Ворота в Средиземье или другая жизнь Арагорна и его друзей

[Крошка]

Золотом солнечных лучей встречает нас новый день – и это день нашей победы. Мы стоим вчетвером на крыльце, впитывая солнечный свет всей кожей, словно с новым днем мы сами рождаемся заново. А навстречу нам поднимаются воины. Я с радостью вижу, что генерал Рейно остался жив после своей опасной вылазки, и что Леодар тоже поднимается рядом с ним по ступеням – усталый, измученный, и в светлых глаза его гордость победы смешивается с горечью потерь. А я неожиданно чувствую себя необыкновенно счастливой – и вдруг понимаю, что это потому, что он вернулся с поля боя. Наверное, так чувствовали себя женщины былых времен, когда встречали тех, кого проводили на войну и ждали их, надеясь на чудо.
- Мы выиграли этот бой – говорит Леодар просто. – Но потери велики. Мы до сих пор подсчитываем раненых и павших. Спасибо вам за все, что вы сделали – он обращается ко мне, Кэт и Айлинель. Вам нужно отдохнуть.
Я вижу, что Айлинель стоит белая как мел, и понимаю, что вместо того, чтобы стоять тут, нужно идти и перевязать ее раны. Да и Кэт слишком рано встала - ее ранение требует более длительного отдыха. Тем не менее, она уже живо обсуждает что-то с Улбаром, а я поворачиваюсь к Леодару.
- Отдыхать будем потом, милорд - отвечаю я. – Мы сделали еще не все, что могли.
И с этими словами я торопливо возвращаюсь в замок, в комнаты, куда по-прежнему доставляют раненых. Талион помогает Айлинель дойти до комнаты – их с Талионом комната оказывается одной из немногих незанятых, и я оказываю подруге первую помощь. А потом оставляю ее с Талионом – его поддержка и эльфийские познания в целительстве помогут ей лучше, чем перевязка обрывком простыни.
Им обоим нужен отдых – они сражались до самого конца – сражались против мечей, стрел и против черного лиходейства….Как смогла хрупкая девушка выдержать ужасное напряжение. Судьба сделала ее воином – и воином стойким – думаю я со странной горечью.
На пороге я на миг задерживаюсь и взглядом спрашиваю, нужно ли что-нибудь, но Талион отрицательно качает головой. Кивнув, я тихонько выхожу из комнаты и притворяю дверь. Смутная тревога охватывает меня при этом обмене взглядами, но нет времени на раздумье – сейчас нужно действовать.
Катрен догоняет меня в коридоре. Глаза ее блестят, и я не могу понять – от слез, от лихорадки или после разговора с генералом.
- Иди отдыхай – говорю я ей. Тебе нужно восстановить силы.
- Я восстанавливала их всю ночь. А вот тебе не мешало бы лечь спать. Ты еле держишься на ногах.
- Пока еще держусь – а значит, могу что-то сделать - с улыбкой говорю я.
- Упрямая – качает головой подруга.
- Не более чем ты – замечаю я, рассмеявшись, и Кэт смеется со мной.
Вновь оказавшись в комнатах, наполненных ранеными, мы словно основа окунаемся в те минуты, когда за стенами шла безжалостная бойня.
Кэт приступает к помощи воинам, раненным обычным оружием, а я стараюсь вернуть тех, кого затягивает во тьму. И я спокойна за тех, кого врачуют ее легкие руки и солнечная улыбка.
- Леди Хельга! Госпожа! – слышу я со всех сторон. Матери, сестры, жены, возлюбленные - они надеются на меня, но мне не хватает ни времени, ни сил, ни умения.
- госпожа, скорее! – это зовет меня Тора – и я вижу, что она стоит, склонившись над темноволосым юношей, чьи черты, искаженные страданием, напоминают ее лицо. А рядом с ним, держа его голову на коленях, сидит женщина – она кажется молодой, но взгляд выдает опыт прожитых лет.
Я подбегаю к ним и наклоняюсь над юношей. Распахнутый ворот рубахи открывает ужасную рану на груди, нанесенную мечом – грудь его рассечена сильным верным ударом, и непонятно, как он вообще до сих пор остался жив.
- Госпожа…это мой брат, Терион. Ты сможешь помочь! В ее голосе звучит надежда на чудо, и я едва сдерживаю слезы.
Я разрезаю рубашку и вижу, что уже ничто не сможет помочь юноше. Даже медицина моего мира, со всеми ее достижениями, не смогла бы возместить ущерб, нанесенный безжалостной рукой врага.
- Госпожа, пожалуйста! – умоляюще шепчет Тора, а женщина, на коленях которой покоится голова юноши, смотрит на меня странным пронизывающим взглядом Я вспоминаю неоценимую помощь Торы, ее уверенность, которая помогала мне успокаивать раненых, ее несуетливую расторопность – и осознаю, что ничем не могу отблагодарить ее за это. Сердце Териона бьется все медленнее, и все реже и реже становится дыхание, несмотря на мои попытки помочь. Слишком велика кровопотеря, и слишком сильный урон нанесен жизненно важным органам. Последний глухой удар сердца, и я убираю ладонь с его груди и не могу заставить себя поднять глаза. Я не умею творить чудеса…
Я с трудом сдерживаю рыдания. Еще немного…продержаться еще немного, а потом пойти в свою комнату, броситься на постель и выплакать всю боль и горечь, все бессилие и отчаяние, что накопились за это время. Такова цена победы…а ведь мы могли бы и проиграть. Но сейчас никакая цена не кажется мне достойной этой победы.
Я отхожу к другому раненому, но не могу сосредоточиться, а руки мои дрожат.
- Я сейчас – сжав зубы, бросаю я и выскальзываю из комнаты. Кэт перехватывает мой взгляд и хмурится. Она хочет пойти за мной, но я знаком прошу ее остаться с теми, кому помощь нужна больше. Я не хочу, чтобы раненые видели мою слабость. Не нужно это – чтобы помогать, я должна быть сильной. Должна улыбаться и дарить надежду. И потому, выйдя в коридор, я забиваюсь в самый темный уголок, где мало кто бывает, и даю волю слезам. А они кажутся бесконечными, и почему-то не становится легче.
Чьи-то легкие шаги нарушают мое уединение, и неожиданно я вижу ту самую женщину, что так пристально всматривалась в меня, когда я пыталась спасти Териона.
Я пытаюсь скрыть слезы, и вытираю их грязным и пропитанным кровью рукавом.
- Не прячь слезы. И не стыдись их – говорит незнакомка, и голос ее мягок и полон тепла.
Ей хочется довериться и кажется, что она может помочь и ободрить. С любовью и нежностью и невыразимой печалью смотрят ясные глаза, и следы пролитых слез видны на лице.
- Кто вы?- с удивлением спрашиваю я.
- Я мать Торы...и Териона.
От этих слов я начинаю рыдать еще горше. Женщина подходит ко мне и обнимает, и странное чувство – как будто это любящая мать обняла меня – и слезы, пролитые на ее груди, облегчают душу.
- Спасибо вам – всхлипывая, говорю я.
- Ну что ты..это тебе спасибо. Твоей вины нет в том, что ты не смогла помочь. Война отнимает у нас самое дорогое, оставляя взамен лишь боль и горькие воспоминания. И мудрость родителей, переживших своих детей. Ты удивительная, и я чувствую, что твоя судьба связана с судьбой Анаракота.
Я вздыхаю и утираю слезы.
- Я пойду к раненым. Им нужна помощь.
- Иди. И если будет время и желание – я всегда рада видеть тебя твоих подруг у себя в гостях. Ты легко найдешь меня. Мое имя Мириам. Любой укажет тебе дорогу к моему дому.
И, улыбнувшись мне доброй и печальной улыбкой, она уходит – а я чувствую, что обязательно должна буду повидать ее.
Я возвращаюсь обратно, и на пороге встречаюсь с Айлинель
- Что-то случилось? – спрашиваю я, удивившись ее визиту.
- Нет, я пришла помочь. Талион тоже ушел – его знания пригодятся сейчас
- Ты права. Но, может, тебе все-таки стоит вернуться? Ты едва отдохнула несколько часов?
Но спокойная и уверенная улыбка моей подруги говорит о том, что спорить с ней так же бесполезно, как и с Кэт несколькими часами ранее.
И практически весь день мы не выходим из импровизированного лазарета. А когда день начинает клониться к закату, поток раненых иссякает, и мы делаем последние перевязки, когда в комнату входит Леодар и сообщает, что нас ждут сегодня на ужине, который будет дан в честь победы. У нас еще есть несколько часов на отдых и приготовление.
Оставив раненых на попечение сиделок и сестер милосердия, мы идем отдыхать и готовиться к вечеру.

[Мирилас]

- Никого? - Фродо тронул Маглора за руку.
- Нет, кажется... - эльф прислушался - можно идти.
Мы вылезли из тени и двинулись дальше. Лавовые коридоры всё время вели вниз, приходилось быть осторожными, чтобы не упасть. Эти места были... Мёртвыми. Ни воды, ни мха, ни даже сталактитов-сталагмитов. Вообще ничего. Хотелось взвыть в голос, только бы услышать что-нибудь! Или - бежать куда глаза глядят, не разбирая дороги... Похоже, что я тихо сходила с ума. Или не я одна?

Тишина. Коридоры. Никого. А мы идём вниз и вниз, вперёд и вперёд. Мной постепенно овладевало отупение, не хотелось ничего. Ни идти, ни бороться, ни даже жить. Лау держалась лучше - она переодически трогала мешочек с Камнем Морей, который ей Асьят вернула. Остальные двигались как заведённые механизмы, исключительно по привычке. Слишком измотала нас бесконечная дорога под землёй.
Не знаю, сколько бы мы ещё продержались. Думаю, немного. Но тут коридор разительно изменился. Изменился даже зрительно - вокруг повисли клочья янтарной дымки, как в моём сне... Но самое главное, пропала мертвенность. Подземный мир ожил, но это была совсем другая жизнь, чем в верхних залах. Совсем другая мелодия.
Мы замерли, осматриваясь.
- Пошли вперёд, нечего стоять. - сказала я - Мы почти пришли.
- Чем глубже мы спускаемся, тем сильнее ты меняешься. - вдруг заявил Леголас - Что происходит?
- Меняюсь? Я? Леголас, да что ты! Я - это я, чья бы кровь во мне не текла!
Спор прервала очередная неожиданность. Перед нами вспыхнул огонёк. Маленький, рубинового цвета.
- Эт-то что? - Лау поглядела на него и на всякий случай нырнула за Леголаса.
- Проводник... - прошептала Асьят - Похоже, нас там ждут...
- Да? А вдруг там ненаш сидит? - Мерри не питал к огоньку никакого доверия.
- "Ненашему" - хмыкнул Маглор - проще оставить нас впокое, сами рано или поздно погибнем. Заблудимся или дети пещер поймают...
- А там свой. Я во сне видела! - я с вызовом оглядела компанию.
- Ох уж эти твои сны... Ладно, пойдём!
Огонёк согласно мигнул и поплыл вперёд. Мы двинулись за ним - всё равно ничего другого не оставалось.

Того, что мы увидели за очередным извивом коридора, никто не ожидал. Зал. Гигантский, огромный, потрясающий, неимоверный... Эпитеты можно перебирать долго. Наш проводник-огонёк взмыл вверх и загорелся не хуже какого-нибудь мощного прожектора - но не мог достать даже до потолка. Здесь одна высота метров сто, или даже больше - и я занаю, о чём говорю! Мы молчали. Чего тут скажешь. А потом...
..Потом появился ОН. Дракон вынырнул из темноты, понёсся вперёд и опустился неподалёку. Какой он... Я не смогу описать. Немыслимое изящество в каждой линии, сила и гордость, и красота... Могучая и древняя красота одного из Первых...
Он опустился, поглядел на нас и исчез. Просто исчез. А на его месте стоял тёмно-рыжий юноша. Его внешность была сродни эльфийской - молодое лицо, но глаза выдают прожитые, и порой невесело прожитые десятки тысячелетий. Но сам он на эльфа походил разве что громадными светло-янтарными глазами. Черты лица - острые, тонкие, словно нарисованы быстрым движением кисти - но всё же неимоверно прекрасные, острой беспощадной красотой клинка. Так вот вы какие...
Дракон молча смотрел на нас. Мы тоже не двигались, но по другим причинам. Мы были поражены внезапной встречей, поражены и ошарашены. А он - он ждал чего-то. Ждал от меня. Как только в голове возникла эта мысль, с меня словно сорвали оцепенение. Я стремительно двинулась к нему. Не боялась - меня словно подхватило и несло что-то, неведомое мне самой. В сознании сами собой возникали слова языка, умолкнувшего давным-давно... Так давно, что и Арда в те времена лишь принимала свои очертания...
- Айво наи, дениа... - сорвалось с языка.
- Айво наи, ханэлэ... - он приложил руку к сердцу и взглянул мне в глаза.
И вот тогда я поняла - поняла с ясностью и внезапностью молнии - что мы дети одного народа. Две искры одного пламени. Погасшего...

[Мирилас]

...Этот Камень походил на своего хранителя - острые грани, неистовая красота и огонь внутри.
- Я всегда знал, что придётся его отдать, когда придёт срок. - печально говорил Аэрдин - И жалею, что он пришёл. Когда миры на грани гибели, в этом нет доброго... Когда-то я пережил подобное почти ребёнком, но тогда всё было иначе, и было кому защитить.
- Великие Войны? - спросила Асьят. Глаза девчонки горели, ведь она говорила с величайшей легендой своего народа!
- Да, Помнящая - кивнул Дракон - Серые Войны - так мы их называли. После них я и получил этот Камень.
Я с трудом отвела взгляд от драгоценности в своих руках. Камень Огня... Кому, как не мне его носить?

...Впрочем, надо рассказать по порядку. Аэрдином звали обитающего здесь Дракона. Он был хранителем одного из Двенадцати Камней - как я говорила, это Камень Огня. А попали они сюда ещё в Первую Эпоху. Как я поняла, Аэрдин от кого-то прятался, и решил остановиться здесь. Потом нашёл эти пещеры и поселися в них...
...То, что с мирами что-то не так, он почуял сразу. Связь Драконов с любым из миров слишком сильна, чтобы такое пропустить. Аэрдин долго пытался понять, в чём же дело - и уловил в общих чертах. Конечно, он не знал, кто и зачем (это ему рассказали мы), но ЧТО и КАК ОСТАНОВИТЬ он понял сразу. И стал ждать, когда кто-нибудь придёт за камнем. Дракон готовил встречу - друзьям с миром, врагам с оружием (образно выражаясь), но того, что к нему придёт сородич, он не ожидал...
И вот теперь у меня в сумке лежит второй Камень, который мы нашли. А я... я не знаю, что и думать. Всегда считала себя человеком, а тут! Драконы в придачу ко всему ещё и бессмертны...

- Как ты её назвал? - спросила я, чтобы отвлечся от своих мыслей.
- Помнящая... - усмехнулся Дракон - Одна из тех, кто вопреки всему хранили память о нас.
- О тех, кто нас учил на заре времён... - нараспев произнесла она - О тех, кто научил других ходить между мирами... Только я не такая уж Помнящая. Только первую легенду и знаю. А больше передать никто не успел...
- А-а... А что на самом деле было? - робко поинтересовался Фродо. Нет, действительно, хоббичье любопытство ничему не перешибить!
- Многое... - Аэрдин вздохнул - Были юные миры и такие же юные Драконы. Мы... просто жили. Учились магии, носились в облаках, забавы ради ходили между мирами. Постепенно мы набирались знаний, строили города... Потом из достойнейших выбрали Короля. А он основал столицу в нашем родном мире...
- Аольгирра Навиэлла, Рассветный город, Место знаний... - прошептала я. Высокогорное озеро, хвойные леса, и на берегу - янтарные шпили и золотистые стены...
- Сильна же в тебе память крови. - медленно ответил Аэрдин - Впрочем, я и не ждал иного. Мы жили, познавали, учили других... Но потом пришли они. Мы были воплощением Жизни и Пламени, они же - Серости и Пустоты. Не Смерти даже - что Смерть, и по Ту Стророну Черты что-то да есть. А они несли абсолютнейшую пустоту, где нет вообще ничего. Сами Серые считали, что совершают великое благо - даруют спокойствие, безопасность и правила... Но мы и другие народы считали что лучше гибель, чем такая милость. А Серые начали войну, ибо первейшим долгом считали загасить наш огонь. Так начались Серые Войны, что длились не одно тысячелетие, то затухая, то разгораясь...
Аэрдин замолчал, а в его глазах проносилсь вихри. Никто не прерывал его. Я же сидела и вспоминала. Именно вспоминала - так же, как вспомнила Аольгирру. Память крови...
- ...Говорить о всём том было бы слишком долго - наконец продолжил он - Мы не смогли удержать вражий напор. Пала Аольгирра, погиб Король. Но Серые рано радовались - и мы успели нанести свой удар. Что случилось далее, вы можете и догадаться. Остатки нашей расы и Серых разметало по всему Мирозданью. А я... я спасал Камень Огня. Мне, совсем молоденькому Дракону, почти ребёнку, доверили это.
- И ты оправдал доверие... Аэрдин, почему ты говоришь так, словно знаешь что-то про меня? Или про мою семью? - вдруг произнесла я.
- Трудно не знать о тебе. - пожал плечами он - Мы всегда чувствуем кровь, и ты похожа на свою мать в детстве.
- Ты был с ней знаком? - я подалась вперёд.
- Да... Когда я видел ханэлэ Ирмиа в последний раз, она была твоего возраста.
- Райна, Аэрдин... Извините, но... что значит "ханэлэ"? - смущённо спросила Лау.
Я поняла, что краснею. Если это именно то слово, что мне кровь подсказывает...
- Принцесса. - Аэрдин загадочно усмехнулся.
Всё. Доигрались. Довспоминались. Допутешествовались! Пусть только они от меня не отвернуться! Я так не смогу...
- Правда?! - Мерри даже рот забыл закрыть - Здорово как! - он был в полнейшем восторге.
- Номер три! - засмеялась Лау.
Похоже что никто не собирался меня от себя отделять. У меня словно гора с души свалилась. Как бы то ни было, кем бы я не оказалась, но мне хотелось остаться просто Райной, другом и любимой...
Аэрдин оглядел нас и кивнул чему-то своему.
- Спите. Вы устали... Завтра я покажу вам путь к выходу.
- А ты? - робко поинтересовалась Асьят.
- А я поиду по своему пути... - он склонил голову и исчез.
Маглор осторожно притянул меня к себе.
- Давайте последуем его совету, действительно многое случилось. - сказал он - Спи, искорка моя... - прошептал эльф уже мне на ухо.
Я счастливо улыбнулась. Да в конце концов, какая разница, кто я такая?! Меня любят, я люблю, а это главное! Я поудобнее устроилась у Маглора на плече и скоро задремала...

