Замок Бессонных Ночей или Чертоги Любви к Сказке

[Jemima]

Таааак! Есть разгуляй!))
Nadine83, добро пожаловать в наш мирок!

[Revelin]

Разгуляй есть! И его Гномшество уже дальше там валяет. Прет его, понимаете ли.... Аж не верится!

Джеми, няшная авачка! Прелесть, прелесть!

[Jemima]

Дык, это ж классно, когда есть, что вспомнить и уметь об этом рассказать

[Revelin]

Готические Мемуары - Часть 3, глава 6 "Охота на саблезубов"

На площадке у входа в клан горел большой костер, окруженный людьми. Все они явно были встревожены и что-то бурно обсуждали. Завидев меня, сразу несколько человек устремились навстречу. Позади плелся трактирщик Рун. Обычно красное лицо толстяка сейчас было довольно бледным. Похоже, он давно не спал и даже не ел, впрочем, искренне обрадовался моему возвращению и даже обнял.

- Наконец-то вернулся! Знал бы ты, что тут творилось!

Не сложно было догадаться, какой была реакция Айрэ на мое исчезновение! Да и о драке с Хогаром она, безусловно, узнала.

- Перевернула все кверху дном! И сказала, что медленно поджарит меня на углях, оставшихся от моей собственной таверны!
- Еще бы. Где она сейчас?
- Ушла еще вчера днем, вместе со своей подругой. Ищут тебя по окрестностям. Зачем только было уходить и устраивать такой переполох?
- Так было нужно. Делянка Ронара очищена от гоблинов. Сообщите ему об этом. Я же безумно хочу есть, спать, а потом получить следующее задание.
- Отдохни хоть пару дней да дождись свою бестию! К слову, ты хорошо отделал Хогара, до сих пор встать не может.
- Вот и пусть отлеживается. А я должен заслужить право на свой меч.
- У него буйная голова. И ты не единственный, к кому он задирался. Поэтому та драка все же принесла тебе голос. Парень по имени Йорн сегодня сказал Ларсону, что считает тебя достойным нордмарского меча.

Приятное известие было как нельзя кстати. Но еще более порадовало приглашение Руна отправиться в таверну. Смертельная усталость просто валила с ног, да и мороз крепчал. Впервые за двое суток мне удалось поесть горячего и пропустить чарку. А потом погрузиться в долгий и крепкий сон…

Айрэ и Энья не вернулись и следующим утром. Во всей случившейся истории это было самое неприятное. Но за двух женщин-магов здесь никто не беспокоился. Их считали чуть ли не демонами. Сердце было не на месте, но я должен был продолжать выполнять свое задание. Утром в кабаке было безлюдно и пусто. Рун варил пиво да прибирался в кладовой. Кроме нас здесь никого не было. Мне очень нужно было новое дело, следующий квест. Сидеть сложа руки казалось просто невыносимо, и я напрямую спросил толстяка:

- Скажи, а каково твое задание для меня? Что я должен сделать, чтобы ты признал за мной право на нордмарское оружие?

Рун был удивлен, помялся с ноги на ногу и ответил не сразу. Кажется, ему не приходило в голову ровным счетом ничего. Он даже стал возражать:

- Я ведь простой трактирщик. Не воин, не герой. Будет ли мое слово иметь вес?
- Кузнец не ставил условий. Нужно согласие десяти мужчин. Ты разве женщина? И разве не ты каждый день кормишь и поишь всю эту компанию?
- Верно. Спасибо, что уважаешь мой труд. Признаться, часто мне бывает обидно. Ведь не помогает никто. А работы действительно очень много.
- Вот я и помогу тебе. Дай свое задание!

Толстяк кивнул головой, но попросил чуть времени на раздумья.

- Ты поешь пока. А я покумекаю, что тебе поручить. Не варку эля же!
- Нет, нет! Нужно стоящее дело, дело для воина! Готов взяться прямо сегодня, скоротаю время в отсутствие любимой жены.
- Есть одно такое дело. Ты ешь, ешь! Остывает ведь быстро!

Трактирщик сел рядом, и покуда меня радовало ароматное мясное рагу, рассказал о своем задании.

- В мою работу входит пополнять запасы еды в одной охотничьей избушке неподалеку. На прошлой неделе я ходил туда. Относил вяленное мясо для ребят. И обнаружил одну досадную неприятность. Кладовая была пуста. И это не наши парни обчистили ее.
- Снова гоблины?
- Я мог бы подумать так. Но только гоблины все воруют и несут в свои логова, а там валялись кости, обглоданные до блеска. Сперва мне стало страшно, я проверил окно и двери. Оказалось, тварь пролезла через крышу, попортив кровлю. Волки не делают так, да и не нужно хищникам это! Все они едят сырое мясо. В общем, я решил проследить за избушкой и даже не стал заделывать брешь.
- И что же? Тебе удалось узнать, кто это был?
- Удалось. На запах моего мяса явился очень молодой саблезуб, еще почти детеныш, не умеющий охотиться. Взрослая тварь не пролезла бы в ту дыру. А этот спрыгнул с дерева да вновь поживился! Гадкая кошка… Вот я и решил попросить ребят-охотников разделаться с ней. Но почти забыл из-за всей этой вашей истории. Упомнишь тут, когда тебя грозят поджарить, а дом твой сжечь!
- Не серчай на Айрэ. А с вороватой кошкой я готов справиться. Только поясни получше, где стоит избушка.

Саблезубы были крупными и очень опасными животными. Как варги в Средиземье. Я хорошо помнил поединок на арене Сильдена, когда орк-боец уложил такую тварь, но остался сплошь изранен. В дни похода по Нордмару мы несколько раз видели их, но всегда обходили стороной. Толстяк кабатчик правильно сделал, что не стал собственноручно связываться даже с подросшим детенышем. Это была работа для воина, действительно достойная и уважаемая работа. Шкуры саблезубов очень ценились, но еще дороже стоили их клыки. Именно этот трофей и предстояло доставить в качестве подтверждения и доказательства того, что поручение выполнено. Шкуру Рун позволял оставить себе, вещь дорогая. А деньги были теперь не лишние, ведь мы расстались почти со всеми нашими сбережениями. Ко всему прочему, не нужно было заботиться о припасах в дорогу: трактирщик сам все собрал для меня и даже потревожился о моей ране.

- Ведь не зажило еще! Как ты только меч в руках держишь?
- Как всегда держал, так и держу.
- Все же я перевяжу тебя. И буду ждать обратно!

Избушка находилась не очень далеко от клана Волка, много ближе делянки Ронара. Однако, путь туда лежал не по дороге, а через лес. За неделю следы Руна давно замело снегом, но у меня был хороший ориентир: скальный обрыв, края которого нужно было достигнуть и дальше следовать по тропе, идущей вдоль. План уже созрел в голове: выложить зверю приманку и ждать его в самой избушке с оружием наготове. Главное не издавать никаких звуков. Зато стены дома защитят от ветра и холода.

На подходах я не заметил ничего подозрительного: дикое место на отшибе, с одной стороны защищенное обрывом, с другой – стеной деревьев. Тишина, нарушаемая лишь ветром и шелестом крон. Никаких следов тоже не было. Впрочем, снег быстро скрывает любые следы, и охота в Нордмаре правда во многом не похожа на ту, что южнее. В окно избушки проникало яркое солнце, довольно теплое, ведь как бы ни было смешно об этом думать, стояло лето! Теплое время года, в течение которого у всех зверей рождались детеныши, и нет ничего удивительного в том, что Рун столкнулся здесь с одним из них.

Айрэ рассказывала мне, что на саблезубов охотятся с арбалетами, не подпуская близко к себе гигантскую кошку с острыми, как ножи, клыками. Однако любимое оружие супруги всегда было мне не по душе. Гораздо привычнее, спокойнее и вернее держать в руках меч и кинжал. Вряд ли саблезуб-недоросль окажется сильнее варга! Самой сложной частью этого поручения оказалось ожидание. Гномы не созданы для того, чтобы сидеть в засаде. Куда проще и всегда правильнее принять открытый бой. Покоя не давала мысль о том, что зверь не придет, и все окажется напрасно. Сносить мороз с каждым часом становилось все труднее. Хотелось есть, но нужно было соблюдать тишину.

Шорох и движение снаружи достигли моих ушей уже вечером. Зверь запрыгнул на крышу избушки, немного походил по ней и влез в знакомую дыру, из которой исходили лакомые запахи. Его морда была чуть меньше человеческой головы. Но тело еще не обрело силы. Саблезуб-подросток нескольких месяцев от роду, большая кошка, убить которую не составило бы труда. Но вдруг, увидев меня, он рванулся в сторону и диким, невообразимо высоким прыжком вновь оказался под крышей, изо всех сил работал лапами, пробираясь через свой лаз. У меня было довольно времени, чтобы вонзить в него оружие. Но сделать этого я не смог. Выражение глаз этого звериного ребенка еще долго потом не выходило из головы. И если бы я убил его, такое воспоминание стало бы сущим кошмаром. Глупость! Но отчего-то я был уверен: Айрэ поступила бы также, не смогла бы поднять оружие на существо, еще и не пожившее вовсе. Да и вся вина его была не велика. Этот саблезуб еще не умел охотиться, и просто был голоден.

