О Фродо Бэггинсе (бывший ФК ФБ)

[Bell]

Елена Перцуленко
ПЕСНЬ СТРАНСТВИЙ

Остранна - странная рана.
Кто ранит - странником станет.
Кто ранен - тот меч уронит,
Того проклятье не тронет.

Что за странные дни настали,
Что за злые ветра подули?
Леденеет вино в бокале,
Облетает листва в июле.
Птицы кружат над пепелищем,
В горле - крик, неизбывно горе,
Но, простившись с былым жилищем,
Улетают - и к морю, к морю...

Остранна - полог тумана.
В горле - осколком - горе.
Горечь твоя несказанна,
Ее исцелит лишь море.

По степям в предрассветной рани
И по лезвиям пиков горных
Бродит ветер - слепой изгнанник,
И пути его - к морю, к морю.
Под землею сплелись, как змеи
Корни гор и растений корни.
Эту цепь разорвать не смея,
Шлют подгорные воды - к морю.
Капля каплю в пути догонит.
Горы - гипсовым изваяньем.
Все в пучине времен потонет
Под холодным небес сияньем.

Остранна - странная рана.
Не свет золотой Яванны,
Лишь Варда, дивная Варда,
Лишь звезды - светильник Арды.
Сияние звезд и тени
На льдистых твоих ступенях.
Остранна, приют нежданный,
Итог безнадежной страсти,
Исток бесконечных странствий...
Но сгинут в пустыне реки,
И камень замрет навеки.

THE END

[Cath]

Белл, я хоть и не Джеки, но СПАСИБО И, Рика, может не стоило убирать то стихотворение? Оно, имхо, представляет интерес независимо от чистоты эксперимента

[Bell]

Cath, . Рика, присоединяюсь к просьбе - не успела вчера прочесть, а очень хочется .
Анна, чудесный пост про братьев, тёплый и нежный.

Там интонации старшего, сильного брата, утешающего замкнутого, отвергнутого отцом Фарамира.

... и старшего брата, утешающего малыша после непоправимой потери. "Не бери на себя..." - не об этом ли говорил он младшему брату после смерти их матери?

[Rika]

Первоначальное сообщение от Bell
Рика, присоединяюсь к просьбе - не успела вчера прочесть, а очень хочется .

Мне не хотелось бы снова конфликтовать с людьми с других тредов и разводить здесь флеймы. Поэтому повторно постить эту песенку я здесь не буду.

Если интересно ее прочесть - сходите и сами посмотрите, хорошо? Она называется ФИДДЛЕРС ГРИН и лежит вот здесь:

http://lotr.snt.ru/forum/showthread....&threadid=1661

Постила я ее "к вопросу о Зеленой Земле".

[Анна]

Bell, для меня Боромир – не такой сумрачный, как в книге, а сыгранный Шоном Бином – вообще оказался открытием и нажал на одну очень личную кнопку. Понимаешь, такая великолепная светлость, яркость, потрясающая щедрость души, умение согреть каждого, кто оказался поблизости… Горит, не щадя себя, но не сгорает… Я встретила в жизни только одного такого человека, как раз в очень трудное время, и мне повезло отогреться рядом. Это люди, за которыми не раздумывая идут в бой и за которых не раздумывая умирают. Умеющие внушать к себе любовь. Из литературных примеров – может быть, разве что герцогиня Сансеверина в «Пармской обители»…

Правда, есть тут одно очень существенное обстоятельство. На самом деле им живется совсем не просто. Зажечь, поднять, выиграть битву, обласкать, влюбить, выпрямить - поделившись ощущением собственного достоинства… Да, но они не политики. Дипломатия, компромисс, сделки с собственной совестью идут через себя и ломают им жизнь.

Мне со временем все больше кажется, что акценты в третьем фильме, с появлением Денэтора, будут расставлены примерно так. Боромир был утешением не только для Фарамира – для отца тоже. Денэтор у Толкиена был схож с младшим сыном, тоже – вдумчивым интравертом, умным сдержанным политиком. В бой за ними пойдут, но – разумно, как за хорошими стратегами; дисциплина идеальная, но безудержного преклонения ни тот, ни другой не вызовут. Боромир для отца был воплощением того, что Денэтор хотел бы иметь в себе самом всю жизнь. Ну, там, на белом коне, осыпанный цветами, любовью, женскими чепчиками… Я даже не уверена, что он видел, как старшему сыну на самом деле нелегко.

