Лицо Торина почти не пострадало. Его лоб был рассечен, из разбитой губы сочилась кровь. Глубокая царапина пересекала нос и щеку. Там, где должно было быть левое плечо, Инара видела только кровавое месиво. При вдохе левая и правая половины грудной клетки двигались неравномерно, и это жуткое зрелище пугало ее. Инара, без причины следуя всплывшей вдруг в памяти детской игре, решила, что если не оторвет взгляда от бледного лица с заострившимися чертами, то все окончится хорошо, и теперь торопилась за Мэлом и Джейном, которые заносили Торина в корабль на импровизированных брезентовых носилках.

«Торин Торин Торин Торин» - твердила она про себя, беззвучно шевеля губами и отчаянно стараясь прогнать из своей души темную тень сомнения. Сомкнутые веки подрагивали. Король преследовал кого-то в горячечном забытьи, и Инаре оставалось только мысленно умолять его не заходить слишком далеко в пылу охоты, не терять дороги назад и поскорее вернуться к ним. Кого она обманывает? Вернуться к ней.

Мэл и Джейн занесли Торина в лазарет и уложили на кушетку. Они вышли, и на какое-то время Инара осталась в маленькой палате одна с королем. Она опустилась на колени рядом с постелью, взяла горячее лицо в ладони , долгим поцелуем прижалась к сухим губами тихо заплакала, не в силах больше сдерживаться. Она не заметила двух пар глаз в небольшом окошке под потолком, а если бы и заметила, не обратила бы внимания.

К окошку осиротело прижимались двое братьев. Плечи Кили тряслись в беззвучном рыдании. Он кулаком размазывал по щекам слезы, которые текли и текли из глаз оставляя на грязных, забрызганных кровью щеках две светлых дорожки. Для парня это сражение было первой в жизни серьезной битвой, в которой пришел самый первый настоящий страх, острое болезненное осознание возможной потери. Фили поудобней устроил брата у окна, бережно передвинув его наскоро перетянутую тряпкой ногу. Рана требовала вмешательства, но младший отказывался покидать свой пост, пока Торин не очнется, и Фили оставалось лишь обнимать Кили сзади за плечи и, как в детстве, гладить курчавые волосы. За углом Двалин тихо привалился к стене и прижал основаниями ладоней предательски увлажнившиеся глаза. Пускай мальчишки сидят, это ничего, ему не совсем обязательно смотреть через окошко, чтобы быть рядом.