Воришка удрал, испуганный и ничем не поживившийся здесь. Глаза блуждали из стороны в сторону. Первой мыслью было наконец-то подкрепиться самому, и уже во время не хитрой трапезы я понял, что стоит просто заделать дыру в крыше, и больше ни одно животное не сможет влезть и разорить запасы охотников. К счастью, доски и инструменты были в каждой такой избе. Дело – не более чем на час. Но что я теперь скажу Руну?..

Не важно! Попрошу другое задание, или же обращусь к прочим жителям клана. Ноги несли меня через лес – обратно в охотничий городок. Солнце уже зашло за гору, становилось темно. Тропка отвернула от обрыва. Выход из леса на дорогу должен был уже показаться, но заснеженные поляны сменяли одна другую. Незнакомая местность вокруг, и досадная догадка о том, что я заблудился. Первой мыслью было попытаться понять нужное направление по месту захода солнца. Но этого мне сделать не удалось. Впереди, очень близко от меня, раздалось хищное и злобное шипение. Уйти стороной уже не выйдет. А еще саблезубы всегда ходят парами. Никакие не детеныши, а рослые и сильные хищники взирали на меня с расстояния тридцати футов и намеревались атаковать. Инстинкт самосохранения мгновенно подсказал тактику, ведь в такие моменты охотник и сам становится зверем. Несколько шагов назад дали небольшое преимущество во времени, в руках оказался лук, выпущенная стрела ранила одну из тварей. Стрелять еще раз и добивать подранка было уже некогда – второй зверь устремился ко мне, лук пришлось отбросить и выхватить свой меч. Сильные мускулистые лапы сбили с ног, челюсти хищника сжали левое плечо, но всаженный в него Зеркальный не дал твари причинить мне серьезного урона. Вторая кошка напрыгнула следом, между нами завязалась короткая схватка. Сжав рукой загривок саблезуба, я с силой отстранил его от себя и всадил клинок ему в бок. Все было кончено. Голова кружилась, понемногу давала себя знать боль от нескольких полученных укусов. Будь на моем месте человек, ему бы переломали кости. К счастью, гномы сложены много крепче. Поднявшись на ноги, я готов был забрать трофеи, как вдруг позади вновь раздалось хриплое кошачье шипение.

По телу прошел холод. Левая рука инстинктивно коснулась рукояти кинжала. Оставалось лишь обернуться и принять еще один бой. Все правила охоты на них гласили: не подпускать к себе даже одного, не говоря уже о двоих сразу. Саблезубов выслеживали и били мощными стрелами на расстоянии. И теперь оба зверя здоровы и сильны. У меня были лишь доли секунды. Развернувшись и сделав шаг назад, я увидел их, разъяренных запахом крови. Нога провалилась в сугроб, а дальше все было словно в дыму, тумане боевого транса. Первая тварь атаковала фронтально, вновь свалила с ног, но оказалась насаженной на лезвие охотничьего кинжала. Удержать на расстоянии пасть такого хищника, бьющегося в агонии, было неимоверно тяжело. Тем временем, вторую руку с мечом блокировала атака самца – он был заметно больше размерами и сильнее. Клыки чудовища впились в основание шеи, пригвоздили голову к земле. Мощные лапы придавили грудь. Я не мог ударить его оружием: кинжал остался в теле первой твари. Правая же рука с зажатым в ней Кхелед Азгаром не имела размаха для удара. Оставалось лишь одно: отпустить меч и зажать шею чудовища обеими руками. Душить, как и тот парень на арене. Мощные удары обрушались на меня каждую секунду, я не мог дышать, лишь из последних сил отстранял от себя голову зверя, терзающего клыками и лапами. Мышцы напряглись до отказа. Когда правая рука надорвалась, я понял, что все кончено, и мне уже не спастись. Еще секунда, и этот саблезуб перегрызет мне глотку. Руку пронзила сильная боль, силы сопротивляться ушли. Левая рука в последней надежде оттолкнула зверя импульсивным ударом. И когда его голова просто упала мне на плечо, это показалось каким-то чудом! Он был задушен в последнюю секунду. Самая малость, и исход этой борьбы был бы иным. Шея и правая ключица горели от нахлынувшей сильной боли, удушье туманило сознание. Приподнявшись на локтях и выбравшись из-под мертвого тела чудовища, я сам не верил, что все еще жив. Но только это Нордмар, и если сейчас не хватит сил встать и добраться до клана, победа обернется ничьей.

 

[Revelin]

Готические Мемуары - Часть 3, глава 6 "Охота на саблезубов" - окончание

Было никак не надышаться, тупая давящая боль в груди говорила о сломанных ребрах. От шеи до плеча вниз ползло липкое теплое пятно. А, значит, и оставшиеся силы будут очень быстро таять. А я даже не знал, куда мне идти! Страшное воспоминание об этом пронзило так же, как клыки саблезуба. И в первый момент звук человеческого голоса показался доносящимся из Чертогов Безвременья. Ведь здесь редко кого встретишь в пути! Это Нордмар, и он может убить без оружия. Но разве в Чертоги можно брать с собою собак?.. А я слышал лай.

- Шевелится, жив!
- Дерите меня, не может быть! Он что один уложил четверых саблезубых?

Кто-то был рядом, и это казалось чудом! Помощь этих людей и терпкое зелье, которое мне дали выпить, немного привели в чувства. Охотники, причем одного из них я знал. Это был Йенсгар и его удальцы. Вот только что они делали здесь почти ночью?.. Мысли путались, говорить было очень трудно. Но северяне сами ответили на все витающие в голове недоуменные вопросы.

Оказалось, что я нахожусь не далеко от их лагеря, где уже бывал раньше. Примерно посередине пути от клана до охотничьего поселения, даже ближе к самому клану. А идти в лес в такой час их подвигли Энья и Айрэ.

«Трактирщик говорил, что они ищут меня по окрестностям. Выходит, попросили Йенсгара и его людей помочь».

Картина целиком сложилась в голове лишь через несколько дней. Девицы вернулись в клан ни с чем через несколько часов после моего ухода оттуда и обо всем узнали у трактирщика. Избушка находилась на территории и снабжала людей Йенсгара, поэтому этих ребят и привлекли к поискам. Отряд разделили, захватив псов. Те, что направились прямиком к стоянке, уже не успели застать там меня. Остальные охотники прочесывали местность, и невольно стали свидетелями окончания этой неравной схватки. Получив помощь и переведя дух, я готов был отблагодарить их и просить вывести меня на дорогу, но Йенсгар лишь рассмеялся.

- Нет уж, я отведу тебя сам! Во-первых, ты сейчас переоцениваешь свои силы, а во-вторых, с магами шутки плохи! Ведь сегодня я охотился на тебя по поручению мага! И обязательно получу хорошую цену за свой трофей!

Оставив остальных снимать шкуры, охотник сам повел меня и помог нести вещи. Дорога в клан действительно оказалась совсем рядом. Я помню, как над ней, на темном и ясном небе сияли звезды. Как показались очертания горы с идущей вдоль нее тропой. Потом мысли вновь начали путаться, в глазах темнело, шаги давались с трудом.

- Держись, совсем немного осталось! В котором доме вы остановились?

Ступени, ведущие в дом Грима, показались в ту ночь непреодолимым препятствием. Сильные руки нордмарца поддерживали, но едва за нами закрылась дверь дома, плечо уткнулось в стену, в глазах потемнело, я понял, что падаю… А потом уже вокруг была наша с Айрэ комната.

Глаза молчаливо взирали на нее: печальную, но сдержанную, глядящую на меня с невыразимой нежностью и без тени укора. Она жестом попросила не разговаривать, дала мне воды и продолжила промывать раны, оставленные зубами зверя. Было такое чувство, что меня долго жевали, но так и не смогли проглотить. Однако в душе царило умиротворение: оказаться живым, дома и рядом с любимой. Чаша, поднесенная к губам, источала такой аромат, какого я уже и не помнил: будто бы прямо в ней цвели цветы и зрели лесные ягоды. Великолепное вино, столь изысканное, что даже не понятно, откуда оно взялось здесь, в Нордмаре. В считанные секунды стало легче, напряжение прошло, и разум погрузился в глубокий сон. Магическое зелье, самое ценное, что только было у Айрэ. Эликсир, позволяющий творить волшебство, она же отдала его мне, чтобы унять боль и помочь забыться во сне…

Мне действительно безумно повезло. Самая малость, и клыки того саблезуба разорвали бы мне горло. Да и открытые раны остались только на шее и плече. Когти и зубы всех этих тварей не сумели прорвать мою одежду. Несколько дней покоя и терпения, и все это уйдет в прошлое. Однако дело оборачивалось хуже.

