Я почувствовала как через мои продрогшие пятки в меня проникает тихая (а также мокрая и холодная) паника.
Но тут один из четырех присутстовавших священников сжалился над бедной паствой. Он поднялся на алтарь и сказал: “Апостолы уверовали в воскресение Христа, хотя и не присутствовали при нем. Давайте и мы поверим, что там, за этими тучами, взошло солнце.” Толпа облегченно вздохнула. И тут – надо же - из-за горы таки пробилось несколько тоненьких лучиков. Они скользнули по верхушкам дальних елей и быстро спрятались.
Толпа ещо раз облегченно вздохнула – наши действия явно были одобрены свыше. Зазвучал первый гимн и служба началась. Она шла на двух языках – Английском и Гелике, что имело особенный смысл, потому что в этот же день праздновалась годовщина Пасхального Восстания 1916 года, которое послужило поворотной точкой в борьбе Ирландии за независимость.
Служба была торжественной, прочувствованной, но краткой (понятно чего). Каждый из священников прочитал небольшую проповедь, но самые дружные аплодисменты сорвал последний, который сказал что а) Он всего на два слова (овации)
б) Все приглашаются в церковный холл - как раз под нашей горой - выпить горячего чаю с бутербродами и пасхальными булочками. (ещо более бурные овации).
Прозвучало последнее “Идите с миром” и народ повернулся к выходу с кладбища. До этого мы все стояли, как и положено, лицом к востоку. А там – достаточно близко -поросшие лесом горы. Теперь же перед нами вдруг раскрылся необъятный простор долины в мягкой золотисто-голубой дымке весеннего утра. И тучи, оказывается, уже рассеялись. Не знаю как дгугих, но меня охватили ликование, вошищение и благодарность. “Как прекрасен Божий мир!” подумалось мне. (Хотя, вообще-то, мне как бывшему продукту нашей атеистической системы, достаточно трудно определиться с собственной верой и исповеданием).
А уж когда мы оказались в церковном холле с кружкой чая в правой руке и булочкой в левой, нам показалось что жизнь совсем прекрасна, и до рая – рукой подать. А если чуть серьёзнее – то это был один из немногих праздников, когда я ощутила, что люди его делали сами для себя – он не был навязан извне: государством, церковю, какой другой организацией. А это, надо вам сказать, уже само по себе чудо.
Такие пасхи с куличами**
___________________
* Самоцитата.
Из вот этого:
"Накануне рассвета звезды спускаются ниже
Лист не дрогнет, камыш не качнется над сонной рекой
Накануне рассвета ночь неподвижна, но дышит
Колдовством и тревогой ее ненадежный покой".
** Ага, а после этого мы еще попали на местный патриотический митинг по поводу 90 годовщины Пасхального восстания 1916 года.
Это тоже было очень смешно. Выступал представитель партии Шин Фэйн (а это, как считается, политическое крыло ИРА
Он рассказывал, как 90 лет назад героические жители деревни Галбали героически сойдясь на совещание во время героического восстания 1916 года героически приняли решение героически НЕ выступать в поход.
Потом без перехода оратор разразился громовым обличением ныне правящей партии ФинаФойл, которые не в состоянии не то что страной управлять, но и большую кодобину на подьезде к деревенской церкви на дороге починить! Потом зато (опять без всякой паузы) спели балладу про то, как на станции Нох Лонг местные патриоты по другому поводу остановили поезд и освободили трех арестантов. В балладе было что-то около 38 куплетов (точно сказать не могу, я сбиласть со счета где-то на 12том) и закнчивался каждый из них громовым "на станцииии Нох Лоооонг!" И под конец ее у меня опять зуб на зуб не попадал, потому как солнце снова ушло за тучку, видимо не выдержав напора иландской героичности.