Фили и Кили: клуб любителей

Вот еще, очень-очень неплохо!

[alisernestovna]

Сообщение от мисси

так это же круто!
да еще и павло-посадский)))
я вот очень люблю, например

тут главное - не переборщить

[Larisa]

Маруся, мисси, вы меня убедили.
Я уже сроднилась с образом дочери Маклеода, видимо тем мужа и достала.

Лора, от оренбургских я чихаю. Хотя со стороны эти платки мне больше нравятся.

[мисси]

кстати!!!!
*демонически смееццо*
Маша!!! где мой платок?)))

жалуюсь общественности:
был у меня один из трех любимых павло-посадских платков, выгодно отличавшийся от двух прочих своим маленьким размером - замотать на шею под кожаный плащ было самое то. Так Лось его заиграла в театральном реквизите! Ну собака страшная, а не лось))

[Larisa]

Не, ну, красиво, пусть будет.

Фен поломался:

[Осьминогий лось]

Сообщение от alisernestovna

Лось, картинку видно?

видно!
какой он милый
как Шон Бин, когда в ножках запутался и руку об асфальт разбил
а волосы рыжие - в маму ))
урурурушный конь

Фили, Кили и гномка с моей аватарки =)


И еще:


Бай Axcido (Rafaela Rada Herrera) on deviantART

[Donna Anna]

Сообщение от Лора

Тогда и я покажу оффтопную картинку-настроение:

жалко, что неканонично:

 

 

О! Она чем-то на тебя похожа

[Лора]

Сообщение от Donna Anna

О! Она чем-то на тебя похожа

Да один в один просто ))))
Только я чуть менее синяя, и обычно больше одетая бугага (наверное, эти два факта как-то связаны)))))

[мисси]

между прочим, даже сюда можно было бы намотать пп-платок)))

[Осьминогий лось]

чего-то тащу всякую ваниль
чтобы не быть синей не мёрзнуть в этих ваших инетрнетах выложили целый мастер-класс
полагаю, это не оффтоп,ибо зима скоро, и всё такое

под катом инструкция )))

 

[Чеснок]

Сообщение от Larisa

По поводу шарфика. У мужа заскок, он решил меня одеть. В павлово-посадский платок! на первый раз я отбилась, но он не отступит, так что быть мне в платке.

А чего ты отбиваешься? Платок - мегавещь, он тёплый, легкий и большой, его можно намотать хоть на шею, хоть на голову стапятьюстами способами. И сочетается он отлично со всем - ну, кроме треккинговых ботинок Я как купила себе в прошлом году, так и не вылезаю из него в холодное время.

[Лора]

Сообщение от мисси

между прочим, даже сюда можно было бы намотать пп-платок)))

*представила
выпала в осадок*



Вот вам еще ванили:

кыркадил (в смысле кыркадил, а не кыркадил)

 

А вот любимое, вчера прислали дорогие коллеги фконтактег:


Надпись к картинке: Нет, это не Мордор. Это Норильск. с

Для тех, кто не знает - я родилась и выросла в Норильске ))))))

 

---------- Сообщение добавлено в 15:22 ---------- Предыдущее сообщение было в 15:20 ----------

Сообщение от Чеснок

А чего ты отбиваешься? Платок - мегавещь, он тёплый, легкий и большой, его можно намотать хоть на шею, хоть на голову стапятьюстами способами. И сочетается он отлично со всем - ну, кроме треккинговых ботинок

*злобно завидует выделенным умениям*

[Чеснок]

Сообщение от Лора

*злобно завидует выделенным умениям*

Я могу в воскресенье прийти в платке и устроить мастер-класс по художественной драпировке. Тезисы примерно такие:
1. берешь платок;
2. мотаешь сугубо от балды случайное количество раз;
3. PROFIT!!
Одна фэшн-блоггерша писала целый пост про павлопосадские платки, когда они только вошли в моду, там было про сочетания - как она любит, очень детально и сурово. На мой взгляд, он тупо подходит к большинству того, что носят в России зимой

[Runwen]

Сообщение от Лора

Вот вам еще ванили:

Мне фото Норильска напомнило пейзажи Малекитова мира, Свартальвхейма, то бишь, из "Тора 2". Ну, или Исландию.

[мисси]

Сообщение от Чеснок

Я могу в воскресенье прийти в платке и устроить мастер-класс по художественной драпировке.

