Ворота в Средиземье или другая жизнь Арагорна и его друзей

[Айлинель]

На следующее утро мы выехали очень рано, еще до рассвета. Я не спрашивала, почему, поняла уже, что это бесполезно. Все равно не скажут. В молчании мы едем уже несколько часов, но я этому рада. Никто не мешает мне предаваться мечтам. Талион едет чуть впереди меня, и я любуюсь величественной фигурой эльфа. Лучи восходящего солнца словно запутываются в его волосах и кажутся нимбом. Зонвин направляет коня ко мне и тихо говорит:
-Айлинель, мне надо поговорить с тобой.
Я не отвечаю, полностью поглощенная расстегнувшейся пряжкой упряжи.
-Айлинель… - в его голосе слышится мольба.
-А? Да, конечно.
Дурацкая пряжка никак не желает застегиваться
-Айлинель, понимаешь… - он мучительно ищет слова. Я отрываюсь от наконец-то застегнувшейся пряжки. Конечно, понимаю. Надо как-то его подбодрить, что ли.
-Айлинель, знаешь, ты очень отличаешься от всех девушек, которых я когда-либо встречал… В общем – заканчивает он, отчаявшись отыскать нужные слова – я… полюбил тебя…
Чувствую, как краска против моей воли удушливой волной заливает лицо. Теперь я отчаянно ищу достойный ответ. В этот момент пряжка расстегивается опять. По крайней мере, появился предлог, чтобы скрыть лицо. Зонвин, кажется, понимает мое смущение и направляет коня прочь…Глаз зацепляется за причудливо изогнутое дерево слева от дороги. Мне кажется или мы уже проезжали мимо него. Да нет, кажется, наверное. Идиотская пряжка расстегивается опять. Либо она сломалась окончательно, либо… Нет, не может быть – прогоняю я мелькнувшую мысль. Снова замечаю странное дерево слева. Мы что, кругами едем? Нет, дорога абсолютно прямая. Наверное, что-то случилось.
-Талион! – окликаю я эльфа и делюсь с ним своими замечаниями. В ответ он… смеется?! Да, весело и беззаботно.
-Что ты, Айлинель. Расскажи лучше еще о своем мире, – своей беззаботностью он заражает и меня, поэтому я начинаю рассказ. В течение получаса пряжка расстегивается еще раз 15. Но ведь изделия эльфов просто так не ломаются. Когда мы проезжаем раз в десятый проезжаем мимо того дерева, чем-то похожего на змею, радужное настроение куда-то исчезает. Кстати за полчаса солнце не поднялось ни на сантиметр. Точно. Что-то произошло. Я прерываю на полуслове рассказ, и замечаю, что Талион уже давно меня не слушает. Его глаза из темно-серых стали почти черными, он сосредоточенно о чем-то думает.
-Прости, я был неправ. Что-то действительно случилось. И даже знаю, что.
-Что же?
-Помнишь, на Совете нам говорили, что пространство и время смешались. Сейчас мы это и наблюдаем. Время словно бы остановилось для данной точки пространства. Отсюда и бесконечное повторение чего-либо – он абсолютно, до ужаса спокоен
-И что теперь делать? – вырывается у меня
-Не знаю – так же спокойно признается он …Неожиданно мы замечаем троих всадников впереди. При виде их я ощущаю такой страх, которого никогда не испытывала, хотя в них нет ничего необычного. Все они кажутся мне знакомыми. Один из всадников – девушка на белом коне – оборачивается и я узнаю… себя. Волна животного ужаса затапливает меня, хочется только одного – не видеть их. …группа всадников проезжает еще немного, и они исчезают. Постепенно страх проходит.
Айлинель! Что с тобой? – спрашивает Талион
-Ничего – я вымученно улыбаюсь, – говорят, что увидеть своего двойника – к смерти.
Сзади слышится стук копыт. Я оборачиваюсь и опять вижу себя. Страх мгновенно возвращается. Два таких потрясения – это слишком. Странно, но мои спутники не испытывают ничего подобного. Но скоро исчезают и они…
Вдруг я чувствую резкую боль, словно к коже приложили сигарету. Камень Галадриэль! Давно он не напоминал о себе. Может быть он поможет. В конце концов это один из самых сильных артефактов на свете. Тринадцатый Камень Силы светится красным. Опять, как уже случалось много раз, приходит озарение. Я беру Талиона и Зонвина за руки. Зонвин вздрагивает, как от электрического разряда. Камень еще ярче вспыхивает ярким красным светом, мы пускаем коней галопом… Неожиданно все словно бы возвращается на пару часов назад. Всходит солнце, Зонвин подъезжает ко мне и тихо говорит: «Айлинель, мне надо поговорить с тобой», опять расстегивается пряжка. Пусть придется пережить еще раз это объяснение в любви, пусть кони устали за несколько часов езды… Мы выбрались из ловушки! Скорее всего, мне не придется больше встречать саму себя. Мои спутники, по-моему, не запомнили ничего из нашего приключения.

[Айлинель]

Прошло несколько дней. Мы уже подъезжаем к столице, которая имеет очень красивое название – Легунаро. В переводе с местного наречия это означает «Город знаний». Что ж, именно за знаниями мы сюда и пришли. На дорогах становится все больше людей, все спешат в столицу, но у всех на лицах почему-то написан страх.
Въехав в город, мы снимаем номер в гостинице и идем следом за всеми – на площадь в центре города. Площадь заполнена народом. На северном ее конце - храм, сделанный полностью из кости, напоминающей слоновую. Перед храмом – ровная огороженная площадка. На ней – огромный необработанный серый камень, вокруг него стоит двойной ряд стражи.
Неожиданно наступает тишина. Из храма выходит красивая девушка, полностью обнаженная, если не считать золотого пояса. Она окидывает взглядом площадь и говорит:
-Пришло время ежегодного празднества. Я вижу, что никто не уклонился от участия в нем. Сегодня каждый сможет задать свой вопрос Оракулу, – она показывает на камень. Но ему нужна жертва, или мы все будем уничтожены. В жертву будет принесена самая красивая женщина из тех, кто сегодня находится здесь.
Неожиданно я понимаю, почему все женщины этого мира нарочно уродуются. Никто не хочет быть принесенным в жертву неведомому божеству. И самую красивую женщину этой толпы я могу назвать точно. И не только я. Взгляд жрицы останавливается на мне, и тут же мне заламывают руки двое воинов. Талион дергается ко мне, но другие воины держат его и Зонвина. Меня подводят к камню. Кажется, это он был назван оракулом. Выхода нет. Жрица подносит нож к моей шее. Я зажмуриваюсь – не хочется видеть собственную смерть. Но неожиданно жрица останавливается.
-Вы все знаете наши законы. Вместо этой девушки в жертву может быть принесен любой из вас. Кто по собственному желанию лишится не только жизни, но и посмертия?
Талион мгновенно выступает из толпы и встает рядом со мной. Жрица удивленно смотрит на него и вскидывает тонкие брови.
-Эльф? Нет, лишь человек достоин смерти во имя Веры.
-Но… - пытается возразить Талион. Стража оттесняет его от меня. Неожиданно его место занимает Зонвин. Он бледен до синевы, но решительно подходит ко мне.
Жрица удовлетворенно кивает, и быстро проводит ножом по его шее. Кровь льет струей на камень мостовой и на алтарь. Я не могу отвести глаз от этого зрелища. Юноша погибает из-за меня. Голова Зонвина летит на камни. Светлые волосы заливает кровь. В этот момент я опять чувствую, что меня контролирует что-то. А точнее, кто-то – Владычица. Одна часть моего сознания продолжает смотреть на страшное зрелище, а вторая управляет телом. Я подхожу к Оракулу и кладу на него руки. В голове звучат слова, которые мгновенно забываются. «Ты вспомнишь это, когда будет нужно». Галадриэль отпускает меня, и я падаю на колени. Приходит чувство выполненного долга. Но какая-то часть моего разума навеки останется здесь – с первым человеком, который умер за меня.
Неожиданно я слышу мягкий голос Талиона:
-Айлинель! Пойдем, нам пора. Его уже не вернуть.
Я подчиняюсь.

[Морв]

Все легли спать. На улице была тишина, исключая крики и смех, исходящий из соседний таверны. Леголас тревожно смотрел в окно. Я лежала на кровати и молча глядела в потолок. Спать не хотелось, что-то тревожило меня и Леголаса. Я всегда чувствовала, когда что-то должно случится. Сердце бешено колотилось. Леголас стоял не подвижно.
- Леголас?
- Да?
- Ты, почему не спишь?
- Что-то тревожит меня. Тут не безопасно. Лучше забрать хоббитов в нашу комнату, что бы они были под защитой.
- Я согласна, при чем я еще и спать не хочу.
- В пути тебе лучше высыпаться, но иногда придется и терпеть.
Леголас ушел в соседнюю комнату. Я продолжала молча смотреть на потолок. Я встала и посмотрела в окно. Все было в порядке. Хотя нет…… Что-то или кто-то? В темном углу улицы смотрел на меня злобными глазами. Я отпрыгнула от окна, когда увидела, как из-за угла вышли три волка. Мне нужен был Леголас, нам надо было защитить хоббитов. Я вскочила, схватила меч и выбежала в коридор. Пробежав пару метров и повернув за два угла я увидела Леголаса, а за ним Фродо, Мерри, Пина и те глаза. Я только захотела закричать, как Пин закричал первым. Тот волк, который укусил Пина, напал опять же на Пина и схватил своими зубами его руку. Все повернулись. Леголас уже стрелял стрелами в волка. Я сжала меч и побежала к Пину. За мной бежали два волка, Леголас занялся ими, а я упала мечом на волка. Он проскулил. Я узнала его, это тот, которого мы ранили вчера. Ко мне подбежал Леголас с хоббитами. Я взяла полуживого Пина и положила на колени. Слезы потекли незаметно для меня, я ревела.
- Пин?
В ответ послышался стон. Я попросила принести воды. Фродо принес воды. Я провела рукой над водой и услышала топот. На наши крики сбежалось полгостиницы. Я сделал все, так как и делала вчера с водой. Пина отнесли в комнату. Я почувствовала, как нога уходила под землей. Слабость подступила ко мне слишком быстро. Тело горело, в глазах потемнело, а потом….. потом мягкая кровать и знакомое лицо Леголаса, Фродо и Мерри.
Было уже утро. Я лежала на кровати.
- Вставай, нам пора уходить отсюда.
- А где Пин?
- С ним все в порядке.
Леголас и хоббиты вышли из комнаты и оставили меня одну. Я увидела тазик посередине комнаты, с водой. Я встала, умылась и вышла в столовую. Там сидели Фродо и Мерри. Я подсела к ним.
- Где Пин? Как он? – спросила я.
- Лаурелот, ты помогла ему, не волнуйся все в порядке, - ответил Мерри.
- Но где он?
- Он не поедет дальше, - ответил Фродо, Мерри толкнул его в бок.
- Почему? – удивилась я.
- Лаурелот, он с самого начала не собирался идти с нами. Леголас напугал его и Галадриэль тоже.
- Чем?
- Правдой, о Саргатане и о камнях, - шепотом заговорил Фродо.
Я опустила глаза. Как больно потерять друг. Ведь я никогда его уже не увижу. Мы поели, и за нами зашел Леголас. Мы собрались, и сели на коней и поехали в путь.
Опять тяжелое молчание. Я боялась спрашивать про Пина и просто не хотела. Как бы не была больна правда, Пин действительно не готов ко всему этому. Я долго рассуждала по этому поводу. Мы ехали по зеленопутью. Дорога была похожую на сельскую. Вокруг был красивый лес.
- Юная Леди, не грустите, все уладится, - улыбнулся мне Леголас, я улыбнулась ему в ответ.
- Леголас?
- Да?
- Можно я тебя буду Легси называть?
- Как? – удивленно посмотрел на меня Леголас.
- Легси, - рассмеялась я, вспоминая ХА, где всегда называли Леголаса Легси.
- Я расслышал, просто так это глупо звучит….
- Для принца, - перебила я его.
- Не в этом дело, просто для мужчины, - серьезно взглянул на меня Леголас.
- Лаурелот, а может ты меня как-нибудь назовешь? – вмешался в разговор Мерри.
- Я даже не знаю, - задумалась я. – Если только Мерин ((с) Братва и кольцо), - тут я легла на лошадь и дико рассмеялась. Фродо, сидящий сзади меня тоже засмеялся, Леголас улыбнулся своей загадочной улыбкой.
- Нет, так не пойдет. Называй меня просто Мерри.
- Хорошо, Мерин, - уже плакала от смеха я. – Ладно, всё забыли! – успокоилась я.
Все опять замолчали. Мы ехали и ехали. Но тут Леголас решил сделать привал. Мы остановились отдохнуть.