[Katren]

Нелегко жить, зная, что ты жив, но что ты не принес ощутимой помощи в битве. Я ходила по дворцу неприкаянная. Воины, которые остались невредимыми переносили тех, кто был ранен достаточно легко, точнее не смертельно, в большие госпитали Нодарага. Те же, кого трогать было нельзя, оставались во дворце. Теперь весь огромный тронный зал был заполнен ранеными и умирающими. Вдруг я заметила знакомое лицо с лисьими глазами. Это была Фаса. Она, смертельно бледная, сидела около колонны, прижимая что-то к груди. Я отошла от друзей и подошла к женщине. Она глянула на меня своими пустыми от горя глазами и опустила голову покачиваясь всем телом.
- Фаса, что с тобой? –спросила я и присела рядом на корточки.
- Будь проклята эта война! – сказал она тихо, едва слышно, - мой маленький Беано, мой малютка…
Не переставая говорить, она откинула полог грязной материи и я увидела лицо, неподвижное, безжизненное лицо маленького мальчика. Фаса продрожала говорить:
- Мой малютка…он вылез из укрытия помочь раненному воину и его убили..
- Фаса, пойдем, - сказала я ей.
Женщина послушно поднялась, прижимая к груди сына. Казалось она постарела на лет двадцать, она выглядела на все пятьдесят. Мы с Фасой пошли к моим друзьям, в устроенный здесь госпиталь и я передала ее в руки сестер милосердия. Я стояла несколько минут и смотрела на удаляющихся женщин, потом повернулась и пошла к друзьям.

Пока мы шли наверх, в комнаты свои, Леодар рассказывал о битве:
- …посыпалась гора ударов, мы отступили уже практически на ступени дворца. Солнце уже встало, но было темно, как ночью. Вдруг раздался звук рога. Я повернулся и увидел на вершине холма наше спасение. Улбар привел войско. Привел много людей. Около пяти тысяч. Они нагрянули внезапно и враг отступи, не выдержав неожиданности и стремительности удара.
Я оглянулась и увидела Улбара, который был очень бледным – видно рана была все-таки серьезная.
- Я вас догоню, - крикнула я друзьям и отвела Улбара назад в лазарет перевязать рану.
Мои друзья кивнули и скрылись в коридоре. Мы с Уларом пошли в лазарет, где от запаха спекшейся крови было невозможно было дышать…
Улбар благодарно посмотрел не меня и хотел сам снять повязку, но я не дала ему. Я наклонилась низко, что бы рассмотреть рану, так близко, что наши глаза были на одном уровне. Вдруг мы встретились взглядами. Но что со мной? Почему вместо серо-зеленых глаз Улбара я вижу черно-золотые глаза Велиарита? Я ошарашено уставилась на Улбара и только несколько секунд спустя поняла как глупо это выглядит. Он смотрел на меня недоумевающе, и сказал с усмешкой:
- Что, шрам такой страшный?
Я мотнула головой, освобождаясь от видения:
- Нет, Улбар. Шрама практически не видно. Ну, не будет видно вскоре. Не переживай.
- Я не девушка, чтоб переживать из-за шрамов, -ответил генерал.
Я как раз закончила с перевязкой, как явился слуга. Его роскошная ливрея была испачкана и порвана, но держался он достойно:
- Леди, генерал, вас ждет королева Харадора у себя в покоях.
Мы переглянулись и сказали, что будем через минуту. Когда мы поднялись, то увидели Айлинель, Леодара Талиона и Хельгу, стоявших и ожидавших нас.
Здесь стояла тишина и полумрак. Охрана около дверей королевы вскочила на ноги при виде принца и генерала, живых, но раненных. Мы зашли в комнату и Леодар отпустил всех служанок. Харадора выглядела неплохо. Она улыбнулась, когда мы вошли и сказала:
- Дети мои, мне никто ничего не рассказывает. Бой окончен? Победа наша?
- Да, мама, - опустился Леодар перед ней на колени и взял за руку.
- Я знала, что будет так. Но что с тобой, сын мой? – она беспокойно опустила глаза и потрогала рукой перевязку на ноге.
- Результат исполнения долга, - усмехнулся он.
- Тебе больно?
- Нет. Я не так серьезно ранен. Улбар получил более значительный удар, а леди Катрен лежала почти при смерти.
Королева перевела на нас взгляд и сказала:
- Я отблагодарю вас за служение Анаракоту.
В этих простых словах было столько достоинства, столько величия, сколько может придать фразе только истинная королева. Несколько минут царило молчание. Затем Леодар сказал:
- Королева, ваши дочери, принцессы…
- Что с ними? – встрепенулась Харадора.
- Их схватил Велиарит.
- Что? – воскликнула я.
Леодар обернулся:
- да. Их захватили в плен, когда они вышли, ослушавшись приказания, за стены дворца.
- Бедные мои девочки. – прошептала королева.
- Мы послали людей, чтоб те проследили за ними. – вставил Улбар.
- Спасибо, Улбар. –ответила Харадора. Они немного помолчала и сказала: - Леодар, сын мой, прикажи изготовить мне кресло. У тебя есть два дня. Я должна обратиться к народу и отблагодарить тех, кто этого достоин.
- Мама, но зачем тебе кресло? –удивился Леодар.
- Я больше не смогу ходить, - ответила Харадора.
- Не может быть! – воскликнула Хельга, - я ведь старалась….
- Я знаю, дочка, - ответила Харадора и помолчав добавила. – а теперь идите. Вас ждет еще ужин.

[Крошка]

Мои друзья направляются к выходу, а я, встретившись взглядом с Харадорой, задерживаюсь на миг. Кэт оборачивается ко мне, и на ее немой вопрос я отвечаю:
- Идите…я сейчас буду.
Они уходят, а я останавливаюсь у постели королевы
- Ваша рана…она тревожит вас?
- Нет, дитя мое. Но черное дело сделано. Слишком велико зло. И тот, кто смог бы сейчас излечить меня, сам погиб бы. Сейчас помочь мне может только чудо.
Я стою, склонив голову. Я чувствовала, что так будет, но все же я не переставала надеяться.
- Надежда – слышу я мягкий голос. – Она не должна покинуть тебя и твоих спутников. Она понадобится вам еще не раз. Я тоже буду надеяться…вопреки знанию. Ну что же ты стоишь! Сядь, дитя.
Ее голос напоминает мне другой – он тоже дарил покой измученному сердцу, вселял веру. Так далеко сейчас та, что дала нам всем доброе напутствие и открыла нам наши дары. Мудрая и прекрасная, королева Анаракота чем-то напоминает мне светлую Владычицу.
Я поднимаю голову и вижу внимательные светлые глаза Харадоры и печальное и красивое лицо – в нем благородство королевской крови смешивается с мудростью женщины, пережившей многое на своем жизненном пути. Мелькает образ Леодара – он кажется таким молодым, но тогда, в суматохе предбоевой подготовки я увидела в нем знания и волю опытного воина и властителя. Королева видит вопрос в моем взгляде, уголки ее губ чуть поднимаются в улыбке, и она говорит:
- Ты ищешь ответы на вопросы. Я отвечу тебе. Здесь время идет не так, как в твоем мире. По твоему летоисчислению я намного старше, чем кажусь тебе и твоим подругам. Ты почувствуешь иной ход времени, когда придет пора.
- Вы загадали загадок больше, чем дали ответов. И почему вы говорите это мне? – смущенно замечаю я.
- Придет час, и все загадки будут разгаданы. А сейчас иди. Твои друзья ждут тебя.
Я прощаюсь с королевой и ухожу.

Кэт уже в нашей комнате, она отдыхает. Я принимаю ванну и без сил падаю в постель. В этот раз мы позволяем себе отдохнуть около двух часов, а потом начинаем собираться на ужин.
Не хочется ничего роскошного и вычурного. Радость победы велика, но не только сияющие знамена Анаракота вспоминаются мне, а тяжестью на сердце лежит горечь потерь. Поэтому я выбираю светло-серое длинное платье с серебристым пояском, и Кэт тоже подбирает что-то неяркое, но изящное.
Леодар и Улбар заходят за нами, и вскоре мы входим в роскошную залу, где собрались те, благодаря тому мы одержали победу в этой битве. Айлинель и Талион уже здесь, они сидят рядом и беседуют. При виде нас лица их озаряются радостью.

Странный это был ужин – радостный и горький одновременно. Звучали речи, славящие храбрость воителей, и кубки вина поднимались как за бесстрашных воинов, так и за тех, кто своей нежной заботой спасал жизни тех, кого ранило оружие врага. Были помянуты и отважная вылазка Улбара и наша помощь раненым. Но не были забыты и павшие в бою товарищи…
А придворные менестрели складывали песни об этой битве – славным достоянием этой эпохи войдет она в хроники…об отваге пели они, о бесстрашии, прославляя живущих и отдавая долг памяти храбрости павших.
И, глядя на лица друзей, освещенные ярким светом пылающего камина, я вдруг поняла, что наши судьбы навек переплелись с судьбой этого края, и частичка моего сердца навсегда останется здесь, что бы ни случилось.

[Мирилас]

...Недосказанных строк брешь на белом листе,
Стены зыбких жилищ в золотых облаках.
От сожжёных мостов белый след в темноте.
Тонкий образ мечты, горький вкус на губах...

Я открыла глаза. Так красиво... Приснилось мне опять, что ли?
Рядом сидел Маглор с лютней вместе. Видно, то ли играл, то ли пел, а я проснулась - прекратил.
- Разбудил тебя, да? - спросил он с улыбкой.
- Какая разница, всё равно выспалась. - я села - Это ты пел?
- Я... - Маглор осторожно коснулся моего виска - Знаешь, у тебя глаза сейчас, как осеннее небо... Ну вот, и дождь пошёл...
Я плакать не хотела, честное слово. Слёзы текли сами собой, и останавливаться никак не желали. Никогда в жизни столько не плакала!
- Никогда столько не плакала. - повторила я вслух.
- То есть не плакала вообще?
- Маглор, не поверишь - да! Пару раз в глубоком детстве...
Мы сидели рядом, говоря о всякой чепухе, но я слушала не слова, а голос. И смотрела в его глаза, сияющие каким-то непостижимым светом. Смотрела, не в силах оторваться, забыв и где мы, и что с нами, что было и что будет... А потом они оказались близко-близко...

...Сколько времени прошло, определить затрудняюсь. Просто когда мы вместе (да ещё и целуемся - но на это обычно времени не хватает... Не то что сейчас), я могу полностью не воспринимать окружающий мир. Но такое быват лишь в спокойной обстановке - как теперь. К сожалению, таких минут всё меньше и меньше, постоянное напряжнение. Только бы это всё закончилось благополучно! Уйдём с Маглором в какие-нибудь горы, и будем там жить всем назло.
Я вздохнула и прижалась к его груди. Мы сидели, обнявшись, у стены. Все остальные крепко спали, Аэрдина со вчерашнего "дня" мы не видели. Маглор внезапно спросил:
- Райна, чего ты боишься?
- Боюсь?! - я вздрогнула, а потом выпалила - Боюсь! Себя саму боюсь... И что ты... Что ты меня разлюбишь...
- Райна! Да как ты можешь?! - он отшатнулся, потом схватил меня за плечи и посмотрел в глаза со странной смесью боли, нежности и отчаянья - Как я могу тебя разлюбить?! Почему ты так бумашь?! Ты другая, чем кажешься... Но я-то это знаю. И сам я тоже... не такой как все, и ты это понимашь. Пойми, искорка, я же тебя люблю какая ты есть, а из какого ты народа - мне не важно!
Я осторожно провела рукой по его лицу.
- Прости меня, пожалйста... - прошептала я - Я же выросла среди людей, и сама в душе человек... А мы вечно чего-то боимся... Прости...
Маглор с облегчением улыбнулся. Мы бы, наверное, и дальше так же продолжали, но я почувствовала чьё-то приближение.
- Райна?
- Ничего, всё в порядке, это Аэрдин...
Дракон вскоре возник на краю тьмы и полусвета (его огонёк-проводник светил еле-еле, чтобы мы могли спокойно спать). На этот раз он пришёл в человеческом облике - видимо, не хотел никого беспокоить. В руке Аэрдин держал серебристую флейту. Он что, тоже музыку любит?
- Люблю - ответил он на мой вопрос - но это я принёс для Асьят, она умеет на ней играть. А сама флейта... не совсем простая. Увидите. - он опять загадочно усмехнулся.

Наш отряд наконец-то полностью проснулся. Дракон принёс нам на завтрак жареные не то плоды, не то овощи. И где он их здесь берёт? Но мы этим вопросом не особо задавались, тем более что еда была вкусной.
А потом Аэрдин объяснял нам, как выбраться из пещер без неприятностей.
- Я дам вам проводника - сказал он и показал на светящийся шарик - Вы выйдете наружу у места, где кончаются те горы, что над нами. Я не знаю, как вы его называете... В этих пещерах есть Врата, но вам они не нужны. В Средиземье есть свой Камень, кроме того, что я принёс. Больше я вам не скажу, потому что и сам не знаю. Ищите его...
- А ты как же? - повторила Лау вчерашний вопрос.
- Я... Вы же знаете, что не одни ищете Камни.
- Знаем! Я с тремя другими девушками в Эсгал-Лондэ встречалась. Ты их пойдёшь искать, что ли? - обрадовалась Лау.
- Пойду. - кивнул Дракон - Мне есть, что им сказать, да и опасность им грозит несравненно большая...
- Есть что им сказать... А нам? - спросил Леголас.
- А у вас есть Райна! - заявил Аэрдин. Я, признаться, слегка оторопела от подобного заявления - В ней эти знания заложены с рождения, только спят... Но проснутся в нужный момент.
- Аэрдин... Если ты их найдёшь, то скажешь, что у нас уже два Камня? - попросила я.
- Конечно скажу. Если найду. У меня нет никакого ориентира, искать придётся по наитию. Я не знаю, сколько времени это займёт, не знаю, найду ли их вообще...

Мы прошли вдоль стены и нырнули в довольно широкий и удобный проход. Настроение было прподнятое, Асьят несла в раке флейту. Впереди плыл рубиновй огонёк, направляя нас и освещая путь. Возможно, скоро мы выйдем из опостылевших пещер. Возможно...