да, да, да!)

Лора,
а мне этот бледный кыркадил напомнил дракона из какой-то из последних частей ГП, где дракона использовали в качестве Аэробуса.

[Осьминогий лось]

Чеснок, я как раз собиралась писать тебе напоминание
а ты сама помнишь
да ты молодец какая!
*умиляется*

ПИТЕР, ЭЙ!!ВСЕ ПОМНЯТ?
*строго щурится*
в воскресенье у нас ДГ
на повестке дня
-ДР Лета
-настольная игра, которую мы с мисси купили (какая - сюрприз) и теперь радуемся
-игра в шляпу (цейнтнот, ассоциации, кому какой вариант названия ближе)
-если найдём ключ от подвала и сможем добыть дрова, то ещё и камин (или приносите дрова с собой)
-мастер класс по завязыванию и ношению платка (и вообще настаиваю на мастер классе по стилю от Чеснока)
-надеюсь, Донна принест плед с лосиками и полюбившегося всем кыркадила
-концептуальные напитки
-вкусняшки
и прочие радости жизни )))

[Лора]

Сообщение от Чеснок

Я могу в воскресенье прийти в платке и устроить мастер-класс по художественной драпировке. Тезисы примерно такие:
1. берешь платок;
2. мотаешь сугубо от балды случайное количество раз;
3. PROFIT!!

Понимаешь, вот кто-то сделает по данному алгоритму, и получится стильно и мило, а я на себя "намотаю" - и выйдет баба с чайника ну или немцы под Сталинградом, в зависимости от совпадения ряда случайных факторов

[мисси]

вот и посмотрим, собственно))

[Чеснок]

Сообщение от Лора

Понимаешь, вот кто-то сделает по данному алгоритму, и получится стильно и мило, а я на себя "намотаю" - и выйдет баба с чайника ну или немцы под Сталинградом, в зависимости от совпадения ряда случайных факторов

Я, кажется, тебя видела на эскалаторе где-то месяц назад, наверное В районе 8 вечера на Гостинке. Ты несколько преувеличиваешь масштаб проблемы!

---------- Сообщение добавлено в 16:04 ---------- Предыдущее сообщение было в 16:03 ----------

Сообщение от Осьминогий лось

Чеснок, я как раз собиралась писать тебе напоминание
а ты сама помнишь
да ты молодец какая!
*умиляется*

Чтобы ирландец да забыл о попойке! Адрес напишите мне только, пожалуйста

[Осьминогий лось]

нашла на даири интересный дневник Error
поняла, что уже видела повсюду куски этого дневника
а тут сразу много
разные стихи
про Локи и Тора, да
я не люблю фильмового Локи, да (я кажется, вообще не люблю эти фильма,но судить сложно, посмотрела только Локи 2)
даже милосердно под кат, да

я только картинку не под кат
простите, не помню, вешала её сюда или нет
но по-моему, она офигенная

*****

Помнишь, были когда-то два брата-принца, с юных лет им еще повелось разниться, но лишь взгляда хватало, чтоб убедиться: их вернее друг другу на свете нет.
По степи золотой в жаркой солнца клети легконогий мальчишка летит как ветер, его смех как пожар - снопа искр соцветье, его волосы словно второй рассвет. Травы бьют по ногам и щекочут кожу, Тор отбросил мечи и доспехи тоже, в его взгляде огонь. На отца похожий, он запястье чужое поймал рукой.
«Этот голос - расплавленное железо, эти пальцы жалят сильней порезов, эти волосы – сеть из багряных лезвий», - Локи смотрит на родинку над губой.
Пламя лижет запястье и лезет выше, Локи рвется из рук, Локи еле дышит, он пытается вырваться, только слышит:
"Я держу тебя, брат!" - торжествует Тор.
Его хватка все крепче - песок зыбучий: замереть и поддаться мудрей и лучше. Только Локи, конечно, его проучит и уронит в травы, хитер и скор.
Они просто лежат, жадно дышат летом, рядом с Тором и брат переполнен светом, на безмолвный вопрос «Навсегда?» ответом согревает все тело теплом ладонь.
Отвернувшись от неба, глаз щурит Локи. Почему-то безлико все пахнут боги, только Тор – это мед, жженый лист осоки. Только Тора запах ему родной.
Локи греет дыханьем плечо чужое, это только лишь степь, а не поле боя, впереди у обоих совсем другое…
Просыпаясь, Тор вытирает пот.
С этим сном ему уже не расстаться, в этом сне он будет всегда пытаться:
«Я держу тебя, брат!».
Разжимая пальцы,
«Я держусь за тебя» – поправляет тот.