Айлинель, серьезное литературное произведение

[Lady Vaako]

Я стою перед дверью в покои лорда Элронда. Элладан и Эллрохир одобрительно улыбаются. Делаю глубокий вздох, открываю дверь и вхожу. В комнате царит полумрак и после ярко освещенного коридора, мне кажется, что здесь очень темно. Но глаза быстро привыкают к такому освещению, и я оглядываюсь. Странно, но я никого не вижу. Вскоре я замечаю, что приоткрыта дверь на балкон и ветер мягко колышет легкую занавеску.
- Фрейя, иди сюда, - раздается голос эльфийского владыки.
Я медленно подхожу к балконной двери, словно боюсь чего-то. Хотя чего там боятся, там же Элронд, убеждаю я себя. Отодвинув тюль, я захожу на балкон и вижу его, одно из самых мудрейших правителей всех миров. Его вид вселяет в меня небывалое спокойствие и уверенность. Так хорошо и спокойно мне никогда еще не было. Я просто физически ощутила, как в моей душе восходит солнце. И я увидела самый прекрасный рассвет в жизни.
-В этом наряде ты очень похожа на Арвен Андомиэль, мою дочь, -вдруг говорит он. Его глаза, такие ясные, затуманились от воспоминания о Вечерней Звезде. Я спросила себя, знает ли он о том выборе, который сделает Арвен? И не это ли печалит его сейчас?
Но вот Элронд улыбнулся.
-Возможно, это сходство поможет вам в пути. Ибо я вижу, что вы схожи не только лицом, но и душой. Ты знаешь, в чем твой дар? –вдруг спрашивает он.
Мой дар…Как-то в одном из журналов был тест на определение дара. Я не прошла его до конца, но у меня выделялись способности к телепатии, телекинезу и ясновидению. О чем я и рассказала Элронду.
-Это интересно, - сказал он. – Возможно, у тебя действительно есть все эти способности, и они получат развитие. Но твой дар не в этом.
-А в чем? - спрашиваю я.
-Это тебе скажет Владычица Галадриэль, когда вы с ней встретитесь.
Ого, я встречусь с Галадриэль! Похоже, это путешествие принесет мне еще немало сюрпризов.
-А почему Вы решили, что я с ней встречусь? Мы что, должны будем отправиться в Средиземье?
-Да, - отвечает Элронд. –Там вы встретитесь с вашими спутниками, и будете продолжать свой путь вместе.
Словами не передать, что я ощутила в тот момент. Увидеть Средиземье! Моя мечта сбудется! Только я не знаю, остались ли там еще эльфы. И я прямо спрашиваю об этом у владыки Элронда. Он тихо смеется, но отвечает, что остались и что если мы с моей спутницей захотим, то можем посетить Ривинделл и Лориэн.
-Вообще-то, я позвал тебя сюда, чтобы передать вот это, -говорит он, отрывая меня от сладких грез.
И он достал откуда-то из складок своей одежды маленькую коробочку и дал мне. Открыв ее, я увидела потрясающее по красоте кольцо. Оно было из серебра с цирконом. Только тот, кто видел работу гномов, поймет насколько оно прекрасно.
- Это дар от Глоина. Такие же кольца он подарил другим девушкам. Все кольца связаны между собой и они помогут вам, если вы потеряете друг друга. А тебе оно поможет найти твоих спутников.
Я только собиралась расспросить о своей спутнице поподробнее, как он сказал:
-Тебе пора идти на праздник. А о своей спутнице можешь спросить у моих сыновей. Я думаю, что этот разговор лучше отложить до завтра. Желаю тебе хорошо повеселиться. Не скоро у нас еще появятся поводы для пышных торжеств, - с грустной ноткой в голосе заканчивает он.
-А вы разве не идете? –спрашиваю я.
-Я приду, но позже. Элладан и Эллрохир проводят тебя.
Я кланяюсь и выхожу в коридор.

[Морв]

Я и Фродо пошли за водой. Леголас попросил меня взять с собой меч, на всякий случай. Мы пошли к речушке за водой. Я запела старую французскую песню про Лолиту. Фродо слушал и смотрел на меня.
- На каком это языке? – спросил наконец-то он.
- У нас есть страна Франция, эта песня оттуда.
- Красивая.
- Да.
Я опять запела. Уже Нотр Дам де Пари. Мы подошли к речушки. Я поставила ведра на землю и сняла обувь зашла в воду. Вода была по щиколотку. А Фродо пока наливал воду из водопада, с которого начиналась речушка. Я закатала штанину по колено. Вода была прохладной, но в такую погоду, она казалась раем.
- Лаурелот? – окликнул меня Фродо.
- Да?
- Я отнесу ведра, ты подождешь меня тут?
- Хорошо. Будь осторожен. Если что кричи.
Фродо кивнул головой и пошел. После того случая с волками, надо было быть осторожней. Я наклонилась и подчерпнула воды. Помыв лицо, я вышла на траву. Птицы перекрикивались о чем-то своем. Я заколола волосы своей старой доброй заколкой. Я поворачиваюсь и вижу как в глуби леса стоит Галадриэль. Я побежала к ней. Она смотрела на меня своим добрым взглядом.
- Владычица! – воскликнула я и опустила голову перед ней.
- Здравствуй, Лаурелот.
- Я тебя ждала.
- Я знаю.
- Почему Пин?
- Потому что так распоряжается судьба. Я ничего не могу сделать, но вы не останетесь одни. Вас станет больше.
- Больше? – удивленно переспросила я.
- Да, жди своих спутников.
Я услышала голос Фродо, я отвернулась, а когда я повернулась, то Галадриэль уже не было. Я подбежала к Фродо.
- Лау, ты где была?
- Я виделась с Галадриэлью.
- Где?
- Здесь в лесу, она сказала, что к нас присоединятся еще спутники, а сколько не сказала.
- Пошли, расскажем остальным.
Мы схватили ведра с водой, я обулась и мы побежали к нашему лагерю. Леголас смотрел куда-то в лес. Я подбежала к Леголасу.
- Что случилось? – спросила я.
- За нами кто-то следит.
- Леголас, я виделась с Галадриэлью.
- Что она тебе сказала?
Я рассказала Мерри и Леголасу про нашу встречу с ней. Леголас ушел в лес. Оттуда он принес каких-то фруктов, половину я вообще не видела в жизни. Мы сели и начали есть. Поев, мы сели на лошадей и двинулись в путь.

[Katren]

В лучах утреннего солнца мы с Велиаритом подъехали к дворцу. Дворец только просыпался – прачки спешили стирать белье, конюхи шли кормить лошадей, а несколько мальчишек побежали в огромные огороды дворца, набрать продуктов для завтрака. Начинается обычный день. Обычный восход солнца, обычная трава, обычные люди. Но мне кажется все неземным и прекрасным. Даже грязная собака во дворе представляется мне самым прекрасным существом на свете. Около моей комнаты мы с Велиаритом расстаемся, и он меня целует. Счастливая, я открываю дверь и вдруг натыкаюсь, словно на острия копей, на взгляды своих друзей. Хельга сидит у меня на кровати, а Фарамир и Арагорн на стульях. Они смотрят на меня. Я догадываюсь о том, что они мне хотят сказать, и потому говорю:
- Не начинайте, я уже все слышала…
Хельга встала с кровати и быстро подошла ко мне:
- Нет, Кэт, ты не знаешь и половины.
- Я и не хочу. Тем более все, что вы скажете - неправда.
- Катрен, ты обязана нас выслушать, хочешь ты того или нет, - серьезно говорит Арагорн и это заставляет меня остановиться и слушать. – Мы были в темнице…
Арагорн рассказывает мне о том, как они побывали в темнице замка. Я не верю своим ушам. Быть такого не может. Этот казначей что-то перепутал. Не знаю зачем, но я рассказываю друзьям то, что слышала ночью в тронной зале, и как меня Велиарит разубедил. Все внимательно смотрят на меня, а потом Фарамир говорит:
- А теперь подумай и скажи: так ли мы не правы на счет злых намерений нашего хозяина?
- Но Велиарит сказал же, что мне послышалось, – отвечаю я.
- Кэт, тебе самой не смешно от своих слов? – ласково улыбается Хельга.
Я молчу. Мне нужно действительно хорошо подумать. Но Арагорн говорит:
- Велиарит тебе ничего не сделал?
- Нет конечно. Я знаю: он меня любит. – с уверенностью отвечаю я.
- Я хочу с тобой поговорить, Катрен, - говорит Арагорн.
Хельга и Фарамир вышли в коридор. Они сказали, что пойдут в город, чтобы получше разузнать о Велиарите. Арагорн ставит один стул напротив другого, садиться сам и приглашает меня сесть. Я сажусь и смотрю на него. Следопыт устало смотрит на меня и говорит несколько секунд, помедлив:
- Катрен. Я знаю, что такое любовь. Я знаю, что такое жить этой любовью. Любовь окрыляет, но иногда она ослепляет и ты не видишь реалий. Пожалуйста, прими факты такими, как они есть, со стороны. Отвлекись и ты увидишь всю картину происходящего.
- Я не могу, - жалобно отвечаю я, - я не могу смотреть на Велиарита другими глазами. Я вижу только его любовь ко мне.
- Я не хотел говорить прямо, но ты меня вынуждаешь. Ты сама слышала, как он приказал нас схватить. Ты сама слышала голос закованного в подземелье человека, а теперь, когда мы с ним поговорили, мы знаем намного больше. Если раньше это были чувства и предчувствия, то теперь у нас есть факты. Хельга и Фарамир вернуться из города и, я уверен, они узнают много интересного. Что тебе еще нужно для подтверждения факта, того, что Велиарит на стороне Зла? Тебе нужна чья-то смерть?
Слова Арагорна вывели меня из комы блаженства. Я смотрела на него абсолютно ясно. Теперь все события прошедших дней уложились в закономерную цепочку происходящего. Нет, Велиарита я любила так же сильно , как и раньше, но теперь пришло еще и сознание.
- Арагорн, ты знаешь, я люблю его, но теперь я все понимаю. Зря я тогда побежала в комнату Велиарита с расспросами. Он приказал своим стражникам не нападать, а меня уверил в том, что мне почудилось.
- Нет, не зря. Ведь тогда бы, кто-то из нас возможно был бы мертв. Я рад, что ты поняла все.
Я смотрела на Следопыта с мольбой:
- но как я могу бороться со своей любовью?
- С ней не надо бороться. Если ваша любовь настоящая, то ее ничто не победит. Нам нужно найти камень и поскорее уходить отсюда. Но ты сама должна решать, как тебе поступить.
Арагорн ушел и оставил меня наедине со своими мыслями.

[Katren]

резерв

[Крошка]

Мы с Фарамиром выходим из комнаты Катрен и быстро идем по коридору дворца.
- Мы должны сходить в город, Хельга – говорит Фарамир.
- Но может быть, стоит подождать Кэт и Арагорна? – спрашиваю я.
- Нет. Кэт нужно разобраться в себе и много обдумать. Ей надо время, а времени у нас немного. Велиарит может заподозрить что-то неладное…
- Почему ты так думаешь? Ты считаешь, что он может узнать о том, что мы побывали в подземелье?
- Я думаю, власть и информированность правителя здешних место простираются далеко… а уж о том, что происходит в его замке он осведомлен лучше многих – невесело замечает Фарамир.
- Да, ты прав. Мы пойдем к развилке?
- Нет. Нам нужно повидать кое-кого, но пока мы не отошли подальше от дворца, не стоит говорить об этом – говорит Фарамир негромко.
Мы торопимся, и скоро, миновав многочисленные коридоры, выходим во двор, выходим за ворота, переходим через небольшой мостик, который перекинут над узкой лентой реки, словно сама природа позаботилась о том, чтобы провести границу между замком и городом, и наконец оказываемся в самом сердце Нуэроаста.
Город восхищает, чистый и светлый, словно сошедший с картинки…Золотой, белый, изумрудный цвета ласкают взор…Но тревога мешает беззаботно наслаждаться этой красотой. Сердце мое сжимается, словно от нетерпимой боли. Мой спутник замечает мое настроение, берет меня за руку и ободряюще сжимает ее.
- Прекрасный город, подобный лучу света… Но зло поселилось в нем, и черные дни переживает он – тихонько говорит Фарамир. – Это то, что ты чувствуешь, так?
- Да…Но придет время, и тень рассеется. Я верю, это случится. – с надеждой отвечаю я.
- Хочешь узнать, куда мы идем?
- Конечно. Я вижу, вы с Арагорном не теряли времени зря, и узнали больше, чем говорите нам.
- Стены в замке имеют уши, Хельга. И к тому же, если бы мы слишком часто беседовали наедине, это выглядело бы так, словно мы хотим что-то скрыть….А идем мы к бывшей кормилице Велиарита.
- К кормилице? – переспрашиваю я с недоумением. Потом вдруг я понимаю, что она может быть оной из немногих, кто знает о Велиарте правду. Но захочет ли она беседовать с нами?
- Ты думаешь, она примет нас? – с сомнением говорю я.
- Я надеюсь…. Внезапно Фарамир хмурится, и в его серых глазах проскальзывает настороженность. Но он по-прежнему спокойно идет вперед, едва заметно ускорив шаг.
- Что такое?
- Кажется, за нами следят. Не подавай виду, что что-то происходит – отвечает он. – Если я не ошибаюсь, то за нами идут с того момента, как мы покинули замок. Нам нужно как-то оторваться от них. – и с этими словами Фарамир поворачивает на оживленную улицу. Похоже на то, что мы идем в сторону рынка – там многолюдно, и веселая шумная толпа поглощает нас. Не обращая внимание на предложения купить «самые лучший овощи в городе» и на разнообразие предлагаемого товара (хотя в другое время я бы с удовольствием рассмотрела все это изобилие!), мы торопимся вперед, сливаемся с толпой и кажется наши преследователи теряют нас.
- Кажется, все в порядке – отмечает Фарамир. – поспешим.
Несколько узких улочек, вымощенных серыми камнями, невысокие домики – деревянные или каменные, с большими светлыми окнами. Мы останавливаемся перед маленьким деревянным домом с ухоженным садом и стучимся в дверь. Несколько мгновений тишины…затем слышится звук отпираемого засова…и перед нами появляется невысокая полная женщина средних лет. У нее темные волосы, серебрящиеся на висках, лицо хранит остатки былой красоты, но самое удивительное в ее лице - это глаза – светлые, как небо и словно пронизанные лучами солнца. От взгляда ее глаз на душе становится легко и тепло, словно после долгих скитаний ты пришел в родной дом, и тебя встретила любящая мать…Все эти мысли проносятся в тот краткий миг, что мы стоим на пороге.
- Здравствуйте, госпожа – кланяется ей Фарамир. Я тоже склоняю голову в приветствии.
- Я ждала вас, чужеземцы. Проходите. – отвечает она к моему удивлению. Голос ее мягок и мелодичен, но в нем слышится грусть. И когда взгляд ее лучистых глаз останавливается на мне, словно черная туча омрачает ее лицо, но через миг оно снова становится спокойно и приветливо.
Мы проходим в небольшую уютную комнату, светлую и чистую Комната обставлена просто, но достаточно богато – резная мебель, картины на стенах…
- Садитесь – говорит хозяйка. Нам надо поговорить, но я не могу говорить с вами, не зная как вас зовут.
Мы называем свои имена.
- Мое имя Селина. Большего вам знать не нужно – говорит хозяйка. - Вы пришли говорить со мной о нашем правителе?
- Да. Откуда вам это известно? – с удивлением восклицаю я
- В городе уже не первый день говорят о вас. Но дело не в этом. Я много знаю о ребенке, которого держала у своей груди. Его мать знала о нем куда меньше, да она и не хотела знать. Она боялась своего сына, потому что не понимала его стремлений и мыслей. В час его рождения ему была суждена судьба великая и горькая. Он мог пойти другой дорогой, но сделал ошибку, и возврата назад уже нет – светлые глаза кормилицы затуманиваются печальным воспоминанием.
- Вы говорите загадками. Мы знаем очень мало, и многие ваши слова не проясняют, а наоборот, запутывают еще более. – говорит Фарамир
- Я не могу сказать многого. Я люблю его как собственное дитя, и мне больно видеть, как с каждым днем сердце его все больше погружается во мрак.
- Что вы знаете о нем? Помогите нам, прошу вас! - не выдерживаю я. Кормилица пристально смотрит на меня, и этот взгляд пугает меня – в нем я вижу отчаяние, словно я могу принести вред тому, кого она любит.
- В его жизни было страшное испытание…и в час отчаяния он пошел по ложному пути. Я не смогла уберечь свое дитя…Я не хочу называть имен, но жизнь его теперь не принадлежит ему… как и его душа – чуть слышно говорит Селина. Каждое слово дается ей с трудом, словно принося невыразимую муку. Она замолкает, и опускает голову.
Страх охватывает меня – ибо в этот момент я ясно понимаю, что Велиарит связан с Сартаганом намного теснее, чем мы вообще могли предположить. Я смотрю на Фарамира, и вижу, что он глубоко задумался, и мысли его тоже невеселые. Напряженная, словно звенящая тишина стоит в комнате, и никто не решается произнести ни слова.
- Уходите – глухо говорит Селина. – Я знаю, что вы хотите сделать благое и великое дело, но сердце мое говорит, что я потеряю свое дитя – и кровь его будет на ваших руках. Уходите же.
Свет в ее глазах меркнет, и холодный взгляд, острый как сталь, проникает мне в самое сердце, причиняя почти физическую боль. Это взгляд словно укоряет и обвиняет меня.. но в чем? Я отвожу глаза…

Мы уходим, не прощаясь. Мы возвращаемся в замок молча, и страшная тяжесть лежит на моем сердце, словно незримая тень рока накрыла меня.