Боромир ведь был совсем не глупее Фарамира – просто ум другой, практический. Он ясно и с отчаянием видел, что Гондор обречен – вне зависимости от мудрого правления Денэтора, вне зависимости от всего, что мог бы для него сделать сам Боромир. Иногда мне кажется, что он и в Ривенделл поехал сам лично именно потому, что считал лично своей эту ношу – поиск спасения для Гондора. И Кольцо, думается, зацепило его не за какую-то внутреннюю темноту, а именно за это. За отчаяние. Если все равно нет другого выхода, почему не попробовать последнее средство? И «Оно должно было стать моим!» он кричит не с жадностью или алчностью, а именно с отчаянием и беспомощностью – почему даже в этом, последнем, безнадежном оружии ему отказано?

Не только Фродо всю дорогу в тисках. Боромир тоже, да еще в каких: Кольцо брать нельзя, но, кроме Кольца, ни на что надежды больше нет. Причем он прекрасно понимает, как страшно и безнравственно то, что ему хочется сделать – грязь такого поступка ощутима почти физически. Когда он сдается под нажимом Кольца, то делает это не после разумной, логической цепочки умозаключений, как в книге, а попросту ломается в какой-то момент – без возврата жертвуя душой ради обманчивой надежды… Даже собственная смерть ему не кажется потом достаточным искуплением за этот грех.

Не случайно после нажима Галадриэли он начинает рассказывать Арагорну про Белую Башню Гондора. Это как попытка объяснения – почему в нем неотвязно, несмотря ни на что, существует это навязчивое желание. Не ради себя. Для Гондора…

Я в свое время осторожно предполагала на треде про Денэтора: Боромир видит раньше Арагорна, что именно в том есть качества настоящего короля, что именно он может хотя бы попробовать стать последней надеждой Гондора. Попытка разговора в SEE на реке именно от этого ощущения. Но вместо разговора они только что не дерутся – кстати, не по вине Боромира. И тогда, раз нет надежды, нет больше сил противиться безнадежному…

Так что меня совершенно потрясает, что он, сам измученный, почти сломленный Кольцом, находит в себе силы не только заметить состояние едва ли не отвергнутого всеми Фродо, – он оказывается способным дать ему хоть немного тепла. Если и не утешить, то хотя бы дать понять, что он не один, что кто-то его понимает.

Еще бы Фродо не сказал потом, перед Фарамиром, тихим, твердым, скорбным голосом, что они были друзьями. Именно друзьями они и были. Всю дорогу.

И уж если Кольцо заставило такого друга пойти на предательство… Неудивительно, что Фродо сразу после этого дрожит и кричит на Арагорна, когда тот спрашивает о Кольце с таким нехорошим огонечком в глазах. Неудивительно, что Фродо будет ужасно одинок почти весь второй фильм – и будет почти яростно охранять свое одиночество. Он, бедный, не до конца верит, что Сэм не способен повторить путь Боромира…

Ох, какой я рассадник офф-топов получаюсь… Про Фарамира – хорошо, Rika все ж таки официально разрешила; так теперь про Боромира… а дальше, наверное, про Денэтора «щас спою»… Короче, только дай палец… Все. Пошла себя перевоспитывать.


Позже: Yuv! Конечно, все сделаю. Дай только пропразднуемся...

[До]

Джеки, с большим опозданием ПРИСОЕДИНЯЮСЬ К ПОЗДРАВЛЕНИЯМ!

Продолжу злостный оффтоп.
Анна, ура! Никак не ожидала, что самые лучшие посты про Боромира найду в бывшем ФК ФБ. Я очень благодарна Джексону за Боромира. В книге он просто угрюмый дядька, а в фильме гораздо интереснее и светлее.

[Jacky]

Анна, До, спасибо большое за поздравления!

Белл, просто не знаю, как и благодарить! Это просто "эльфийская магия" какая-то! Я уж думала, что у меня останутся только воспоминания об этих стихах, которые когда-то буквально пронзили мне сердце... да еще в сочетании с мелодией, с голосом, интонацией...
Спасибо большое!


Анна, я тоже думаю, что здесь никакая тема не будет офф-топом. В мире ВК все так или иначе имеет отношение к Фродо...