Все в Асгарде спокойно и все обычно, те же асы и шутки, и те же стычки, что набили оскомину так привычно, как сухое разбавленное вино.
Время мчится ретивою кобылицей, позади оставляя слова и лица. Помнишь, были когда-то два брата-принца, а теперь… Теперь уже все равно.

*****

Тору восемь, бьет ветром в лицо свобода, сносит реальность вокруг, обгоняет годы, и, пришпорив коня, он смеется гордо: «Возвращайся домой, меня долго ждать». Провожает наездника взглядом Локи, солнце режет глаза, и влажнеют щеки: а еще говорят, это он жестокий. Локи отдал бы жизнь, чтоб его нагнать.
Один любит сраженья, но проклял войны, он идет на восток не на бой - на бойню. Локи смотрит, как крепко сжимает Мьелльнир его брат, едва справивший десять лет. Тор вернется в двенадцать. Два долгих года отрезвят его взгляд, закалят породу, он теперь не ребенок, а гордость рода. Рядом с братом как будто бы Локи нет. Он пытается стать хоть немного лучше, чтоб поймать его взгляд, он заложит душу, только Тору пятнадцать – он в самой гуще своих битв, своей славы, своих друзей.
Через год Локи мчится поздравить брата, и за пазухой тихо пищат орлята, если их поучить, то они взлетят и - Ах, охота? Конечно, она важней.
Тор в шестнадцать узнает, рыча от боли, что такое поверженный в схватке воин, и Асгард захлебнется при виде крови криком «Локи, быстрее, колдуй, лечи!». И он лечит. Конечно, а как иначе? Он сейчас его брат - неприметный мальчик, разве Локи возможно хоть что-то значить, если Тор будет мертв? Слышен гальд в ночи. Девять дней он пробудет в его покоях, девять долгих ночей из борьбы и горя, на десятый Тор слабо глаза откроет. Локи хватит на шепот: «Ты жив, ты жив».
Тору скоро семнадцать. На ключ замкнувшись, в глубине темной спальни клубком свернувшись, Локи ждет свою дату: год, как очнувшись, первым делом Тор бросил «Зови мне Сив».

Время – воздух для асов, а годы – птицы: они выклюют прошлое, чувства, лица, и по ветру отправят клочки кружиться из обрывков когда-то живых картин.
Тору двадцать, в предательском настоящем все, что есть у него – это слово «раньше», это прошлое, мальчики - старший с младшим.
Ему двадцать сегодня, и он один.

*****

Тор сидит в темноте на чужой кровати. Он хотел бы отсрочить рассвет проклятьем, он бы солнце украл, только сил не хватит – лишь бы снова не видеть, что Локи нет.
Бредить призраком – это, пожалуй, крайность. Каждый луч прорезает кинжалом реальность, через свежий рубец в нее лезет давность. Греет детские ножны жестокий свет.

Драться с Локи вертлявым такая скука! На эфесе сжимая покрепче руку, Тор в атаку бежит, и с шипящим звуком разделяются ножны с его мечом. От ударов клинки выбивают искры, Локи слабый, конечно, но бьет со свистом. Рассекает он лезвием воздух быстро - Тор сжимает пораненное плечо.
Все, бесспорно случайность – сегодня скользко, Тор способен один одолеть и войско… «Да кому сейчас нужно твое геройство?» - Локи рану бинтует куском плаща.
Тору стыдно, Тор зол на себя и брата: что он замер, притихший и виноватый? Что вцепился в одежду дрожащим хватом? Возвращаясь обратно, они молчат.
Он потом отомстит ему схожим шрамом: руна Ис на плече полоснет пожаром, Тор рванет с себя ткань замотать - на алом лоскуте незаметно проступит кровь.

Тор отводит глаза от изящных ножен на подвесе из тонкой вареной кожи – у него были в детстве такие тоже.
Не такие. Он смотрит на ножны вновь. В этих кое-что было гнетуще разным: два цветных лоскута в бурых пятнах грязных, изумрудно-зеленый и ярко-красный, очень туго сплетенные меж собой.