- Первое, что я теперь сделаю – это пойду к кузнецу, потребую отдать тебе меч и прекратить это безумие! – Судя по голосу, Айрэ была настроена очень серьезно, и вполне могла воплотить задуманное.
- Не смей, даже не думай! Уговор есть уговор, мне нужно получить еще задания и голоса. И я их добуду!
- Хватит уже этих заданий! Ты здесь не для того, чтобы погибнуть! Да и голосов довольно. Знал бы ты, что творится в клане!
- Что?.. – По телу пробежала дрожь. – Айрэ, не молчи! Что там творится?

Она была измотана поисками и последовавшими за ними бессонными ночами, проведенными в заботах обо мне. Отвернулась, делая вид, что не хочет говорить, но не могла не смягчиться, когда я крепко сжал ее руку и привлек к себе.

- Айрэ… Я виноват перед тобой, страшно виноват! Но я обещаю, я клянусь тебе, что больше не получу в этом деле ни царапины!
- Звучит, как утопия. Ты же просто притягиваешь к себе все драки и неприятности! Каждый твой шаг навлекает на тебя смертельную опасность, и это нужно прекратить! Я не могу больше так, я ведь люблю тебя.

В глазах любимой стояли слезы, она провела рукой по моим волосам, поцеловала в лоб, сосредоточилась и рассказала о вещах, почти не реальных.

- Трактирщику твоему влетело как следует. И знаешь от кого? Ни за что не угадаешь! От Хогара! И этот пьяница и дебошир теперь тоже за тебя. Еще бы! Его бы эти кошки разорвали на части. Легко быть смелым и отважным, не выходя из кабака.
- Хогар?.. Не может быть! Но я не выполнил задание Руна.
- Забудь про этого Руна! На него ополчились все, решив, что он отправил тебя убивать четырех саблезубов. Отправил парня на верную смерть…
- Но это не так!
- Он пресмыкался, как животное, и вымолил у Ларсона зачесть его голос. А еще Йенсгар сказал, что останется в клане, пока не поговорит с тобой.

Йенсгара нужно было отблагодарить. Нужно было выбираться из-под этой опеки, идти и все узнать самому. Но разве Айрэ отпустит? Прошло слишком мало времени. Шея не поворачивалась, все тело ныло от слабости и боли.

- Помоги мне одеться и добраться до таверны! И не спорь, умоляю! Так нужно!

Глаза наши встретились близко-близко, губы поймали слезу, упавшую на щеку Айрэ. И это было действеннее любых просьб на словах.

- Тише, милая, тише! Раз я могу обнять тебя крепко, значит могу и идти, правда ведь? Просто помоги, совсем немного! Обещаю, мы везде будем вместе!

Спустившись вниз, мы неожиданно встретили Грима входящим в свой дом. Глава клана был хмур на вид, но искренне улыбнулся при виде меня.

- Не рано вставать, получив такие ранения?
- Со мной все хорошо.
- Я рад. И знай: я иду от Ларсона. Я ходил к нему сообщить, что прошу отдать тебе меч нордмарской работы. Удачи тебе! И больше не подпускай к себе столько опасных тварей!

Мы застыли на месте, как вкопанные. Я и мечтать не мог о том, чтобы получить голос градоуправителя. В голове вертелись имена тех, кто признал меня достойным. Теперь их было девять. Оставалось выполнить лишь одно задание.

По дороге в таверну нам не встретилось никого, хотя был ясный день. Айрэ всю дорогу предлагала мне завершить дело малыми усилиями.

- Теперь все знают о твоем подвиге. Наверняка, найдется даже не один, кто отдаст свой голос. Или мы с Эньей подговорим кого-нибудь за благо от нас.

Ни за что! В голове не уживалась даже мысль о подобном.

- Я все сделаю сам.
- Тебе нужно выздороветь, оправиться от всех повреждений.
- А я не говорю тебе, что пойду на новое дело прямо сейчас! И помню о своем обещании. Больше с твоих глаз не упадет ни слезинки!

В таверне мы действительно нашли всех, кто был нужен. День был выходной или даже праздничный, и охотники проводили время за элем и дружеским общением. Хогар первым известил о нашем прибытии – громовым басом на все заведение, обнял так, что в глазах помутнело от боли и заявил:

- Выпивка этому парню за мой счет! Ты настоящий мужик. Прости, что я в тебе ошибся. Я все сказал Ларсону! Еще вчера! Я в клане известный боец!

Вокруг раздались смешки и шутки, все ведь хорошо знали, что в нашей драке Хогару основательно влетело. Трактирщик смутился при виде меня, было видно, что он очень рад, но подойти так и не решился. Похоже, многие теперь считали его виновным в произошедшем, Рун стыдливо прятал ото всех заплывший глаз, окруженный сиреневым пятном и почти не выходил из-за своей стойки. Я кивнул ему и отправился к Йенсгару.

- Я должен поблагодарить тебя, ты спас мою жизнь.
- Не стоит. В этих землях не бросают попавших в беду. И ты счастливчик! Правда, не охотник. В этом я был прав. Никогда не пытайся так бороться с саблезубым, да и любой другой тварью. Быть может, однажды я научу тебя. Ты оказался воином, а не охотником. Мало кто выжил бы там. Даже одна такая кошка задерет насмерть, и поминай, как звали. Твое оружие – это меч. Рад, что ты получишь его.
- Пока не получу. Нужно еще одно задание. От человека, чей голос весом в клане.
- Таких не много. И не все живут в этом поселении. Хансон, Вибальд, Корвин – наши мастера промысла – все они давно ушли в глухие места, где самая богатая охота, а заодно тишина и спокойствие. Впрочем, есть здесь охотник, чье слово значит больше, нежели пять других – мой учитель. По-настоящему легенда и гордость клана Волка. Ты знаешь Богира?

Пришлось признаться, что я впервые слышу имя этого человека.

- Не мудрено. Он считай что отшельник. Или уходит на месяца и недели в снежную тайгу, или почти не выходит из своей хижины. Я заходил к нему вчера. К слову, он наслышан о тебе и о тех чудесах, что вытворяли вокруг тебя белые волки. Загляни к нему! Изба на отшибе недалеко от входа в клан, там не ошибешься. Уверен, он тебя примет и даст свое поручение.

Айрэ негодовала и была против.

- Богир – безумец! Говорят, что он колдун, возможно один из друидов.

Йенсгар лукаво улыбнулся и парировал удар.

- Ты тоже колдунья. Поджигаешь, что хочешь. И ведь не считаешь себя безумной!

Она осеклась и даже стукнула кулачком по столу. Видно, что сердилась. Впрочем, это было не важно. Йенсгар, изначально показавшийся мрачным и холодным, нравился мне все больше. И если он говорил, что рядом есть человек, который поможет завершить мой квест, я был готов идти к нему. А вот любимая ошибалась, наивно полагая, что сгодится голос любого, полученный за простое будничное дело. Так вечером я оказался на пороге очень старого, не ухоженного на вид дома. Навстречу мне вышел старик в потрепанных одеждах, напомнивший лицом какого-то зверя. Впрочем, он был высок и крепко сложен, лета не отобрали этого. Глаза его были как будто знакомы. Но ведь я никогда не бывал здесь раньше! Говорить даже не пришлось. Он сам начал беседу со слов:

- Я давно ждал тебя.

Взгляд Богира обескураживал. Но теряться было нельзя.

- Мне нужно поручение от тебя. Я чужестранец, пришедший из Миртаны за нордмарским оружием. Остался лишь один квест…
- Я все знаю о тебе. И задание тебе готово.
- Скажи же, что я должен сделать? Клянусь, я готов на все!
- Найди Белого Потрошителя.

Старый охотник молчал и пронизывал меня своим странным не человеческим взглядом. Я же ждал услышать, о чем идет речь. Но никаких разъяснений не следовало.

- Кто это? Редкий зверь? Что сделать с ним? Убить и принести шкуру?
- Я молвил свое слово. Найди Белого Потрошителя.

 

[Nadine83]

чувствуется, что 10 задание будет самым нелегким

[Revelin]

Сообщение от Nadine83

чувствуется, что 10 задание будет самым нелегким

Nadine, так и задумано! Не просто не легким, но и связующим с прошлым, а также уводящим в будущие события.

[Nadine83]

Сообщение от Revelin

Nadine, так и задумано! Не просто не легким, но и связующим с прошлым, а также уводящим в будущие события.