[Katren]

Два последующих дня мы залечивали свои раны и пытались помочь хоть чем-то Леодару и Харадоре. У нас, правда, получалось не очень хорошо и выходило, что главным образом помогал Улбар, а мы делали что могли. В основном, мы заботились о раненых.
Я уже полностью оправилась от ранения и шрама, как обещала Хельга, почти не было видно. Леодар приказал сделать матери шикарное кресло из темного дерева, инкрустированное серебром, и Харадора должна была обратиться к народу.
На главной площади перед дворцом, во дворе дворца, на ступенях, на прилегающих улицах, даже на полях около Нодарага – все было заполнено воинами, простыми жителями столицы и близлежащих городов. Несмотря на разрушенные здания, рухнувшие статуи и сгоревшие деревья, город был украшен флагами, и создавалось ощущение, что ты находишься в каком-то фантастическом миру, где все летает и живет в синеве небес.
Военачальники армий были наряжены в праздничную одежду, богатую и нелепую на фоне общей серой массы народа и обугленных стен. Мы также были одеты торжественно, но несколько сурово. Еще вчера мы решили, что уходим из этого мира через три дня. Моя одежда, которая была у меня с самого Эсгал-Лонде, уже сильно потрепалась и была порвана. Я порылась в гардеробной и вытащила оттуда себе черные кожаные штаны, светлую рубашку с широкими рукавами, а сверху такой же как штаны, корсет. Только сапоги я оставила прежние и плащ. Хельга, когда увидела меня первый раз в таком наряде, приподняла скептически бровь и сказала:
- Что-то тебя на пиратский стиль потянуло…
- Ну это лучше чем то, что я задумала раньше – хиппи..
Потом мы это еще долго вспоминали. А одежда оказалась очень удобной, красивой и практичной.
На церемонию Хельга надела длинное платье изумрудного цвета, а Айлинель - красную юбку по колено и черню кофту. Мы были без мечей, только мужчины держали оружие. Мы стояли на площадке перед главным входом во дворец, на самом верху длинных ступеней. В полной тишине Леодар вывез на кресле Харадору, и народ ахнул. Их сильная правительница, которая вызывала почтение даже у самых отъявленных злодеев, казалось сейчас такой беспомощной и немощной, но это было не так. Потом она заговорила – сильно, властно, по-матерински:
- Люди Нодарага, воины Анаракота в этот час мы все понимаем, что нам необходимо поговорить.
Она замолчала, и толпа одобрительно загудела.
- Наша богатая и счастливая империя не знала ранее таких потерь и страданий. Но не ропщите на судьбу! Не надо искать виноватых! Так случилось, давайте теперь залечим свои раны и станем еще сильнее, чтоб впредь враг не смог бы даже вступить на нашу землю
Толпа заволновалась, и кто-то крикнул:
- Это эти девчонки привели за собой врагов!
- Да! Да! Да! –кричала един голосом толпа.
Я глянула на Айлинель и Хельгу. Они были встревожены. Мы как по команде глянули на Харадору, но она спокойно ответила:
- Если вам нужны виновные, то оглянитесь вокруг. Все мы виноваты в этом. А эти девушки героини, а не наши враги.
Люди недоверчиво молчали и выжидали. Королева продолжила:
- Собственно из-за этих девушек мы также собрались здесь. Мы должны их отблагодарить. Смотрите, свободный народ Анаракота. Это леди Хельга. Она сражалась в бою, а потом, когда я была ранена и была при смерти, она вылечила меня. Она лечила ваших сынов и отцов. Она не бросила вас умирать, а могла бы…
- Да! Она меня лечила! – закричал какой-то усатый мужчина у подножья ступеней.
Харадора кивнула, а Хельга была настолько смущена, что покраснела. Королева позвала ее жестом и сказала громко:
- Леди Хельга, отныне и навсегда вы будете уважаемы и любимыми в моей империи. В знак благодарности хочу подарить вам этот кулон. Это символ Нодарага – Голубая Капля.
Хельга склонила голову, и Харадора надела на нее красивый кулон с чистым светло-зеленым камнем, идеальной огранки. Когда же Хельга, вставала, Харадора сказала ей так, чтобы народ не услышал:
- Дитя мое, возможно ты удивишься, но у тебя не такая судьба, как у твоих подруг.
Хельга подняла на нее недоуменный взгляд, но Харадора говорила дальше:
- Леди Айлинель. За вашу доблесть, за мужество проявленное в бою за то, что вы остались во время битвы в самом центре событий, наконец, за то, что вы спасли меня, я посвящаю вас в рыцари Анаракота.
Я, Хельга и Айлинель открыли рты от удивления. Айлинель медленно опустилась на одно колено, и паж преподнес королеве золотой меч на подушке. Пока Харадора посвящала Айлинель в рыцари, я думала, что случится со мной. Ну, доблесть особую я не проявила, валяясь в забытье на койке, лечить тоже не сильно лечила. Если не считать наложение повязок… что будет со мной?
Айлинель на нетвердых ногах отошла и стала около меня, счастливо улыбаясь и прижимая что-то к груди. Народ переменил свое решение и радостно кричал приветствуя нового воина. Харадора подождала пока все несколько успокоится и сказала:
- Леди Катрен.
Я вздрогнула и послушно подошла к ней.
- За необыкновенную отвагу, что вы проявили, сражаясь с нашим врагом Велиаритом физически и душевно, за все потери, что вам еще придется понести и за каждую слезу, которая упала и упадет на землю во имя любви и долга, за мужественное сердце, за преданность и чистоту, я посвящаю вас в рыцари Анаракота.
При этих словах я чуть не упала в обморок от счастья и волнения. Айлинель весело помахала мне и показала рукой, чтоб я становилась на колено. Хельга и Талион стояли и улыбались. Я опустилась на колено, и тяжелое, холодное золото коснулось моих плачей. Меня трясло от возбуждения, но я сжала руки в кулаках и встала. Харадора протянула мне изящное серебряное кольцо с таким же камнем, только несколько более голубым, как у Хельги. Я взглянула на Айлинель – у нее было такое же кольцо.
- Это знак вашей принадлежности к рыцарскому дому Анаракота, - сказала Харадора и поцеловала меня в лоб.
Когда я дошла до своего места, то была самым счастливым человеком на земле.
Потом Харадора также торжественно наградила Талиона и подарила ему кулон с трехконечной звездой Анаракота, Улбара он возвела в ранг своего главного советника и правой руки, при этом оставляя за ним армию, а Леодара похвалила за верность империи и сыновью любовь. Затем она сказала:
- А теперь нас всех ждет пир. И пускай этот пир станет знаком того, что мы победили войну и потери в своих сердцах. И каждый поднимает бокал за процветание нашей страны!
Люди радостно загалдели и стали расходиться и выходить за стены города, где были расставлены огромные столы на несколько километров, где должен был быть праздник. Остальные же пошли во дворец.

[Lady Vaako]

– Осторожно… Начинай отступать назад… Только медленно…- голос ландграфа звучал глухо.
Я послушалась и медленно начала отходить к выходу. Скиминоку-то что, у него есть Меч Без Имени. Этот меч имеет свою волю и сам выбирает руку хозяина. Но зато, если уж он выбрал себе хозяина, то позаботится о том, чтобы этот человек не умер в бою. Скиминок часто говорил, что убивать всегда начинает меч, он сам подключается позже. Так будет и в этот раз…
…Твари медленно выходили на свет. Когда я их разглядела, к горлу подступила тошнота. Помесь гиен с тиграми, вот что это было такое. Но выглядели они так, как будто с них заживо содрали кожу. Некоторые были слепыми, некоторые имели и по четыре глаза. Они двигались молча и сонно, но было что-то в этом движении, от чего мороз проходил по коже. Не знающие страха и боли, они были готовы разорвать любого, ибо двигал ими лишь голод. Смертоносные, целеустремленные, они знали, что жертвам не вырваться из их когтей и сегодня будет пир…
Их было не больше десятка. Но это были страшные противники. И сейчас я с кристальной ясностью поняла, что сегодня мне придется вспоминать все, чему меня учили на тренировках.
И вот, первая тварь бросилась на ландграфа. Почти неуловимое движение мечом, и разрубленный пополам зверь падает на землю. Но и после этого страшные зубы пытаются схватит жертву, а мощные лапы колотят землю в яростной попытке добраться и убить…
Бойня началась…
Когда я очнулась, уже светили звезды. Я совершенно не помнила, чем кончилась наша вылазка в пещеру, но боль в левой руке свидетельствовала о том, что не все кончилось благополучно. Я пошевелилась и попыталась сесть.
– Лежи тихо, ты ранена. – Это был голос ландграфа. Он жив! Какое счастье!
– Что там случилось? Я не помню, чем все кончилось…
– Мы победили. Ты молодец, хорошо сражалась. Видно, что тренировки не прошли в пустую. Ты убила троих, прежде чем тебя ранили. Они окружили тебя, видно почувствовали, что ты слабее меня. А меня оттесняли в глубь пещеры, чтобы я не смог тебе помочь. Хитрые твари… Когда он укусил тебя, ты потеряла сознание. Они как раз готовились напасть на тебя всем скопом, но к счастью, я успел вовремя. И они все прибывали и прибывали… Ты очнулась, как раз в тот момент, когда они решили добить меня. Их было столько, что даже Меч Без Имени не справлялся. А потом… Потом ты просто подняла смерч и их буквально размазало по пещере. Что самое странное: смерч бушевал вокруг меня, но безо всякого ущерба. Ты растешь, молодец. Мы опасались, что эти твари могут быть ядовитыми, но, похоже, что все в порядке.
Да, теперь я вспомнила… И сам бой, и то как эта тварь все же укусила меня. Зубы были настолько острые, что я даже сначала не поняла, что произошло. И потеряла сознание я после того, как увидела что у меня с рукой. Потом помню, что увидела ландграфа… Его окружали и их было слишком много. Дальше снова темнота. Похоже, мой Дар растет и не просто растет, а бешеными скачками. Вероятно, потому что я поздно его получила.
– На вот, выпей. – это подошел Брумель. – Это настой из трав, он придаст тебе сил, завтра они понадобятся.
Последнее, что я помню перед тем, как провалится в сон, это Скиминок и Брумель, сидящие у костра и обсуждающие завтрашний поход.
– Кролика надо пустить первым…
Защитная реакция организма, вдруг подумалось мне…

[Lady Vaako]

На следующее утро я проснулась бодрой и отдохнувшей. Рука была перевязана и почти не болела. Кролик вернулся и сокрушенно качал головой, слушая рассказ ландграфа. Зато он очень обрадовался тому, что пойдет первым, и будет дышать огнем при любом признаке движения.
Мы быстро позавтракали и нагрузили коней. И вот, наконец, мы входим в пещеру.
Вспышка пламени. Никого. Еще одна. Загорелись останки тварей, гниющие здесь со вчерашнего дня. Стараясь не смотреть, я проскользнула мимо, ведя в поводу Бреда. Мы завязали коням глаза, чтобы не волновать их, но похоже, запахи им не очень нравятся.
Мы шли вперед уже около часа, и по расчетам, скоро должны были подойти к месту хранения камней. Пещера не становилась уже, что нас радовало, потому что иначе Кролик не смог бы идти дальше.
На нас никто пока не нападал, хотя мы шли наготове. Кролик периодически дышал огнем, но впереди никого не было. Иногда только чувствовалась какая-то дрожь из-под земли, но что это было, мы могли только догадываться.
Еще через некоторое время у нас на пути встала неожиданная преграда. Это была толстая дверь, явно закрытая, без каких-либо признаков замков. Она перегораживала собой весь проход. Мы остановились в недоумении. Кролик попытался высадить дверь, но безрезультатно.
Я тихо засмеявшись, подошла к двери, и сказала:
– Мэллок.
Дверь не пошевелилась. Хотя… Чего я ждала… Провела пальцами по поверхности. Она была деревянной, очень теплой. Странное ощущение: как будто кто-то высунулся из двери, оценивающе глянул на нас и втянулся обратно. Но никого не было, это мне лишь показалось…
И тут по двери побежали сияющие символы. Они складывались в слова, и вскоре на нас глядела надпись. Символы были незнакомыми, но странное дело: я их понимала.
"У меня тысячи глаз, но я ничего не вижу. У меня тысячи ушей, но я ничего не слышу. Что я?".
Мы недоуменно переглянулись. Загадка… И на следующие полчаса мы погрузились в размышление.
Я мучительно перебирала всех известных мне существ, но никто из тех, кого я вспоминала, не обладал таким количеством глаз и ушей, и был при этом слепым и глухим. Хотя… Я знаю эту загадку… Это было просто элементарно, ну как же я сразу не вспомнила!
– Мозг. – громко и отчетливо сказала я. Дверь распахнулась.
Ландграф и черти уважительно посмотрели на меня.
– Как ты догадалась?
– Ну, это же элементарно! Мозг имеет тысячи нервов, ведущих к глазам и ушам, но он сам ничего не видит и не слышит.
За дверью была маленькая, очень маленькая комната, буквально два на два метра. Там стоял круглый столик, а нем лежал предмет наших поисков. Подойдя ближе, я поняла, что ошиблась. Но этого мы совсем не ждали…

Их было два. Один – нежно-белый, второй – угольно-черный. Они как-то пульсировали, становясь то ярче, то угасая. Я осторожно протянула руку, и взяла сначала один камень, а потом второй. Светлый был теплым, а темный – холодным, как льдинка.
Свет и Тьма. Вот что это такое было. Две грани мира, заключенные в двух камнях. И даже в этой своей ипостаси они все равно были частями целого.
Я аккуратно положила их в мешочек на поясе. И вернулась к двери. Как только я вернулась в коридор, дверь захлопнулась. И уже никакая сила не могла ее открыть.
И наш маленький отряд в том же порядке начал двигаться обратно, чтобы попасть в другой коридор, ведущий к Вратам.
Вдруг мы почувствовали удар из-под земли. Кони испуганно заржали. Мы прибавили шагу. Обратно вышли все же без приключений.
И вошли в соседний коридор. И снова тот же удар, но гораздо сильнее и ощутимее. А вдруг это признак землетрясения?
До Врат идти ближе, чем до камней. Но одна мысль так и не давала мне покоя: у Люциферов были армии, не чета нашему отряду. Так что их остановило? Что смогло их уничтожить? Да так, что теперь Люциферы отказались от идеи завладеть камнями.
Я получила ответ на этот вопрос тут же. Снова подземный толчок, земля перед нами вздымается и на поверхности оказывается чья-то уродливая голова… Склизкая, покрытая струпьями кожа, трупная вонь… Пасть, усеянная несколькими рядами острых мелких зубов… А я-то думала, что эти твари являются плодом больного воображения кинематографистов!
Кролик немедленно выдыхает струю пламени…
Сзади раздается крик: еще одна такая же тварь вылезла на свет.
Мы обнажаем оружие, но что мы можем сделать против этих гигантов?
Кролик кидается в бой… Коридор достаточно велик, но есть опасность, что нас попросту раздавят.
Вот уже один черт схвачен… На мгновение видны судорожно дергающиеся ноги…
Кролик едва справляется… На его плече уже видна кровь… Из-под земли показывается третья голова…
К нам подскакивает Брумель:
– Милорд, и вы, леди, вы должны спастись. До врат недалеко, если вы сядете на коней, и помчитесь во весь опор, то вы успеете заскочить в них, прежде чем эти твари сообразят в чем дело…
Я испугано смотрю на черта:
– Но вы же погибнете! Вы не можете здесь остаться! – я срываюсь на крик, и не замечаю угрозы. Кто-то кидает меня на землю, а в нескольких сантиметрах от того места, где я стояла, клацает пасть монстра. Слышен рев раненого Кролика, он отвлек на себя внимание двух тварей, одна из них яростно металась, пытаясь погасить пламя.
– Ваша жизнь важнее. И если мы погибнем, то мы сделаем это не напрасно…
Слышен хруст костей, я оглядываюсь: наш отряд стал меньше еще на одного черта… Удары их оружия для этих монстров все равно, что укус комара для нас…
Кролик наконец одолевает одну из этих чудовищных порождений чьей-то извращенной фантазии. Но это бесполезно… Показывается еще одна голова… И еще…
Краем глаза вижу, что ландграф замахивается, ранит одну из тварей… Подбегает ко мне, рывком ставит меня на ноги.
Слышен еще один сдавленный крик.
– Брумель прав. Мы должны бежать к вратам. Мы, а ты особенно, не должны погибнуть здесь.
Я поворачиваюсь, чтобы найти коней, и вижу ужасную картину: передняя половина коня ландграфа, червь, распахнувший пасть на моего Бреда. Инстинктивно я бросаюсь на врага, но ландграф оказывается быстрее и прямо в пасть червю вонзается копье.
Мы вдвоем садимся на Бреда, и не оглядываясь, несемся к спасительной арке, которую уже видно… Сзади слышен рев и крики, и не понять, что там происходит…
Похоже, что одна из тварей заметила наше бегство и пустилась в погоню.
Но арка уже близка… А в голове стучится только одна мысль: "Помогите им! Кто-нибудь! Пусть они спасутся… Все боги, которые только есть на свете, хоть кто-нибудь, спасите их!".
Бред, почувствовав приближение смерти, дико заржал, и в совершенно невероятном прыжке преодолел те несколько метров, отделяющих нас от ворот в другой мир.
Мы снова были в пещере… Я спрыгнула с коня, и заплакала. Скиминок подошел ко мне и крепко обнял. А я все плакала и плакала, и никак не могла остановится…И бессвязно шептала:
– Кто-нибудь, помогите им! Пусть они спасутся, пожалуйста…

[Katren]

Праздник удался на славу. Нет, шумного и бурного веселья не было, но такова уж особенность людей – забывать горести и печали. В зале, где недавно еще лежали раненые и умирающие, теперь стояли столы и горели свечи. Еды было не так много как раньше, ведь много скота убежало или он был перебит, а некоторые поля были сожжены. Мы сидели за главным столом, где сидела Харадора. Хрупкая женщина в кресле с невероятной силой воли на лице, она печально смотрела на всех нас, лишь изредка улыбаясь. Ни разу она не упомянула, что обе ее дочери схвачены. Хельга передала ей наш разговор в зверинце, про желание Роны и Дедан выйти замуж, и Харадора лишь пожала плечами, но было видно как ей больно.
Я сидела рядом с Леодаром, и мы впервые разговаривали долго. Он сказал, что ему приятно, что мы все оказались в Анаракоте. При этом он странным образом поглядывал на Хельгу, которая весело разговаривала с Талионом. Несколько раз я ловила пристальный взгляд Айлинель, которая словно изучала то меня, то Леодара.
Уже когда мы расходились по комнатам я подошла к Айлинель и спросила:
- Ты что-то заметила? Ты так внимательно смотрела на нас…
Айлинель отвела глаза в сторону и проговорила:
- Нет.. я пока не уверена.. Спокойной ночи.
И она скрылась за дверью вместе с Талионом. Я пожала плечами и пошла спать. Хельга же еще минут на пятнадцать задержалась в коридоре с Леодаром.