А в Асгарде сегодня ужасный холод - Тору рук не согреет и верный молот. Как же душит жара, когда глуп и молод, но теперь Тору холодно в день любой.
Слишком горькая штука - воспоминание. Из потока моментов, не важных ранее, оно вытащит несколько на заклание, разорвет на ошметки деталей миг.
Почему ощущалось таким обычным все тепло, что исчезло бесследно нынче, и чужое плечо было так привычно? Почему слишком поздно он ценит их?

*****

Начинает стягом кровавым рваться на востоке небо, как в знак утрат. Тору было всего лишь каких-то двадцать, когда он не вернулся с войны в Асгард.
Тишина облепляет дворцов чертоги, асы прячут глаза, выходя на свет. Их давно колет чувство пустой тревоги. Только чувство тревоги - надежды нет.
Фригг дрожащей рукой убирает пряди, заметенные вьюгой чужих снегов - кто прочтет ее мысли, чего же ради она ждет каждый вечер своих богов? Локи ходит кругами во тьме покоев, приземляется в кресло, опять встает. Если все ценят гибель на поле боя, почему же им горечь корежит рот? Они тупо твердили одно и то же про победу, вернуться и защищать. Так на что их победа теперь похожа? Лучше было и вовсе тогда молчать. Провожали на бой, а играли в праздник, лили бочками в кубки проклятый эль, улюлюкали пьяно и безобразно издевались над болью чужих потерь. Доигравшись, едва получив по носу, по углам разбежались, поджав хвосты. Локи крепко в ладонях сжимает посох. Снег там белый, но слепит он темноты, так привычной асгардским трусам, беспросветнее, яростней и сильней. Локи будет сражаться с миллионом турсов – за того, кто миллиарда других ценней. Погружаясь в сугробы по грудь, по шею, продираясь сквозь режущую метель, побежденного кровь выпивая зверя, он не даст себя в руки своей же Хель.
Холод лижет, шершаво лаская кожу, снег белесый так бьет, что похож на град, Локи ищет повсюду с закатом схожий красный плащ, за который предаст Асгард.
Он не тешится глупостью, что вернется, став бесстрашным героем в чужих глазах. Локи знает другое: что Тор найдется. Они только вдвоем повернут назад.

*****

По звездам Хримфакси стучит копытом, в повозке Хримфакси луна налита серебряным светом, и малахитом искрит и сверкает трава в росе.
«Ты тонешь в обмане как в Хвельгермире, ты тонешь в обмане как в водах Ивинг. Ты тонешь в обмане, о друг любимый!»- Сив дергает пряди в своей косе:
«Тебе через ночь на восток, к рассвету - из нас кто угодно поскачет следом, чтоб кровью окрасить твою победу, но ты едешь с братом. Ответь, зачем?»
Скинфакси гарцует, сверкая гривой, и первый луч солнца скользит игриво по двум седокам. Сив бросает в спину: «Знай, верить ему – значит верить всем».
Тор смотрит на Локи, тот тих и бледен, все щурит глаза и как будто бредит. Сжимая поводья, Тор бодро цедит: «Что, братец, от страха ты худо спал?»
«Я глаз не сомкнул, так боялся смерти» - иссохшие губы на коже чертят чуть слышный ответ, что ворует ветер.
Он скрыл свою правду, но не солгал.

По звездам Хримфакси стучал копытом, луна в колеснице была налита серебряным светом, и малахитом искрила, сверкала трава в росе.
А перед огнем, на коленях стоя, шептал свою песнь безустанно воин: «Храни его, Мьелльнир, на поле боя».
Жар молота плавил, а голос сел. Всю ночь он молился, кусая губы: «Я слишком боюсь, что его погубят, пускай все умрут, и меня не будет, лишь Тора прошу я тебя хранить».

Он скачет в седле на восток за братом, за огненным солнцем в плаще и латах: «Какую б ни брал ты за это плату, сегодня позволь ему победить».

