|
Так, хватит в пень колотить! Вчера было объявлено о начале поедания нового тортика, ипо сложившейся традиции Медведица хватает с него вишню. Скромненькую вишенку, примостившуюся между кремовыми розочками.
Значит, что у нас есть? Саурон науськал эльфов создавать кольца власти, и они ринулись. Сам он, хихикая и потирая ладошки, создаёт Единственное, чтобы все прочие себе подчинить. Но гадкие эльфсы создали три своих кольца такими сильными, что бедняге Саурону пришлось вложить в своё Единственное часть своей силы. Кажется, до сих пор я ничего не перепутала.
И вот тут у меня возникает вопрос. Если три эльфийские тоже достаточно сильны, кто и что вкладывал в них? Ну, не могут же эти кусочки металла быть сильными сами по себе. Какая-то магия туда запихнута. И немалая, раз Саурону пришлось так напрягаться. Тем более, что эльфы - это эльфы, а Саурон, как-никак, майа! Причём, майа не из последних. Так чьи же силы пошли на создание Трёх? В каноне сказано, что только молот Келебримбора касался их (выковывание колец молотом вызывает у меня приступ молодецкого ржания, но это отдельный разговор). Если так, что от бедного Келебримбора осталось? И что это за Келебримбор такой, раз его хватило аж на три сильных кольца?! Получается, если бы он ковал не три, а одно, то Саурон со своим Единственным умер бы от стыда за свою несостоятельность?
Нет, кроме шуток! Почему ничего не сказано, что в создание Трёх тоже вложены чьи-то силы? А если не вложены - отчего они так сильны?
|