тем интересней

[Revelin]

пока могу дать подсказку для лучшего понимания: в прошлом это глава "Дар полукровки"

[Nimgilhari]

Здравствуй, милый Замок! Наконец-то!

Nadine, рада познакомиться с Вами

Я же говорила, что у долгого отсутствия тоже есть свои плюсы! Прочитала всё одним махом
* Облизывается* МРРР!

Ах, Торин,Торин, бедная Айрэ! Только она тебя подлатает, подлечит, ты опять находишь приключения на пятую точку. Или они находят тебя сами. А ещё вернее вы упорно стремитесь навстречу друг другу... . И ещё не раз эти бесконечно любимые глаза , полные нежности и печали, со следами бессонного ночного бдения под ними, будут склонятся над тобой. И ещё не раз Айрэ придётся выхаживать тебя после очередного ранения. Но что делать, такова ваша жизнь. А ты как не крути, герой, во всех смыслах этого слова! А у героев не бывает спокойной жизни.

Не сомневаемся, что и десятое задание будет выполнено с честью! Удачи!

---------- Сообщение добавлено в 16:36 ---------- Предыдущее сообщение было в 16:35 ----------

Ревелин, Привет!

Наверняка огромный снежный волк, хотя есть и другие предположения... но молчу
 

[Jemima]

Ну, наконец-то! Все ужо соскучились по Вам, леди Нимгиль! И почитать спокойно мона...

[Revelin]

леди Нимгиль! Наконец-то! Не поверишь, как мы рады!

И мудрая эльфийская леди не может ошибаться. Именно огромный снежный волк, да не простой. Это линия сюжета, имеющая развитие и в прошлом уже, и в будущем. Пушистый Лапа сейчас ворчит и ласкается. Ему будет сложно написать следующую главу. Но теперь мы вместе просто всегда! И обязательно сделаем, тянуть не будем. Хотя, уже сейчас имеем разногласия. Жизнь с гномом - это "милые бранятся - только тешатся". Хорошо, что есть такая поговорка. Впрочем, если бы не его ворчание.... Я так его люблю!..

[Nimgilhari]

Спасибо за добрые слова, девочки.

Ревелин,
Догадываюсь, в каком плане будет нелегко писать продолжение, но раз вместе- всё преодолимо, друг друга поддерживая. А в разногласиях и спорах,как известно, рождается истина.И следующая глава будет не менее захватывающей. чем предыдущиеЖдём с нетерпением.

Может уже и было, пусть будет ещё, любимый образ напомнить:
Для Ревелин

 

Для Джеми

 

[Jemima]

Ну, суровые нордмарские мужики шибко суровы! Но, железобетонное гномье упрямство, плюс терпение жены - и клинок будет в Ториновых лапищах

Нимгиль, спасибо за моего неугомонного, сразу ясно, с кого парень брал пример))
Да, и приходи почаще!

[Nimgilhari]

Замок затих в ожидании

[Revelin]

Привет, мои дорогие!
Редко удается заходить, завалили уже заготовками... Правда как на гномью братию всего нарастает Но мы скучаем.

Пушистый сидит со мной, я его тискаю. Но продолжение он уже пишет. Скоро будет! И разумеется, эти лапищи свое получат! А то бы, как вы понимаете, и рассказа не было!

[Revelin]

Готические Мемуары - Часть 3, глава 7 "Белый Потрошитель"

- Я говорила, что он сумасшедший, и не нужно связываться с этим стариком! Мы должны найти для Торина другое задание.
- Не горячись. Мне кажется, все довольно понятно. – белокурая Энья пыталась успокоить подругу и пояснить всем свои догадки. – Потрошители – это ведь огромные вепри? Правильно? Нужно найти особь белого цвета. Такие встречаются среди всех видов зверей. А сложность в том, что родятся они редко, и часто стая сама убивает такое животное. Либо найти выжившего, либо отбить детеныша, пока его не умертвили клыки собственной матери. Нужен уникальный трофей, какой добудешь не каждый день. Вполне объяснимое задание, данное лучшим и старейшим охотником в клане. Но потрошителей полно в этих лесах. Если хорошо поискать, то найдем.

Айрэ лишь качала головой.

- Вы оба впервые в Нордмаре. И ничего не знаете о поверьях и легендах этого народа. Белый Потрошитель – это никакой не вепрь. Это снежный волк.

В тот миг мы с Эньей удивленно переглянулись. Первая версия была и складной, и объяснимой. Айрэ же говорила форменные глупости.

- Да здесь тысячи снежных волков! И все белые. Как узнать, кого из них мать-волчица окрестила Потрошителем?..
- Белый Потрошитель – это не обычный волк. И на самом деле он не более, чем легенда. Миф, сказка, понимаете? Причем, легенда древняя. Как может волк прожить века? Нас отправили искать то, чего нет! Чтобы мы никогда не получили то, что нам не полагается.

Внутри все переворачивалось от несогласия и противоречий. Как же тогда разговоры о нордмарской чести и доблести? Как лучшим мастером клана может быть простой мошенник, дающий невыполнимые задания? За что же тогда его уважают другие? Или же, жители клана Волка сами привели долгую и сложную череду испытаний к тому, чтобы самый последний квест перечеркнул все прежние? Нет уж! Теперь уже я многое знал о нравах северного народа, они были очень похожи на моих сородичей гномов. А ни один гном никогда не поступит так, лишь бы не отдавать дорогую и редкую вещь. Я готов был разругаться с собственной женой, но нужно было сдерживаться и хотя бы выведать у нее все, что она знает. О чем эти легенды? И как они могут быть связаны с реальностью? Впрочем, весь прошедший день настолько утомил, что теперь, вечером, сил хватало только на то, чтобы слушать и запоминать. Тогда, потом уже, взвесив каждое слово, возможным станет хоть за что-нибудь зацепиться. А без этого нельзя начать действовать.

Энья тоже не унывала и попросила назвать место, где можно прочесть эти старые легенды, дабы понять все без искажения, наложенного народной молвой.

- Я отправлюсь туда, добуду свитки и помогу разобрать заложенное в них. Древние руны часто таят хорошо сокрытые секреты. Быть может, это и не волк вовсе. Нужны самые первые, самые древние упоминания.

В уме этой девице было не отказать! Но только ответ Айрэ оказался вновь не утешительным.

- Друг мой, у нордмарцев нет письменности. Руны для них – не более чем символы стихий, действий. Украшение камней, если хочешь! Но их никто и никогда здесь не складывал в связные рассказы. Все легенды и предания этого народа испокон веков передаются только устно. И то, что они знают, им рассказали в детстве отцы и матери. Так было всегда. Не существует никаких свитков. Порадовать могу только тем, что чистоту и сохранность своего древнего знания северяне очень тщательно поддерживают. Все, что связано с предками, священно для них. А в защиту своей позиции о том, что нас отправляют в никуда и ни за чем, поясню, что сказание о Белом Потрошителе бытует лишь в клане Волка. Мои друзья из клана Огня никогда не относились к нему серьезно. Не более, чем к старому мифу, которым стращают детей, чтобы они не уходили далеко от дома и вовремя ложились спать.
- Однако, подруга, тебе придется рассказать нам этот миф. И, думаю, мы не заснем. – Энья взглянула на меня, чуть подбодрила улыбкой. – Так или иначе, без древней саги не разобраться.

Айрэ кивнула. Но почти сразу пояснила, что долго здесь и рассказывать то нечего.

- В клане считают, что в далекие времена хозяевами этой страны были снежные волки. Люди пришли уже позднее, но по сей день изобилие зверей в этом краю ясно говорит о том, кто здесь правит. Волки живут стаями. И в каждой стае есть вожак, это вы оба сами хорошо знаете. Стаи свободны, как и нордмарские кланы, взявшие за основу образ жизни диких зверей. И над всеми кланами нет вождя. А вот над волчьими стаями – есть. Белый Потрошитель – это самый сильный и самый великий вожак, единственный во всем Нордмаре. И нет такого волка, что смог бы убить его и занять его место. Он – звериный владыка этой страны. Тот, кому подчиняются все вожаки и стаи. За годы и десятилетия Белому Потрошителю приписали много подвигов и убийств, его винили в гибели тех, кто пропал в этих снегах без вести. В сказаниях многих народов есть подобные существа, которыми и вдохновляют, и пугают. Здесь это – Белый Потрошитель.

Любимая затихла ненадолго и проверила свои отвары, что готовила на печи.

- Надеюсь, мне не нужно говорить о том, что этого великого волка никто никогда не видел. Всегда можно найти крупных и матерых особей, ну и дальше выдать это за встречу с живой легендой. А можно не набивать себе цену и не преувеличивать. Тех, кто говорил о своей победе над Потрошителем, форменно осмеивали. Нордмарцы считают, что людям не под силу его убить. Вот вам и «задание». Скажи прилюдно, что ты его выполнил – обсмеют и тебя.