Следующее утро оказалось наполненным до краев одним событием: в Нодараг, во Дворец, вернулась Дедан. Это было ранним утром. Я завернулась в плащ и пошла погулять по еще спящему городу. Хельга спала крепким сном и улыбалась во сне и я не стала ее будить. Хотя мне было сказано, чтоб я не выходила без охраны в город, я ослушалась этого приказа и пошла гулять. Тем более что говорил это Улбар, а под охраной он подразумевал себя.
Только я вышла за двери, на меня налетела женщина в ободранном плаще с капюшоном. Она прихрамывала, а руки ее дрожали. Вдруг полог капюшона откинулся, и я увидела перепуганные зеленые глаза Дедан. Она также была изумлена, но схватила мой плащ и проговорила с дрожью в голосе:
- Катрен, отведи меня в безопасное место.
Я пораженно смотрела на нее, но ответила:
- Дедан… ты вернулась! Пошли к нам в комнату…Думаю там тебе будет безопасно.
- Да-да.. пошли скорее.
Она потянула меня вперед, постоянно оглядываясь, словно опасаясь погони. Когда мы наконец вернулись в комнату, Хельга уже не спала. Она сидела и расчесывала волосы. Но увидев меня и Дедан, она вскочила и воскликнула:
- Принцесса! Вы вернулись!
Дедан мигом подлетела к окну и только потом села в кресло и сказала:
- Я не могу пока идти к матери и брату. Я не смогу посмотреть им в глаза.
- Я пойду за Айлинель и Талионом, - сказала Хельга и скрылась за дверью.
Я налила Дедан вина и подала ей. В комнату вернулись Хельга и Айлинель, сонная и в халате. Когда она увидела принцессу, с ног до головы в грязи и ссадинах, то быстро сбросила с себя остатки сна.
Прошло около получаса, пока Дедан обрела возможность говорить:
- Все намного хуже, чем я думала раньше.
- Что ты имеешь в виду? – спросила я.
- Помните мы с Роной мечтали, что выйдем замуж за бравых генералов, которые будут нас носить на руках и выполнять все наши прихоти?
Айлинель криво улыбнулась:
- такое забудешь.
- ДА! Мы мечтали об этом! Здесь ни один мужчина нам не нравился: все либо боялись нашего титула, либо были редкостными уродами, либо вообще без положения, ну или женатые. Вообще Рона говорила, что эта армия для нас настоящая надежда.
- Глупо, и тут можно найти себе приличного мужа, - сказала Хельга.
- А НАМ не нравились здешние. Они нас не устраивали, - упрямо ответила Дедан.
Вдруг дверь открылась,и вошел Талон. Айлинель быстро вскочила и выпихнула его в коридор. Там они перекинулись несколькими словами и она вернулась:
- Женский разговор. Мужчине тут делать нечего.
- Вот и правильно, - согласилась Хельга.
- Дедан, продолжай – попросила я.
Мне было жалко эту девушку. Даже сейчас она была безумно высокомерной, но со сломленной волей и без блеска в глазах. Загнанный зверек, выросший в роскоши, которого «поломали».
- Вот… это же мы сами разрешили взять себя в плен. Мы не просто так вышли за ворота. Мы увидели, что армия подходит. Мы специально вылезли, и нас тут же схватили. Не знаю, что произошло потом, но нас засунули в какую-то телегу и там мы сидели до конца сражения. Мы поняли, что Анаракот выиграл. Вся армия собрались уже в дорогу и мы не переставая ехали три дня. Только тогда мы остановились. Нас, связанных, повели к их правителю. Рона уже успела подцепить себе генерала, который, ей казалось, был готов ради нее на все. Дура набитая. Как она была не права…
- Принцесса, говорите по порядку, - сказала я. При словах о правителе у меня забилось сердце.
- Конечно, конечно. Нас завели в его шатер. Ох, он такой красивый, настоящий демон: черноволосый, черноглазый с такими золотыми огоньками в глазах. Я поняла, что влюбилась.
- Он не демон, - мрачно проговорила я.
- А похож! – сказала Дедан.
- Но это не так, - отрезала я.
Дедан удивленно посмотрела на меня и продолжала:
- Он сказал, что отныне мы пленницы и не можем покидать лагерь. Рона строила глаза генералу… как его…Ну не помню, генералу вообще, решив, видимо, что лучше синица в руках, чем журавль в небе. А я решила, что этот демон будет моим. Я всячески намекала, что с радостью буду ЕГО пленницей, но он только смерил меня взглядом и ответил что не нуждается в моих услугах. Катрен, почему ты улыбаешься? Что смешного? Меня никто так еще не отвергал!
В моей душе все пело и ликовало. Хельга состроила гримасу, чтоб я перестала так широко улыбаться. Но как я могла?
Дедан же говорила:
- И вот мой план провалился. Роны, конечно, тоже. Ее генерал заставил убирать, мыть его коня, чистить оружие и готовить еду. Но Рона, очень странно, была все-таки счастлива. Она говорила, что я ничего не понимаю. Я действительно не понимаю. Она же принцесса как никак! Она все щебечет про любовь. Какая любовь, когда она его служанка? Ну так вот. И я решила бежать. Решила., что хватит с меня. Рона сказала, что мы ждем какого-то знака, что отсюда мы просто перенесемся в другой мир с помощью магии.
- Видимо, Саргатан должен был их забрать, - сказала я.
- Да, наверное, только почему он столько ждал? – удивилась Айлинель.
- Наверное собирал силы. Ведь это не одного человека перенести, и не десять, - ответила Хельга.
- Вы слушаете про меня или про каких-то Саргатанов? – воскликнула Дедан.
- Ага, говори, - устало ответила Айлинель.
- Так вот. Настал тот час, когда мы должны были..тере..тене..теле..
- Может телепортироваться? – подсказала Хельга.
- Точно! Ну началась суматоха и я отползла в сторону. Вдруг яркий луч охватил все войско и все исчезло. А я побежала назад в Нодараг. Я думала, что за мной пошлют какую-то погоню, но кажется все нормально.
- Больно ты кому-то нужна, - тихо проворчала я и получила легкий удар от Айлинель.
Потом Хельга осталась успокаивать Дедан, а мы с Айлинель пошли к Леодару и пересказали все. Принц развел руками и сказал, что все уладит.
На совете, который произошел у нас в комнате мы решили, что Харадора и так еще слишком слаба, чтоб выслушивать нытье Дедан. Талион сидел и успокаивал ее на пару с Хельгой весь на импровизированный совет. Дедан и сама не хотела показываться матери на глаза. Она сказала, что все ей осточертело, мужики это тупоголовые ослы и ей хочется тишины и покоя. Когда Дедан уснула Леодар сказал:
- Боюсь, что у моей и без того нервной сестрицы что-то случилось с головой…
- Я не хотела говорить, но думаю точно также, - ответила я.
Айлинель снова смотрела на нас своим проникающим взглядом и молчала.
- Ей нужен покой, она много пережила, - сказал Улбар.
- Да. Я думаю надо ее отправить в дальнее княжество на востоке Анаракота. Там она будет чувствовать себя в безопасности и ничто не будет ей мешать, – ответил Леодар.
- Ты имеешь в виду Черитское княжество? – спросил Улбар.
- Да. Прикажи собрать ее вещи и немедленно ее туда отправить.
Когда Дедан проснулась, и мы рассказали ей наш план, она была безмерно счастлива и тут же согласилась уехать. Проводив ее, мы пошли кататься на лошадях, обсуждая все происшедшее за эти дни.

[Крошка]

Конная прогулка помогла развеяться, и неприятное ощущение, связанное с происшествием с Дедан несколько рассеялось. В конце-концов, теперь она в безопасности – насколько это сейчас вообще возможно.
Я ехала рядом с Леодаром и мы разговаривали обо всех этих событиях последних дней, закруживших нас в бешеном вихре и не дававших ни минуты передышки до этой минуты.
- Я должен освободить Рону. Я не могу оставить ее в плену у этих людей – сказал Леодар.
- Она сама выбрала эту судьбу – возразила Кэт, подъехавшая к нам.
- Она не понимает, что делает – ответил принц. Помолчав, он добавил:
- Сартаган принес слишком много горя моей семье. Борьба с ним теперь для меня больше, чем просто долг перед моей страной.
Я вопросительно взглянула на него, но не успела ничего сказать, так как Айлинель позвала меня.
Я оставила Кэт и Леодара продолжать разговор, а сама повернула коня к Айлинель.
Мы отъехали в небольшую рощу поодаль и остановились. У подруги был такой вид, как будто она хочет сообщить мне что-то важное.
- Что произошло? – спросила я с волнением.
- Я не знаю. Вернее, кажется, знаю, но это выглядит абсурдно.
- Давай, говори – нервно сказала я.
- У Леодара и Кэт родственные fear. – просто ответила Айлинель.
- Что?! Но как…то есть ты хочешь сказать – на некоторое время в мыслях моих царил полный сумбур.
- Да.
- Как это возможно?
- Не знаю. Я просто вижу это и все – сказала подруга и пустила коня неспешным ходом.
Я поняла, что сейчас нет смысла расспрашивать ее, и остаток прогулки провела в одиночестве. Если Айлинель права, и Кэт с Леодаром родственники, то…от предположений и догадок становилось не по себе. Я решила не мучаться в сомнениях, а повернула ко дворцу и, вернувшись, поручила своего коня заботам конюха, а сама почти бегом направилась к Харадоре. Я была уверена, что только она может помочь разрешить эту загадку.
Королева сидела за столом в своей комнате и что-то читала, делая пометки на полях. Она почти не выходила из своих покоев, но она по-прежнему знала, что делается в ее стране и указы ее по-прежнему были мудры и несли стране благополучие.
Она повернулась ко мне, и я увидела, что она еще больше похудела, и тени под глазами стали темнее. Но лицо ее все также отражало ум и непоколебимую волю. При виде меня она улыбнулась и отложила книгу.
- Добрый день, дитя мое. Садись. Что так взволновало тебя?
Голос ее был спокоен и мягок, с любовью смотрели светлые глаза, и я на минуту смутилась. Айлинель ведь могла и ошибиться…но что-то заставляло меня верить ее словам. Я села и, вздохнув, сказала без лишних церемоний.
- Я хочу поговорить о Катрен. Вы знаете, что Айлинель даровано истинное зрение. Оно никогда не обманывало ее, и сегодня…
Жестом королева остановила меня. Лицо ее стало похоже на застывшую маску, и лишь глаза казались живыми – в них была боль, но одновременно казалось, что тяжкий груз многолетних страданий сброшен в один миг.
- Позови своих подруг и моего сына, дитя – сказала Харадора тихо, но твердо.
Я кивнула, и через несколько минут мы собрались в покоях королевы.

[Крошка]

Мы ждали ее слов, а она сидела молча, опершись на руки и взглядом изучала нас. Я видела, как нервно переплетает пальцы Катрен, как внимательно смотрит на мать Леодар, как с напускным спокойствием ожидает объяснений Айлинель. Напряженная тишина повисла в воздухе, словно придавливая почти физически ощутимой тяжестью.
Наконец королева начинает говорить, и слова словно падают в раскаленную пустоту.
- Я долго колебалась, потому что не знала – горя или радости ожидать от того, что произошло. Ждала знака – и боялась поверить ему, когда дождалась. Сбылось пророчество, и вернулась домой моя дочь, которую все считали погибшей. Катрен, дитя мое, много лет назад я думала, что судьба разлучила нас навек. Но было предсказано, что в черный для страны час придет нежданная помощь, и принесет ее тот, кого уже перестали ждать. Были и другие предзнаменования, но я страшилась поверить, потому что ты стала иной, и судьба других земель была твоей судьбою. И мне казалось, что открыть тебе то, что я должна открыть – это заставить тебя вернуться в тот мир, которому ты не принадлежишь. Но от веления судьбы не уйдешь. Катрен – моя дочь, нареченная при рождении Аурэна. Леодар, твоя младшая сестра вернулась домой, и этот дом должен быть ей родным по праву рождения. Но будет ли этот дом по зову ее души – решит она сама…голос ее прервался от едва сдерживаемого напряжения.
Я взглянула на Кэт – она сидела, ошеломленная, и глаза казались огромными на побледневшем лице. Неожиданно мягкий, но одновременно с этим твердый, как сталь голос Леодара нарушил тишину.
- Так получилось, что в эти смутные дни я потерял сестру и не знаю, увижусь ли с ней вновь - я говорю о Роне. Но судьба подарила мне встречу с тобой, Катрен, и я горд и счастлив, потому что такой замечательной сестренки нет ни у кого ни в одном из миров – и он подошел и поцеловал ее в лоб, и она обняла его. И гнетущее напряжение отпустило нас, и никто не сдерживал слез радости искренних поздравлений. То был миг чистого и ничем не омраченного счастья, и потом, когда нам было нелегко, и мир вокруг казался окрашенным в темные тона, мы вспоминали этот миг, и на сердце становилось светлее.

[Katren]

Я слушала Харадору, онемев от напряжения. Эмоции, сплошные эмоции. Счастье, радость, но вместе с тем весь мир рухнул, рассыпался на молекулы и снова восстановился теперь уже в ином свете. Теперь королева была для меня просто матерью, которая должна, я знаю, умереть. Леодар был моим братом, которого никогда у меня не было и о котором я мечтала. и были две сестры – одна счастлива в рабстве, другая несчастна на свободе.
Я смотрела благодарно на Айлинель, которая и подтолкнула Харадору сказать нам правду. Она улыбалась, как и все вокруг. Потом мои друзья вышли и оставили нас с королевой наедине. Мы разговаривали около трех часов, и только когда солнце село я вышла из комнаты. Я спросила у слуги, где мои друзья и чуть было не кинулась на шею этому старцу и не рассказала тут же, кто мой брат и мать. Но, решив, что это было бы странно и неблагоразумно я чинно последовала за слугой в большой зал, где были остальные. Леодар с Талионом играли в шахматы, а Хельга и Айлинель сидели и разговаривали. Я вошла, озираясь, словно вокруг были враги. Теперь стояла другая задача: я не знала как себя вести. Первая увидела меня Хельга и вскочила с места:
- Кэт.. то есть…
- Кэт, Кэт, Кэт!!! – закричала я через весь зал, - это я и я не поменялась.
- Иди к нам, расскажи обо всем, – позвал Талион.
Я глянула в глаза Леодару, он с огромной добротой смотрел на меня. Мы сели вокруг небольшого столика.
- Можно я задам интересующий меня вопрос? – спросила Айлинель.
- Ну конечно, – ответила я, от чего-то опасаясь всяких вопросов.
- Кэт, ты абсолютно не похожа ни на Леодара ни на Харадору, я уже молчу про.. принцесс. Как же так?
- Видишь ли.. вопросы генной инженерии…- начала было я и покатилась со смеху, когда увидела лица Талиона и Леодара, - да я шучу. Харадора сказала, что наш отец, король Каутерон, был черноволосым и имел черные глаза. Так что я пошла в него. Кстати, я тут почти самая младшая, только Рона младше меня.
- Ну а зачем тебя выкрали? – спросила Хельга, - и почему не убили.
- Не смогли видимо. Это все Саргатан. Он предвидел, что я окажусь в дальнейшем преградой ему, и что мы начнем искать камни. Он это знал и решил отделаться от меня. И послал меня в наш..э..в тот мир. А убить просто не смог. Видимо, что-то меня защитило или просто не удалось.
- Нда, запутано – протянула Айлинель.
- По-моему все ясно. У меня есть сестра, и это прекрасно, – ответил Леодар.
- Абсолютно согласна, - воскликнула я.
Леодар пошел звать слугу, чтобы нам принесли вина, отметить такое событие. Пока его не было, Хельга спросила:
- а что ты думаешь делать дальше?
- Дальше? Ну если выживу… тут еще надо подумать…
- Не говори так, - возразила Хельга.
- Но, Хельга, она права, - неизвестно что будет в будущем, - сказала Айлинель.
Пришел Леодар, и мы весело отметили мое «воскрешение». Праздновали мы почти до глубокой ночи, но Нодараг ложится спать поздно, и Леодар еще ушел делать свои дела.
- Ну, чем займемся? – спросила Хельга.
- Можем пойти погулять по городу, - предложил Талион.
- Вы идите, а у меня есть потрясающая идея, - ответила я.
- А с нами поделиться ей не хочешь? – с усмешкой спросила Хельга.
- Я собираюсь пойти поговорить с Улбаром, - ответила я.
- А! Пользуешься новообретенным положением, - сказала Айлинель.
- Посмотрим, что выйдет, - пожала плечами я.
Я вышла из комнаты, и у проходящего мимо слуги спросила, где генерал Рейно. Оказалось, что он сейчас находится около крепостной стены города, следит за тем, как заделывают пробоины. Я пошла в конюшню и запрягла своего коня и поехала по ярко освещенному городу. В темноте, в блеске огня не было видно такой разрухи, как днем и все казалось тихим и мирным. Кое-где валялись пьяные после вчерашнего мужчины. Это ж надо было так набраться, что быть пьяным уже второй день. На одной из площадей люди танцевали и пели. Они играли на бубнах и каких-то неизвестных мне инструментах и веселились от души. Я проехала мимо них, предоставляю Лореарану самому выбирать дорогу. Нодараг теперь казался мне другим – город моего детства, мой родной город, а не просто очередная столица государства, пускай и огромного и очень богатого.
Я доехала до городской стены и еще издали заметила могучую фигуру Улбара в красном плаще. Он о чем-то разговаривал с рабочими.
Увидев меня он улыбнулся своей особенно улыбкой и практически нараспев произнес:
- А! Черная! От чего такая счастливая?
- Да так, радостные новости, - ответила я.
- А я вот не очень счастлив, - сказал он неожиданно мрачно.
- Почему же?
- Ну ты и Леодар уезжаете. Принц мой лучший друг, а ты…
Я молчала и пораженно смотрела на него. Все желание подшутить над ним мгновенно испарилось, а осталось великое уважение к этому человеку. Улбар откашлялся и спросил:
- ты чего-то хотела спросить?
- Нет… я .. я пойду.
- Ну иди. Выспись хорошо, до завтра.