Насчет Боромира - очень интересно, хотя, пожалуй, не со всем могу согласиться. Возможно, мне просто не очень импонируют люди такого типа... Кстати, он и в книге не так уж прост и однозначен, на мой взгляд. И в фильме он, конечно, многомерен и интересен. И все же в нем очень много гордыни - его слова о том, что Гондор не нуждается в короле очень перекликаются со словами из книги, где рассказывается, что еще ребенком Боромир сердился, что его отец - не король и спрашивал, сколько же надо лет, чтобы наместник стал королем, если король не возвращается.

Боромир, мне кажется, из тех, кто не слишком-то склонен к рефлексии, он сперва ввяжется в бой, а там - видно будет... Кроме того, он очень уверен в себе - по крайней мере, до поры до времени, это, по-моему, вообще свойственно сильным физически, доблестным людям, к тому же прекрасным воинам - он просто представить себе не может, что может кому-то проиграть, уступить.

Но отсутствие сомнений в себе самом может иногда сыграть злую шутку... В том числе - и в смысле недооценки другого, который меньше, слабее, младше... Его отношение к хоббитам, и к Фродо в частности - действительно - внимательное, доброе отношение старшего к младшим, но в нем явно заметны покровительственное, снисходительное начало... О равенстве нет и речи... И это тоже, кстати, одна из причин, по которым он долго не может признать правильность того, что Кольцо находится у Фродо...

И, конечно, им движет любовь к Гондору - прежде всего... Но в том-то и дело, что эта любовь слепа, она застит ему глаза, увы, это именно та собственная правда, из-за которой не видно общей картины и над которой так трудно подняться... Ясно, что столь сильное чувство и столь явная зацикленность делают Боромира уязвимым именно с этой стороны, и Кольцо бьет прежде всего сюда - где больно...

Думаю, что Фродо все же было не так-то легко сказать, что они были друзьями - с его обостренной чувствительностью - природной и усилившейся после ранения, он не мог не ощущать, что между Кольцом и Боромиром что-то происходит - особенно после эпизода на Карадрасе,что именно злесь - главная линия напряжения... И все же именно эта его чувствительность, мне кажется, помогла ему понять Боромира, оценить все то светлое, что в нем было и в какой-то мере ощутить надлом, случившийся в душе гондорца. В его словах о Боромире нет ни обиды, ни злобы. При известии о гибели Боромира он переживает настоящее горе...


И - о Фарамире. Мне кажется, что и он мог вызывать самые сильные чувства и эмоции в своих согражданах. "За таким - хоть в огонь - и пойдут, и Пин пошел бы за ним даже в гибельную тень черных крыл" - вспомним, как народ приветствует его, вернувшегося из-за реки, вспомним, как говорит о нем Берегонд... У него иная харизма, чем у Боромира, но, кажется, не менее сильная... Хотя понятно, что "инерция мышления", согласно которой человек, "знающий песни и сказания", не может быть хорошим воином, была сильна и в Гондоре, и оценить по достоинству Боромира было проще и легче, но - "имеющий глаза да увидит"... Вообще. как это ни смешно звучит, если продолжать о зеркалах и параллелях, мне видится много общего между Фродо и Фарамиром... И - тапками не бить! - между Боромиром и Сэмом... В том числе - и в смысле понятности героизма... Ну да ладно.


И, наконец, пара слов о Дэнеторе. В их с Фарамиром отношениях в книге есть очень любопытный аспект - я только недавно об этом подумала - своеобразная "ревность" Дэнетора к Гэндальфу. Во время памятного, по сути, последнего разговора отца и сына Дэнетор постоянно пеняет Фарамиру - то он глаз не сводит с Митрандира, то маг "прибрал его к рукам", то "Боромир был предан мне, а не заезжему чародею"... Интересно, будет ли в фильме какой-нибудь намек на дружбу Фарамира с Гэндальфом со всеми вытекающими последствиями...

[Анна]

Jacky и все остальные милые дамы, признаюсь в душевном трепете, я тут в очередной раз нахулиганила... настрочила девять страниц про Денэтора с сыновьями и какие у них отношения... Но это уже наглость - если все постить сюда без разрешения.

Как скажет народ? Если офф-топ - давайте уйду на тред про Денэтора. Про Фарамира и Боромира - на треды не хочу, атмосфэра там не та... слишком влюбленная, не до психологии...