[Katren]

Мои мысли абсолютно ясные, но в то же время я чувствую смятение в душе. Разум и сердце в ступили в противоборство. И я пока не знаю кто победит. Если сердце я брошу все и останусь с Велиаритом, чего бы мне это не стоило, если же разум – я уйду, но душой я всегда буду с ним. Что мне делать я не знаю. Как бороться со всеми этими обстоятельствами. Да и против кого бороться?
Я просидела в своей комнате многие часы, терзая свою душу. Я спустилась вниз, в библиотеку. Я снова шла тихо и бесшумно. Старые привычки уже стали возрождаться и слух стал острее. Я услышала, как впереди, около входа в подземелье собирается стража. Вскоре стражники ушли вниз, а я прошла дальше. Библиотека находилась за огромными дверями из темного, массивного дерева. Это было просто гигантская комната размером, ничуть не меньше тронного зала. Всюду стояли книги, с потолка до пола стены комнаты были забиты книгами. По залу были расставлены красивые рыжие диваны и кресла, стояло несколько столов и воздух здесь был напоен ароматом мудрости и сухой ванили. Я знала, для чего я иду сюда: я хотела найти книги в которых говорится о периоде правления Велиарита. Ведь летописцы должны это записывать. Долгое время я рылась в книгах. Велиарит был занят своими делами –он уехал в город вершить суд. Я перечитала море информации, но нигде не говорилось ничего конкретного, только что до прихода Велиарита Нуэроаст и страна в целом находились в упадке, а он все восстановил. Вскоре я наткнулась на большую книгу в практически новом переплете. «история правление государя Велиарита» называется она и только одна четверть ее заполнена. Я углубилась в чтение и не заметила как кто-то пробрался в библиотеку. Оказалось, что это Арагорн. Он искал меня и когда увидел кивнул и снова вышел. Вскоре он вернулся уже с Хельгой и Фарамиром. Лица их были не веселы, да и мое тоже. Фарамир сказал:
- Мы были у кормилицы правителя. Теперь мы точно уверены, что Велиарит на стороне зла.
Они рассказали нас с Арагорном историю своего похода в Нуэроаст. Хельга говорит:
- Хотя Селина нам ничего конкретного и не сказала, но я знаю, что Велиаритом управляет зло или же он сам зло.
- Я это знаю, - ответила тихо я, - вот что я вычитала в этой книге « …правитель наш Велиарит заключил выгодный союз с могущественным магом. Теперь наше благоденствие предрешено. Ибо пока действует союз государя нашего и Великого мага процветание будет жить в этом краю. Даже если это процветание будут обеспечивать гибели других миров…»
Хельга взяла книгу у меня из рук и вдруг она резко зажмурилась и через несколько мгновений открыла глаза и сказал:
- У меня было видение.
- Что ты видела? – спросил Арагорн.
- Я видела камень. я знаю где он. Он в сокровищнице Велиарита.
- Значит мы быстро его найдем, - заявил Арагорн.
Я пошла относить книгу, а Фарамир тем временем поинтересовался у Хельги:
- С тобой все в порядке?
- Да, я стала легко переносить видения. Я думаю что с каждым разом я все больше и лучше обучаюсь владеть своим даром.
Я шла ставить книгу , а на душе был камень. Ведь я предаю Велиарита. Возможно я уже все решила – я должна противостоять своей любви. И хотя он тоже меня предал в какой-то мере, но все-таки он меня любит и не посмел убить. Но думать сейчас надо о судьбе миров, а не о своей судьбе. Я решительно ставлю книгу на место. Мы идем на ужин с Велиаритом. Это будет тяжкое испытание. Ночью же мы решили идти в сокровищницу. Меня оставят отвлекать Велиарита, а Хельга, Арагорн и Фарамир пойдут за камнем.

[Katren]

Я пошла переоделась в свой обычный походный костюм. Возможно это и неосмотрительно, но меч придает мне уверенности. А уверенность – это как раз то, чего мне не хватает. Мы с Хельгой вошли вместе – улыбчивые и сияющие, но улыбки эти были масками, а на душе был камень. Когда я увидела прекрасного Велиарита, вставшего с кресла при виде нас, сердце сжалось отболи, но я улыбнулась еще ослепительнее и подошла к нему.
- Катрен, а почему ты не в одном из тех прекрасных платьев, что я тебе подарил?
- Тебе не нравиться как я выгляжу? – пытаюсь шутить я.
- Ты мне нравишься в любой одежде, просто я думал…
- Ой, я так хочу кушать. – прерываю я его и сажусь за стол.
Ужин прошел достаточно спокойно. Ни Хельга, ни мужчины ни единым жестом не выказали своей обеспокоенности, хотя я знаю по себе как это трудно. Я большей степени молчала. Когда Велиарит рассказывал о суде, я просто любовалась им, словно это были последние минуты проведенные рядом с ним и я хотела наглядеться на него. Потом. Когда мы закончили ужин и встали из-за стола Хельга подала мне условный знак и я сказала, обращаясь к Велиариту:
- Я хочу пойти в картинную галерею замка. Мне говорили, у тебя очень красивые работы есть.
- Конечно, миледи, пойдемте. Это на третьем этаже. Судари и вы, леди. Прошу нас извинить! – обращается он к моим друзьям.
Вскоре мы поднялись в галерею. Здесь действительно висели шикарные работы мастеров его мира. Но я практически не смотрела на полотна и не слушала интересный рассказ Велиарита об авторах и происхождении этих картин. Я слушала тишину. Здесь было тихо и ничто не нарушало тишину. Вскоре я позволила себе расслабиться и окунулась в черное море глаз правителя и его хрипловатый голос.

[Крошка]

Мы оставляем Катрен и Велиарита, и покидаем залу. Нужно торопиться…Но мы не знаем, где сокровищница, и плана дворца у нас тоже нет. Мы обдумываем сложившуюся ситуацию, и Арагорн решает.
- Я пойду в подземелье и постараюсь выяснить у бывшего казначея, где находится сокровищница. Если бы удалось освободить его... Вы же идите в библиотеку и попробуйте найти план здания. Ждите меня там…
- Ты уверен, что нам нужно разделиться? Тебе опасно идти одному. Я могу пойти в библиотеку одна. Темница хорошо охраняется. Иди с Фарамиром. – говорю я с волнением.
- Не бойся, Хельга – Арагорн спокоен внешне, но я вижу, что спокойствие его напускное. – Времени у нас не так много, а успеть надо немало. Одна ты будешь искать нужные документы намного дольше – ты не привыкла пересматривать древние свитки…
- Будь осторожен – прошу я.
Он улыбается мне в ответ…
- До встречи – и скрывается в темном коридоре. Я мысленно желаю ему удачи, и мы с Фарамиром торопимся в библиотеку. Мы пролистываем книгу за книгой, разворачиваем старые пергаменты, многие из которых составлены на языке, мне незнакомом…но наши поиски кажется тщетными. Время между тем уходит… я начинаю нервничать… почему Арагорна так долго нет? Воображение уже рисует страшные картины, и я не могу сосредоточиться на развернутом передо мной свитке.
-Определенно, от меня нет никакой пользы в нашем предприятии – думаю я, не скрывая своего раздражения и недовольства собой. Я только и делаю, что нервничаю и психую. Какой толк от меня? И даже камень я не могу почувствовать. Что толку в том, что я знаю, что он в сокровищнице? Он не притягивает меня… Ну же, Хельга, соберись! – пытаюсь я отвязаться от этих мыслей, и тут дверь в библиотеку отворяется и входит Арагорн – волосы его растрепаны, он с трудом переводит дыхание. Мы с Фарамиром одновременно поворачиваемся к нему.
- Леор исчез.. подземелье завалено. Я едва успел выбраться. Но я знаю, где сокровищница. – отрывисто бросает он. Без лишних слов мы покидаем библиотеку и бежим по темным коридорам дворца, стараясь производить как можно меньше шума. Я не считаю повороты, но дорога кажется бесконечной. Наконец мы останавливаемся.
- Сейчас будет последний коридор перед сокровищницей – предупреждает Арагорн.
- Она охраняется, скорее всего – приходит мне в голову.
- Конечно. Поэтому пока останься здесь, а мы с Фарамиром пойдем вперед, освободим путь. Ты при оружии?
- Да.. – я искренне радуюсь тому, что утром переоделась в свой походный костюм. Рука сама ложится на рукоять меча. Я стараюсь не думать о том, что значат слова «освободим путь».
Фарамир бросает на меня внимательный взгляд, и они скрываются за поворотом. Через несколько мгновений я различаю неясный шум борьбы…Фарамир возвращается.
- Идем – я выхожу в освещенный коридор и спотыкаюсь о тело охранника. Фарамир перехватывает мой взгляд, и взяв меня за руку, быстро уводит вперед… Арагорн с факелом стоит у массивной двери, окованной железом…Тяжелая дверь легко открывается огромным ключом, снятым с пояса стражника. Неяркий, колышащийся свет факела освещает огромную комнату, и у меня на миг перехватывает дыхание. Повсюду стоят сундуки, ларцы…некоторые из них открыты, и тусклое мерцание золотых слитков на мгновение притягивает взгляд. Но где искать наш камень? Я закрываю глаза и стараюсь на миг отрешиться от настоящего… увидеть то, что должна увидеть.
- Здесь должен быть тайник. Вряд ли камень такой ценности стал бы храниться наравне с остальными – говорит Фарамир, и я вдруг понимаю, что он прав. Мы исследуем стены и пол, и наконец наши усилия оказываются вознаграждены – небольшая шероховатость в стене оказывается тщательно замаскированной маленькой….и когда мы открываем эту дверцу, зеленовато-золотое сияние ослепляет нас. Когда я открываю глаза, то вижу неограненный камень, лежащий на светлом шелке, камень, подобный по цвету самым прекрасным листьям волшебных эльфийских садов – изумрудное мерцание и золотистые отблески его не дают отвести взор…
Словно через какую-то завесу приходит осознание того, что не стоит так долго смотреть на камень, нужно забирать его и уходить отсюда… но я медлю и так трудно протянуть руку. Наконец я делаю над собой огромное усилие.. камень оказывается в моей руке, он жжет меня, словно я держу ладонь над огнем…но я не прячу его… и сияние его меркнет, а жар ослабевает. Но силы покидают меня, и все плывет перед глазами. Кажется мне, или и правда сокровищница заполняется людьми? Мне чудится, что я вижу Катрен и Велиарита, но откуда они здесь?
- Хельга, осторожнее! - слышу я сквозь пелену безмолвия, и этот крик возвращает меня к реальности. Я прячу камень и понимаю, что мы в ловушке – мы окружены стражниками короля, и сам Велиарит тоже находится перед нами. Лицо его холодно и жестоко… и в его глазах ясно написан наш смертный приговор…

[Katren]