В этот момент я не смог не вмешаться. А в голове возникла догадка – о чем-то очень важном, что еще предстояло понять.

- Богир не сказал убить. Он велел найти.

Айрэ налила свежий отвар в кружку, подошла ко мне, коснулась волос рукой, вручив снадобье.

- И как тогда ты докажешь, что нашел его? С таким успехом можно пожить в лесах с месяц, вернуться назад и заявить о том, что квест выполнен.

Из деревянной посудины пахло свежо и приятно. Руки вбирали в себя тепло, и если бы не тяжкие думы, это был бы момент наслаждения.

- Пей. Отвар успокоит и поможет восстановить силы.
- Хочешь отправить меня спать…
- Милый, сейчас так нужно. Ты слишком рано взялся за эту новую авантюру. Мы с Эньей еще поразмыслим, а тебе нужно отдыхать. Утром все станет яснее, обещаю!

Быть может, зелье и было действенным. Да только рассказ Айрэ и ее опасения растревожили не на шутку. Неужели все было напрасно? Неужели я никогда более не увижу Эль Бастардо, и руки мои не коснутся его ладного сверкающего лезвия? Нет, не может быть! Разум сам не давал сну овладеть собой. Да, волк не может прожить века, но на смену одному вожаку и в простой стае приходит другой. И почему бы волкам, даже в отличие от местных людей, не иметь над собой главу всех своих кланов? Важна была каждая мелочь, каждое слово, способное даровать зацепку.

«Он наслышан о тебе и о тех чудесах, что вытворяли вокруг тебя белые волки.»
«Говорят, что он колдун, возможно один из друидов.»
«Я давно ждал тебя. Я все знаю о тебе. И задание тебе готово.»

Друиды. Что мне известно о них? Что это за существа, и в чем их магические способности? Айрэ рассказывала мне о магии этого мира. Нужно было вспомнить тот день как можно лучше, каждую фразу, каждую интонацию ее голоса. Знание, что тогда, давно, показалось бесполезным, теперь всплывало в памяти по крохам. И каждая кроха могла стать незаменимой драгоценностью.

«Магия Земли – самая чистая и самая заветная. Это магия матери природы, входящая в обладателя из недр планеты. Такие маги могут приручать любых животных и разговаривать с ними. Они знают все о растениях и свойствах естественных веществ. Именно они – самые искусные целители. И в этом мире их очень мало. Остались лишь единицы, которых называют друидами. Встретить друида за всю жизнь не каждому удается. Они едины с взрастившей их природой, и могут по желанию растворяться в ней, становясь для всех незаметными. Каждый друид способен обращаться в животное. Для этого они используют свои магические камни.»

Богир уходил из клана на долгие недели и месяцы. Он умел жить в непроходимых чащах и на ледяных склонах гор. И внезапно мне стало ясно, кого же он мне напомнил. И эти глаза… Именно ими глядел на меня суровый волк-полукровка, с которым мы сошлись в одном давнем противостоянии.

«Иди же к предназначенному. Мой долг исполнен, и теперь ты знаешь дорогу.»

Дорогу в Нордмар, которую он показал мне. Теперь я здесь, и он тоже здесь. И он знает все обо мне. Маг, друид, способный превращаться в волка?..

Взявший свое сон не был спокойным. Сердце тревожно билось, и все внутри вздрагивало при виде этих глаз. Сознание вновь и вновь обращалось к прошлому, переживая картины той первой встречи, это бессловесное общение, время, когда пришлось во всем жить истинно звериной жизнью. И битву, выйти живым из которой мог только один. Я сам был волком, хоть и не долго. Поэтому он и знает обо мне все. И вдруг стало понятно, что теперь грядет такая же битва. Я выбрал слишком ценный меч, возможно самый лучший из всех существующих. И если из еще одной подобной битвы я выйду победителем…

Но каковы мои шансы, если все обстоит так, как рассказала Айрэ? Если его нельзя победить силами человека? Я вновь должен был стать волком. Но только где искать своего противника?.. И ведь сразить Белого Потрошителя не может ни один волк…

Эта безрадостная мысль и ознаменовала собою наступившее утро. В комнате никого не было. Дом был тих, словно жизнь в нем затаилась в темном углу и ждала разрешения выйти оттуда. Айрэ рядом не было. Соседняя комната, где поселилась Энья, оказалась заперта снаружи. Внезапно руки похолодели от мысли, что они отправились к Богиру с требованием отменить или заменить задание. Сам себя не помня, я наспех оделся и бросился туда: быть может, еще не поздно. Только бы не дать им все испортить! Внутреннее чувство яснее ясного твердило о том, что Айрэ нельзя позволять вмешиваться во все это, тем паче в момент, когда задание дал самый уважаемый в клане и даже легендарный человек. Следуя по дороге, я не видел никого и ничего, и буквально влетел в дверь неказистой избушки старого охотника. Но она тоже была заперта. Ответом мне стала тишина, осознание полного одиночества да заброшенности этого места. Здесь никого не было. Богир ушел. Но когда? Повлияли ли на его уход действия моих попутчиц? Мы провели здесь уже много дней, и я ни разу не видел его в таверне или других местах. Богир был отшельником.

Вход в клан находился совсем рядом. Но только бессменный его сторож Гарик не видел Богира: ни ночью, ни утром. Старик словно испарился, а вот мои заботливые леди тоже справлялись о нем чуть раньше, и получили тот же ответ. Он ушел раньше, их вмешательства не произошло. Мое состояние уже граничило с безумием. Лишь прирученные волки охранника сумели вернуть спокойствие. Сразу вдвоем белоснежные красавцы ласкались и пытались говорить со мной по-своему, переглядывались и удивлялись: мол, как же он не понимает наших слов? Рядом с ними стало проще, в душу вновь вошла уверенность. Ведь если не волки, то кто еще знает, где живет их Великий Вожак? Они уже сейчас пытались помочь исполнить задание. Поддерживали, даровав понимание и надежду. Да только чтобы принять их помощь, мне сперва нужно было – как тогда в предгорьях у Сильдена– самому стать волком!

Вернувшись домой, я твердо решил, как мне быть. Чтобы выполнить квест Богира, нужно было уйти от людей: остаться одному и довольствоваться лишь самым необходимым. Богир сам ушел так: быть может, в надежде, что я пойму. Это была подсказка. Теперь я понял. И если бы он уходил в обличье человека, его бы видели. Из клана есть только один выход. Один – для людей. А для волков?.. Я тоже уйду, пусть и людской тропою. Впрочем, один попутчик мне был действительно нужен. Волк Гарика по имени Грайви должен был сопровождать меня, о чем мы договорились с его хозяином и условились держать это в тайне от Айрэ и жителей клана.

В то утро любимая была бледна, как полотно и даже говорила с трудом. Было бы проще, если бы она молчала вовсе. Если бы нас разлучили еще накануне. Но здесь не было мудрецов, подобных Умбраку. Нас никто не мог разлучить.

- Ты идешь один навстречу неизвестности, навстречу миру, где на каждом углу подстерегает смертельная опасность. А ведь клялся больше не получить ни царапины.
- Я тебе поклялся, и сдержу слово. Не думай ни о чем! Просто жди меня здесь!

Расставаться было сложно. Но необъяснимый зов уже влек меня, а последние ночи во всем были полны тех прежних чувств, мыслей, звуков и запахов, что составляют жизнь хищника. Кто кроме волка может знать, где искать вожака?.. Я тоже буду знать, очень скоро буду! Но самой дорогой ценой за это станет разлука.

- Нет, нет! Не поднимайся. И не гляди мне в след. Просто спи, еще ведь и солнце не взошло. Я хочу запомнить тебя такой: сладко спящей в тепле и уюте!

Грайви послушно ждал, и радостно завилял хвостом, когда с него сняли ошейник. Для молодого сильного волка это было путешествие в свободную счастливую жизнь. И я был рад дать ему такую возможность. Он был моим поводырем: бежал впереди, указывая дорогу и предупреждая о близости враждебных тварей. На пути, проложенном волком, не было охотничьих изб и других рукотворных укрытий. Мы если мясо убитых животных, спали лишь по паре часов в пещерах и норах под деревьями. Часто не было даже тропы, но было понятно, что мы следуем строго на северо-запад. Я сам дивился тому, насколько прост этот квест для снежного волка! Выходит, каждый из них знает, куда нужно держать путь. Однако я заблуждался. Первая же встреча с сородичами разубедила в простоте и завершила наше совместное путешествие.