[Radistka Kat]

Белл, с Днем Рождения!!!

[Анна]

Bell, с днем рождения!!!

[До]

Белл, поздравляю!!!

[Fridmanka]

Белл, солнце ты наше - яркое, весеннее и задорное!
Поздравляю тебя и хочу, чтоб ты знала: я (и, скорее всего, не только я ) тебя просто абажяю!!!
Не могу не пожелать тебе счастья - такого же яркого, как ты сама, но при этом глубокого и постоянного.
Продолжай сиять, как и подобает солнцу: излучая свет и тепло, разрывая любые тучи - даже сотканные Ородруином!
Пусть твой (и наш общий) неисправимый идеализм воплотит в реальность много доброго, чистого, светлого и... веселого !

[Talya_Sunny]

Дорогая Белл! С Днем Рождения!!!

А еще я от всей души поздравляю Фридманку с замечательным хоббитенком, и Мими - с радостной новостью.
Простите меня, дорогие, что так поздно.

Приветствую Анну и До. И хочу сказать Анне огромное спасибо за "оффтопы" о братьях-гондорцах, какое огромное удовольствие их читать!! Спасибо за интереснейший анализ сцен с Фарамиром. Я его (ПиДжеевского) уже почти полюбила.

Джеки, просто здорово, про параллели Фродо-Фарамир и Боромир-Сэм.
Первая парочка мне всегда казалась родственными душами, поэтому наверно с таким душевным трепетом слежу за их столкновением вначале, а потом, когда они уже поняли друг друга, явственно проявляется что-то общее. Два благородных рыцаря, не приемлющих насилие, но вынужденные выполнять свой долг и идущие без трепета ему навстречу...
А вот про сходство Боромира и Сэма - вот это мысль! А наверно и правда, чем-то похожи. Скажем так, уверенностью в своей правоте и простотой взгляда на вещи. Интересно как.

Прошу прощения за долгое отсутствие, не знаю, как часто смогу появляться, но все равно - огромное вам всем спасибо за интересные мысли! Буду читать и по мере сил участвовать.

[Tiri]

Белл, с Днем рожденья!!!
Счастья тебе!

[Jacky]

Белл, с радостью поздравляю тебя с замечательным днем - днем рождения!

Любви тебе, радости, счастья, исполнения желаний, всего самого прекрасного. Спасибо за все. Пусть мир всегда будет к тебе добр и щедр.
Пусть тебе будет светло.

Сирень зацвела...
Для тебя - цветок с тремя лепестками -
На счастье...

С праздником!




Таля, как же я рада тебя здесь видеть! Появляйся! И - удачи!


Анна, все, что ты пишешь, очень интересно. Я бы и про Денэтора почитала, честное слово!

[Galla]

Белл, дорогая, с днем рождения тебя! Счастья тебе, здоровья, любви !

Извините, что с опозданием, вчера не смогла добраться до компа, проблемы и заботы личного плана заели . Зашла, а тут такие люди, давно пропавшие и наконец-то вернувшиеся! Таля, дорогая, как же я рада тебя снова видеть здесь. Черкни ПМ, если будет свободная минутка.

Анна, я с большим удовольствием все прочитала, все очень интересно, особенно пробрал "Привет из Сталинграда", т.к. задело кое-какие личные струны. Там у меня есть пара дополнений, но сейчас просто нет времени, выскажусь позже. Про семейство Наместника с большим удовольствием прочитала бы здесь, но если народ сочтет это оффтопом, пойдем ради такого дела в тред Дэнетора, там вроде народ тоже серьезный.

[Rika]

Всем привет! Прошу прощения, что совсем не появляюсь - очень закрутилась на работе.

Белл,
с днем рождения! Желаю всего самого-самого.

Анна,
пожалуйста, перестань переживать насчет офф-топов! Пости здесь все, что хочется. Твои посты слишком интересны, чтобы от них отказываться. Мы все с удовольствием почитаем и про Денетора. И даже обсудим господина наместника.

В конце концов, как верно заметила Джеки, в мире ВК все таки или иначе имеет отношение к Фродо. А Денетор очень даже имеет, хотя так и не встретил (на общее счастье) г-на Бэггинса никогда - через своего младшего сына... Да и через Палантир, наверное.

Talya_Sunny,
с возвращением.