Многие глаза людей смотрели на нас, бредущих по длинной галерея, со стен. Вдруг Велиарит замолчал и остановился. Он внимательно посмотрел на меня и сказал:
- Катрен, что с тобой? Ты сегодня ведешь себя как-то странно…
Я взглянула на него и поняла, что врать не могу, но сказать правду мне было нельзя. Но вдруг в галерею ворвался запыхавшийся воин. Шлем стражника перекосился и он выглядел растерянным. Лицо Велиарита вмиг стало жестким и царственным:
- Что случилось?
- Мой повелитель, там…в сокровищнице…они…
Стражник тыкал в меня пальцем и не мог говорить из-за быстрого бега. Я сразу все поняла: значит мои друзья попались. Велиарит это тоже понял. Не глядя на меня он побежал из галереи, в сокровищницу. Я не знала, что мне делать и потому побежала за ним. Я не знала, что может быть так плохо: там, в сокровищнице, мои друзья возможно уже мертвы, а мой любимый человек – наш враг идет, что бы разобраться с ними или с их телами. Никто не чинил мне препятствия и я оттолкнув одного из стражников ворвалась вслед за Велиаритом в сокровищницу. Странная картина предстала передо мной: среди золота и драгоценных камней, освещающих все вокруг своих тусклым блеском, стоит Хельга а в руках у нее дивной красоты камень. Хельга завороженная смотрит на него, а Фарамир и Арагорн стоят с мечами наготове около нее. Их прижали к стене. Здесь множество воинов Велиарита. Все напряжены. Я кричу Хельге, ибо вижу, что камень странно на нее влияет. Она, очнувшись, смотрит вокруг и осознает весь ужа ситуации. Я все еще стаю рядом с Велиаритом, но когда Хельга прячет камень, я медленно отхожу от него и становлюсь рядом с Фарамиром. Велиарит говорит, его голос звучит холодно и раскатисто:
- Вы хотели обворовать меня, но я вас поймали теперь вам несдобровать. Давно надо было с вами разобраться, давно…
- Но вы же хотели нас убить как только мы приехали. Или я не прав? – спрашивает Фарамир.
- Мы знаем, что вы связаны с Саргатаном, но не знаем как, - говорит Арагорн.
Во время этого разговора я стою молча, уткнувшись лазами в рукоятку своего меча. Велиарит же отвечает:
- Да, вы имеете право знать, за что вас убьют. Это справедливо. Когда я взошел на трон мое королевство было бедным и нищим. Людям нее хватало еды и одежды. Все что у меня было это сам я. Я пошел учиться . Я пошел учиться очень далеко от сюда к одному волшебнику. Он научил меня многому добру, но настоящая сила храниться только в черной магии. Я познал ее. Тогда я узнал о том, что величайший ищет себе помощника. Я встретился с Саргатаном. Долго я входил к нему в доверие и вскоре мы подписали договор о том, что я становлюсь его помощником, его рукой, правящей во всех мирах, покуда он не сможет выйти из Нергалы, его глазами и ушами, его слугой, если хотите так это называть. Мне же была дарована безграничная сила и власть. Моя страна стала самой богатой и счастливой. Мне был дан на хранение камень Травы, что у вас в руках. И Саргатан выйдет из Нергалы, и я обязан ему помочь. Мне было сказано, что вы придете ко мне. Я увидел это. Но кое-что осталось скрытым от меня. Это ты, катрен.
Я медленно подняла на него глаза. Они были полны слез и отчаяния. Глаза же Велиарита, не в пример его голосу, смотрят с тоской и любовью. Правитель продолжает:
- катрен, я должен их убить. Я оставлю тебя. Я спрячу, а потом, когда Саргатан выйдет я скажу ему, что ты мне помогла, и мы будем счастливы! Ты же знаешь, что мы созданы друг для друга…
Я не могу такое больше слушать, и потому вскрикнула:
- Нет. Перестань! Саргатан не пощадит ни тебя, ни меня. И я не дам убить моих друзей.
- Другого выхода нет, - отвечает просто Велиарит.
- Он должен быть. Откажись от Саргатана, и мы будем вместе против него бороться.
- Нет, я не могу, - покачал головой он. – у нас договор, и если я расторгну его, то умру. Я не могу отказаться от него.
- Тогда пускай решает судьба: позволь нам уйти, - говорю я и сама не верю своим ушам.
- Я же люблю тебя. Никто так не любил прежде, как я тебя. Я же, вопреки всему, не смогу тебя убить. Никогда.
- О, Велиарит, я так хочу быть с тобой, - кричу, но вынимаю меч из ножен.
- Катрен…
- Прошу тебя, - говорю я, и слезы льются ручьем из глаз, - позволь нам уйти…
- Скажи, ты любишь меня? – спрашивает правитель.
Я смотрю на него сквозь слезы. Любовь – это мука, любовь – это болезнь. Я вижу перед собой своего любимого, но я должна уйти. Я рыдаю. Я просто рыдаю от этой невыносимой боли. Лезвие меча тихо блестит. Велиарит делает шаг ко мне, но я не опускаю меч. Он подходит и вынимает что-то и дает мне. Это маленький серебряный колокольчик.
- катрен, пускай это будет у тебя. Это будет напоминать тебе о моей любви. Знай же я всегда буду любить тебя и я знаю, что и ты будешь любить меня вечно. А теперь иди.
Арагорн и Фарамир держат клинки наготове, и продвигаются к выходу. Велиарит стоит опустив руки и смотри на меня. Я не могу двинуться с места. Хельга подходит ко мне и подталкивает меня к выходу. А я смотрю в черные глаза правителя и не могу оторваться. Я же люблю его! Зачем мне такая судьба? Но Хельга уводит меня из сокровищницы и от моего любимого. Мое сердце кричит, я плачу. Хельга прижимает меня к себе и мы бредем по коридорам подземелья. Вскоре мы выходим на улицу. Мужчины вывели уже наших коней. Мы садимся на них. Я еду против своей воли, против воли сердца, но по воли разума. Здесь, во дворце правителя Нуэроаста навсегда будет покоиться моя душа. Даже если он наш враг.

[Айлинель]

Дни превратились в невыносимый кошмар. Стоит мне закрыть глаза, и я вижу летящую на камни светловолосую голову, струю крови и устремленные на меня ярко-зеленые глаза, медленно стекленеющие, уже полные чего-то, недоступного живым… Талион не трогает меня, он все понимает.
…Несколько дней мы едем на север. Нам больше нечего делать в этом мире, а на севере скорее всего находятся Врата. Кони идут ровно, Талион что-то рассказывает, но меня терзает предчувствие опасности. Мы подъезжаем к какому-то городу, и я чувствую, что нам не дадут проехать мимо него. Так и есть… Наш путь преграждает вооруженный отряд, и на узкой дороге нам не разъехаться.
-С какой целью вы едете в город? – спрашивает командир отряда. Но вопрос – это всего лишь предлог. Они посланы за нашими жизнями… Секунду мы медлим с ответом и мечи наших противников тут же покидают ножны. «Все» – устало думаю я. Их больше раз в двадцать. Скорее всего жизнь закончится здесь. Но руки действуют быстрее разума. Наэрамарт покидает ножны. Удар, блок, контратака. Блестящий клинок заливает кровь. Атака следующего противника проходит на волосок дальше положенного, и мой меч втыкается ему в сердце. Следующий удар пропадает впустую. Плечо словно обжигает раскаленным железом, по рукаву течет уже моя кровь. Свист меча в воздухе, тяжелый клинок противника приходится на гарду моего оружия. Чудовищная сила удара отбрасывает меня назад. Копыта Авара залиты кровью. Коню страшно, и приходится одной рукой удерживать его. Несмотря на это, кровавая пелена уже начинает застилать глаза. Бесконечная череда ударов и блоков, ручьи и лужи крови… Неожиданно все заканчивается. Мы с Талионом остались вдвоем. Он даже не ранен. Эльф спешивается и подходит ко мне. Я тоже покидаю седло. Я стараюсь не смотреть на мертвые тела, но не получается. Вытираю меч. Клинок, освободившись от вражеской крови, сияет весело и ярко. Я смотрю на него, у меня дрожат губы. Вдруг на меч падает капля моей крови. Все. Я так больше не могу. Кровь: моя и чужая смешивается с моими слезами. Я плачу на плече у Талиона, он неумело утешает меня. Становится легче, могильный холод отпускает сердце. Неожиданно эльф берет в ладони мое лицо и целует меня. Очень бережно и один-единственный раз.
…Позже мы оба застыдились своего порыва. Стараясь не смотреть друг другу в глаза, мы едем дальше на север. Несколько часов – и мы достигаем Врат. Арка из необработанных камней, покрытых странными знаками. Сколько таких арок мы уже видели и сколько предстоит повидать? Привычно взявшись за руки и ведя коней в поводу, мы проходим через Врата. Мир начинает расплываться и исчезать. Через мгновение я опять начинаю воспринимать окружающее. Мы стоим у подножия красивого холма, сплошь покрытого ярко-голубыми цветами. Кажется, мы уже были в этом мире. Во всяком случае, тут находится один из камней. И он приближается к нам. Наверное, надо ехать навстречу. Через несколько минут я замечаю четырех всадников к югу от нас. Лучше не рисковать. Мы с Талионом вынимаем мечи из ножен. Но всадники кажутся знакомыми…

[Lady Vaako]

Когда я вошла, почти все гости уже собрались. Тронный зал был ярко освещен сотнями свечей. Меня усадили, как и в первый раз рядом с королем Плимутроком. Справа от меня сидел Скиминок, через кресло от него сидели сыновья Элронда. Вскоре появился и он сам и занял пустующее кресло радом с ландграфом.
Стол был богато уставлен самыми разными блюдами. Пили в основном вино. Только для детей, Ивана и принцессы Ольги (внучки короля), на столе присутствовал компот.
Через некоторое время король поднялся, чтобы произнести тост. Гости последовали его примеру, и тосты стали произносится один за другим. Все желали нам с ландграфом удачи, клялись в вечной дружбе и обещали оказать нам всестороннюю помощь в наших поисках, если вдруг нас занесет в их края. Но некоторые были неискренни в своих обещаниях, это было видно по их глазам, и слышно по голосу.
Когда все достаточно наелись, в зал вошли музыканты и начались танцы. Я сидела за столом, кушала апельсинку, и наблюдала за танцующими. Вот ландграф пригласил королеву Тающего города, а его сын принцессу Ольгу.
Моя жизнь складывалась так, что я не часто бывала на вечеринках и дискотеках. И еще реже меня приглашали танцевать. Все случаи, которые я могу вспомнить, можно пересчитать по пальцам одной руки, и еще останется. И я не ждала, чтобы что-нибудь изменилось на этот раз. Я бы пошла танцевать, но в эту эпоху танцевали только парами.
-Можно пригласить вас на танец? –вдруг раздается голос у меня над ухом. Я оборачиваюсь и вижу Элладана. Он смотрит на меня, и улыбается. Я улыбаюсь в ответ и встаю из-за стола.
Мы выходим на середину зала и начинаем танцевать. Это было прекрасно. Мне не хотелось, чтобы этот вечер закончился. Мы болтаем о всякой ерунде, потом он говорит, что я похожа на его сестру, и что он хотел бы поехать с нами… Следующий танец мы тоже танцевали вместе. А потом еще один, и еще… Я не знаю, сколько времени продолжалась эта сказка, но когда мы наконец остановились, я увидела, что гости расходятся.
Попрощавшись со всеми, я снова иду в сад, на берег озера, прихватив с собой булку с королевского стола. Сумерки мягко обнимают сад, в кронах деревьев шелестит ветер. Белые лебеди плавно скользят по поверхности воды. Я отрываю кусочек булки и бросаю в воду. Величавые птицы тут же кидаются к крошкам. Крошу остатки и кидаю им. Потом долго сижу на берегу, вспоминая сегодняшний вечер. Ощущение счастья вдруг охватывает меня. Я наслаждаюсь этим, так как понимаю: еще не скоро я испытаю подобное. На небе загораются звезды, становится заметно холоднее, и я иду спать.

[Katren]

Мы отъехали от Нуэроаста уже достаточно далеко. Правда я не замечала и времени, ни дороги. Я была в прострации. Лишь только Хельга что-то говорила мне, что бы отвлечь от невеселых мыслей и душевной боли. Я была ей благодарна. О, если бы кто-то знал, как я была ей благодарна: ведь она помогала мне справится с болью, и вскоре я стала ей даже отвечать. Вдруг Арагорн резко остановился. Он припал ухом к земле и сделал жест, что бы мы замолчали. Мы с Хельгой переглянулись, Фарамир же пожал плечами. Арагорн вдруг вскочил и тихо проговорил:
- За нами погоня. Скорее.
Сердце мое упало. Значит Велиарит послал-таки погоню, что бы нас убить. Но тут сознание выплеснуло еще одну мысль – а вдруг эта погоня за тем, что бы забрать меня или же Велиарит решил переметнутся на нашу сторону. Как знать… Я посмотрела на Хельгу. В ее глазах читалось сожаление и тоска. Дороги назад нет – мы пришпорили коней и помчались вдаль. Без устали, без передышки мы скакали четыре часа. Деревья лесов, золотые поля пшеницы и подсолнухов мелькали в поразительном калейдоскопе перед нами. Я стала уставать, причем усталость эта шла изнутри. Слишком много нервов потрачено. Мой Лореаран же наоборот был полон сил, но он ведь необычный конь, а я обычный человек. Вскоре Арагорн снова остановился, а за ним остановились мы. Арагорн лег на землю и стал слушать. Потом он встал и подошел к своему коню и стал снимать сбрую со словами:
- Погоня либо прекратилась, либо они сильно отстали и потеряли нас.
- Скорее всего - последнее, - заметила Хельга.
- Но Велиарит знает, что нам надо попасть к Вратам. – сказал Фарамир, - нас там может поджидать засада.
- Он не знает где Врата, - покачала головой я.
- Но и мы не знаем, - сказал Фарамир.
- Знаем, - ответила я и вытащила кусок листа, что достала из одной книги в библиотеке, - думаю, эта карта нам поможет.
Арагорн взял у меня из рук карту. Он несколько минут внимательно изучал ее , а потом сказал:
- Да, тут все ясно обозначено. Видите, мы сейчас здесь, около этих холмов. Нам надо ехать сначала на восток, а когда мы доедем до этого озера повернуть на север. Врата вот здесь, в этом большом лесу, около реки.
- Ну что ж, отдохнем и в путь! – воскликнул Фарамир.
Мы разложили вещи и дали коням отдохнуть. Когда мы отдыхали, Хельга подозвала меня и спросила:
- Кэт, почему ты выдернула ту страницу? Ведь тогда ты еще не думал, что нам придется бежать?
- О, Хельга, это тяжело объяснить. Что-то толкнуло меня на этот поступок, Возможно интуиция.
- Хорошо, что интуиция тебя не подвела.
- Да, но мое сердце подвело, - ответила я.
- Что ты имеешь ввиду?
- Я думала, что ничто не может меня обмануть, но как сказала Галадриэль «сердце можно обмануть». Тогда я не поняла как, но теперь понимаю.
- Что же ты будешь делать? Ласково поинтересовалась Хельга.
- То что должна. И Велиарит будет делать также. Мы слишком сильные.
- Ты хочешь сказать, что переступишь так просто через любовь?
- Нет конечно. Переступить через такую любовь невозможно. Я просто буду с этим жить.
На этом наш разговор окончился. И я мысленно пообещала себе не портить настроение своим спутникам и просто жить дальше.
Через два дня мы оказались около того леса, где были Врата. Мы доехали довольно быстро, но пришлось многое «выжать» из коней. Питание наше не пестрило многообразием. Только мы въехали под сень деревьев, Хельга вдруг остановилась и резко зажмурилась. Мы остановились. У нее было ведение. Когда же Хельга открыла глаза я с нетерпением поинтересовалась, что произошло. Она ответила:
- У меня для вас радостная новость. Я не уверенна, но, кажется, здесь, около Врат нас ждут наши друзья.
- Неужели Талион и Айлинель здесь? – обрадовалась я.
- Так едем же скорее, - сказал Арагорн, и мы быстро тронулись в путь.
У Врат действительно стояли Талион и Айлинель. Правда Талион держал меч наготове, но Айлинель что-то ему шепнула, и он убрал его. Я радостными лицами и криками счастья мы принялись обниматься после долгой разлуки. Но Айлинель вернулась уже не та, что была раньше. Да и мы изменились. Но мы снова встретились и это прекрасно.
- предлагаю отдохнуть здесь, а после отправиться в другой мир, - сказал Фарамир и все радостно поддержали его идею.