Мы пришли в большое волчье поселение. Стайки охотников, волчицы с детёнышами, супружеские пары на отдыхе были со всех сторон. Настоящий город, только не людей, а хищных животных: со своими домами-пещерами, семейным укладом, необходимостью охотиться и кормиться. В первые минуты злобное рычание раздалось повсеместно, но постепенно затихло. Волки недоуменно переглядывались, осматривали меня: кто недоброжелательно, кто с искренним простым любопытством. Я не понимал слов Грайви, но кажется, наяву происходило очередное необъяснимое чудо. Меня не разорвали на части, как было бы с любым человеком на моем месте. Сам же я уже достаточно понимал суть их мыслей. Только не слышал слов. Наверное, это глупо, и уж точно это противоречит всем законам жизни и выживания, но я был уверен, что здесь мне абсолютно ничего не угрожает. Я был спокоен. По всей видимости, нам нужно было чего-то ждать. Моего поводыря пригласили на трапезу вокруг туши недавно убитого оленя. Я же устроился чуть поодаль, развел костер и стал жарить мясо для себя. В те минуты стало отчетливо ясно, что многие волки надо мной открыто потешаются. Что же? Для них я просто забавный чужак. Как и для людей, как и для орков, как для всех жителей этого мира. Грустные мысли прошли лишь со вкусом долгожданного обеда. Отдельной радостью стала игра с пушистыми волчатами, которые, в отличие от взрослых, проявили интерес к моему кушанью и охотно полакомились горячими и ароматными кусками прямо с рук. Отдых наш продлился чуть более часа, а прервало его появление очень крупного самца, перед которым все почтенно расступились. В первый миг сердце замерло, но я сразу понял, что это не он. Это глава клана. Но не всех кланов Нордмара. Он несколько раз обошел вокруг меня, потом спросил о чем-то своего гостя Грайви. На принятие решения и раздумья требовалось время. Но не много, лишь пара минут. Человек думал бы много дольше. Вожак повел головой, на призыв тут же явились три сильных молодых волка. А вот с прежним попутчиком, к моему сожалению, пришлось проститься. Он должен был возвращаться в клан к хозяину и привычной жизни. Мне же предстояло продолжать поход в компании этих троих.

Не скрою, что в первые же часы странствия стало понятно, почему наши ряды «усилили». Направление менялось лишь по воле превратностей ландшафта. В остальном же, мы продолжали двигаться к северо-западу. Деревьев становилось все меньше, а вот ветра и снежные бури становились суровее и сильнее. Волчьи тропы лежали через горы и их ледяные склоны. Но главное – мы были не единственными обитателями этих земель. Сородичи встречались на пути редко и, разумеется, не представляли для нас никакой опасности. Стада северных оленей давали повод подкрепиться и отдохнуть. А вот воинственных мохнатых бизонов и потрошителей приходилось отгонять. Благо, компания из трех матерых самцов по-настоящему устрашала их. На третий день пути мои провожатые отогнали прочь даже самку черного тролля. А уж со сколькими парами саблезубов мне пришлось бы иметь дело, если бы не эта удивительная охрана!.. Будь нас двое, тигры атаковали бы. Но нас было четверо. Вожак подумал об этом. Кажется, меня действительно охраняли и позволяли только охотиться для себя. Участвовать в опасных для жизни схватках не пришлось ни разу.

В те необычные дни я понял, насколько же действительно богаты добычей охотничьи угодья Нордмара! Однако, места, где мы шли, были труднодосягаемы для людей. Я сам каждодневно удивлялся самому себе, ведь волки очень выносливы и почти неутомимы. Человек не может состязаться с ними в этом. Но я жил тогда их жизнью, я должен был так жить. И я благодарил судьбу за то, что я не человек. Я гном, и если бы не это, не выдержать бы мне отведенного судьбой испытания! В ночь, когда мы обнаружили пустую пещеру, и я развел там костер, товарищи остались благодарны мне за теплый ночлег и сами принесли мясо. Наше взаимодействие не было примечательно чем-то: каждый просто выполнял свой долг: я задание друида, они – приказ вожака. Пожив в клане, я понял, что даже с прирученным и взращенным дома снежным волком у человека не может возникнуть отношений сродни дружбе или подчинению. Волк всегда свободен. Он не служит, он помогает и защищает по доброй воле, в благодарность за кров, еду и доброе отношение. Но если причинишь ему зло – не сносить тебе головы! Союз волка и человека не терпит ни тени лжи, предательства и злобы.

Мы двигались и ночью, и днем. Ели и спали без оглядки на время суток, скорее руководствуясь возможностью: встреченным стадом оленей или найденным удобным укрытием. Поэтому я толком не мог сказать, сколько дней длилось наше странствие. Но за эти дни я сам стал походить на зверя, и, возможно, всерьез испугал бы любого, окажись передо мною человек. Вместо воды волки ели снег. Мне приходилось отогревать на теле кожаную флягу со льдом. И я настолько привык к этому, что перестал ощущать холод. Даже нордмарские сугробы теперь уже не казались непроходимыми и глубокими. Думать о прежней человеческой жизни мне было почти некогда. Сон приходил очень быстро, и длился недолго. Лишь на несколько мгновений в сутках удавалось закрыть глаза, встретиться взглядом с Айрэ или вспомнить своих друзей и товарищей. Один из переходов выдался особенно длинным. Мы не останавливались две ночи и день, чтобы миновать опасный перевал. А потом с первыми лучами рассвета нам открылась белоснежная равнина, посреди которой высилась гора. Одинокая гора короля Нордмара. По-другому быть просто не могло! В тот час волки распрощались со мной. Дальше я должен был идти один – к единственной и последней цели.


 

[Nimgilhari]

Вот и продолжение!
Снежные волки- до чего должно быть красивые звери!
Хочешь кого-то найти, постарайся поставить себя на его место, думать, как он. Стать им.
Полученный Дар от Полукровки помогает.
В путешествии в волчьей компании приобретён ценный опыт.
Торин почти у цели...

Ою остальном спрошу в личке. Здесь не буду .
 

КАк всегда очень интересно и захватывающе!

[Revelin]

Леди Нимгиль, спасибо! На деле, у меня у самой в голове теперь дилемма. Для меня Торин - львеночек мой, но изначально его очень многие ассоциировали с волком. И все это так неожиданно проявилось в другом мире... Он, конечно, не волк. Но станет таким - среди людей. Ведь он лучше человека: сильнее, выносливее и главное - прямолинеен и честен во всем.

Совушка уже летит к вам... Пуфыстого попрошу не тянуть с окончанием этой главы! Впрочем, следующая тоже будет нежданно-необычная.

[Nadine83]

интересная будет встреча

[Revelin]

Сообщение от Nadine83

интересная будет встреча

Nadine, все получится несколько неожиданно, и тут нужно понимать, что всей сути происходящего наше Любимшество в то время еще отнюдь не понимает. Действует интуитивно, как всегда дико рискует... Но ведь без этого он - не он!

[Nadine83]

Сообщение от Revelin

Nadine, все получится несколько неожиданно, и тут нужно понимать, что всей сути происходящего наше Любимшество в то время еще отнюдь не понимает. Действует интуитивно, как всегда дико рискует... Но ведь без этого он - не он!

есть у меня мысли по поводу встречи, но я пока подожду следующую главу. да, он такой

[Revelin]

Сообщение от Nadine83

есть у меня мысли по поводу встречи, но я пока подожду следующую главу. да, он такой

Мы с удовольствием услышим о ваших мыслях... Можете отправить с почтовой адресной совой

[Jemima]

Вместо слов подарю арт по прочитанной главе))

[Revelin]

Леди Джеми, не знаю, что сказать! И львеночек, и волченочек... Да все одно: ушки, лапки, пушистость, прелесть, лапа, радость, ЛЮБОВЬ!!!!

ПАСИБА!!!

[веренейка]

Как давно я здесь не была! И слов не подобрать и речи толком не произнести. Хочется только лишь тихонько пробраться обратно и улыбаться, слушая вас.
Всем доброго утра.

[Jemima]

Вертана, радость-то какая! С возвращением тебя!))

[Nimgilhari]

Сообщение от Jemima

Вместо слов подарю арт по прочитанной главе))
http://s8.hostingkartinok.com/upload...2e9e4ebecb.png

Ах какой Торин - Волк!

[Revelin]

Вертана, Замок - это Дом для всех нас, вне времени и даже пространства. От души приветствуем тебя! И твоего любимого!

Простите, картинок сейчас выложить не имею технической возможности. Сплошные ураганы и дожди, все еле работает.
 

[Revelin]

Готические Мемуары - Часть 3, глава 7 "Белый Потрошитель" - окончание

На первый взгляд горный чертог был неприступен: ни подходов, ни ниш, ни пещер. Так решил бы любой человек, разве что он не провел в горах всю жизнь и не изучил их равно как самого себя. Только не гном, ибо каждый гном с раннего детства знает горы. Одинокий пик среди равнины, крутые склоны, облаченные в снег и лед. Но к горам, как ко всему живому, можно найти подход: если преодолеть страх и боль, если есть цель и необоримое желание карабкаться вверх и никак иначе. А потом, когда позади останутся отвесные склоны и опасные трещины, гора сама станет благоволить отважному страннику, сама покажет ходы в свои чертоги и одарит своими драгоценными дарами, хоть и просто безопасным укрытием да чистейшей водой, а быть может, и рудными жилами и редкими самоцветами.