[Bell]

Милые девушки, спасибо!
Как говаривал любимый дядюшка нашего сокровища, среди такого окружения даже 111 лет - сплошное наслаждение, не то что годик с небольшим. Быть с вами - это и честь, и радость, и удовольствие. Роскошь человеческого общения - это о всех вас. Спасибо вам за неё.

Таля, радость наша, ты появилась, ура!
Возвращайся поскорее и не пропадай больше!

Анна, с нетерпением жду постов про Денетора. Чует моё сердце, это недолго будет офф-топом. Да в общем, все вы правы - всё, что так или иначе имеет отношение к Хранителю, таковым в общем-то не является .
Да, про Сэма и Боромира - Джеки, это просто супер, да не сочтут это очередной сковородкой на его голову .

[Bell]

Маленький ответ на предложение - в соответствующих тредах можно дать ссылку на это обсуждение. Потому что это именно обсуждение, а не отдельные посты, хоть и великолепные, и его участники могут и не захотеть, чтобы их отсюда куда-то "перетаскивали".
================================
ПОЗЖЕ Фридманка, ПОЧИСТЬ ЯЩИК, ПЛИИИИИИЗ!!!!!!

[Rika]

Извините, Donna Anna, но каждый посетитель этого форума вправе помещать свои посты там, где считает нужным.

Если Анна захочет открыть для своих постов отдельный тред, она сделает это сама и по собственному желанию. А на данный момент она считает нужным помещать свои посты в ФК ФБ. И я, честно говоря, очень рада ее выбору. Надеюсь, она и дальше нас не покинет.

И вообще, Белл совершенно права: посты Анны - естественная составляющая дискуссии на этом треде. Вырезать их из треда - значит наносить ущерб общему диалогу. Вряд ли кому-то из нас, постоянных участников дискуссии на ФК ФБ, понравится такая странная идея - вырезать из нее "по живому" целые куски.

[Cath]

ОльгаДва, наверное, дело в том, что посты Анны о Фарамире, Боромире и Денеторе являются неотъемлемой частью дискуссии, так как помогают лучше понять трактовку Пиджея характера героя данного треда. А те христианские оффтопы, которые вы имеете в виду, этому вовсе не способствовали и их перенесение в отдельный тред никак не могло помешать беседе. Это не считая того, что они задевали личные чувства присутствующих и провоцировали флейм.

[Анна]

Мысль нулевая. Или - с чего нельзя не начать

Все нижепробормоченное – всего лишь предположения, с большей-меньшей вероятностью. При «покадровом анализе» можно предъявить в качестве доказательства кадр. Когда говоришь о персонаже, который в фильме еще не появлялся, и об отношениях, которые проявляются в фильме… ну, так процентов на десять, во-первых, обязательно будут ошибки, а во-вторых, возможен только один путь подхода.

На настоящий момент уже бесспорно, что при экранизации эпоса Джексон со товарищи попытался психологизировать отношения персонажей. Оттенки, существующие у Толкиена, начинают вибрировать, сгущаться и усиливаться; либо же они «вытаскиваются» из описанной, но не детализированной ситуации; либо – к счастью, в исключительных случаях – досочиняются.

На основании 1) текста Толкиена, 2) скудных спойлеров и 3) характеров Боромира и Фарамира в ВК и ТТ можно попытаться поработать головой и, примерно следуя той логике, с которой текст Толкиена отработан в двух фильмах, представить себе, что «осталось за кадром» и что «будет дальше».

Естественно, при этом остается уповать, что мы со сценаристками Джексона читали одни и те же книги по психологии.


1. Договоримся на берегу

Если для кого-то Денэтор одноплановый злодейский отец, а, скажем, Фарамир – безвинный образцовый сын, то мы друг друга не поймем и дальше лучше не читать.

Денэтор – с его точки зрения – вовсе не жесток к Фарамиру. Мне вспоминается дореволюционный анекдот, как боцман порол матроса и приговаривал под вопли того: «Чума тебя возьми, братишка, что ж тебе, куда не ударишь, везде больно?» Вот что-то вроде того. Что же делать Денэтору, не обладающему тактом и харизмой Боромира, если младший сын сжимается буквально от каждого папиного слова?

Далее. На Денэтора свалилась колоссальная ответственность, причем несет он ее многие годы, и, в общем, очень достойно. В его пользу – что он при этом не озлобился. С другой стороны, он не мог не стать жестким. Вот именно не жестоким – жестким.