*****

Оказалось, что ярость бывает разной: в пылу битвы горит она ярко-красным, пеленой застилая глаза как краской, пожирая пожаром бумажный мир. В жаре ссоры клокочет, исходит пеной, тянет цепи, кидаясь вперед всем телом, и, рыча от бессчетных ударов в стены, вырывается в реальность стеной секир.
Он шутил, что Тор ею дышал с рожденья: ее суть, мол, нашла себе отраженье, и теперь отравляет его движенья, слепит разум, гнет волю, кривит лицо. Он за яростью Тора следил с усмешкой, вечно вел себя словно над ней в насмешку. Если б Тор на мгновенье замедлил спешку, он бы знал, что на Локи ее кольцо.
Он бы знал, что и Локи лелеет ярость, что ему до предела осталась малость, что не тонкий расчет порождает шалость, а до боли зажатые кулаки. И хоть раз ему стоило попытаться присмотреться. Но он продолжал сражаться против всех «отвернись и не смей касаться ты шутливо губами моей руки». Но тогда, на мосту, Тор впервые видел, что действительно чем-то его обидел, и как Локи отчаянно ненавидел его глупую смелость и простоту.
То, что он презирал, зубоскаля, в Торе, было гнева печатью для них обоих, с нею Локи боялся прослыть изгоем - он и так был как мечен клеймом на рту. Локи думал, что Тору жить много проще: Тор таким, какой есть, был обласкан больше.
Они оба не знали: есть ярость горше – та, что давит, по венам течет свинцом. Эта ярость не может покинуть тела: это язва бессилия, рана гнева.
Это злость на себя: "Что же я наделал, брат мой, брат мой, каким же я был глупцом».


И для асов есть то, что они не могут: повернуть время вспять не по силам богу. Тор седлает коня – далека дорога, а еще дальше где-то любимый брат.
Повернуть время вспять не по силам асу. Разве кто-то сказал, чтобы ас пытался стать сильнее богов? Так что Тор не сдался: за спиной остается ночной Асгард.

И Тор скачет вперед, чтоб вернуть назад.
 

[Лора]

Сообщение от Чеснок

Я, кажется, тебя видела на эскалаторе где-то месяц назад, наверное В районе 8 вечера на Гостинке. Ты несколько преувеличиваешь масштаб проблемы!

Вряд ли я сильно преувеличиваю ))

[Larisa]

Чеснок, а фото с мастер-класса? А то я про бабу-на-чайнике тоже задумывалась.

[Лора]

Сообщение от hehkuviini

Лора,
а мне этот бледный кыркадил напомнил дракона из какой-то из последних частей ГП, где дракона использовали в качестве Аэробуса.

Да там же был какой-то несчастный ))
Только тот дракон был измучен заключением, а этот вполне бодр, злобн и весел )))))

[арве]

Почитала. Обзавидовалась. Буду ждать вести с ДГ, ДР, и прочая, и прочая, и прочая. Если чё - зависть белая. Пока. Ых...

[Чеснок]

Сообщение от Larisa

Чеснок, а фото с мастер-класса? А то я про бабу-на-чайнике тоже задумывалась.

Я лучше насобираю картинок в интернетах и сюда их повешу

---------- Сообщение добавлено в 16:41 ---------- Предыдущее сообщение было в 16:26 ----------

Сообщение от Осьминогий лось

"Помнишь, были когда-то два брата-принца, с юных лет им еще повелось разниться, но лишь взгляда хватало, чтоб убедиться: их вернее друг другу на свете нет.
..."

"На лекциях Гумилева мне пришлось быть свидетельницей безудержного потока подражаний Ахматовой.
<...>
Так, семнадцатилетняя Лидочка Р., краснея и сбиваясь, читала высоким, срывающимся голосом перед Гумилевым, царственно восседавшим на кафедре:

Сердце бьется медленно, устало,
На порог я села на крыльцо.
Я ему сегодня отослала
Обручальное кольцо.

Лицо Гумилева выражает удивление. Он пристально вглядывается в нее.
– Никак не предполагал, что вы уже замужем. Позвольте узнать – давно?
Лидочка Р. еще сильнее краснеет.
– Нет. Я не замужем, нет!
Гумилев недоумевающе разводит руками:
– Как же так? Помилуйте. Кому же вы отослали кольцо? Жениху? Любовнику?..
Лидочка закусывает нижнюю губу в явном, но напрасном усилии не расплакаться и молчит.
– А, понимаю! – продолжает Гумилев. – Вы просто взяли мужа, как и крыльцо, из ахматовского реквизита. Ах вы бедная подахматовка!
«Подахматовками» Гумилев называл всех неудачных подражательниц Ахматовой.
– Это особый сорт грибов-поганок, растущих под «Четками», – объяснял он, – подахматовки. Вроде мухоморов."