Вдоль юго-западного склона была заметна тропа: узкая и прерывистая, но она там была. Недавние снегопады сделали все возможное, чтобы скрыть ее. Но им не под силу изменить естество древнего камня. Веревка и кирка старателя стали мне тогда лучшими друзьями. Подъем начался ясным погожим днем в лучах холодного северного солнца. Но трудно было не заметить, что ветер все усиливается, все больнее бьет по лицу и все больше кружащего в его порывах снега отяжеляют мою одежду. Ветер не хотел видеть меня здесь. И, возможно, не только ветер. В первое время подъема я сам не ведал, что ждет меня впереди. Но в краткий миг затишья воздушной стихии глаза различили наверху пологий уступ, на котором можно будет расположиться на отдых. Или даже найти пещеру – вход в чертоги горы. До вожделенной стоянки было еще далеко, и кирка продолжала калечить ледяное одеяние скального возвышения. Руки и ноги упрямо цеплялись за каждый выступ, мускулы напрягались, продвигая тело вперед: вверх и только вверх. К месту, от которого пришло приглашение.

Между тем, на равнине уже начиналась сильная снежная буря. Солнце заволокли тучи, начался сильный снегопад. Снести это после двух бессонных ночей было тяжело. Но только мощь напряжения и упрямое движение к цели спасали от мороза, заставляли сердце гнать кровь по жилам быстрее. Мне не было холодно. Даже напротив. Хотя, щеки и лоб были уже серьезно покусаны этой стужей. Но дороги назад уже просто и не существовало. Со всех сторон от меня были лишь обледенелые отвесные стены, выжить в которых можно только если выберешься на уступ. В голове перемешались все мысли о том, кто я сейчас: гном, карабкающийся по горе, которую хочет покорить, или волк, идущий на встречу со своим повелителем? Что, если всем волкам нужно было пережить то же самое ради встречи с самым лучшим и воистину Великим?

До уступа оставалось уже немного. Едва ноги уверенно удержались на небольшом каменном выступе, удалось оглядеться. В тот миг я мог видеть не более чем на десять футов перед собой. От ясной погоды не осталось и следа. Ветер носил вокруг горы мириады снежинок, все вокруг стало бело-серым. Но моя цель была хорошо различима. Глаза разметили место удара кирки, рука проверила веревку. Прочная сталь вошла в толстый лед. Мне удалось подтянуться и набросить петлю на свое орудие. Когда глаза поравнялись с краем уступа, где-то далеко наверху раздался глухой пронзительный звук, словно сама гора исторгла его, а потом вздрогнула. Кирка пошатнулась. Чтобы удержаться, пришлось выхватить Кхелед Азгар и с размаха всадить его в толстый покров льда и снега, покрывающий площадку. Подтянувшись и уже коснувшись коленями вожделенного пологого участка, я взглянул на лезвие своего меча. И вдруг понял, что в его зеркале отражаются глаза: светло-голубые глаза снежного чудовища. Это были не те глаза, что преследовали во снах недавно вместе с воспоминаниями о полукровке. Или же я вижу там себя самого?.. Только тогда, в тот миг истинный холод сковал все мое тело. Нужно было повернуть голову, встретить предначертанное. Одно движение шеи, навстречу сильному гулу, и я понял, что с вершины горы прямо на меня, на нас несется снежная лавина. Стало быть, это конец… Я хорошо помню, как некая сила увлекла меня вверх, как Кхелед Азгар прощально сверкнул, устремляясь вниз вместе с толщей обрушившегося снега. Удары холода, боль. Вслед нам стремительно неслась снежная гуща, пытаясь поглотить и покорить себе. Убить. Но совсем недолго. А потом уже, спустя неведомое мне время, я оказался в темноте незнакомого мне подземного чертога.

После всего пережитого было необычайно тепло. И тишину нарушало лишь журчание воды. Мне очень хотелось пить, но глаза ничего не видели. Лоб и щеки болезненно горели. Однако, первые движения дались легко: я не был покалечен и почти сразу дотянулся до источника. Руки с наслаждением подносили к губам вожделенную влагу. Сознание прояснялось. И вдруг замерло на месте от мысли, точнее даже не мысли, а четкого понимания, чувства, что я здесь не один. Иначе я не был бы жив. Ведь тот, кто сейчас здесь рядом, подхватил меня тогда, унес вверх, а после дальше. Когда он нес меня, я видел лавину, следовавшую по пятам и жаждущую – убить. Но ей не удалось сделать этого. Я жив. И я лежу здесь живым, пью воду, вспоминаю прошедшее только потому, что в паре шагов от меня тот, кто сделал все это. И тогда воистину настал миг повернуть голову и встретить предначертанное. Но только, после пережитого, взгляд мой даже не имел прав отразить страха и опаски. Лишь благодарность. Он спас мою жизнь.

Он правда лежал почти рядом. Он казался уставшим и грустным. Почти не шевелился, лишь бока вздымались при вздохах. Но глаза были открыты и глядели на меня, словно на вернувшееся домой дитя. Пронзительно голубые, но столь же теплые выражением, сколь холодные цветом. Огромные лапы вытянулись по полу пещеры, голова готова была лечь на них в каждый миг. Но он не давал себе спать, ибо смотрел за мной: с интересом и тем теплом, природу которого даже нельзя описать словами.

По сравнению с ним я был потрепанным комком шерсти. Все мои одежды давно утратили вид, были сплошь порваны и потерты. Если бы он встал в рост, мне было бы не достичь его в холке. Он был бы выше. Он и был выше. Снежно-седая шерсть покрывала мускулистое тело борца, воина, но при этом – мудреца. А глаза, что Кхелед Азгар на прощание отразил своим зеркалом – были мои. Во всем мои. Этому огромному волку тоже пришлось пережить боль лишений, изгнания, унижения, но главное – одиночества. Но он сумел оставить это в прошлом, он стал Великим Королем Нордмара.

Белый Потрошитель отвел от меня взгляд, убедившись, что я жив и здоров. Я же в тот миг ощутил необъяснимое чувство не просто безопасности, но даже полной защищенности. Снежные звери этой страны уже не раз давали мне понять, что не причинят мне вреда, хотя все они были многократно сильнее. Оба мы в тот час ощущали усталость, потребность в отдыхе, глубоком сне. И моя голова упала на руки в тот же миг, когда его звериный лик коснулся мощных когтистых лап.

А когда мы проснулись, мы просто пошли рядом. Господин снежных волков провел меня по чертогам своих владений. Ведь он тоже был Королем-под-Горой. Он знал здесь все. И мы вышли на равнину, где уже не бушевали снежные бури. И нам не пришлось миновать опасный перевал, приведший меня сюда. Он знал здесь все: иные тропы, иные пути, иные, никому не ведомые возможности. И если мне при всех доступных силах было не преодолеть сложного участка, сильная лапа или огромная мягкая морда подталкивала меня. Или же смертоносная пасть тихо брала меня за капюшон, а после оба мы оказывались там, где уже нет ни для кого преграды.

Вместе с ним, рядом с ним, мне не приходилось охотиться. Но в этих краях, в царстве Севера, уже не росло деревьев. И я вместе с ним ел сырое мясо. Впрочем, вкус этих ломтей, обагренных еще не остывшей кровью, бившей из артерии жертвы, принявшей смерть мгновенно и безболезненно, вкус этого мяса – сразу же срезанного клинком, едва перестало биться сердце – этот вкус был не сравним ни с чем, ни с какими изысками моих друзей и владеющих магией женщин. В темноте ночей под властью бури он закрывал меня, и даже место, не пригодное для укрытия, становилось нам теплым ночлегом. В дневные часы, когда я мог идти сам, когда на пути нашем встречались недруги, он одобрительно качал головой. Я не мог обнять его, не мог поблагодарить, часто не смел даже коснуться. Но никогда еще я не чувствовал себя в такой безопасности.

Кем он был для меня? Не отцом, не братом, не защитником. Даже не другом. Мне искренне хотелось понять. Но все, что приходило на ум – он был мною. Мною самим в волчьем обличье. Наверное, Кхелед Азгар в свой последний миг со мной просто отдал дань своему имени. Он просто был зеркалом. Я видел себя самого. И воссоединился сам с собою, простившись с клинком, с которым почти сроднился. Клинок забрали снега неприступного Нордмара. Но он дал мне главное – понять, кто я есть в этом мире. Ведь здесь не было гномов. Он привел меня к Белому Потрошителю, дал сделать последний рывок. И простился навечно, став единым со льдом и снегами.