Ну и, наконец, а где гарантии, что он с Боромира так же стружку не снимал? Скорее всего, еще не так снимал. Просто тот по-другому воспринимал, по-другому реагировал, а отцовское раздражение и усталость очень быстро растворялись в его общей понимающей лучезарности. Денэтору, по-моему, просто рядом с Боромиром становилось легче. Снятие стресса и все такое.

А вот Фарамир… Какое уж тут снятие стресса. Наоборот – классическое его усугубление. Что ни скажешь – замыкается, молчит, лицо каменное, в глазах страдание. Елки-палки, ну должен же он понимать, что отцу не до проведения сеансов психотерапии! Некогда! Занят!

Короче, считаю, что мы имеем дело не с классическим мелодраматическим злодеем, а просто с очень занятым, очень перегруженным и очень непростым по характеру человеком. И очень несчастным, если совсем честно.
Если исходная посылка принята, можно начинать рассматривать внутрисемейную ситуацию как взаимодействие не злодейского папы и хороших сыновей, а трех сильных, умных, разных, тонко и глубоко чувствующих людей…

Короче, треугольник, где внимания, сочувствия и изредка осуждения достойна каждая вершина.


2. Немного простейшей геометрии и непростой психологии

Кто сказал, что треугольники бывают только любовные? У Джексона, почти в согласии с Толкиеном, наличествуют два треугольника, людской и хоббитский, связанные Очень Непростыми, но Абсолютно Целомудренными (и только! sic!) Отношениями.

Оба характеризуются активнейшей химией по всем трем сторонам (чем отличаются, к примеру, от, казалось бы, классического треугольника «Арагорн – обе его дамы»: дамы не взаимодействуют, и это с точки зрения геометрии уже не треугольник, это – угол…)

Оба треугольника имеют вершину, к которой тяготеют нижние углы, и затяжной конфликт углов у основания.

Оба слегка смешны и очень печальны.

О первом после ТТ не говорит только ленивый. Вершина – Фродо, внизу – цапающиеся, помимо прочего, от ревности, абсолютно не понимающие друг друга Сэм и Голлум, оба очень сильно тяготеющие к вершине. Причем Фродо для них обоих – вершина во всех смыслах. Не только геометрическом. Уберите Фродо из треугольника, и Сэм кинется на Голлума с мечом, а Голлум на Сэма – с зубами. При Фродо они не только сосуществуют, но и временами довольно сильно поднимаются над собой.

Второй треугольник пока не обсужден – так как один из углов, Денэтор, пока блистает отсутствием (будем надеяться, что не придется ждать до RotK, хотя бы немножко его вставили в SEE TT… Мечты, мечты…)

Вершиной простой треугольной гондорской наместнической семьи является, безусловно, Боромир. Конфликтующие углы, отчаянно любящие вершину, - Фарамир и Денэтор соответственно.

Среднее звено – одновременно связующее. Если оно исчезает, как и в первом треугольнике, обостряется тотальное неприятие и пышно цветут скрытые до времени конфликты.

[Анна]

3. Вершина треугольника, или О роли Боромира в семье. И о том, как ему самому там приходилось...

Вроде как бы он был вечным баловнем судьбы.

Первенец, наследник… эээ… ну, фактически-то наследник трона. И, что большая редкость, соответствовал образу будущего короля на все сто. Не просто красив собой, но излучает свет и обаяние. Быстрый практический ум. Все качества исключительного полководца.

Смелость, причем не холодно-разумная, а лихая: смертельная опасность вызывает прежде всего любопытство, почти прилив восторга. Ну, помните, с какой интонацией он говорил Арагорну в Мории: «У них тут пещерные тролли водятся»? Нет, совсем не так. «Слушай, как интересно, у них тут еще и пещерные тролли водятся!» Даже следа страха нет.

При этом ничего от тупого солдафона. Чуток, внимателен, умеет заметить эмоции человека, находящегося рядом, и, что еще более важно, знает, как поговорить с ним так, чтобы разрядить напряжение.

Человек, так одаренный судьбой, не может быть не любим. Причем всеми.