[Крошка]

Наконец мы вновь встретились с нашими друзьями. И встреча эта была радостной, но все мы были уже иными, чем до расставания. Айлинель кажется потрясенной каким-то событием, и они с Талионом часто обмениваются взглядами, в которых проскальзывают воспоминания.. о чем? После первых радостных впечатлений встречи, мы приступаем к расспросам, Арагорн и Фарамир оживленно обсуждают с Талионом и Айлинель события, которые произошли в нашей разлуке.
А мне почему-то не хочется сейчас ни о чем расспрашивать – я вижу, что Айлинель сейчас воспоминания нелегко…я потом спрошу. Но я понимаю, что нужно узнать как можно больше из того, что случилось с ними – а им рассказать о наших приключениях.
Горит костер, звучат голоса моих друзей…а я сижу рядом с Кэт, и мы молчим. Но я не задаю ей вопросов – я знаю, как сильна ее боль, и вижу как с каждым днем становятся все четче горькие тени под ясными глазами, как она задумывается о чем-то и не отвечает на мои вопросы…Но я не знаю, как помочь ей. Нужно время, ничто иное не сможет излечит ее сердце. Или же другая любовь…. «Где новая любовь пройдет, для старой нет пути» - вспоминаю я…но я вспоминаю взгляд Велиарита, которым он проводил Катрен, и ее ответный взгляд – и понимаю, что новая любовь не скоро родится в сердце моей подруги.. если родится вообще. Так любят лишь раз – с грустью осознаю я. Кэт сидит чуть поодаль от костра, охватив колени руками и смотрит вдаль.
- Кэт…- тихонько окликаю я
Она смотрит на меня почти прозрачными глазами, в которых лишь пустота…и невесело улыбается в ответ на мой оклик
- Что?
- Иди к костру. Будем кушать.
Она подсаживается к костру, и принимается за еду - но мысли ее по-прежнему далеко.
Я вздыхаю, но не беспокою ее.
Айлинель рассказывает о том, что с ними произошло…и я понимаю, что она рассказала не все, чтобы не делать свое повествование еще более печальным. Да, боль и отчаяние не обошли и их маленький отряд.
- Что еще ждет нас на пути – задумчиво говорю я…Какие потери и горести?
- Нельзя терять надежды, Хельга – слышу я глубокий голос Талиона – вечная estel эльдар ведет его.. так почему же мы должны терять надежу?
- Я не теряю – протестую я. – Но иногда кажется, что это чудо – что мы до сих пор живы и вместе
- А так и есть – улыбается Арагорн. - И именно поэтому есть все основания верить в то, что удача и дальше будет с нами. Кроме того, мы набираемся опыта странствий…
- А сейчас нам надо набраться сил – отмечает Фарамир. – Ведь впереди следующие Врата. Мы должны быть готовы к любым неожиданностям, что встретим за ними…

[Katren]

Пора было уходить из этого мира. Пора было трогаться в путь к своим дальнейшим свершениям. Взяв коней за поводья, мы шагнули в неизвестность. Первым пошел Арагорн с конем, ну а дальше все мы. Когда я пришла в сознание, то увидела вокруг себя лишь воду. Солнце слепило глаза и блестело на воде. Мы стояли на крохотном кусочке суши, где с трудом помещались мы, наши кони и врата. Вдалеке виднелась полоска суши, но до нее было очень далеко. Я глубоко вдохнула морской воздух, и вдруг мне показалось, что сердце мое обледенело. Через мгновение это странное ощущение прошло, но в голове родились новые мысли и желания. Я окинула взглядом своих спутников и друзей. Все было как всегда. Вдруг кто-то сказал, и я не сразу осознала, что это был мой голос:
- Надо перебраться на тот берег. Лучше вплавь, по-другому никак нельзя.
- А не лучше ли соорудить какое-то средство, что бы плыть? – тихо спрашивает Айлинель.
- Из чего? Тут что есть что-то из чего можно строить? - спрашиваю я.
Мои друзья удивленно смотрят на меня, и Фарамир говорит:
- Кэт, ты чего? Что ты такая злая?
- А с чего это мне быть доброй? – спрашиваю я.
- Да ладно вам! – говорит Хельга, - посмотрите лучше какое синее и прекрасное море. Давайте вплавь, хотя бы поплаваем в такой чистой воде.
Мужчины стоят и смотрят на нас пораженные. Не понимаю, чего они так уставились? Арагорн, Фарамир и Талион отходят в сторону и о чем-то шепчутся. Мне это начинает надоедать, и я подхожу к ним со словами:
- Мы же когда-то просили говорить при нас все откровенно? И где же эта откровенность?
Арагорн смотрит на нас и говорит медленно:
- ладно. Мы думаем, что вы находитесь под властью чар. Вы не похожи на самих себя.
- Чушь! – восклицаю я.
- А какая разница? – просто интересуется Айлинель.
- Я вот тоже не понимаю, - подтверждает Хельга, - чего вы себе голову забиваете?
- Теперь я думаю, мы в этом убедили. – говорит талион.
- Мы так и будем разглагольствовать, или займемся делом? – спрашиваю я.
- Давайте действительно переправимся на тот берег. Я чувствую камень, - говорит Айлинель.
- Он далеко? – интересуется Фарамир.
- Да далеко, но здесь такой воздух, что я ясно его чувствую, - получает он ответ Айлинель.
Я, Арагорн и Фарамир готовим коней к отбытию. Странно, но почему-то Лореаран мне ничего не говорит. Ну что с него взять? Он же животное! Хельга смотрит в воду, а Айлинель глядит в даль, на землю. Талион же осматривает Врата, но не находит в них ничего подозрительного. Вскоре все готово. Оказывается , что все умеют плавать. Это хорошо, а то пришлось бы кому-то кого-то тащить. Мы заходим вводу. Она отнюдь не приятная, а наоборот холодная. Хотя Хельга говорит, что она как раз то, что надо. Мы плывем долго, отдыхая прямо вводе. Кони быстрее нас уже перебрались на ту сторону и стоят в ожидании.

[Айлинель]

Вот мы и в новом мире… А здесь здорово. Водичка такая синяя и теплая, птички летают… чайки, что ли. Только Кэт почему-то злится. А, ладно. Скоро мы переплываем залив, он не очень широкий. Катрен выходит из воды первой, я за ней. Неожиданно в траве я замечаю большого очень симпатичного жука. Я кидаюсь к нему с криком:
-Ой, какой хорошенький!
И вдруг Кэт наступает на этого бедного жучка. Специально! Она его раздавила. Мои глаза мгновенно наполняются слезами. Я беру в руки то, что осталось от бедного насекомого.
-Кэт! Зачем ты это сделала?
Она поворачивается ко мне. Ее лицо искажено такой злобой, что я невольно отшатываюсь.
-У тебя нет дел поважнее этой ерунды? – шипит она и быстро идет к лошадям.
Я показываю несчастного жука Хельге.
-Ой, бедный – говорит она – Ой, посмотри какие цветочки – и кидается к действительно красивым цветам. Наверное, его похоронить надо. Я опускаюсь на колени и верным ножом копаю небольшую ямку. Кладу в нее жучка и забрасываю землей.
-Айлинель, что ты делаешь? – спрашивают сразу два голоса – мелодичный Хельги и мягкий, глубокий голос Талиона. У Хельги на голове венок из красивых красных цветов. Она убегает, не дождавшись ответа. Я смотрю на Талиона снизу вверх, и мне становится невыносимо грустно. Жизнь жука прервалась из-за глупой прихоти Кэт. А моя прервется из-за глупой прихоти судьбы. Эльфу не понять меня. Но я все равно сквозь слезы говорю ему то, что думаю. Он с удивлением смотрит на меня.
-Ты сама на себя не похожа. Что с тобой?
Ответить я не успеваю. Арагорн спрашивает меня, куда лежит наш путь.
-А разве не все равно? – незамедлительно отзывается Хельга
-Ты что, идиотка? – вскипает Катрен
Но Хельга не слушает. Она опять унеслась куда-то. Ой, какая милая опушечка. И ехать никуда не хочется. Почему бы не остаться здесь? Я высказываю эту мысль вслух.
-Да, наверное следует остаться здесь на ночь - соглашается Арагорн – уже поздно
…Через несколько часов мы сидим у тихо потрескивающего костра. Хельга валяется на траве и рассказывают что-то Фарамиру. Они то и дело смеются. Кэт сидит отдельно от всех и, кажется, злится на весь мир. Арагорн и Талион тихо о чем-то беседуют, а мне почему-то грустно. Неожиданно по лесу проносится порыв ветра. Кажется, что деревья стонут. Становится холодно, неуютно и почему-то страшно. Вдруг на опушку кто-то выходит. Пара воинов в церемониальных доспехах. Они идут, не обращая на нас внимания и исчезают в лесу. За ними идет строй солдат. Они кажутся нереальными, какими-то призрачными. Всадник на черном коне… Дама в роскошном платье… Двое детей с собакой… Все они проходят, словно не видя нас, и другого края полянки исчезают в серебристой дымке

[Айлинель]

Неожиданно появляются другие, кажущиеся знакомыми. Ко мне подходят трое: высокая абсолютно седая старуха, девчонка лет двенадцати в вытертых джинсах и футболке и блондин с зелеными глазами. Они словно встают в очередь. Первым ко мне подходит юноша. Я смотрю на него, и у меня волосы встают дыбом на голове: я узнаю Зонвина.
-Не может быть – шепчу я побелевшими губами. Ты же умер
Вместо ответа он берет мою руку и подносит к губам. И руки, и губы у него холодны, как лед
-Ты же знаешь, что я люблю тебя. Уйдем вместе. Зачем тебе жизнь?
С трудом я вырываю свою руку из призрачных, но все равно очень сильных пальцев. Правая рука сама ложится на меч, а левая ищет маленькое распятие, которое я всю жизнь ношу на шее. Призрак начинает медленно расплываться и исчезать. Его место занимает девочка. Я рассматриваю ее одежду, лицо, прическу. Раньше я так же причесывалась, и джинсы у меня такие же были. Неожиданно меня осеняет. Это же я. Я несколько лет назад. Рука опять ложится на меч.
-Ой, да перестань ты – ухмыляется девчонка. – Должна же я посмотреть, что случится со мной потом. Между прочим я сплю, а ты мне снишься.
Молнией проскакивает воспоминание: мне лет десять, ночью в полнолуние я просыпаюсь из-за кошмара. Мне снилось, что я попала в будущее и встретилась там с собой. Лучше бы я этого не вспоминала. Сон заканчивался моей смертью. Девочка отступает и на ее место встает старуха. Я оглядываюсь по сторонам. Около каждого из моих спутников клубится серебристый туман. Хельга стоит ближе всех ко мне, и я вижу ужас, который плещется в ее глазах. Рядом с ней стоит согбенная старушонка. Кэт же наоборот с любовью смотрит на мужчину, стоящего с ней. Вся ее злость куда-то ушла. Во взгляде Арагорна так же читается любовь. Рядом с ним – высокая женщина-эльф в белых одеждах. Больше я ничего не успеваю заметить. Призрак рядом со мной что-то тихо говорит мне. Я ничего не могу расслышать, но голос кажется знакомым. Я повнимательнее приглядываюсь к старухе. Она очень похожа на мою бабушку, только ростом намного выше. И у нее маленький шрам на подбородке, такой же, как у меня.
-Ну, здравствуй, дорогая – неприятно улыбается старуха – узнала меня?
-Нет
-Ну как же ты могла не узнать себя? – притворно огорчается призрак
-Что? Ты – это я?
-Да. Вообще то, ненадолго. Чтобы закончить ваше путешествие я должна занять твое место. Что может такая девчонка, как ты? А у меня огромный жизненный опыт, образование. Если я получу твое тело, предприятие просто обречено на успех.
А ведь правда. Что-то давит на затылок, по всему телу проходит холод. Становится легко и весело. Но неожиданно откуда-то из бездн сознания поднимается холодная ярость. «Нет. Я не способна на такое. И никогда не буду способна.» Я чувствую такую же ярость моих друзей. По-видимому, призраки хотят завладеть всеми. Холод проходит по телу в обратном направлении и я освобождаюсь. Злобная старуха опять стоит рядом. Она потеряла всякое сходство со мной.
-Мы еще встретимся. Тебе и твоим спутникам не выжить здесь – шипит она и превращается в серебристый туман. Поляну полностью затягивает дымкой, я глубоко вдыхаю ледяной воздух, перед глазами все плывет, мир теряет четкость очертаний. Последнее, что я вижу – приближающиеся звезды…

[Katren]