[Крошка]

Леодар ушел заниматься делами, Кэт отправилась разговаривать с Улбаром, а мы с Айлинель и Талионом еще немного поболтали о прихотях судьбы.
- Да, чего только не бывает на свете – подытожила Айлинель.
- Я рад за нее – задумчиво проговорил Талион, делая глоток вина из бокала с тонкой ножкой. Взглянув на эльфа, я ощутила тревогу, но причины ее не могла определить.
- Я тоже рада за Кэт…но ей нужно будет решить, какую жизнь выбирать…после – заметила я.
- Если оно наступит, это «после» - сказала Айлинель
- Нельзя терять надежду. Ведь мы выстояли в такой трудной битве. Как насчет прогулки по ночному городу? – сменил тему Талион. Видно, что ему не очень-то хотелось говорить о тяготах в этот тихий светлый вечер.
- Я бы погуляла – Айлинель встала, а я осталась сидеть.
- Сходите вдвоем. Я устала и лучше посижу здесь. Я хочу почитать хроники Анаракота – здесь прекрасная библиотека.
Мои друзья ушли, а я осталась в кабинете. Налив бокал легкого золотистого вина, я выбрала книгу в богатой библиотеке и, усевшись поудобнее, углубилась в чтение.
Листая страницы и делая маленькие глотки, я потихоньку окунулась в историю Анаракота и не заметила Леодара, тихо зашедшего в кабинет и неслышно притворившего за собой дверь. Я подняла голову лишь тогда, когда тень упала на листы книги.
- Я непростительно увлеклась, забыв о том, что воин должен быть всегда начеку. Но ты ходишь тише, чем эльфы – рассмеялась я.
- Сейчас ты не воин, а гостья. И долг хозяина дома защищать свою гостью – в тон мне учтиво ответил он, но лицо его было серьезно.
- Что ты читаешь – спросил он, и я показала ему книгу.
- Дела минувших дней. Я вполне понимаю твое увлечение. В истории Анаракота было много славных дней и памятных событий. Почему тебе это интересно?
- Ну, должна же я узнать, за какую страну я рисковала жизнью – отшутилась я.
- Я расскажу тебе, если ты захочешь – сказал Леодар серьезно.
- Если мы еще встретимся – я закрыла книгу, и веселье оставило меня. – Мы выходим завтра утром. И вряд ли мы свидимся после того, как…
Светлые глаза его остановились на моем лице, словно ища ответа на неведомый мне вопрос. И я ответила ему таким же внимательным взглядом. Один взгляд мог сказать больше, чем тысячи слов.
- Я иду с вами – сказал Леодар просто.
Я отвела глаза и помолчала. Потом наконец нарушила тишину, становящуюся неловкой.
- Ты не можешь. Твоя мать умирает. Кто возьмет на себя управление страной? Все ждут, что ты сделаешь это.
- Я оставлю Катрен.
- Она не согласится. Ты же знаешь.
- Тогда Улбара. Он - моя правая рука, он знает обстановку в стране. К тому же я надеюсь...надеюсь, что королева дождется моего или нашего возвращения – если Катрен захочет связать свою судьбу с судьбой Анаракота.
- Ну что же – тихо ответила я. – Однажды ты сказал мне в роковой час «я не могу ничего запрещать тебе.». Теперь мне остается только повторить твои слова. Но кто знает, что ждет нас в пути
- Я подготовил все бумаги на случай, если я не вернусь. Я не могу остаться здесь. У меня личные счеты с Сартаганом – моя страна, моя мать, Катрен, Рона.
- Все же лучше бы ты остался. Ты нужен стране и народу. – я сделала последнюю попытку отговорить его.
Но он покачал головой и взял мои руки в свои.
- Я пойду с вами. У Айлинель есть Талион. Но кто-то должен защищать Катрен.. и тебя.
При имени Талиона мои тревоги ожили, но делиться ими я не стала. Однако Леодар словно ощутил мое беспокойство.
- Что-то случилось?
- Нет..
- Доверяй мне и своим чувствам. – сказал он мягко.
- Я доверяю. Я не пошла бы в такой путь с тем, кому не доверяю – сказала я с улыбкой.
Он тоже улыбнулся.
- Иди отдыхай. Завтра рано утром мы выходим.
Я допила свое вино, взяла книгу, чтобы почитать ее перед сном, и Леодар проводил меня до комнаты.
- Спокойной ночи, Хельга…Он поднес мои руки к губам и согрел их теплым дыханием.
- Спокойной ночи …

[Katren]

С кровати меня поднял звук рога. Хельга открыла глаза и посмотрела на меня, щурясь от солнца. Она медленно и сонно спросила:
- Кэт..
- А?
- Я тут подумала, что может означать звук рога?
Я облизала губы и ответила:
- Ну.. мало ли что. Начало охоты или…
- Или?
- Мы проспали! – закричали мы вместе и одновременно вскочили с кроватей.
Так быстро я еще не одевалась. Пока я одной рукой чистила зубы, а другой причесывалась, Хельга оккупировала ванну и орудовала там мочалкой. Потом мы поменялись местами. Одежду мы одевали уже на бегу из комнаты. Особенно было смешно, когда Хельга зашнуровывала на бегу мне корсет. Кубарем скатившись со ступеней, и пугая всех слуг во дворце, мы вышли на ступени. Здесь на нас смотрело пол королевского двора, Айлинель недовольно хмурясь, Талион с ухмыляющимся лицом, Улбар, с вечно хитрой улыбкой и Леодар – единственный из нашей компании, кто был серьезен. Он сидел, опершись на луку седла и смотрел как мы спускались по ступеням. Здесь была и Харадора. Она тоже улыбалась – уж больно нелепый у нас с Хельгой был вид.
Мы спустились и стали около коней.
- И так, дети мои, вы уезжаете. Не знаю, всех ли я вас еще увижу и увижу ли вообще, но я верю, что вы не подведете народ, который верит в вас. Ваш визит принес мне много радостей, даже больше чем горестей. Идите с чистым сердцем и не забывайте творить добро.
У меня на глаза выступили слезы. Узнать мать и снова уходить от нее, но я посмотрела на Леодара, на то, как он наклоняется к материи целует ее руку и поняла, что не время думать о себе. Мы по прощались и сели на коней. Улбар подошел к моему коню и сказал мне:
- Я хочу тебя еще увидеть, останься живой.
- Генерал, вы всегда были чрезвычайно любезны.
- Уж какой родился. – улыбнулся он и хлопнул Лореаран и тот пошел медленным шагом вслед за конем Талиона.
Леодар развернул карту и, повертев ее в руках, сказал:
- Врата недалеко, три дня езды, переберемся через реку Бейриндон и считайте что мы около врат.
- Хорошо, тогда в путь, - сказала Хельга.
Седельные сумки были доверху набиты едой и всяческими нужными вещами, типа огниво, умение владеть которым я так и не научилась, веревки, ножи, воск, лекарственные настойки и прочее. Я была рада, что у нас сейчас есть какая-то пища и я достала булку и стала кушать с аппетитом. Потом я обернулась и увидела синие знамена Нодарага, развевающиеся на ветру и дворец, возвышающийся надл городом и подумала, что вернусь сюда обязательно, чего бы мне это не стоило. «Дом, родной дом» - вспомнила я слова из одного мультика.

[Айлинель]

-Айлинель! Проснись… - Талион трясет меня за плечо… Его голос пробивается сквозь марево кошмара… Я с трудом просыпаюсь, по щекам текут слезы.
-Айлинель, ты плакала во сне… что тебе снилось?
-Ничего – отвечаю я – все нормально…
…Конечно, ложь. Который день меня мучает один и тот же сон. Точнее, разные, но во всех повторяется одно – смерть Талиона. Сегодня он умер от моей руки…
-Ты уверена? Тогда вставай…
Встаю, хотя еще даже не рассвело. Умываюсь. Одеваюсь. Одежда, в которой я вышла из Эсгал-Лонде, уже никуда не годится. Поэтому выбираю черные кожаные штаны и темно-синюю рубашку. Плащ, пояс и сапоги оставляю прежние.
-Красиво, но мрачно – улыбается Талион – пошли есть…
Мы завтракаем вдвоем в полном молчании. Хельга и Кэт куда-то подевались. Хотя скорее всего, они просто еще спят. Сегодня мы покидаем Нодараг…
Собираемся и выходим во двор. Там очень много народу, но Хельги и Катрен по-прежнему нет. Наконец они сбегают по ступеням. Звучат слова прощания и мы направляем коней прочь из города. Возможно, мы больше сюда не вернемся…
…Проходит день. Мы едем по каменистой местности, очень жарко. Наконец, останавливаемся на ночь около россыпи камней. Разводим костер, ужинаем. Леодар рассказывает смешные истории. Неужели и эта ночь будет заполнена непреходящим кошмаром? Нет. Я сплю как убитая, исключая нескольких часов перед рассветом, когда моя очередь сторожить. Наступает новый день… небо затянуто тучами, но все равно жарко. Мы медленно идем вдоль реки, ведя коней в поводу. Кэт и Леодар – впереди, потом мы с Талионом и Хельгой. У меня жутко болит голова, и я не замечаю ничего особенного. И когда Талион наклоняется ко мне и говорит:
-Лично я устроил бы здесь засаду… - я смеюсь
-Да кому мы нужны?
…Накаркала. Неожиданно из-за ближайшего поворота появляются воины. Много – не меньше трех десятков. И они явно настроены недружелюбно. У них в руках луки. Мгновение – и слышится свист трех десятков стрел. Все – мимо. А ведь стреляли почти в упор. Пятеро против тридцати… еще свежи воспоминания о битве… и тело тоже все помнит… я не боюсь, и мои друзья тоже… Пятеро против тридцати… по шесть противников на человека… Они больше не стреляют, а идут нам навстречу. Именно идут. С торжествующими улыбками на лицах.
…Первый удар! И летят капли крови, не задержавшись на лезвии… И кровь мгновенно впитывается в серую каменистую землю… еще удар, прыжок… падение и мгновенный замах по ногам противника… И меч врага попадает вскользь по пальцам… И Наэрамарт косо врубается в грудь еще одному… и все. Из трех десятков остались всего двое… Оба довольно далеко от меня… Оба – рядом с Талионом. Талион изящным ударом отправляет одного в небытие, а второй… второй всю схватку держался подальше от нас всех… и теперь он легко отражает удар Талиона… Леодар невозможным ударом разваливает его голову… тело начинает крениться… и последний удар, усиленный весом воина достигает цели… широкое лезвие входит сверху вниз в тело Талиона… чуть выше пояса… И мгновенно белеет лицо эльфа… и кровь идет изо рта… и он оседает на землю… Я не знаю, как я оказалась рядом… Не требуются образование и опыт, чтобы понять – ему уже не помочь… И теперь я обнимаю его, зажимаю рану ладонями, пытаясь облегчить последнюю боль.
-Айлинель… я люблю тебя…
-Я тоже - я целую любимого. В последний раз – Мы еще встретимся. После моей смерти…
-Не надо… не торопись следом за мной – голос становится все слабее – Cuio nin, mellyn. Namarie, vanaimelda – и пустеют глаза, становясь похожими на драгоценные камни. И даже сквозь кровь заметно, какой он красивый. Таким красивым я его никогда не видела.

[Крошка]

Засада…нас явно ожидали здесь. Рука немеет от напряжения краткого, но тяжелого боя. Наконец мы одерживаем победу и можно перевести дыхание, но вдруг я вижу Айлинель, склонившуюся над лежащим на земле Талионом. Я подбегаю к ним, чтобы помочь, но вижу, что уже ничего не сделать. Спокойно залитое кровью лицо эльфа, и даже смертный ужас не искажает благородные черты…но это спокойствие небытия. Я сажусь на землю рядом с ним и заглядываю в глаза Айлинель, но отшатываюсь в страхе – в ее взгляде пустота, словно она видит то, чего мне увидеть не дано.
- Айлинель! – ни слова, ни движения, лишь это взгляд, от которого сердце леденеет.
Кэт и Леодар, подошедшие к нам, стоят в молчании со склоненными головами. Я поднимаюсь с земли и говорю, с трудом выговаривая слова
- Надо похорон…нельзя оставлять его на дороге – кажется, что каждое слово начинено миллионом лезвий – и, срываясь с губ, причиняет боль.
Леодар склоняется к Айлинель и помогает ей встать. Потом говорит:
- Мы насыпем над ним курган из камней. А потом, когда я вернусь сюда, на этом месте будет воздвигнут памятный камень, достойный памяти столь славного воина.
Каждый из нас запечатлевает прощальный поцелуй на челе Талиона, и через некоторое время лишь груда камней напоминает о том, кто стал нашим другом, кто прошел с нами с самого начала пути, и чей ясный взгляд помогал родиться надежде даже тогда, когда сама мысль о ней казалась безумием. И стоя над его могилой, я не могу плакать, и лишь беспощадная боль рвет сердце острыми когтями. Не будет больше эльфийских песен у костра, не будет мелодичного смеха, от которого светлело на душе.
Всех наших спутников, с которыми мы прошли от Эсгал-Лонде, отняла эта земля. Но двое других живы, хотя я не знаю, свидимся ли мы с ними когда-нибудь. А сейчас, когда лишь воспоминанием стали имя и облик, горькое отчаяние лишает сил и надежды.
- Namarie, mellon….
Айлинель стоит молча. Кэт обнимает ее и что-то шепчет ей, но девушка лишь качает головой. Потом подходит к кургану и через некоторое время поворачивается к нам.
- Идемте…
Мы отпускаем коня Талиона, распределив его поклажу между нашими конями. Катрен говорит что-то на ухо коню, и тот направляется в сторону Нодарага.
- Он вернется в конюшни столицы. О нем позаботятся там – отвечает она на мой невысказанный вопрос.
Последний взгляд в сторону кургана, и мы едем дальше. Я бросаю взгляд на Айлинель – она едет почти не глядя на дорогу, и отстраненное безразличие на ее лице вызывает тревогу. Но я думаю, сейчас лучше не трогать ее.
Весь день мы путешествуем в безмолвии. Каждый думает о своем, и мысли у нас у всех невеселые. И когда мы останавливаемся на ночлег, то с наступлением темноты на душе становится еще мрачнее.
- Разожжем костер – говорит Леодар. – Хельга, Кэт, сходите пожалуйста за хворостом. Айлинель, останься и посмотри, что можно сделать на ужин.
Айлинель снимает одну из сумок, прикрепленных к седлу, а мы с Катрен уходим собирать ветки
- Хельга – начинает она
- Не нужно сейчас, пожалуйста! – хочу сказать я, но вместо этого отвечаю
- Что, Кэт?
- Мы должны помочь Айлинель. Такое чувство, что она жалеет, что ее не положили в могилу с Талионом.
Я кусаю губы, но знаю, что она права.
- Такие раны лечит лишь время. Я не могу говорить об это сейчас.
- Я понимаю..я тоже – она всхлипывает.
- Не плачь! Пожалуйста! - горячо восклицаю я. – Если ты заплачешь, то я тоже не выдержу. Не хватало пойти за хворостом и намочить его слезами так, что он не сможет разгореться… – дурацкая шутка, но она помогает. Кэт утирает слезы и криво улыбается.
- Ты права. И, думаю, он бы не хотел, чтобы мы лили слезы по нему, теряя надежду.
Я киваю, и вскоре, собрав хворост, мы возвращаемся. Костер уже горит, Айлинель и Леодар сидят возле него и ждут нас. После ужина мы выбираем часового
- Я покараулю – говорит Айлинель
Мне хочется возразить, но Леодар взглядом останавливает мой порыв.
- Я сменю тебя через 3 часа – предлагает он
- Хорошо.
Засыпая, я вижу как Айлинель сидит, глядя вдаль у чуть теплящегося костра, и губы ее что-то бесслышно шепчут.