Это я к чему. Вот подахматовки были, еще кто-нибудь наверняка, я застала подбродсковников. А теперь подизюбрьники.

Сообщение от Чеснок

подизюбрьники.

мама на даче музыка а васильев группа сплин cd quo - mp3 скачать бесплатно | Быстрый поиск музыки | Скачать музыку бесплатно, скачать с вконтакте, zaycev.net, скачать mp3 - Get-Tune.net

Мама на даче, ключ на столе, завтрак можно не делать. Скоро каникулы, восемь лет, в августе будет девять. В августе девять, семь на часах, небо легко и плоско, солнце оставило в волосах выцветшие полоски. Сонный обрывок в ладонь зажать, и упустить сквозь пальцы. Витька с десятого этажа снова зовет купаться. Надо спешить со всех ног и глаз — вдруг убегут, оставят. Витька закончил четвёртый класс — то есть почти что старый. Шорты с футболкой — простой наряд, яблоко взять на полдник. Витька научит меня нырять, он обещал, я помню. К речке дорога исхожена, выжжена и привычна. Пыльные ноги похожи на мамины рукавички. Нынче такая у нас жара — листья совсем как тряпки. Может быть, будем потом играть, я попрошу, чтоб в прятки. Витька — он добрый, один в один мальчик из Жюля Верна. Я попрошу, чтобы мне водить, мне разрешат, наверно. Вечер начнётся, должно стемнеть. День до конца недели. Я поворачиваюсь к стене. Сто, девяносто девять.

Мама на даче. Велосипед. Завтра сдавать экзамен. Солнце облизывает конспект ласковыми глазами. Утро встречать и всю ночь сидеть, ждать наступленья лета. В августе буду уже студент, нынче — ни то, ни это. Хлеб получёрствый и сыр с ножа, завтрак со сна невкусен. Витька с десятого этажа нынче на третьем курсе. Знает всех умных профессоров, пишет программы в фирме. Худ, ироничен и чернобров, прямо герой из фильма. Пишет записки моей сестре, дарит цветы с получки, только вот плаваю я быстрей и сочиняю лучше. Просто сестрёнка светла лицом, я тяжелей и злее, мы забираемся на крыльцо и запускаем змея. Вроде, они уезжают в ночь, я провожу на поезд. Речка шуршит, шелестит у ног, нынче она по пояс. Семьдесят восемь, семьдесят семь, плачу спиной к составу. Пусть они прячутся, ну их всех, я их искать не стану.

Мама на даче. Башка гудит. Сонное недеянье. Кошка устроилась на груди, солнце на одеяле. Чашки, ладошки и свитера, кофе, молю, сварите. Кто-нибудь видел меня вчера? Лучше не говорите. Пусть это будет большой секрет маленького разврата, каждый был пьян, невесом, согрет, тёплым дыханьем брата, горло охрипло от болтовни, пепел летел с балкона, все друг при друге — и все одни, живы и непокорны. Если мы скинемся по рублю, завтрак придёт в наш домик, Господи, как я вас всех люблю, радуга на ладонях. Улица в солнечных кружевах, Витька, помой тарелки. Можно валяться и оживать. Можно пойти на реку. Я вас поймаю и покорю, стричься заставлю, бриться. Носом в изломанную кору. Тридцать четыре, тридцать...

Мама на фотке. Ключи в замке. Восемь часов до лета. Солнце на стенах, на рюкзаке, в стареньких сандалетах. Сонными лапами через сквер, и никуда не деться. Витька в Америке. Я в Москве. Речка в далеком детстве. Яблоко съелось, ушел состав, где-нибудь едет в Ниццу, я начинаю считать со ста, жизнь моя — с единицы. Боремся, плачем с ней в унисон, клоуны на арене. «Двадцать один», — бормочу сквозь сон. «Сорок», — смеётся время. Сорок — и первая седина, сорок один — в больницу. Двадцать один — я живу одна, двадцать: глаза-бойницы, ноги в царапинах, бес в ребре, мысли бегут вприсядку, кто-нибудь ждёт меня во дворе, кто-нибудь — на десятом. Десять — кончаю четвёртый класс, завтрак можно не делать. Надо спешить со всех ног и глаз. В августе будет девять. Восемь — на шее ключи таскать, в солнечном таять гимне...

Три. Два. Один. Я иду искать. Господи, помоги мне.
 

[Чеснок]

А я о чем.