Ай-ай-ай… Что же это такое творится? Что это за приведения? Что вообще, Моргот побери, происходит? Я чувствую себя так, словно меня вывернули наизнанку и снова поставили на место. Ужасно. Те мгновения, что я снова видела Велиарита, были для меня как откровение, как нечто высшее. Но это был не он. Глаза этого призрака не мерцали тем загадочным блеском, что у правителя Нуэроаста. По сердцу разливалось тогда безмерное тепло и чувство красоты. Ни что не могло меня заставить оторвать от него взгляд. А когда он исчез меня, словно снова кинули в ледяную воду. Какая-то ужасная старуха что-то говорила Айлинель. Понять, что именно был невозможно. Хельга разговаривала с какими-то людьми: маленьким мальчиком и взрослым мужчиной. Но и их слова я не слышала. Но теперь я снова была собой. Айлинель грохнулась в обморок. Пока Хельга и Талион приводили ее в чувства, я спросила у Арагорна:
- Ты конечно же не знаешь, что это были за духи?
Следопыт внимательно на меня посмотрел. Я бы даже сказала сурово, посмотрел и сказал:
- Нет. Но на то время, пока они были радом, вы снова были такими как ранее.
- Что ты имеешь ввиду? Это сейчас я нормальная! – с вызовом спросила я.
Но ответить ему не дал Фарамир. Он подошел и сказал, что Айлинель очнулась. Он это специально сделал, что бы Арагорн мне не ответил! Хельга сидела около Айлинель, и они о чем-то разговаривали.
- О чем вы разговаривали? Меня так перепугали эти люди! – сказала Хельга, - я только совсем не помню, кто они такие были!
- Я тоже! - подтвердила Айлинель, но помню все что мне говорили!
Получалось так, что и Айлинель и Хельге призраки сказали практически одно и тоже. Я же помню, кто стоял передо мной, но не помню слов. Какой бред получается. До конца ночи мы просидели в лесу, не сомкнув при этом глаз. Талион и Айлинель пошли в лес за дровами для костра, но Айлинель заявила, что ей страшно только с эльфом и сними пошла Хельга. Тоже мне защита бешенная! Я и Фарамир с Арагорном сидели, охраняли лошадей.
- куда мы двинемся дальше? – поинтересовался Фарамир.
- Я думаю в ближайшую деревню или город. Надо разузнать об этих призраках, - ответило Арагорн
- Я думаю это моет быть связано с камнем, - добавил Фарамир.
- Я вот подумал, задумчиво говорю я, - а может, бросим все эти дурацкие поиски? Пускай Лаурелот и хоббиты ищут камни. А мы себе отдохнем спокойненько…
- Кэт, мы на тебя не обижаемся, потому как ты находишься под действием чар, - вкрадчиво начал Фарамир
- Э! Не надо называть меня Кэт! Прошу звать меня Катрен! – возмутилась я.
- Фарамир, не надо. Все равно не поможет, - остановил его Арагорн.
Тут вернулись наши заблудшие души –Хельга, Талион и Айлинель. Они несли огромную охапку хвороста, а у эльфа почему-то был усталый вид. Ничего, он эльф, у него сил много. Хельга села около меня и стала петь песню. Песня была очень длинной и очень скучной, но я почему-то молчала. Когда на востоке среди деревьев задребезжал рассвет, мы тронулись в путь. Роса лежала на траве, и было холодно и сыро. Правда Хельга сказала, что сейчас свежо и легко дышится, но мне так не показалось. Я ехала впереди и рассматривала без особого интереса пейзажи. К вечеру мы добрались до какой-то большой достаточно деревни. Здесь были добротные деревянные дома и деревянные улицы, но все это меркло по сравнению с замком, что стоял на небольшом холме за деревней. Этот огромный, черный замок, с острыми шпилями и множеством башенок мне почему-то сразу понравился своей четкостью форм и гармонией. Но Арагорн сказал, что мы должны ехать сперва в деревню, а не лезть в устрашающего вида замок. И ничего он не устрашающий. Просто они в красоте ничего не понимают! Но повиноваться пришлось. Мы заехали в деревню. Был уже предзакатный час, и людей на улицах было совсем мало, но те, что попадались, смотрели на нас с нескрываемым ужасом и, как мне показалось, надеждой. А я хочу есть и спать.

[Крошка]

Тихий вечер мягко окутывает нас. Ничего здесь на тревожит меня. Нет и той настороженности, которая не оставляла меня в Нуэроасте, несмотря на все кажущееся спокойствие города. Маленький эпизод со странными то ли призраками, то ли видениями уже почти забылся. Мы едем по деревне в поисках ночлега. Уже довольно поздно, и местных жителей почти не видно.
- Нужно постараться узнать, где можно переночевать. Ночью будет гроза – говорит Талион.
- Надо ехать в замок, что тут думать. Вряд ли в деревне будет гостиница – отвечает Кэт.
- Кэт..начинаю я, но она останавливает лошадь и поворачивается ко мне с таким выражением лица, что я растерянно замолкаю
- Я-же-просила-не называть-меня-Кэт! Мое-имя-Катрен – каждое слово падает, словно камень. Затем она резко разворачивает и пускает Лореарана галопом и через некоторое время намного обгоняет нас. Я пожимаю плечами в ответ на недоумевающий взгляд Айлинель. Мужчины молча переглядываются, Арагорн хмурится и тоже ускоряет бег коня, чтобы догнать Кэт, которая уже довольно далеко.
Нам тоже приходится поневоле ехать быстрее. Жаль, так как торопиться не хочется – вечер дышит свежестью и негой. Наконец мы нагоняем Кэт и едем дальше в молчании.
Деревня кажется довольно большой, но она почему-то пустынна. И мало где в окнах домов горит свет. Арагорн и Фарамир обмениваются парой слов, и Фарамир спешивается и стучится в дверь одного из маленьких домиков. Дверь открывается, и на пороге появляется невысокий пожилой мужчина. Фарамир что-то спрашивает у него, но, кажется, они не могут понять друг друга, так как Фарамир начинает объясняться знаками. Хозяин дома оживленно жестикулирует, но я не могу понять, о чем они говорят. Наконец, Фарамир возвращается.
- Здесь не знают нашего языка – говорит он. Но, как я понял, гостиницы здесь нет. Нам предложили переночевать или на улице, или попробовать найти тех, кто согласится нас приютить. Хотя, судя по тому, что объяснил мне это человек, здесь есть и пустые дома, один из которых мы могли бы занять на время.
- Это будет замечательно! – радуется Айлинель.
- А почему они пустуют? – интересуется Арагорн.
- Владельцы их давно умерли. Никто не заселяет эти дома, это связано с каким-то суеверием, я не до конца понял. - отвечает Фарамир.
На некоторое время все задумываются.
- Вы боитесь привидений? Но это же просто смешно! – восклицает Кэт. – Есть прекрасная возможность переночевать в доме, и надо ей воспользоваться.
- Ну да – соглашаюсь я. Почему бы и не переночевать в доме. Ничего не случится.
Арагорн вздыхает, но ничего не говорит.
- Что решим? – нетерпеливо спрашивает Айлинель. – Уже вечер, к тому же холодает. И Талион сказал, что будет гроза. Я не хочу вымокнуть.
- Я буду ночевать в доме. А вы как хотите – с этими словами Кэт направляет своего коня вперед, и мы следуем за ней.
Мы находим небольшой домик, дерево потемнело от времени, но в целом дом выглядит довольно милым и гостеприимным. Мы спешиваемся. Дверь, скрипнув, отворяется, и мы заходим внутрь.

[Крошка]

Изнутри дом кажется старым и заброшенным. Мы оказываемся в небольшом темном коридоре, налево – кухня, направо – дверь в комнату, впереди еще один узкий коридор и закрытые двери.
- Неуютно здесь – говорит Фарамир полушепотом.
- Дом хранит воспоминания. И воспоминания эти тягостны. – тихонько отвечает Талион. Он замолкает, словно не договорив и вглядывается в темноту.
- Может, нам не стоит оставаться здесь? – Арагорн колеблется, но я не понимаю причин его колебаний. Дом как дом. Старый и заброшенный. Почему им что-то чудится?
- Я буду ночевать здесь – Айлинель нарушает тишину. – Под дождем будет еще хуже.
- Да что вы как дети, право! Что может грозить нам здесь. Запрем двери, в крайнем случае, раз вы, воины, так испугались! – в голосе Кэт сквозит нескрываемое ехидство. Но, впрочем, это ее дело, как себя вести.
-Тогда давайте устроимся на ночлег - предлагаю я, так как эти споры меня уже утомили. – Да и есть хочется.
Мы заходим в комнаты, которые кажется давно покинутыми. Толстый слой пыли лежит на старой мебели, грязные окна покрыты копотью, пол под ногами скрипит и некоторые доски прогнили и проваливаются. Но все же такая крыша над головой лучше, чем никакой, тем более в грозу. Мне хочется навести порядок, и я, найдя какую-то старую тряпицу, начинаю смахивать пыль. Но сухой тряпкой я только заставляю пыль подняться в воздух.
- Фарамир, принеси воды из колодца – прошу я.
- Создаешь уют? – улыбается он
- Почему бы и нет? Приятно провести ночь под крышей дома, и надо сделать все, чтобы дом был как можно более уютным.
Фарамир уходит за водой, Арагорн, кажется, отправился распрягать и поить лошадей. Талион пошел за дровами – такова проза жизни. В этом доме самая обыкновенная печка, которую надо растапливать, а дров во дворе не наблюдается.
- Кэт…то есть Катрен и Айлинель, займитесь ужином – кричу я спутницам, которые остались в другой комнате.
- У меня есть дела поважнее – фыркает Кэт. Я хочу почистить свое оружие.
- Катрен, ты хочешь, чтобы мы остались голодными? – искренне удивляется Айлинель
- Можно подумать, тут некому готовить! Готовь сама, раз ты такая заботливая!
- Кто не работает, тот не ест – говорит Айлинель ровным голосом.
- А ты работаешь больше всех? – вскипает Кэт.
- Айлинель, Катрен!!! Успокойтесь! – слышу я властный голос, в котором звучат металлические нотки.. Я даже выхожу из комнаты, чтобы убедиться, что говорящий – Фарамир. Это действительно он, и первый раз за все наше путешествие я вижу на его лице выражение, похожее на гнев. Хотя внешне он безукоризненно спокоен, взгляд его мечет молнии. И мои спутницы на миг прекращают свой спор, который, кажется, грозит перерасти в ссору. Но это лишь миг. Кэт и Айлинель мгновенно забывают о своей распре, и обрушиваются на Фарамира.
- Кто просит тебя вмешиваться! – брови Кэт сходятся на переносице. – Мы и сами разберемся!
Мне меньше всего хочется ссор и ругни. Но встревать как-то боязно. Я пожимаю плечами, оставлю их с их выяснением отношений, и, напевая, продолжаю уборку.
Вода, принесенная Фарамиром, чистая и холодная, и вскоре мои руки замерзают, но вокруг все начинает сверкать, насколько это возможно в этом старом доме.

[Katren]

Не смотря на очень грубое и некультурное вмешательство Фарамира и нытье Айлинель по поводу готовки, я все-таки не поддалась и села на каком-то тюфяке и стала чистить свой меч Эльдакил. Хельга бегала по дому с тряпкой и пыталась убрать пыль. Я пыталась, было сказать, что смысла нет убирать заброшенный дом, в котором мы проведем только одну ночь, но Арагорн на меня так выразительно посмотрел, что я, право, не решилась. Чего это они все против меня ополчились? Ну, разве я не права? А вот то, что мы в доме остались это хорошо. Великая радость – ночевать под звездами. А если дождь пойдет? Меня никто не трогал, и я сама сидела со своим мечом. Вот и прекрасно, а то лезут со всякими ненужными вещами. Правда вскоре ко мне подошла улыбающаяся Айлинель с миской супа, которого она и Арагорн успели уже приготовить.
- Кэт…то есть Катрен, покушай супчика! Очень вкусный! Арагорн кинул сюда каких-то травок и такой восхитительный аромат!
Я взяла протянутую мне миску. В ней плавало нечто зеленовато-коричневое по виду очень неаппетитное, но на запах действительно привлекательно.
- А где твое «спасибо»? – обижено поинтересовалась Айлинель.
- А я тебе коня мыла и без «спасибо», - отрезала я.
- Ах, пожалуйста, я вас прошу, посмотрите лучше на луну, - сказала мечтательно Хельга, подходя к окну.
Мужчины молчали и смотрели только в свои тарелки. Вот и правильно: дали еду – смотри в тарелку. Но вдруг Арагорн резко встал и сказал, выговаривая каждое слово:
- Значит так, на вас лежит какое-то заклятие. Но это не значит, что мы должны выслушивать ваши вечные перепалки. Главным образом это относится к Катрен.
Наш Следопыт внимательно смотрел на меня с некоторым укором. Я встала и ответила:
- Я не знаю ни про какие заклятия, но выслушивать всякую дурь я просто не могу.
- Айлинель и Хельга также под заклятием. Давайте уважать других, - ответил он.
- О! Ну перестаньте вы! – сказала Айлинель, - ну сколько можно разговаривать! Давайте помолчим.
- Вот и правильно, - ответила я.
Арагорн развернулся к Фарамиру и Талиону и развел руками, и сказал тихо:
- С этим надо что-то решать, а то они поубивают друг друга.
Он думал я не услышу. Правда, мне хотелось спать, и начинать перепалку снова у меня не было сил. Хотя если надо, то я могу.
Всегда знала, что Арагорн и Фарамир ко мне предвзято относятся. Ну и ладно! Обойдусь! Я отошла в дальний угол, где не было света, и где Хельга еще не сумела убрать и легла, положив меч себе под голову.

[Крошка]

Ну вот, опять ссоры. А ведь все так прекрасно – мы нашли место для ночлега, вкусно поужинали, и яркая луна светит в окно, заливая комнату нежным светом. Разве можно ругаться в такой чудесный вечер? Айлинель стоит у окна, и смотрит на луну с таким видом, словно ищет у нее ответы на какие-то вопросы. Ну разве в этом есть смысл? Не понимаю. Свет луны красив, но чего большего можно искать в нем, чем просто света?
Мужчины сидят в другой комнате, и я слышу их тихие голоса, так как дверь не закрывается из-за рассохшихся петель. Уверена, что они говорят сейчас о том, что надо быть начеку и прочее. У них всегда мысли только о том, что нам может что-то грозить. Я поражаюсь.
Я подхожу к Кэт, которая улеглась в темном углу. Все-таки мне хочется помириться.
- Катрен – нерешительно начинаю я
- Что?
- У тебя все время плохое настроение. Может, я могу помочь?
- Да. Можешь.
- Как?
- Самое лучшее, что ты можешь сделать – это уйти и не мешать мне спать. Я ужасно устала. – холодно говорит Кэт.
- Ну и пожалуйста – мне внезапно становится все равно. Раз она не желает мириться, я тоже не собираюсь. Пойду лучше во двор, наберу цветов, пока луна светит ярко, и поставлю их в своей комнате. Половицы поют под ногами скрипучие мелодии, и я улыбаюсь их горестному скрипу. Дом кажется живым. Я выхожу в коридор, и неожиданно замечаю, что легкой тенью, бесслышно, - я думала, так умеют лишь эльфы - вслед за мной выскальзывает Фарамир.
- Куда ты, Хельга? – темные глаза его внимательно вглядываются в мое лицо, и я невольно осознаю всю нелепость своего ответа, который уже звучит, прежде чем я успеваю подумать:
- Я хочу нарвать цветов
- Ночью? Не стоит выходить одной так поздно.
- Я все равно пойду – я так хочу – отвечаю я упрямо.
- Тогда я пойду с тобой – я безразлично киваю в ответ. Пусть идет…какая разница.
Мы выходим на улицу. Темные облака затягивают луну, но все же можно разглядеть очертания двора. Но, кажется, начинается дождь. Крупные капли падают на землю, поднимается ветер. Вспышка света на миг ослепляет меня – и тут же где-то вдалеке слышатся раскаты грома. Мне становится весело – наедине со стихией – и я поднимаю голову, подставляя лицо струям дождя. Волосы и лицо мгновенно намокают, и я, смеясь, распахиваю плащ и кружусь под дождем
- Идем домой, Хельга – слышу я сквозь грохот и шум дождя голос Фарамира, и он делает шаг ко мне. Но мной владеет странное веселье – я бегу вперед, не разбирая дороги, и дождь хлещет меня, а мне лишь хочется наслаждаться бушующей стихией. Несколько раз сверкает молния и гремит гром, и я смеюсь в голос с каждым раскатом. Я уже не вижу Фарамира, и лишь бегу куда-то под дождем, пока не выбиваюсь из сил. И когда я останавливаюсь, то понимаю, что промокла и замерзла. Надо возвращаться, но я кажется не знаю дороги назад…в растерянности я стою, не зная, что делать. Мир вокруг словно сжимается в кольцо…дыхание перехватывает, в глазах темнеет
- Хельга - в пелене дождя я вижу силуэт Фарамира, и протягиваю руку к нему, но силы оставляют меня, и все вокруг теряется в подступившей внезапно тьме.

