Удручает, если честно. Тут не цитатки надо искать, а головой кумекать, анализировать. Или современные фаны разучились это делать? Это не оскорбление, я просто недоумеваю, как можно так плоско смотреть на то, что Толкин сделал особенно глубоким. Я эту тему вижу часто в сети, потому никому не надо обижаться. Это в общем.
Нет, это его рамки, условия, ограничения, это его все. Валары не посылали полубогов для войны с Сауроном, они намеренно создали определенные рамки для своих "майа". Потому что со Злом должны были бороться люди, эльфы и гномы, а не Валары, которые после Нуменора сказали "баста, живите, как хотите!". Истари не умирают от старости, они живучее, чем обычные люди, обладают волшебной силой, но они смертны, их можно ранить и убить, можно совратить. Перед ними стояла задача не просто помогать (а не лично идти и валить Саурона), давать советы и оказывать стороннюю помощь, они должны были пройти через свои собственные испытания. Вся их "сущность" осталась в другом мире/измерении/Валиноре, они не могли взывать к ней вот так сразу, это все осталось "там", а "тут" они были ограничены, но могли становиться сильнее, при условии что пойдут правильным путем. Саурон был искушением жителей Средиземья, возможное возвращение силы - искушением истари.
Гэндальф переродился (фактически стал новым существом) не потому что победил Балрога, а потому что дошел до крайней точки "правильного пути", он пожертвовал жизнью ради других. Потому его вернули совсем не тем истари, какие ходили по Средиземью до этого. Он стал тем, кем должен был стать Саруман и это не просто слова. Он был единственным, кто оказался к своей "той" сущности ближе, чем кто либо из них.
Тут плачут: ах, почему назгул в фильме победил майа. Никто не захотел посмотреть на ситуацию глубже, чем просто на то, что лежит на поверхности. Ангмарец столкнулся с магом на пике мощи той силы, что управляла им. Битва была вот-вот выиграна, сила Саурона (которой была пропитана даже та тьма, которой он укутал Минас-Тирит) усиливалась, а маг не мог, не имел права использовать свое могущество для атаки, лишь для защиты (основное отличие "правильного" Гэндальфа от "неправильного" Сарумана"). Ангмарец на пике мощи прорвал защиту мага, потому как среди поля смерти, боля и ужаса, ему практически все давало дополнительную мощь. В книге Толкин дал преимущество недвижимому объекту (магу), заставив непреодолимую силу (назгула) ударить в тыл. В фильме прозаично показали, как близка была победа Зла, как могущественно оно было в тот момент, когда пришли (внимание!) люди на лошадках.
А теперь перед нами Гэндальф Серый. Еще далеко не тот образец Света, каким он станет, а даже далеко не самый могущественный истари. Он не вспоминает, кем был, не взывает к "той" сущности, он просто путешествует и помогает по мере возможностей, не задумываясь о том, что однажды это сделает его сильнее. И в расстановке сил, он не только слабее волшебством Сарумана, но и Галадриэль.
И все эти возмущенные "он же майа!", ни черта не значат в Средиземье, потому что Валары установили правила. Истари, если хотите, ближе к "сверх-людям", но людям. И это не просто так.
Авторы фильма это понимают, а вот фаны понимать не хотят. Тут тонкие и многослойные вещи, а не RPG-элементы со скиллом и набором уровней.