[Морв]

….Мы старались идти быстро, но тихо. Леголас поглядывал на меня, с каким-то интересом. Мерри и Фродо шептались о чем-то своём, Райна и Маглор шли руку об руку и молчали.
Странно всё это было. Теперь у нас камень огня – еще один камень, но двух камней было мало. Я не знала, сколько камней нашли Хельга, Кэт и Айлинель. Я вообще не знала, что с ними. Вспомнив их, мне стало грустно – когда-то все мы были обычными людьми, и выяснилось, что мы избранные. Неизвестно, что будет там, впереди.
Леголас, прочитав мои мысли, приостановился и взял меня за руку. Подождав, пока все отойдут подальше, он зашагал, а я пошла за ним. На нас посмотрели Райна и Маглор, а хоббиты закричали:
- Давайте быстрее!!!
- Ну, во-первых потише, а во вторых им надо побыть немного вместе, - последнюю фразу Маглор сказал шепотом, но я всё равно услышала.
Леголас посмотрел на меня и после минутного молчания сказал:
- С ними всё в порядке.
- Откуда ты…
- Чувствую.
- Но как? – удивленно спросила я.
- Я не могу объяснить тебе это. Это – эльфийское, что невозможно объяснить, можно только почувствовать, - при этих словах он взял мою руку и положил на своё сердце, - Оно тут.
- Я понимаю о чём ты, - сказала я и мне почему-то захотелось плакать. Его сердце стучало равномерно, мягко – не как у человека, как у эльфа.
- Слышишь? Так же стучат их сердца – равномерно, всё в порядке. Они живы.
Эта фраза меня испугала.
- Но я боюсь за них.
- Всё в порядке.
- Спасибо тебе, - ответила я и к моему удивлению слезы покатились по щекам. Он вытер их и улыбнулся.
Мы догнали наших и продолжили путь. Слова Леголаса помогли мне. Стало легче. Надежда умирает последней.
Мы шли довольно-таки долго. Перед нами появилась развилка. Все умоляюще посмотрели на Асьят.
- Асьят? – нарушила я молчание, в ответ увидела качание головой и посмотрела на эльфов, - Маглор? Леголас?
- Нет, я ничего не чувствую. Мы под землей, а тут мы почти слабы, - ответил Маглор.
- Хи-хи.
- Асьят?
- Я пошутила! – засмеялась она.
- Что за глупые шутки? Я же могла и копыта отбросить, - резко ответила я.
- Извини….
- Лаурелот, не будь такой вспыльчивой, - взял меня за руку Фродо.
- Не трогайте меня! – вскрикнула я и сама удивилась своей вспыльчивости.
Все удивленно посмотрели на меня.
- Асьят, куда идти? – пытаясь сдержать себя, спросила я.
- Налево, - тихо ответила она.
- Отлично, пошли налево.
Я двинулась первая и все пошли за мной. Шли мы час молча. Я услышала чей-то плач и побежала к нему.
Передо мной сидел мужчина крепкого телосложения и он обнимал девушку, которая что-то бормотала. Слишком насторожил меня мужчина и я положила меч на плечо мужчины. Он посмотрел на лезвие, а потом на меня. Мягко скинув девушку к себе на колени, он ловко направил на меня свой меч.
- Радужный прием, - пролепетала девушка.
- Кто вы? – крикнула я.
Из мешочка девушки выкатились два камня и блеснули. Я остановила взгляд на камнях. Девушка поймала мой взгляд. Я убрала меч с её шеи и протянула руку, чтобы подняться.
- Это ты? – прошептала я, в ответ девушка махнула головой. Мужчина убрал меч.
- Меня зовут Фрейя, - ответила девушки, вытерев слезы.
- Извини, просто сейчас везде опасно. Мы через многое прошли и теперь всегда начеку.
- Ничего страшного, зато я теперь знаю, что с вами безопасно, - ответила Фрейя.
- Меня зовут Лаурелот.
- Очень приятно.
Когда я повернулась в сторону нашей команды: все, даже мужчина, который был с девушкой, смотрели на нас с открытыми ртами. Райна нарушила молчание:
- Ты её знаешь?
- Уже да, - ответила я. – Фрейя, это Леголас, Фродо, Мерри, Райна и Маглор, - представила я ей своих спутников.
- Сам принц Мирквуда? – правая бровь поднялась вверх.
- Сам принц, - ответила я. – А это кто? – я посмотрела на мужчину.
- Это ландграф Скиминок, - ответила она и поникла.
- В чем дело? – спросила я.
Фрейя рассказала нам обо всём, что случилось. Мы слушали внимательно, я в ответ только ахала. После долгого рассказа, Маглор добавил:
- Есть предложение: выйти из пещеры, разбить лагерь и разобраться во всем подробно.
- Отлично, - ответили все.

После нескольких часов пешего хода, а за нами еще и шел конь Фрейи, мы вышли на свет. Жмурясь от яркого света, мы выбежали на поляну. Оглядевшись, мы нашли место под лагерь. Совсем недалеко лежал хворост. Когда я разжигала костер, у Райны было видение, которое она рассказала нам.
… Перед ней была карта Средиземья, где весь наш путь был отмечен зеленым цветом. После этого места, где мы находились, путь, в видении, лежала через Рохан и Гондор – на остров Толфас.
Мы переглянулись, когда Райна рассказала о видение.

[Крошка]

Мне плохо спится, и сны наполнены тяжкими видениями. Окончательно я просыпаюсь от того, что чувствую легкое прикосновение к своему плечу. Открыв глаза, я вижу Леодара, и первая мысль о том, что что-то стряслось
Леодар делает успокаивающий жест и говорит шепотом
- Прости, что разбудил. Но я вижу, что тебе снятся дурные сны. Может быть, ты покараулишь вместе со мной?
Я с радостью соглашаюсь. Запахиваюсь в плащ и иду к едва тлеющему огню. Хочется подкинуть веток, но мало ли, кто может заметить костер. Я задумываюсь о Талионе, и Леодар, словно ощутив мои мысли, спрашивает у меня
- Ты хорошо знала его? Мне почти не довелось с ним общаться, но даже короткого времени хватило, чтобы понять – это был благородный и отважный воин. Если не хочешь, не отвечай, мы можем поговорить об этом позже.
Но мне хочется выговориться, я не могу держать в себе боль и потому, подумав немного, я отвечаю…
- Трудно сказать – хорошо или плохо. В пути характеры раскрываются быстрее и ярче. Но путешествие делает четче одни черты, а другие ретуширует, зато они лучше проявляются в повседневной жизни. Талион…он эльф. Этим многое сказано. Мудрость многих прожитых лет сочеталась в нем с жаждой жизни и новых знаний, которая свойственна юности…Он был прекрасным другом, и лучшего спутника нельзя было желать. В нем был свет…
Знаешь, я рада, что ты спросил меня об этом. Мне…я просто не могу держать это в себе. Это убивает меня. И потому я боюсь за Айлинель. Она осталась наедине со своим горем.
- Айлинель не похожа на тебя и Катрен – медленно, взвешивая каждое слово, отвечает Леодар. Вы обе открыты миру. Она же как бы окружена незримой броней – она и мешает ей, но и защищает. Она должна победить эту боль в себе. Может быть, только сильное потрясение сможет помочь ей в этом. Или же время…
- Время лечит любые раны. И горькая память становится светлым воспоминанием – я киваю и смотрю вдаль – непроглядная ночь окружает нас.
Помолчав, я говорю:
- Хорошо, что ты пошел с нами…потому что я не знаю, выстояли бы мы вчетвером в этой битве.
- Я не мог не пойти.
Мы сидим у костра до того, как золотистая полоса рассвета не окрашивает небо нежным сиянием, а потом будим Кэт и Айлинель и, наскоро перекусив, с восходом солнца отправляемся в путь.
Этот день не приносит никаких приключений. После короткой стоянки и обеда, состоящего из хлеба, сыра и воды, мы проезжаем последний участок пути и к вечеру оказываемся у врат. Эти врата отличаются от других – перед нами сплетенная ветвями многолетних деревьев высокая арка.
- Ты уверен, что это то место, куда мы ехали? – с сомнением спрашивает Катрен
Леодар разворачивает карту и мы склоняемся над ней.
Убедившись, что мы не сбились с дороги, мы устраиваем последний привал и, наконец, переглянувшись и взявшись за руки, делаем шаг в неизвестность, оставляя эти земли, которые принесли нам радость побед и обретений и горечь невосполнимых потерь.

[Айлинель]

Наконец мы покидаем этот мир. Мир, в котором я обрела любовь. Мир, в котором я потеряла ее навеки. Я не плачу. Я не имею права плакать. Я не имею права умереть – я должна отомстить.
…Расплывается реальность. Резкий ветер бьет в лицо… Яркий свет застилает глаза. И все проходит. Остается морозный воздух, тихо падающие хлопья снега и розово-золотистый рассвет. Курится пар над спинами лошадей. Падает на протянутую руку Леодара снежинка, расплывается хрустальной каплей и тут же замерзает опять. Мы стоим почти на дороге. Чуть в стороне - тракт, обсаженный с двух сторон елями. Ели… Темно-зеленые, отороченные сединой снегов… Ели… такие же, как в моем мире…
-Холодно – нарушает тишину Хельга. Холодно? Я не знаю… Все равно… Где-то впереди наша цель… Камень…
-Поехали что ли – я подаю пример остальным, забираюсь в седло и направляю коня на запад. Маленький отряд в молчании следует за мной.
Талион… «сильный» означало твое имя… но насколько слабее меня ты оказался… Почему я пережила короткую, но лютую битву, а ты погиб… Ты говорил, что недолгим будет наше счастье… но я не думала, что настолько… Талион… Перворожденный эльф… Ты полюбил смертную, и вот расплата за недостойное тебя чувство… Смерть… Насколько легче было бы тебе, если бы ты знал, что я ношу нашего ребенка… Нет… Этого не случилось… Талион… ты говорил, что я единственная, кого ты любил… Ты тем более единственный… Высшее существо, озарившее мою душу своим светом… Твоего благородства, отваги, мудрости, красоты хватало на нас обоих… Талион… Что осталось мне вместо любви… Лишь пустота да боль… Боль, безжалостная, жестокая, рвущая душу… Я была недостойна тебя… Но ты все-таки меня полюбил… Талион… Талион…Талион… Я с удивлением обнаруживаю, что на ресницах замерзли слезы… Странно… Разве здесь холодно? Ложатся снежинки на складки плаща… Неяркое зимнее солнце уже перевалило полуденный рубеж… Искрится розовым и голубым снежный ковер под копытами коня…
-Айлинель! – окликает меня кто-то. Я непонимающе оборачиваюсь. Кэт. Внезапно меня захлестывает ненависть к ней… Как она смеет жить, когда погиб Талион?! Один Эру знает, чего мне стоило сдержаться… И не увидеть смерть подруги так же, как смерть любимого…
- Лошадям надо отдохнуть – она ничего не заметила… Короткий привал… Снег, шипящий, тающий и испаряряющийся от близкого тепла небольшого костерка… Ожог на пальце… Конь, тыкающийся мягкими губами в плечо… И снова дорога.
Талион… Как ты мог оставить меня наедине с этим жестоким миром… мирами… Когда… если мы закроем Врата, жить будет незачем… Талион… Как же пусто без твоего мелодичного голоса, без сильных рук, без эльфийских песен, без твоего взгляда… Жить станет незачем… Но умереть я не смогу… Ты просил меня не торопиться за собой… Почему я не осталась там, рядом с тобой, в могиле… Талион… Любимый…
…А кто-то жестокий во мне насмехается: Дурочка… Нашла о чем жалеть… Лет через двадцать ты перестала бы его привлекать… А для него двадцать лет – мгновение… И не мог он тебя любить… Просто потому что он эльф, а ты человек… И ты его не любишь и не любила… Это поклонение, не любовь…
Нет! Не могли врать темно-серые глаза, глядящие на меня с недоступной человеку нежностью… Талион… Без тебя мне нет места ни в одном из миров… Талион...

[Lady Vaako]

Я не знаю, сколько времени прошло, прежде чем я начала успокаиваться… Вдруг ландграф резко отпустил меня и вытащил меч, наставив его на какую-то девушку, а за ней я вижу еще несколько фигур. Слезы все еще застилают глаза, но я разглядываю еще одну женскую фигуру, две высоких мужских и две невысоких, скорей всего детей.
– Радужный прием, - пробормотала я, чувствую на своей шее острие меча. Мысли о том, как нам выбираться, стали проносится в бешеном темпе, мелькать одна за другой. Хорошо, что со мной есть ландграф, а у него есть Меч Без Имени…
Я неловко дернулась, мешочек раскрылся и камни выкатились на пол пещеры. Бред тихо фыркнул. Девушка, которая держала свой меч у моего горла, очень странно посмотрела на камни, убрала оружие, и протянула мне руку.
- Это ты? – прошептала она, я в ответ кивнула головой. Ландграф тоже убрал меч.
- Меня зовут Фрейя, -сказала я, утирая слезы.
- Извини, просто сейчас везде опасно. Мы через многое прошли и теперь всегда начеку.
- Ничего страшного, зато я теперь знаю, что с вами безопасно, - ответила я.
Я уже поняла, кто это: это мои спутники, встречу с которыми мне предсказывал лорд Элронд, еще в Ристайле.
- Меня зовут Лаурелот. – просто сказала она.
- Очень приятно. – а что еще я могла сказать в такой ситуации? Я выжидающе посмотрела на ее спутников. Кажется, они все были слегка ошарашены нашим появлением здесь и тем, что Лаурелот меня знает.
Вторая девушка нарушила молчание:
- Ты её знаешь?
- Уже да, - ответила Лаурелот. – Фрейя, это Леголас, Фродо, Мерри, Райна и Маглор, - представила она мне своих спутников.
-Сам принц Мирквуда? – Леголас оказался не совсем таким, каким я его представляла, у него очень проницательные глаза. Мудрость прожитых лет странным образом сочетались с задором и любознательностью юности. У хоббитов оказались чуть более лохматые ноги, а так они именно такие, какими их описал Профессор. Маглор… Про него ничего не могу сказать, ибо к началу путешествия прочитала "Сильмариллион" только два раза.
- Сам принц, - подтвердила Лау. – А это кто? – она посмотрела на ландграфа.
- Это лорд Скиминок, Ревнитель и Хранитель, Шагающий во Тьму, тринадцатый ландграф Меча Без Имени - ответила я и… Тут же вспомнила Кролика…Храбрых чертей… Бравого Брумеля… Хоть бы они смогли выбраться…
- В чем дело? – спросила Лау, заметив мое состояние.
И я рассказала им обо всём, что с нами случилось. Они были очень внимательными слушателями, а Лау в ответ только ахала. После долгого рассказа, Маглор добавил:
- Есть предложение: выйти из пещеры, разбить лагерь и разобраться во всем подробно.
- Отлично, - ответили все.
Следующие несколько часов мы шли к выходу. Бреду очень не нравилось подземелье, о чем он периодически сообщал своим недовольным фырканьем. Однако, все кончается и пещера тоже кончилась.
Щурясь от яркого солнечного света, я с наслаждением вдохнула свежий воздух. И было настоящим блаженством чувствовать легкие касания ветерка на своих щеках.
Мы быстро нашли место под лагерь. Пока Лаурелот разжигала костер, я решила посмотреть, что у нас есть из съестного. Сложив наши и их припасы, я увидела что есть сушеное мясо, фрукты, вода в флагах, хлеб, и сыр. Немного, конечно, но поесть хватит. Интересно, у Леголаса есть лембас?
Разобравшись с обедом, я решила посмотреть, чем занимаются мужчины. Они мирно сидели в стороне и эльфы с интересом разглядывали Меч Без Имени. Бред мирно жевал свежую траву, с очень довольным выражением на морде.
Потом я посмотрела в сторону Райаны. У нее был слегка потрясенный вид. Оказалось, что у нее было видение, в котором она увидела наш дальнейший путь. Через Гондор и Рохан, на остров Толфас. Что ж, остров, так остров, в сущности, это место было ничем не хуже и не лучше других. Я только надеюсь, что мы сможем попасть в Имладрис или Лотлориен.
Пока мы жевали обед, я решила расспросить своих спутниц о том, что они умеют.
– Я управляю водой. Могу сделать из нее лекарство, могу успокаивать моря, озера, дождь…
– Я владею огнем. – Райна чему-то улыбнулась.
Мне вдруг стало смешно.
– А я управляю ветром. – смеясь, сказала я. – Могу устроить ураган или смерч, если хотите… Какие мы тут все стихийные, нам теперь только земли не хватает. – и снова засмеялась.

[Айлинель]

Солнце клонится к закату… Весь день мы ехали по дороге. Она привела нас к городу. Довольно большому. Грубоватая каменная кладка стены, кованые ворота, стражники в кольчугах и теплых черных плащах. Синеватые тени ложатся на почти нетронутый снег. Мы проезжаем мимо стражников, которые даже и не думают нас остановить… Хороша охрана!
Красивый город… мощеные тротуары, на которых нет ни единой снежинки… булыжные мостовые… каменные дома в два-три этажа, окруженные коваными оградами, из-за которых видны деревья, темные и голые сейчас… несмотря на ранний час, людей на улицах немного… незаметно спускается темнота, и зажигаются окна…
-Надо искать гостиницу – говорит Кэт. Хельга и Леодар с ней соглашаются.
Вскоре мы находим гостиницу – симпатичный двухэтажный домик. Спешиваемся у входа, и от неловкого движения плащ Хельги распахивается и становится видно меч. Люди, стоящие рядом с нами, тут же замолкают. Это заставляет меня приглядеться к ним повнимательнее. Стражники. Такие же, как у ворот. Носящие такую же эмблему – белый сокол в синем круге…
Только не говорите, что здесь запрещено носить оружие – тихо шепчет Катрен.
…Кажется, все-таки запрещено. Потому что один из стражников говорит мне:
-Вы имеете разрешение на ношение меча? – голос звучит резко и грубо.
Нет, конечно… так же как и на ношение ножа и лука со стрелами… попали… а впрочем, что это значит по сравнению со смертью Талиона – думаю я отрешенно.
-Мы не здешние – вмешивается в разговор Леодар – и только что прибыли в город.
-Тогда вы должны были заплатить пошлину стражам ворот и получить разрешение. Меч должен быть связан «ремешком добрых намерений», а с лука нужно снять тетиву. Почему вы этого не сделали?
Гениальный вопрос… а откуда нам это знать?
Не дождавшись ответа, стражник говорит:
-Тогда мы вынуждены вас арестовать… - я поднимаю руку – поправить волосы – и взгляд стражника падает на кольцо Разума у меня на пальце. Изменяется его лицо, как будто он что-то припоминает, и он кидает одному из своих подчиненных:
-Помнишь? – тот кивает в ответ и стражник опять обращается к нам.
-Идите за нами – и оборачивается к своему коню.
Мы обмениваемся взглядами. « А что делать?» -читаю я в мыслях друзей. Мы подчиняемся.