В те дни я был почти безоружен. Охотничий лук да пара кинжалов – все, что у меня было. Впрочем, даже матерые хищники, едва показавшись на пути, обходили нас стороной. Кто бросит вызов королю и властелину? Кто пойдет против сильнейшего? Айрэ верно пересказала древние саги. Его нельзя убить, нельзя ни в чем с ним сравниться. Ну а Богир – он и не сказал «убить». Он сказал «найти». Только с одобрения короля этих земель можно получить лучший на свете меч. Ведь клинок этот создан в этих землях, и из руды, наполняющей их недра. Квест мудреца и живой легенды клана Волка оказался самым правильным и разумным.

В день, когда сквозь темноту подступающей ночи, сквозь дымку снегопада показалась гора – обитель клана Волка, мы остановились и долго глядели друг другу в глаза. Он говорил мне в тот час очень многое. Но я не понимал его. Впрочем, властелин этих земель не винил меня в невежестве. Возможно, и сам пытался сказать проще и яснее. И ему удалось главное. Когда настал неизбежный миг расставания, не было повода для грусти. Ведь мы еще встретимся. Мы обязательно должны были еще встретиться. А значит, будет в моей жизни радость возвращения в эту страну. И возможность вновь стать Самим Собою рядом с Королем-под-Одинокой Горой, возвышавшейся над равниной, куда не ступала нога человека. Над снежной гладью в самом сердце, на самом севере Нордмара…

Лишь единожды я позволил себе обернуться. Но его уже не было видно. Наверное, даже в свете дня, в лучах солнца, в погожую ясную погоду он сумел бы стать для всех невидимым. Но я услышал его прощальное обращение. Такой голос мог подать только один волк во всем свете. И то не был вой. То было доброе напутствие. И были в нем слова о том, что мы еще встретимся.

Поздним вечером, под покровом темноты, сквозь густой снегопад, устилающий тропы и дороги, я вошел в клан. Моих знакомых уже не было на подступах: может быть, Гарик просто укрылся в своей избушке. Ну а волки… Они тоже слышали голос Властелина. Переступая границу звериных и людских владений, я оступился. Я задал себе вопрос: могу ли я? Готов ли я? Ведь сейчас я все еще зверь… Но голос разума заглушил зов сердца. Здесь, совсем рядом, в тепле и уюте рубленного дома, меня ждала та, что примет хоть зверем, хоть гномом… Она там, и она ждет. Ждет уже многие дни. И любит во мне даже этого зверя.

Избушка Богира была по пути. И я точно знал, что сейчас в ней горит огонек. Поворот головы не удивил ничем, я яснее ясного знал, что увижу. Старый охотник сидел на порожке, невзирая на непогоду. Когда я показался, он улыбнулся. Он тоже ждал, тоже не удивился, тоже знал обо всем, что сейчас увидит, и был готов к этому. Богир был одет необычайно легко для северной ночи: лишь грубая рубаха да кожаный жилет укрывали тело от мороза и снега. Голые руки сжимали сверток. Мне даже не пришлось ничего говорить. Впрочем, я и не смог бы. Я слишком отвык от человеческой речи. Да и никогда не был оратором. Чтобы рассказать о пережитом, мне потребовалось бы время, дабы облачить мысли в слова. А ведь я уже стоял перед ним. Но друид избавил меня от неловкой ситуации.

- Ты пришел. И ты справился.
- Я нашел волка. И был с ним все последние дни.
- Да, я знаю. Я слышал его голос. Ты, наверное, смертельно устал? Входи и отдыхай. Можешь впредь владеть моей хижиной. Я оставляю ее тебе. Завтра утром я навсегда ее покину.
- Покорно благодарю. Но меня ждет моя Айрэ.

Обветренное и морщинистое лицо старика на миг отразило невыразимую словами грусть. Он взглянул в сторону, потом на небо. Но быстро совладал с собою и вновь пронзил всего меня взглядом своих глаз. Да, его глаза принадлежали убитому полукровке. Но только не Белому Потрошителю. Несколько мгновений мы стояли молча. А потом он потупил взгляд, казалось, изучал снежный покров на земле и родные очертания крыльца старого дома. Завтра утром он навсегда его покинет… Такой человек не мог сказать что-либо просто так. Богир пробормотал что-то себе под нос. Все, что я смог различить, это слова: «Избранный любим», «Ушло мое время», «Так предначертано». А после он протянул мне свой сверток. Тряпица развернулась, явив взгляду камень, украшенный рунами. То была не современная работа. Эта вещица была очень древней, только время может так обработать твердую породу. В этом глаза гнома не обмануть.

- Держи. Теперь это твое.
- Что это?
- Не задавай вопросов. Просто носи с собою всегда и знай, что эта вещь ценнее той, за которой ты пришел сюда. Кузнец узнает обо всем, просто приходи утром к его дому. И прощай. Больше мы никогда не свидимся.

Приняв дар, я ощутил исходящее от камня тепло. Свободная рука развязала завязки, и едва оказавшись у груди, камень согрел собою все мое тело. Было такое чувство, что от него во все стороны разошлись лучи, достигнув головы и ног, согрев даже руку, бывшую на морозе. Сердце забилось в разы спокойнее. И я вдруг вновь услышал прощание Короля этих земель. Только теперь вдруг понял все: понял каждое слово. Он называл меня ровней. И действительно сказал о том, что мы встретимся. Встретимся тогда, когда я приду за самым главным…

В тот миг в душе моей не было места даже мыслям об Эль Бастардо. Я шел через ночь, прижимая к груди дар старика-охотника. Шел, не видя ничего, пока нога не запнулась о порог знакомого дома. А потом, когда двери раскрылись, и разлука закончилась, мне хотелось упасть и спать у ног любимой, ведь я все еще не человек, я зверь, и я не достоин ее чистоты и ласки… Руки любимой касались лица и плеч, пробуждая в теле давно забытые чувства. Но мне хотелось бежать – туда, на улицу, во власть холода и мороза. Охранять порог дома, где она спит.

- Нет, нет, оставь! От меня воняет зверьем! Я уже забыл, как прикоснуться, чтобы не причинить боли…
- Тем паче прикасайся! Мой зверь… Мое сокровище… Мой единственный во всех вселенных этого мира…

Айрэ водила по мне руками, целовала щеки и лоб. Было уже очень поздно, все в доме давно уже спали. Будь я посреди снежной пустоши, мне было бы легче. Но ощутив тепло очага, ласкающего избавленное от одежды тело, я понял, что бессильно падаю, не могу ничего, засыпаю… Глаза возлюбленной глядели на меня сверху, а руки ее пристально изучали каждый дюйм тела. Она боялась, что я ранен. Но в тот раз мне удалось сдержать обещание. Будучи уже наполовину в царстве снов, я спросил:

- Что же? Не нашла ни царапины?
- Не нашла. И думаю, какому богу молиться, чтобы так было всегда, во все времена и в каждом мире!

***

Утром следующего дня мы пришли к дому кузнеца Ларсона. На удивление, там уже толпились люди. Я узнал многих знакомых, впрочем с каждой минутой прибывало все больше жителей клана. Айрэ и Энья с двух сторон подтолкнули меня вперед, и я оказался у всех на виду, посреди двора оружейника. Хозяин вышел ко мне навстречу почти сразу. Он был одет очень легко, но чувствовалось, что руки его горели, сжимая ладные, простые на вид и очень лаконично исполненные ножны. Ничего лишнего: только правильность, удобство и продуманность в каждой детали. Кузнец не спешил обнажить клинок. Сперва оглядел меня, а после обратился к сородичам:

- Жители клана Волка! Старейший наш охотник и учитель для многих из вас, почтенный Богир навсегда покинул наш клан. Это его решение. Это его путь. А последние его слова были о том, что этот воин достоин оружия, за которым пришел сюда. И этот меч отныне принадлежит ему!

Легкое движение руки обнажило искрящуюся, сияющую сталь. На небе в тот миг не было солнца. Но меч искрился. И приняв его, я почувствовал себя немым. Надолго немым. Все вокруг приветствовали меня. Но даже весь этот гул казался раздающимся где-то далеко отсюда. Руки сжимали вожделенную награду за все пройденные испытания. А Ларсон спас от необходимости говорить. Жест его руки призвал всех к тишине.

- Теперь ты хозяин этого меча. И ты должен знать о его создателе. Клинок этот выкован легендарным мастером клана Молота – кузнецом по имени Петар. Его познания кузнечного дела и его эксперименты снискали ему славу по всему Нордмару. Но никому из нас не ведома его судьба, ибо он покинул родной клан и избрал для себя участь отшельника. Мы не знаем, жив ли он по сей день, никому не ведомо его обиталище. Но даже если не жив, душа его в каждом из созданных им клинков. Помни и чти его имя. И пусть этот меч сразит всех твоих врагов!