- Что же творится с ними – чей-то голос…я медленно возвращаюсь к реальности - чья-то теплая ладонь на моем лбу… сознание проясняется, я открываю глаза с таким трудом, словно веки налиты свинцом…Талион встречается со мной взглядом, и снимает руку с моего лба. Он выглядит таким усталым, словно не спал много ночей, и Арагорн, который стоит рядом с ним, тоже встревожен, тени под его светлыми глазами, которых не было еще сегодня утром – откуда они?
- А где Фарамир – спрашиваю я, и осознаю, что мой голос похож скорее на шепот
- Сушит одежду – отвечает Арагорн…ну да, точно.. дождь… – Что с тобой случилось, Нарвен? – с волнением спрашивает он. Что заставило тебя, словно безумную, бежать куда-то в грозу? Что с вами всеми? Почему Катрен на любое слово отвечает грубостью, а Айлинель то молчалива и спокойна, то плачет и смеется как дитя?
- Я не знаю – честно отвечаю я. – но вы не беспокойтесь. Ничего страшного. Просто мне захотелось погулять под дождем.
Лицо Арагорна меняется, и словно отчаяние на миг мелькает в нем. Талион же сидит неподвижно, он бледен и молчалив и кажется измученным.
- Ты не приходила в себя несколько часов. Мы с Талионом едва смогли привести тебя в чувство. Ты была так далеко – где?
Я молчу. Я так устала.
- Я хочу спать – отвечаю я наконец. – Давайте поговорим об этом потом.
- Хорошо. Отдыхай. Арагорн и Талион выходят из комнаты.
Я закрываю глаза, но сна нет. Только безумная усталость. Я встаю и накидываю чей-то плащ, оставленный мне, и хочу выйти из комнаты, но сил нет, и я просто сажусь у окна.
- Хельга? – я слышу голос, звавший меня сквозь дождь.
- Заходи…
Фарамир садится рядом со мной. Он бледен, и черты лица словно заострились и стали резче. Серые глаза кажется почти черными…В них я читаю вопрос
- Я в порядке – я удивляюсь, тому, как звучит мой голос – холодно и ровно…Спасибо тебе. Иди отдыхай. Ничего страшного не случилось.
Мы некоторое время сидим молча, потом апатия и сонливость начинают одолевать меня.
- Хельга…
- Не говори ничего. У меня нет ответов на твои вопросы. Кэт и Айлинель в порядке?
- Да. Они спят.
- Я тоже хочу спать…спокойно ночи
- Тебе тоже…Quel kaima…он склоняет голову в прощании, и тихонько уходит.

[Katren]

Я просыпаюсь от сильной головной боли. Конечно, меч не лучшая подушка, но зато лучшая защита. Мужчины не спят уже. Талион сидит за тем огрызком дерева, что Хельга гордо именуют столом, и склонив голову на руки молчит. Фарамира нигде не видно. Наверное, за водой пошел, что бы Хельга смогла опять пыль протереть. Сама же Хельга спит спокойненько. Арагорн, видимо поддавшись моему влиянию, чистит меч. Айлинель тоже спит.
- Доброе утро, - говоря я и сажусь рядом с Талионом.
Эльф поднимает на меня свои глаза горящие радостью. Он смотрит на Арагона, но тот отрицательно машет головой. Талион говорит:
- Катрен, как ты себя чувствуешь?
- Боже, ну что уже нельзя сказать «Доброе утро»? – раздраженно спрашиваю я.
- Как ты мог подумать, что она изменится? – непринужденно сказал Арагорн Талиону.
А меня бесит когда говорят про то, что я не знаю. Но я буду спокойной. Я себе пообещала.
- Надо пойти в город и купить еды, - говорю я.
- Согласен, но пойдут Талион с Фарамиром. – говорит Арагорн.
- Ну уж нет! Не знаю как они, - кивая я на спящих Айлинель и Хельгу. – а я точно в город пойду.
Арагорн устало соглашается.
Я хочу кушать. Почему еще не готов завтрак? Надо бы разбудить Айлинель. Она готовит вкусно, так что пускай готовит, а то от Хельги шума слишком много. Через полчаса сначала Хельга, а за ней и Айлинель соизволяют встать. Фарамир кругами ходит вокруг Хельги и постоянно интересуется ее здоровьем. Талион интересуется здоровьем Айлинель. Мы в лечебнице, что ли?
- Девушки, приготовите покушать, - мирно предлагаю я.
- Но, Кэт, сегодня твоя очередь, - робко говорит Хельга.
- Моя? а кто это сказал, что моя очередь? А вообще что такое «очередь» !! да я вообще больше вас всех вместе взятых работаю!
Айлинель подходит ко мне и пытается обнять за плечи, но я умело уворачиваюсь. Хельга готова разрыдаться, а мужчины как-то странно сгруппировались. Что же это происходит? Фарамир говорит:
- Давайте только без криков и ссор!
- А я ни с кем и не спорю, - отвечаю я, - я просто не хочу что бы спорили со мной!
- Но сегодня твоя очередь готовить! – упрямо повторяет Айлинель
- Все, я так больше не могу, - восклицает Хельга. – я пошла в сад за домом делать себе веночек из одуванчиков!
- Я пошла в город. Кто со мной? - говорю я, глядя на удаляющуюся Хельгу.
- Я тебя туда одну не отпущу, - говорит Арагорн.
- Мало ли что она может там натворить, - говорит ему Фарамир.
Что-то последние слова мне не до конца ясны. Ну ничего обдумаю это позже. Получилось так, что в город пошла только я, Арагорн и Талион. Айлинель каким-то чудом удалось остаться дома, а Хельга делала себе венок на заднем дворе, и ей было не до города.
Вообще «город» для этой деревни даже не комплимент, а грубая лесть, но все равно кушать хочется, и нам пришлось выходить на улицу. Сейчас людей было уже побольше, чем вечером, но они выглядели более запуганно. Арагорн озирался по сторонам.
- Странные люди. Их что-то тревожит, - сказал Талион
- Тоже мне психолог нашелся, - сказала тихо я. Кажется, никто не заметил.
Мы подошли к какой-то страшной. Перекосившейся будке, где разливали пиво. Здесь уже стояла орава здешних алкоголиков. Что бы выяснить где тут базар, нам пришлось расстаться с деньгами, которыми мы заплатили за кружку пива. Базар оказался впечатляющим. Здесь было все что угодно, кроме того, что нам действительно было нужно. Во так всегда. Мы стали искать нужные нам товары, пробираясь сквозь толпу покупателей. И вдруг я заприметила оружейную лавку. Арагорн, нагруженные мешками с картошкой, морковкой и прочими овощами не сумел меня остановить и я быстро побежала к той лавке. Ничего впечатляющего не было, но все же один кинжальчик показался мне симпатичным. Я молча подала этот кинжал талиону, у которого в руках были деньги. Талон глянул на Арагорна и тот отрицательно кивнул.
- Ты мне жалеешь какой-то несчастный кинжал? – спросила я.
- Он тебе не нужен. Денег и так не много, а выбрасывать их на бесполезные вещи неразумно, леди, - заметил Арагорн.
- А мне все равно. Я ХОЧУ этот кинжал.
- Леди, а может вам лучше этот кинжал? – влез в наш разговор противный круглолицый продавец, говоривший с таким жутким акцентом что понять было тяжело.
- Нам вообще кинжалы не нужны, - ответил Талион и мы уже собирались было уходить ( точнее меня собирались уводить), как продавец сказал:
- Я думаю как раз вам он и подойдет, что бы попасть в Замок нужно оружие. А это оружие специальное.
- Что? – недоверчиво спросила я.
- Да-да! – довольно закивал головой круглолицый.
- А зачем нам идти в замок? – серьезно спросил Арагорн.
- Потому что вы наша последняя надежда, - грустно ответил противный продавец.
- А нас это не интересует, - ответила я, - понимаешь, - у нас свои дела, у вас свои.
Арагорн, словно не слушая меня, сказал:
- Приходи сегодня вечером в тот дом, где мы остановились и все расскажешь.
Потом мы с рассказали ему как к нам дойти. Только вот спрашивается зачем? Ну зачем нам помогать этой несчастной деревни, когда у нас у самих дел по горло? Ничего, сегодня я с ними поговорю. Пускай только этот круглолицый придет!

[Крошка]

Как же здесь хорошо! Зловредная Кэт отправилась на рынок, оставив нас в покое, а я нашла изумительные цветы и украшаю ими дом. Айлинель готовит еду. Она хотела, чтобы я занялась завтраком, но я решила заняться приведением дома в порядок. Айлинель пыталась спорить, но я сказала, что завтраком заниматься все равно не буду, так как когда у меня нет настроения, у меня все подгорает. Благодаря моим усилиям, здесь становится все уютнее – я вымыла окна, вытерла всю пыль, подмела. Мне так нравится этот маленький дом, что я с удовольствием осталась бы здесь. А почему бы и не остаться? Язык этой страны можно выучить, а деревенька кажется мирной и спокойной. Напевая веселую песенку, я расставляю букеты цветов в кухне и комнатах.
Фарамир смотрит, как я навожу порядок, и, к моему удивлению, начинает помогать мне. Он выбрасывает старые тяжелые стулья, которые уже ни на что не годятся, чинит ножку шатающегося стола и приносит мне ведро воды, чтобы я помыла полы. Вдвоем мы быстро приводит дом в порядок, и уже через несколько часов наше жилище приобретает вид обжитого и уютного родного очага. Усталая, но довольная, я выхожу на улицу и сажусь на крыльцо. Яркое солнце высушило лужи, оставшиеся после грозы, и на улице тепло и хорошо.
- Я пойду загорать в сад - с этими словами я беру плащ – вместо покрывала и иду за дом, где когда-то был сад. Сейчас там все заросло сорняками, и я решаю, что на днях надо будет привести в порядок и сад.
- Я с тобой – откликается Айлинель – и мы идем загорать
Я расстилаю плащ на траве, закатываю брюки, снимаю рубашку и подставляю спину солнцу. Айлинель следует моему примеру. Я кладу голову на руки и лежу на животе, болтая ногами. Наконец-то можно отдохнуть…аромат трав и цветов пьянит, и мне кажется, что я снова дома, и поехала на природу отдыхать. Айлинель опять обнаружила какого-то симпатичного жучка, с синей светящейся спинкой и заставляет его бегать по прутику. Я скидываю жука травинкой, и смеюсь, когда вижу огорчение на лице Айлинель.
- Зачем ты так поступаешь?

- Ну извини – примиряющее говорю я. Мы находим жучка в зарослях травы и водружаем его обратно на прутик.
Солнце пригревает, и меня начинает клонить в сон. Я зеваю и начинаю дремать.

- Вы что, спятили? – резкий голос Кэт заставляет меня проснуться.
- А что такого? Мы что, уже не можем позагорать? - недовольно спрашиваю я.
- Между прочим, не думаю, чтобы здесь было принято валяться не земле в неглиже – ухмыляется Кэт. – Это вам не XX век. И даже на XX
- Позаботилась бы лучше о своем моральном облике. Из-за твоей слепой любви мы едва не погибли. Кто пропадал ночами неизвестно где в Нуэроасте! – возмущается Айлинель. Лучше бы она этого не говорила. Кэт становится белее мела, и мне делается страшно от ее вида.
- Ты…ты…Еще один такой намек, и я не посмотрю, что мы путешествовали вместе. За такие слова будешь отвечать в полной мере!
- Девочки, не ссорьтесь – умоляюще говорю я
- Не вмешивайся в то, что тебя не касается!
- Ну и пожалуйста – я встаю, одеваюсь и ухожу. Пусть они хоть сорвут голоса, ругаясь.