[Морв]

Леголас улыбнулся. Давно я его не видела улыбающимся, последнее время он был серьезным.
Начинало темнеть. Оказывается, что мы вышли из пещеры к вечеру. Мы начали готовиться ко сну. Леголас взялся сторожить нас ночью, потом его заменял Маглор.
- Я буду тоже дежурить, - вступил ландграф.
- А нам эльфам всё равно, мы не спим по ночам, - улыбнулся Маглор.
- Эльфам? А это кто такие? – ландграф удивленно посмотрел на эльфов.
- Это такая раса в Средиземье, - вступила Фрейя в разговор.
- Еще нас называют перворожденными, - сказал Леголас.
- И мы бессмертны, - добавил Маглор.
- И еще много у них всяких бонусов, - добавила я.
- А! Понятно, ну вообще я первым сторожу, - сказал Скиминок.
Ах, какой это был мужчина! Короче, он был настолько сильный, что казалось, что в его объятиях можно утонуть. При этой мысли я улыбнулась сама себе. Мерри взглянул на меня, толкнул в бок и улыбнулся.
- Что? – удивилась я.
- Как будто я не вижу, - ответил он.
- Мерри!!! – возмущенно вскрикнула я.
Тот только подмигнул. Я закатила глаза и посмотрела на Райну. Она наблюдала за Маглором.
- Райна? – позвала я.
- Что? – оторвавшись от своих мыслей, ответила она.
- Пошли за водой?
- Пошли.
Мы двинулись к речке, с нами пошла Асьят. Мы шли очень долго, за это время назрел разговор про Маглора.
- Ну? Как? – спросила я.
- Ты про что? – переспросила Райна.
- Ты знаешь про что! Про Маглора! Ты вся светишься от счастья!
- Он….. Я люблю его, - сказала он после пятисекундной паузы.
- Он тебя тоже, - улыбнулась я. Я искренне была рада за них.
- Вы красивая пара! – воскликнула Асьят.
- Долго еще? – покраснев, спросила Райна.
- Еще немного.
Мы шли минут десять. Мы приближались к воде, оставалось немного. Вдруг Райна остановилась.
- Неттт, Райна, только не говори, что…
- Нет, вроде засады не должно быть.
- А что тогда?
- Где мы находимся? – спросила Асьят.
- Не знаю по карте, где рядом с горами, а где точно я не могу понять, - я уткнулась в карту, которую достала из-за пазухи. Всегда носила у себя в кармане, на всякий случай.
- Смотри, - Райна показала пальцем на что-то в небе.
- Что?? – удивленно спросила я. Подняв глаза и увидев две белые башни, я открыла рот от удивления. Такой красоты я еще не видела.
- Что это? – спросила Райна.
- Я не знаю, - ответила я. Асьят отрицательно покачала головой.
- Тогда пошли, посмотрим, - сказала Райна.

[Айлинель]

Первый раз в жизни меня арестовали… нет, конечно не первый… но первый в этой жизни… Жизнь теперь разделилась на «до» и «после»…
Неприятно ехать шагом, будучи со всех сторон окруженной стражниками. Хотя я переживала и не такое… у нас даже оружие не отобрали…
Широкая улица, по-видимому – главная скоро приводит нас к крепости… Настоящей крепости в центре города. Стена из гладко обтесанных каменных блоков высотой в два моих роста; деревянные ворота, кажется, дубовые, окованные стальными полосами, сейчас широко открытые. У этих ворот тоже стоят стражники. В отличие от тех, которых мы видели раньше, эти заступают нам дорогу. Но, наверное узнав наших «спутников», они расступаются, только один из них спрашивает:
-Кто это с тобой?
-Арестованные – стражник… десятник, наверное, не вдается в подробности. Нас пропускают.
Просторный двор полон людей. Стражники, воины… Десятник, арестовавший нас, спешивается у коновязи и кивком приглашает нас сделать то же. Спрашивает у ближайшего воина:
-Где князь?
-В зале, где ему быть… новичков гоняет…
Мы идем даже без конвоя… интересно, чтобы было если бы попробовали убежать… и к кому нас ведут? А впрочем, не все ли равно…
Заходим вслед за стражником в каменное здание, привлекающие внимание своими размерами и грубоватой красотой. Идем по коридору, поворот налево и еще раз налево… Откуда-то слышен звук, который я ни с чем не спутаю – звон стали… неожиданно выходим в зал… Большой, без окон, освещенный свечами на стенах. Звуки явно шли отсюда – в зале полно мужчин и юношей, которые фехтуют друг с другом. Тени движутся в зыбком пламени свечей, нанося удары, которые были бы смертельными, если бы не останавливались в волоске от тела. Никто не замечает нашего появления…
-Эрлинг! – вроде бы негромко окликает наш провожатый. Я бы не услышала, но высокий мужчина, только что без особого труда отбивавшийся от четверых, оборачивается. Завершает поединок за несколько мгновений и подходит к нам. Долю мгновения смотрит на Кэт, Хельгу и меня, на секунду задерживает взгляд на Леодаре и обращается к стражнику, который нас привел. Тот что-то говорит ему шепотом, а я бесцеремонно разглядываю обнаженного по пояс мужчину, который был назван, кажется, Эрлингом… Очень высокий – на полголовы выше Леодара, широкоплечий, стройный, на коже, с которой еще не сошел загар, белеет паутина старых шрамов… в черных волосах до плеч уже видна седина… Вдруг он поворачивается ко мне неуловимым движением. Лицо с гордыми резкими чертами, напрочь лишенное девичьей слащавости… высокий лоб пересечен совсем свежим шрамом… не носит ни бороды, ни усов… Я ловлю взгляд больших глаз, светло-серых у зрачка и темнеющих к краю… и понимаю, что он намного моложе, чем кажется…
Он внимательно смотрит на меня несколько секунд, а потом спрашивает:
-Леди Айлинель?
Откуда он знает мое имя? Я утвердительно киваю… Он улыбается, а потом безошибочно определяет Хельгу и Кэт… Предупреждая наш вопрос, он говорит:
-Вы меня не помните? Я был на совете в Эсгал-Лонде. И еще одно: а где Арагорн? Фарамир? Талион?
Имя Талиона как ножом полоснуло по сердцу…
-Где Арагорн и Фарамир – мы не знаем… а Талион мертв – голос Хельги предательски дрожит. Она справляется с собой и заканчивает:
-Познакомьтесь, это – Леодар
-Меня зовут Эрлинг – значит, я правильно расслышала – и сегодня я прошу вас воспользоваться моим гостеприимством

[Морв]

Мы двинулись в путь. Шли мы достаточно долго, прошли через речку и мокрые подошли к вратам, откуда выехали два белых коня с всадниками. Мы переглянулись. Они уверенно подъехали к нам и спрыгнув с лошадей подошли к нам. Мы молчали.
- Кто вы? И что вы тут делаете? – спросил первый.
- Мы просто тут гуляли, - сказала Райна и мне стало смешно. Как-то всё это глупо было: Мы тут гуляем, с маленьким демоном, в походных костюмах, с луком на спине и кинжалами на поясе. Я только что поняла, что мы пошли за водой без какой-либо ёмкости.
- Я повторяю вопрос кто вы? – опять спросил мужчина, довольно-таки рослый, его русые волосы выглядывали из-под шлема и ложились на его широкие плечи.
- Нас послали в поход, на спасение Средиземья и других миров. От имени Галадриэль и других почетных существ Средиземья прошу принять нас с миром, - неожиданно сказала я, властным голосом. Мужчины переглянулись.
- Две девушки и маленький ребенок были посланы в поход? Что за чушь?! – вступил в разговор второй. Он был похож на первого, только глаза были голубые. Легкая щетина покрывала его подбородок.
- Я не ребенок! – вступила Асьят.
- А кто ты?
- Я демон и если вы… - начала Асьят, но я перебила её.
- Асьят, не злись! Скажите нам, где мы находимся, так как мы потерялись, - спросила Райна.
- Вы находитесь у Ворот в Рохан! – гордо ответил первый.
- Рохан? – переспросила Райна. – Значит, мы правильно шли.
- На данный момент это не весь наш отряд, остальные находятся в лагере, который мы разбили неподалеку. С нами принц Мирквуда Леголас Зеленолист, Маглор, второй сын Феанора, Фродо Беггинс, Мерри Брендибак, леди Фрейя и лорд Скиминок, Ревнитель и Хранитель, Шагающий во Тьму, тринадцатый ландграф Меча Без Имени, - выпалила я за раз. Асьят и Райна расширив глаза посмотрели на меня, я только пожала плечами.
- Какой знатный состав, - усмехнулся первый, второй улыбнулся. – А кто же вы Леди?
- Я Лаурелот, в переводе с синдар Золотой цветок, это Райна, дева Арды и Асьят, наш верный помощник, она демон.
- Хм…. Как вы докажите, что вы не врете нам, - посмотрел на нас второй.
В ответ я полезла в мешочек за камнем Моря, а Райна увидев мои движения, полезла за камнем Огня. Показав мужчинам камни, мы увидели их восторженные взгляды. Оба упали на одно колено и опустили головы.
- Простите Леди. Мы не знали. Нам говорили, что мы сможем встретить Вас, но мы не ожидали… - начал распинаться первый.
- Ничего страшного, - ответила я.- Нам нужно в Эдорас, отдохнуть, как раз наш путь проходит через Рохан и Гондор.
- Мы отвезем вас, а за вашими спутниками, мы пошлем маленький отряд, что бы никто не смог даже притронуться к ним, - сказали мужчины и встали с колен.
- Вот ходила бы армия Рохана с нами в отряде, - усмехнулась Райна.
Я в ответ только улыбнулась. Я, Асьят и первый мужчина, с зелеными глазами сели на коричневого коня, а Райна и голубоглазый мужчина поехали на черном коне. Через пару секунд мы подъехали к какому-то зданию, типа сторожки, откуда нас выбежали встречать. Первый спрыгнул с коня и подбежал к другому мужчине.
- Долго мы будем ехать до Эдораса? – спросила Асьят.
- Примерно два дня, - ответил мужчина. Второй выбежал из-за угла, а за ним шли два коня. Я, Райна и Асьят спрыгнули с коней и подошли к коням.
- Не хватает мне моего Рохлита, - прошептала я.
Мы сели, вернее, нас посадила на коней и мы двинулись в путь. Я заметила, что из каменного здания, которого я сначала не заметила, выбежал отряд, который помчался в сторону нашего лагеря. С ними поехал голубоглазый мужчина.
- Леди? – позвал меня зеленоглазый.
- Да… ээээ… А как вас зовут? – спросила я
- Меня зовут Элмаир, - ответил мужчина.
- Отлично Элмаир, давай постараемся ехать быстрее? Я надеюсь, нас догонят наши спутники?
- Я сказал, чтобы старались ехать быстрее за ними и с ними.
Элмаир спросил про наше путешествие, мы начали свой рассказ ему и неожиданно для нас наступила ночь.

[Мирилас]

...Ночь. Настоящая ночь, без кавычек. Над головой летят звёзды, вокруг волнами танцуют травы, веет ветер... Ночь. Степь. И скачем мы вперёд и вперёд, и конца этому не видно...

Я с наслаждением подставила лицо ветерку. Наконец-то свободна! И не толща камня над головой, а небо! И как хорошо, что мы встретились с Фрейей. Бедная она...

Я встряхнула головой. После встречи с роханцами в голове царила лёгкая сумятица. Ладно, ничего, после стольких потрясений...
- Лау - вполголоса позвала я.
- Чего?
- Лау, ты можешь... - я замялась - Ты можешь не говорить пока Фрейе, КТО я на самом деле? Пусть она или сама догадается, или...
- Могу. - Лау непонимающе уставилась на меня - Да в чём дело-то? Чего тебе стесняться? Ну, подумаешь, дра...
- Лау! - зашипела я.
- Понял, молчу. - ухмыльнулась она. Мы говорили достаточно тихо, и нас не услышали. Тем более что у роханцев были другие заботы.
- Скажи, Элмаир, здесь неспокойно? - спросила я у нашего спутника.
- Да, леди. - ответил он - Поэтому мы и задержали вас. Орки шалят... - воин слегка поморщился. - Давненько такого не было... Да ещё какая-то чертовщина в степи творится.
- Какая? - моментально навострила уши Асьят.
- Да всякая... - Элмаир покосился на неё - Призраки встают, например. Вот где-то было сражение. Раньше всё было спокойно, а теперь в полнолуние по тем местам лучше не ездить меньше чем двумя десятками. А в места, где народу много погибло, вообще лучше не соваться, мы так многих, очень многих потеряли. Только стены и спасают, в крепости да в дома никакая нечисть не суётся, этим пока и спасаемся.
- А... что с людьми происходит? - спросила я. Почему-то в глуди стало пусто и холодно.
- Да Враг его знает! - зло бросил другой воин - Пропадают, и всё! Потом едем искать, приезжаем на то место - а там только тела. И такой ужас на лицах... - его передёрнуло - Сам видел, а вам не желаю.
- Привал! - скомандовал Элмаир.
Отряд остановился. Роханцы быстро устроились, выставили часовых и приготовили холодный ужин. Костра никто не разводил, но нам троим устроили нечто вроде кроватей. А мне всё не было покоя. В рассказах Элмаира и его воина было что-то... неправильное. Неприятное.
"Диссонанс" - вдруг всплыло в голове. Я улюбнулась. Нет, Искажение и всё такое прочие - дело Моргота со товорищи, а тут... Да, конечно! Как же я не догадалась!
- Райна, что случилось? - с тревогой спросила Лаурелот. Асьят молча подсела ко мне, взяв за руку. Как же мне с ней хорошо... Как с младшей сестрёнкой.
- Девчата, вам эти призраки странными не кажутся?
- Ну... Мало ли что бывает. - пожала плечами Лау
- Много. - Асьят нахмурилась - Только они здесь быть не могут.
- Правильно! - выдохнула я - Не может в Арде, в Средиземье такого быть! Не знаю, почему я так думаю, но я твёрдо знаю - не может! Понимаете, что это значит?!
- Ой... Неужели... Это то, о чём нам говорили? - в широко раскрытых глазах Лау стоял ужас - Миры смешиваются?!
- Пока нет, - успокоила нас Асьят - пока только сила одних миров перетекает в другие, и то по капле. Но это уже ОЧЕНЬ плохо.
- А что хуже всего лично для нас - мрачно заявила я - что сейчас как раз полнолуние, не нарваться бы нам...

На небо торжественно всплыла луна. Звёзды слегка померкли, но степь совершенно преобразилась. Чёрное небо, проблески звёзд и сияющий круг. Серебрящиеся переливы трав, озёра тьмы в низинах. А уже довольно далёкие горы и пахнучий полынью ветер сшивают ночной мир в единое целое.
Асьят и Лау давно спали. Я встала и пошла к горам.
- Куда ты? - окликнул меня часовой.
- Прогуляться. Не бойся, я не потеряюсь, да и отбиться смогу - я погладила рукоядь меча.
- Только недалеко - хмуро ответил воин.
- Как получится... - я уже не думала о нём.
Я медленно шла вперёд. Все мои мысли теперь занимал Маглор. Как он там, что с ним? Что с остальными? Маглор, Маглор, любовь моя, где ты?..
...А потом я увидела. Всё та же ночная степь, но гораздо ближе к горам. Отряд роханцев, и предводитель - тот самый воин, что нас встретил. А с ними - и все наши. Вот Леголас, Фрейя, лорд Скиминок... Хоббиты... И он! Эльф казался печальным, задумчиво глядя вдаль.
"Маглор!"
"Melda!" - он услышал меня, вскинулся, а в глазах - счастье.
"Ты меня слышишь?! Но... как?!"
"Осанвэ... Melda, где ты?"
"Где-то! Точнее не скажу, не умею я в степи ориентироваться... Поторпи их, пожалуйста! Не могу я без тебя..."
"Мы и так спешим, как можем, все устали, всем вас нагнать хочется" - грустно ответил он - "Это бесчестно - торопить их сейчас. Райна, искорка, прости... Не держи так долго осанвэ - это для тебя, с непривычки, сложно... Не печалься - мы нагоним вас с рассветом..."
Его голос стал тише, а потом и вовсе прервался. Так вот оно каое, это осанвэ... Ничего, что устала и звенит в голове - я эту науку освою, и нам никакие расстояния теперь не помеха!
Возвращаться в лагерь не хотелось, спать тоже. Я помахала рукой часовому (надеюсь, увидит) и растянулась прямо в траве. Луна и звёзды танцевали свой вечный танец, а я... Я была счастлива. Просто и без затей.

[Мирилас]

Из всего далее проишедшего делаю вывод - не надо по осанвэ перед сном общаться!

Я всё-таки заснула. Убаюкали меня звёзды... А последняя мысль была - хорошо бы узнать тех, кто делает одно дело с нами. Увидеть, поговорить...