[Айлинель]

Наступает вечер… Становится холодно… Мы все сидим в доме. Кэт как обычно, злится:
-Мы что, здесь остаемся на вечное поселение? У нас полно дел… Почему мы должны помогать кому-то?!!!
Ей уже даже никто не отвечает, но это еще больше злит ее. Она сидит рядом с Арагорном и поэтому ему достается больше всех.
-Мой вопрос не был риторическим – шипит она. Арагорн что-то устало говорит ей, но громкий смех Хельги и Фарамира заглушает тихий голос Следопыта. Я через стол смотрю на Талиона. Эру, какой он красивый… Но, как известно, эльфы вообще не смотрят на человеческих девушек.
…Неожиданно раздается стук в дверь. «Войдите!» - откликается Фарамир. Дверь отворяется и входит невысокий некрасивый человек. К моему удивлению, Арагорн и Талион кивают ему как старому знакомому. С трудом соображаю, что его мы наверное и ждем. Он проходит и садится рядом со мной.
-Вас привело к нам какое-то дело? – интересуется Арагорн.
-Да – коротко кивает мужчина – чужестранцы, вы должны нам помочь
-Мы никому ничего не должны – вскипает Катрен
-Тихо, леди – успокаивает ее Арагорн – итак, что мы можем сделать для вас?
-Вы видели замок? – Арагорн утвердительно кивает – Этот замок – обиталище ужасных призраков, которые держат в страхе весь мир. Судя по пророчеству, нас смогу освободить только шестеро воинов, которых никогда раньше не видели здесь. – Я чувствую в его словах какую-то фальшь, но его мысли закрыты от меня.
Но все равно, мне их жалко, бедные. Всю жизнь провести в страхе перед неведомым злом. Я с трудом сдерживаю слезы.
-Неужели мы не поможем этим несчастным?
-Ну почему же? – успокаивает меня Талион. Они с Арагорном и Фарамиром переглядываются, и видимо приходят к какому-то решению. Неожиданно у меня спадает с руки мой любимый браслет – серебряный, с гранатами – и падает на колени сидящему рядом со мной незнакомцу. Он кривится, как от резкой боли и с трудом произносит:
-Уберите…. это….
Странно… а в общем-то, что странного. Может ему вера запрещает. Я подбираю свой браслет… так и есть, застежка сломалась. Я прячу украшение в карман, но Талион протягивает руку:
-Дай посмотреть.
Через минуту он возвращает мне его починенным.
-Что мы должны сделать? - спрашивает Фарамир.
-Вам нужно проникнуть в замок – слышится в ответ – вы легко справитесь призраками, ибо древние пророчества не лгут. Но туда нужно идти ночью, в полнолуние.
-Между прочим, полнолуние наступит завтра– замечает Арагорн
-Ну значит, пойдем завтра– беззаботно говорит Хельга
-Прошу вас, возьмите это… Может быть, они помогут вам – слышу я голос незнакомца. Он протягивает нам шесть грубо сделанных бронзовых медальонов. - Только не надевайте их до полнолуния
Он прощается с нами и уходит.

[Крошка]

Хлопоты по дому утомили меня. Айлинель и Кэт ругаются из-за того, кому готовить ужин. Мне эти споры надоели, и я предпочитаю пойти спать без ужина. Сказать по правде, готовить его мне ужасно лень Арагорн и Фарамир прекращают это спор, взяв приготовление ужина на себя. Поев, я собираюсь пойти спать, но Арагорн знаком приглашает меня остаться.
- Нам нужно обсудить то, что рассказал этот человек - начинает Арагорн
- Обсуждайте без меня - отвечаю я, зевая. - Я устала и иду спать.
- Тогда давайте обсудим это завтра - предлагает Фарамир. - Все же будет лучше, если в разговоре примут участие все.
- Я вообще не вижу смысла в обсуждении - пожимает плечами Кэт - С чего это мы станем помогать им? У нас что, своих дел нет? Обязательно вмешиваться?
Все молчат. Никто не возражает ей.
- Ладно - решает Арагорн. - Утро вечера мудренее. Завтра поговорим. Идите отдыхать.
Мы расходимся. Я иду в свою комнату, которой придала максимум уюта, на который была способна. Чистота царит здесь, и нежный аромат цветов, которые стоят в стакане на столе, встречает меня. Ощущение родного дома становится все сильнее.
Я сворачиваюсь в клубочек, бросаю взгляд на лунный лучик на полу, и закрываю глаза…Что-то происходит.
"Нарвен" - слышу я тихий, словно шелест, зов..
Неожиданно мир вокруг словно меняется. Я уже не сплю, но где я нахожусь? Уютная комнатка исчезает. стою у моря...но это не берег...под моими ногами плещутся волны, но я не чувствую дна, я как будто стою над этими волнами - или на волнах?Странное ощущение невесомости. Я словно не владею своим телом…
Место кажется знакомым, но родившееся воспоминание ускользает…Возникает ощущение, что я не одна - я оборачиваюсь и вижу невдалеке женскую фигурку в белом платье. Золото волос, струящихся по плечам, освещает ее мерцающим сиянием… Я иду к ней, но песок под ногами кажется вязким и словно затягивает, мешая движению.
"Нарвен…." - зовет она меня.
Откуда-то из глубины сознания всплывает:
-Галадриэль…Я ускоряю шаг. Фигурка в белом не движется, и кажется бесконечно далекой.
Каждый шаг дается с невероятным трудом. Владычица протягивает мне руку…Она кажется почти бесплотной…Сделав усилие, я словно отталкиваюсь от зыбкого песка, и в тот же миг оказываюсь рядом с Галадриэлью. Сияющие глаза встречаются с моим взглядом.
- Ты смогла придти - я слышу ее голос, но не вижу движения губ.
- Зачем ты позвала меня - спрашиваю я, и осознаю, что слова мои рождаются не на губах…Мне кажется, что я слышу мысли Владычицы, а она - мои.
- Вы попали на проклятую землю. Я звала вас раньше. Но никто не отзывался…Я испугалась, что вас уже не вернуть, и сегодня позвала вас со всей силой, что дана моему народу. Я позвала fea…Физически ты там, где и была…но твой разум и душа - здесь. Но Катрен и Айлинель не откликнулись. Я боюсь, что процесс будет трудно повернуть вспять. Вам грозит беда - земля, на которую вы вступили, завладевает вашим разумом, меняет ваши души. Эта земля несет зло, она подчиняет себе и извращает.
- Но почему мужчины остались прежними?
- Мне не дано знать это….
- Ты можешь помочь нам, Владычица?
- Я постараюсь. Но не все в моих силах.
Она кладет руку мне на лоб - но я не чувствую прикосновения. Неожиданно я вздрагиваю от резкой боли. Галадриэль отнимает руку, лицо ее бледно, а светлые глаза на миг затуманиваются. Она склоняет голову, и закрывает глаза, словно невыносимая тяжесть легла на ее плечи.
- С тобой все будет в порядке - я едва различаю ее слова.
- Что это за магия, Галадриэль - шепчу я.
Но ответа нет. Светлый силуэт исчезает, как будто рассеивается во тьме. Я делаю несколько шагов вперед.. и просыпаюсь в своей комнате

[Katren]

Утро было как всегда холодное и противное – светило солнце и пели птички. Я встала позже всех, точнее меня разбудила Айлинель. Она чем-то была недовольна и обижено надула губки.
- Что случилось? – спросила я устало.
- Хельга сказала, что мне надо сидеть дома и никуда не ходить.
- Почему?
- Я не знаю. Она меня не любит! Она сказала, что я все еще под воздействием каких-то чар, да и ты тоже, и мы должны сидеть дома.
- Ну это мы еще посмотрим кто кому что должен, - сказала я, вставая.
Айлинель села на стул и стала рассматривать свою ладонь, приговаривая «какие у меня длинные пальцы». Фу, смотреть противно. Хотя остальные красавцы ничем не лучше. Не успела я зайти в комнату, где были мужчины и Хельга, так они тут же повернулись ко мне с явно озабоченным видом.
- Только не надо спрашивать меня, как я себя чувствую, - отрезала я.
- Кушать не хочешь? – ласково спросила Хельга и посмотрела мне в глаза. Странная она какая-то сегодня. Лучше бы со своим венком сидела.
Я ответила положительно. Сегодня мне подали жареное мясо. Причем пережаренное, надо заметить.
- Кто это? – спросила я, указывая на тарелку.
- Бывшая баранья нога, - ответил Фарамир, - мы сегодня с утра ходили на рынок.
- Как вы могли! – послышался тихий возглас. Это Айлинель стояла в дверях и смотрела на кусок баранины с отвращением, - ведь когда-то это было несчастным барашком или овечкой!!! Вы нелюди! Как не стыдно впиваться зубами в бедное животное!
Талион подбежал к девушке и стал что-то шептать. Естественным мои желанием было съесть этот огромный кусок мяса, посадив перед собой Айлинель, что бы она смотрела на это. Но мерзкий эльф увел ее в другую комнату.
- Чего это она? – спросила я.
- Она же…, - начала было Арагорн, но Хельга его остановила:
- Арагорн, ведь Кэт так этого сейчас понять не сможет.
Я пораженно взглянула на Хельгу. Вот предательница!
- Все я ухожу отсюда. Буду вечером. Живите как хотите! – воскликнула я.
- Стой. Кэт, - сказал Арагорн, вставая.
- Ты хочешь драться? – угрожающе сказала я.
- Пускай идет, - сказал Фарамир, и я вышла за двери.
Я оказалась на улице. Между нашим домиком и улицей был сал. Я уже успела заметить, что тут убрано – наверное Хельга постаралась . неймется ей с этим домом. Пора отсюда убираться. А не захотят – пойду одна. Я вышла на дорогу. Людей было много, и все куда-то торопились. Завидев меня, кто-то что-то крикнул и несколько людей подошли ко мне. Они говорили на незнакомом языке, но, кажется, были за что-то благодарны. Я так с ума сойду: в доме мои странные спутнички, на улице – какие-то сумасшедшие, что сейчас кинутся кланяться мне в ноги. А хотя идея с поклонами не так-то уж и плоха. Но людей становилось все больше и я решила вернутся в дом. Айлинель увидев меня, обижено поджала губы и многозначительно хмыкнула. Не успела я ей ответить, как я услышала голоса Хельги и Фарамира. А это было уже поинтереснее обиженной Айлинель. Они сидели в комнате, взявшись за руки. Ха! Они думали, что все такие дураки и не догадаются про их отношения.
Хельга говорила:
- Это было так странно, словно что-то меня ударило, и я снова стала самой собой.
- А раньше ты себя как ощущала, кода была подл чарами?
- Абсолютно естественно, как всегда в общем. Только сейчас я понимаю. Что раньше я была не я
- Та же история и с Айлинель и Катрен.
- Галадриэль сказала, что она не смогла до них достучатся, - ответила грустно Хельга.
- Возможно, мы сможем, - ответил Фарамир, - Арагорн говорит, что есть возможность, что их заклятие разрушится, когда мы сразимся с призраками.
- Не знаю, - покачала головой Хельга, - мне кажется дело не в этом.
Вдруг Айлинель выскочила у меня из-за спины и закричала:
- А Кэт подслушивает!
- А ты не лезь в мои дела! – крикнула я.
- А ты не кричи на меня! – ответила Айлинель.
- О чем вы говорили? – спросила я у Хельги и Фарамира.
- О личном, - ответила Хельга.
Опять они от меня что-то скрывают. Ну ничего. Я все узнаю!
До вечера мы сидели в доме безвылазно. Айлинель решила вышить подушку, а Хельга все время сидела с мужчинами и разговаривала. Когда стемнело – Арагорн встал и сказал:
- Нам пора в путь. Все готовы? Тогда возьмите по амулету. Только пока не надевайте.
- Какие они страшные, - заметила я, - и ЭТО я должна одеть на себя? Что бы меня засмеяли?
- Кто тебя увидит в темноте, в пустынном замке? – спросила Хельга.
- Мое внутренне сознание против, - ответила я.
- А что говорит твое сознание на счет твое смерти, – иронично спросил Фарамир.
Тут ответить было нечего и пришлось брать эту грубую штуковину в руки.
Мы вышли из дома, и пошли к холму, на котором стоял замок.

[Айлинель]

Идти до замка недалеко, и мы быстро доходим. Он завораживает своей мрачной, темной красотой. Стройные черные башни, стены сверху донизу покрыты искусной резьбой. Огромные бронзовые двери распахнуты, и мои друзья почти сразу проходят внутрь. А меня отвлекает резное изображение чуть в стороне от входа. Я отхожу и рассматриваю его повнимательнее. Стену покрывает барельеф с изображением обнаженной женщины. Она стоит на коленях, в одной руке с длинными когтями у нее широкий меч, в другой – шесть отрубленных голов. Изо рта торчат загнутые клыки. Рисунок вызывает како-то забытое воспоминание, но оно так и остается в глубинах памяти, а я бегу догонять своих спутников. Всходит луна. Такая яркая, что становится светло, как днем. Я вспоминаю про амулет, на ходу вытаскиваю его и надеваю на шею. Как только я миную бронзовые двери, я словно чувствую волну ледяного воздуха. Она охватывает меня, и вместе с ней приходит резкая боль. Из тела словно вынули все кости, кожу колют тысячи раскаленных кинжалов. Но одновременно со страданиями тела появляется предельная ясность мысли. Я понимаю ВСЕ, но это понимание причиняет еще более сильную боль. Чтобы не упасть, я прислоняюсь к стене. Я чувствую уже довольно привычное, но всегда такое неожиданное жжение камня Галадриэль. Боль невыносима, но я не могу даже закричать. Вдруг я слышу голос Кэт, который пробивается сквозь волну боли
-Ну что с ней опять такое… Слабачка! – и этот пренебрежительный тон странным образом отрезвляет меня. Боль проходит, остается непривычная легкость в теле и странное восприятие мира. Совсем другие чувства, мысли и желания… И новое откровение – сейчас я стала сама собой.
-Что с тобой? – встревоженно спрашивают Хельга и Талион
-Ничего… - слова даются мне с трудом – все в порядке. Хельга, прошу прощения. Все разговоры про чары были верны.
-Ну вот, я же говорила… - она выглядит довольной – подожди, а теперь заклятие исчезло?
-Не совсем, но теперь я могу с ним бороться
-О Эру! Сколько вы еще будете с ней возиться – опять слышу я недовольный голос Катрен. – Нам идти надо, хотя я по-прежнему считаю, что это дурацкая затея.
-Не шуми, – останавливает ее Арагорн. – это место пропитано злом, неужели вы этого не чувствуете.
-Древнее зло спит здесь, но сегодня ему суждено пробудиться – слышу я ровный голос рядом с собой. Это Хельга. Она словно грезит с открытыми глазами, но скоро это проходит.
-У тебя было видение – это скорее утверждение, а не вопрос Фарамира.
-Да… нам нельзя здесь оставаться
-Согласна… это Обитель Тьмы
…Но древние двери замка закрыты. Никто не заметил этого, но скорее всего они закрылись как только мы вошли.
-Куда пойдем? – спрашивает Катрен. Она напугана, хотя пытается скрыть это
Интересный вопрос… Мы стоим в огромном холле… Дубовая обшивка стен, мраморный пол. В дубе теряются многочисленные двери, но они все закрыты. Кроме одной, которая прямо напротив входа в замок. Туда бы я пошла в последнюю очередь, но это единственный путь. Вынув мечи из ножен, мы входим в нее. Вдоль стен сразу же загораются ровным огнем факелы. Это маленький зал, единственный выход из которого слева от нас. За дверью винтовая лестница, которая ведет скорее всего на самую высокую башню. Ну что ж, идти больше все равно некуда. Мы поднимаемся вверх. Арагорн идет первым, за ним я, потом Хельга, Катрен, замыкают Фарамир и Талион. Подъем кажется бесконечным…