...Звёздные огни мерцают, текут, сливаясь в Великую Реку. Междумирье. Я понимаю это внезапно и очень ясно. А здесь оказывается, очень красиво. Неужели меня опять кто-то позвал сюда? Но кто?!
"Не тебя, а ты. Кого - увидишь..."
Я резко развернулась, столкнувшись с насмешливыми серыми глазами. Привет, давно не виделись. Эльф сидел неподалёку, с усмешкой наблюдая за моей раекцией. Я протянула было к нему руку - пальцы натолкнулись на гибкий хрусталь. Черта...
"Ты-то что здесь делаешь?" - чисто риторически вопросила я.
"Не знаю" - он пожал плечами - "Как только ты выходишь сюда... Да и не только сюда... Словом, как только ты вырываешься за свой предел, я почему-то оказываюсь рядом с тобой. Похоже, наши fear неразрывно связаны..."
Я только вздохнула. Пламенный Дух, как же... Впрочем, при моей влюблённости в Первый Дом вообще и в Маглора в частности...
Что-то изменилось. Я посмотрела вперёд и увидела...
Девушка. Она шла к нам, и на лице её было написано изумление.
"Кто ты?" - спросила я.
"Хельга" - прозвучало в ответ - "Одна из тех, кто ищет Камни..."
"Правда?!" - меня охватило неописуемое ликовение. Наша! - "Я - Райна из рода Драконов, и я... Скажем так, твоя соратница."
"Вот и хорошо" - вмешался мой собеседник - "Вы тут разговаривайте, а мне пора..." - он встал, чуть склонил голову и исчез. Просто шагнул в сторону - и всё...
"Кто это?" - недоумённо спросила Хельга.
Я поколебалась и сказала. Она только ахнула. Потом помолчала и сказала:
"Не понимаю... Что он здесь делает?"
"Сама не знаю..." - печально усмехнулась я - "Похоже, у нас с ним что-то вроде осанвэ..."

Мы о многом поговорили. Пересказали друг другу свои приключения - не вдаваясь в подробности, просто где были, что делали и чем всё это кончилось. Но даже за этим коротким пересказом я чувствовала боль и печаль. Нам ещё повезло, если сравнивать...
Семь Камней. Больше половины - но что же ждёт нас впереди?

"Жаль, что мы не можем поговорить по-нормальному, ведь и времени у нас мало..." - пожалела я.
"Ничего!" - Хельга улыбнулась - "Надо надеяться на встречу. Ведь надо же нам эти Камни куда-то собрать!"
"Надо... До встречи! Пусть она будет!"
"До встречи, Райна... Пусть она свершится в добрый час..."
И мы пошли в разные стороны. Хельгу ждал неизвестный мир, меня - дорога через Рохан и Гондор. Я искренне надеялась на встречу, на то, что у них всё будет хорошо! Столько потерь... Они заслужили хоть что-то хорошее, жаль, что я не могу этого сделать...
Аэрдин! Друг мой, брат мой названный, найди их! Сохрани, от чего можешь сохранить!

Рассвет. Я попыталась сесть, но руки задрожали и я шлёпнулась на траву. Голова кружилась, перед глазами стоял туман, в ушах неприятно звенело. Неужели ночной разговор отнял столько сил, и с Хельгой творится тоже самое? Где-то она...
Всё же я села, упрямое существо. Встать сил не было, но звон и муть исчезли. Я огляделась, и дыхание у меня перехватило. Это...

...Это рассветное великолепие не передать словами. Разве что песней...

Небо играло чистейшими красками. Тёмные горы далеко на востоке казались краем небрежно оборванной бумаги. А потом из-за них показалось солнце - и роса вспыхнула миллионами огней...

"В зелёных роханских полях..." - вдруг вспомнила я песню. И - запела, откуда только силы взялись. Запела, и была в тот момент едина с рассветом, степью, ветром и росой...

И кто-то подхватил мелодию. Кто-то?! Да Маглор, кому же ещё! Я увидела их - основной отряд был довольно далеко, а он, он стоял почти рядом со мной...
Я попыталась вскочить, но проклятая слабость дала о себе знать - не вышло. Он подбежал ко мне, подхватил. Я запустила руки в его густые иссиня-чёрные волосы, и впервые мир не отошёл на второй план. Мы были - в мире, а он был в нас...
- Ты - сердце моё... - прошептал Маглор - Половинка fea, без которой - не жить... Melda, любимая...
- Знаю... - я прижалась к его плечу - Не оставляй меня, слышишь?! Иначе - и я за тобой уйду...
- Ну, что ты, зачем. - он гладил меня по волосам - Куда я без тебя теперь...

Не знаю, кто первый вспомнил, что мы не одни и что пора идти. Маглор посадил меня на своего коня, и так мы до лагеря и доехали.
Элмаир решил остаться здесь ещё на полдня, чтобы догнавший нас отряд мог отдохнуть. Фрейя, похоже, обрадовалась - и тут же легла спать. Конечно, всю ночь скакать... А смотрела она на нас с Маглором явно непонимающе. Ох, придётся нам объясняться, хоть бы ей Лау всё без меня рассказала. Я кое-как добрела до своего места и моментально вырубилась. Тяжело мне ночные разговоры даются...

[Морв]

Спала я как убитая, вдруг сквозь сон слышу голос Элмаира:
- Останемся еще на полдня.
А потом что-то невнятное. Я слышу довольный голос Фрейи, голос Маглора и Райны. Сон смешивается с реальностью. Я открываю глаза и прямо в глаза светит солнце, на фоне солнца ходят люди. Некоторые укладываются заново спать, а другие только встают.
- Асьят, - крикнул до боли знакомый голос.
Мне стало интересно, и я приоткрыла один глаза. Пелена сна не давала мне присмотреться, кто это был. Я нехотя открываю второй глаз, и руки ритмично тянутся вытереть с глаз пелену. Я протираю глаза и вижу Мерри, Фродо и Асьят – такие счастливые, как будто не виделись целую вечность.
Я с довольной улыбкой закрыла глаза и подумала: “Наверно уже приехали”. А через пару секунд понимаю, что они уже приехали. Я резко вскакиваю и протираю глаза. Все на меня смотрят удивленными глазами. Я вижу подходящего Леголаса. Я встаю на ноги и начинаю просыпаться. Неожиданно для меня ноги подкашиваются, и я оказываюсь на руках у Леголаса. Я обнимаю его за шею и шепчу: “Прости, что кинула там одного”. И вдруг я понимаю, что я сказала и не могу понять, зачем я это сказала. В ответ только слышу:
- Ты должна была.
О, Эру! Как он нежен. Как я к нему привязалась. Мне не нужен зеленоглазый роханец, не нужен мне ландграф – мне нужен он, мой принц Я начала представлять, как мы будем расставаться и к горлу подкатил ком. Леголас поставил меня на землю. Я еще крепче к нему прижалась, в ответ он поцеловал меня в лоб.
- Лаурелот! – крикнули хоббиты и подбежали ко мне. Я оторвалась от Леголаса и присев, обняла хоббитов.
- Я так скучала, по вам! – сказала я.
- Мы тоже скучали по тебе, - сказал Мерри.
Я улыбнулась и повторно обняла хоббитов. Я действительно привязалась к ним. Наконец-то полностью проснувшись, я подошла к Эмраилу.
- Почему мы не движемся в путь?
- Ваши спутники не спали всю ночь, пусть они отдохнут и мы двинемся в путь.
- Упс, я даже не додумалась, почему они так быстро. Понятно, спасибо Элмаир. А где тут можно умыться? – спросила я.
- Там есть вода и мыло, - он показал мне на кувшин с водой и лежащим рядом мыло.
- Спасибо, - я улыбнулась и пошла умываться.
Умывшись, я перекусила и подошла к Леголасу. Я села с ним рядом и посмотрела на остальных членов нашего отряда. Маглор и Асьят сидели у тлеющего костра, Скиминок, Фрейя, хоббиты и Райна видели десятый сон и, по-видимому, им снилось что-то приятно, роханцы, которые приехали сегодня тоже сопели, а остальные что-то обсуждали.
- Как вы доехали? – я решила завести тему для разговора с Леголасом.
- Нормально. Не считая того, что на нас напало приведение, - ответил он.
- Приведение? – переспросила я, вспомнив вчерашний разговор с Эмраилом.
- Да, но нам повезло, начался рассвет, и мы убежали от него.
- Леголас, по-моему, мы опаздываем.
- Я знаю.
- Вчера мы с Райной поняли, что часть миров начинает смешиваться.
- Я знаю, это плохой знак.
- Это очень плохой знак. Что делать?
- Торопиться, но всё зависит не только от нас, но и от Кэт, Айлинель и Хельги.
- Я знаю.
Я вздохнула. Начиналось начало конца. Я встала и направилась к своей “постели”. Я легла и задумалась о своем. Так я могла лежать долго. И я так лежала долго, так как потом уже все потихоньку начали вставать. Я приподнялась и заметила, что половина роханцев, которые спали, живо что-то готовили и разговаривали о своем.

[Крошка]

Кажется, это мир встретил нас дружелюбно. Что же, значит вести о нашем походе опережают нас. Это и хорошо и плохо. Я смотрю на мужчину, назвавшегося Эрлингом, и всплывает смутное воспоминание из тех дней, что кажутся неправдоподобно далекими. Эсгал-Лонде, ужин…я захожу в залу со своими спутницами… высокий темноволосый мужчина, о чем-то беседующий с Владычицей, оборачивается, и Галадриэль что-то тихо говорит ему, легким жестом указывая в нашу сторону. Он кивает и внимательным взглядом окидывает нас. Тогда это был лишь ничего не значащий эпизод но сейчас я припоминаю, что именно это спокойное и суровое лицо я мельком заметила в тот вечер.
Мужчина испытующе смотрит на нас, а мы на него, потом я нарушаю молчание
- Я вспомнила вас. Надо сказать, у нас не было повода доверять вам…до сего момента.
- Говори мне «ты» - улыбается он. - И разве на говорила Владычица, что вы сможете найти помощь там, где не ждете ее. Времени мало, и угроза становится все сильнее. Я ждал вас раньше.
- Нас задержала война – отвечает Леодар.
Эрлинг хмурится и вопросительно смотрит на Леодара. Потом хлопает в ладоши, и почти моментально к нам подходит слуга, юноша лет двадцати на вид.
- Для гостей должны быть приготовлены лучшие комнаты. И пусть накроют стол . Да, скажи Эснет, чтобы она позаботилась о зимней одежде к сегодняшнему же дню…Пусть придет снять мерки после ужина.
- У нас очень крепкие морозы – говорит он уже нам.
Слуга исчезает, А Эрлинг одевается, накидывает плащ с той же вышивкой, что и у встретивших нас солдат – только сокол здесь не в синем круге, а в золотом, и приглашает нас следовать за собой.
- Нам нужно поговорить, но сначала трапеза и отдых. Идемте, я провожу вас.
Мы минуем широкий коридор, и заходим в небольшую, но уютную комнату – вернее, залу. Деревянный стол уже накрыт, и вино, дичь, фрукты – все в изобилии представлено здесь. И тепло камина согревает не только озябшие руки и ноги, но и отогревает душу…
Мы садимся за стол. Незаметные, словно тени, слуги наполняют наши бокалы и тарелки.
Эрлинг сидит во главе стола, и его внимательный взгляд на миг останавливается на каждом из нас.
- Ну что же – говорит он, когда мы утоляем первый голод. – Есть новости, и не могу сказать, что они радостные. О вашей победе, принц, уже известно, примите искреннее восхищение доблестью вашего народа и ваших воинов. Девы Арды, – он учтиво кланяется нам – я знаю о вашей роли в этой битве, и могу лишь сказать, что счастлива та земля, которую вы любите и за которую боретесь. Мы тоже сдерживаем натиск вражеских войск. Но, несмотря на наши совместные усилия, Враг тоже не дремлет и мощь его растет. А может быть, опасение проиграть заставляет его быть более поспешным. В любом случае, результаты заставляют опасаться. До меня дошли вести, что в некоторых областях миры начинают смешиваться – медленно, но неизбежно это процесс будет продолжаться. Не в наших силах замедлить его, но в наших силах остановить. Нужно торопиться. Поэтому как только вы отдохнете, и будет готова зимняя одежда, нужно тотчас выступать в путь.
- Можно выйти прямо сегодня – говорит Кэт
- Нет, леди. Вам нужен отдых. К тому же, вы не знаете, насколько коварны здешние места. Лютые морозы губили самых отважных путников. Лучшие мастера сошьют вам удобную и теплую одежду, которая станет вашей второй кожей. Без этого нельзя здесь. Вы просто найдете свою гибель в пути на север – а иного пути нет.
- Нет? Но почему? - интересуется Леодар.
- Я покажу карту здешних мест. Можно идти восточным путем, но это займет в два раза больше времени.
Неизвестно почему, но мы верим ему. Ни Айлинель, обладающая истинным зрением, ни я, обычно ощущающая угрозу как смутную тревогу, ни Кэт, что практически сразу распознает людей, не усомнились в нем. А значит, нужно верить и его словам.
И мы продолжаем наш ужин, и, согревшись и насытившись, вскоре начинаем живо обсуждать предстоящий поход, но при этом все же осторожность сквозит в наших словах – потому что каждый из нас словно решает, можно ли полностью доверять тому, кого встретил лишь несколько часов назад.
Закончив трапезу, мы моем руки в изящной чаще, и Эрлинг говорит
- А теперь я хочу пригласить вас к себе домой. Тренировочная хороша, и трапезная зала в ней, как вы убедились, тоже весьма недурная. Но переночевать здесь негде, а потому прошу за мной. Будьте моими гостями.

[Lady Vaako]

После ужина я сразу же легла и завернулась в одеяло. Про себя попросила:
– Спойте мне, стрибожьи внуки…
Они спели… И рассказали о том, что за нами скоро придут.
Ветры, они много знают и о многом могут поведать, надо только их услышать.
Заслушавшись, я даже не заметила, как уснула.
Странный сон снился мне. Я стояла в поле. Оно было огромным, тянулось во все стороны до горизонта. По небу быстро пролетали серые облака. Это было странно, если учесть, что здесь не было ни малейшего ветерка.
Это место было таким мрачным… Было очень холодно, и одиноко. Я одна посреди огромного пространства, на горизонте вообще ничего нет. Куда не посмотришь, везде один и тот же унылый пейзаж.
Я оглядывалась, пытаясь решить в какую сторону мне пойти. Вдруг я заметила что-то темное и массивное на горизонте, и оно быстро приближалось.
А потом я увидела огромную темную фигуру… Я не разглядела деталей, но почему-то была уверена, что это был он. Саргатан. А на горизонте была его армия. И она была уже близко.
– Род, защити!
Это что, я сказала? Я же не верующая, и тем более не язычница. Однкао имена древних богов так легко слетали с губ.
Но к моему большому удивлению, мне ответили.
– Сила внутри тебя. Ты сама себя сможешь защитить… - прошелестел тихий, едва различимый голос.
Саргатан уставился на меня. Я откуда-то знала, что он меня изучает, оценивает…
Его голос был подобен извержению вулкана:
– Ты слишком слаба. Ты не справишься. Не мешай мне, человек, ты уже не сможешь меня остановить.
Смогу, сказала я про себя. Я тебя остановлю. Мне помогут.
Он рассмеялся громовым смехом и исчез в клубах пламени. Боги, как бездарно! Он что, хотел напугать меня какими-то дешевыми спецэффектами? Ха! Сходил бы он хоть раз в кино, посмотрел какой-нибудь американский фильм…
Но его армия уже замерла в нескольких метрах от меня.
Надо было срочно что-то делать.
Несколько минут прошли в полном молчании. Я смотрела на них, они на меня…
Даже облака замерли в небе.
А потом… Слова сами шли на ум, они просто вырывались на свободу. Мне оставалось лишь дать им это сделать…
– Заклинаю силы внешние и внутренние, высшие и низшие: укройте мой дух и меня от недоброго глаза, мысли злой, силы нечистой, разбойника лихого, предателя черного…
поставьте стену непреодолимую между мной и злом…
да возгорятся во мне и моей душе силы чистые, огонь незатухающий, яркий и жаркий…
сгинь, расступись тьма, открой мне путь ясный, дорожку светлую…
заклинаю силы добра! Да обступят меня люди честные и добрые, сильные и справедливые, и пойдут они со мной по жизни, и да будут они мне светом во тьме…
Вдруг среди облаков прорвался солнечный лучик. Потом еще один. И еще…
И вдруг рядом со мной начали появляться люди. Я узнала Лаурелот и Райану. Потом еще три девушки… Их я никогда раньше не видела, но сразу же узнала: это были те, кто вышел в поход из Эсгал- Лонде. Хельга, Катрен, Айлинель…
Мы все встали плечом к плечу.
Невероятное зрелище: огромная армия и против них шесть девушек. Но все смотрят прямо и в глазах свет…
Спиной я почувствовала нарастающий холод. Обернувшись, я увидела их…
Призраки вставали один за другим, так же плечом к плечу…
Холодные, печальные лица. И все та же решимость не допустить того, что должно случиться, и свет в глазах.
Я знала кто это: наши предки. Они вставали на защиту своей семьи, своего рода, нашего будущего… Род – это невероятная сила, надо только суметь найти ее.
Воины… В самых разных формах и доспехах, и с разным вооружением. Я увидела самых настоящих витязей и рыцарей. Были солдаты в форме разных эпох.
Только за Райаной были не люди. Я просто знала, что это не люди, хотя они имели человеческий облик. Что-то с ней не то… И еще в небе закружились призрачные драконы…
Через четверть часа за нами стояла армия духов.
Мы с девчонками переглянулись и взялись за руки.
Армия Саргатана приготовилась к атаке…