Безусловный любимец отца, гордость, смысл и надежда его жизни. Денэтор, конечно, немножко его подбаловал, даже, может быть, поговаривал о настоящем королевском статусе для такого замечательного наследника. Но, собственно, исключительная любовь отца как раз понятна. Наместник желал, чтобы Боромир был не таким, каким стал по жизни Денэтор, а таким, каким он себя всю жизнь мечтал видеть. Довольно обычная психологическая родительская заморочка. Ты будешь таким, каким хотел быть я. Тебе все удастся – и удастся больше, чем на моем нелегком пути удалось мне. И ты пройдешь по этому пути легко и без шипов. В отличие от меня.

Все это, в общем, внешнее.

На Боромире лежала с детства тяжелая ноша. Кажется, ему было десять, когда умерла мать. Давайте рассудим логически – у кого искал психологического утешения Денэтор? А пятилетний Фарамир? Ведь из всей семьи их оставалось только трое.

Младший сын, потеряв мать, мог молча сидеть в углу, осиротевшего малыша никто бы не стал дергать. Денэтор, как частенько бывает, попытался спрятаться в работу. Куда мог спрятаться подросток-Боромир, который всегда был на виду и от которого уже тогда безмолвно требовали сохранения образа счастливого «золотого мальчика»?

Великолепную внешность видели все. Ее нужно было «держать» и демонстрировать. Презентационные задачи государства, так сказать.

Тем, что внутри, до определенного момента нельзя было поделиться ни с кем. И меньше всего, полагаю, с отцом. Денэтору своей тяжести было довольно, он не только наверняка оберегал любимого сына от самого грязного и тяжелого, он еще и не поощрял в том душевные глубины. Напротив – их нужно было скрывать, чтобы не огорчить отца-правителя, от собственных глубин весьма натерпевшегося.

Дарить свой свет, не считая, в какой-то момент становится очень нелегко. Тебе не может быть трудно или больно. Ты не можешь сослаться на болезнь или настроение. Тебя не оправдывают потери близких, тяжелые впечатления от войны или, скажем, безымянный ужас Минас-Моргула. Ты всегда на виду, и когда взять силы неоткуда, все равно – светись и дари. Ты должен.
Прежде всего перед собой.

У него были простые желания светлого человека. Разгромить врага. Дать счастье близким. Завести семью. Возиться с детьми, которых он очень любил.

Он был человеком совестливым. Нельзя было пройти мимо замкнутого страдающего подростка-брата. Никто больше не мог дать Фарамиру любовь и тепло – это была задача Боромира.

Подрастая, он увидел то, о чем не хотел говорить Денэтор. Минас-Тирит пустел. Натиск с востока ужасал. Гондор был на грани катастрофы.

Решений ждали от Боромира.

Решений не было.

В какой-то момент, полагаю, один-единственный человек – подросший Фарамир – понял то, что всегда было зажато братом внутри, и немного облегчил ему ношу. Возможно, они как бы поменялись ролями в этот момент: старший смог опереться на младшего и ощутил, кроме любви, еще и гордость.

Все разваливалось буквально на глазах. Любые военные победы оборачивались горьким поражением и отступлением. Даже в собственном доме – затяжной, молчаливый, многолетний конфликт между отцом и братом, между двумя самыми любимыми и родными людьми.

Боромир был обречен видеть свое глобальное бессилие не только в масштабах Гондора, но и своей семьи. Никакие слова ничего не могли изменить в отношении отца к младшему сыну. Фарамиру не особенно помогали разумные объяснения. Все, что мог сделать Боромир – любить и жалеть их обоих и продолжать быть единственным мостиком между ними – через любовь обоих к нему.

Он сорвался во всех смыслах, когда появилась возможность дальней – едва ли не годичной – поездки на север в Ривенделл. Можно было уйти хотя бы ненадолго от всех неразрешенных и принципиально неразрешимых вопросов – в семье и государстве. Хотя бы немного пожить без постоянного давления навязанного образа. К тому же – разве поиск любой, самой призрачной возможности спасти Гондор не был его прямой рабочей обязанностью?

Но в какой-то степени он, конечно, просто сбежал. Навстречу опасностям, которые честно веселили душу. Пробираясь по неприветливым западным землям в поисках Имладриса, он, полагаю, был в последний раз в своей жизни счастлив.

Дальше его ждало Кольцо.

[Анна]

4. Второй угол треугольника, или Вечно второй сын

Он носит маску крутого, жесткого, безжалостного следователя, в отряде создана идеальная дисциплина – разговоры с командиром вполголоса и каждое дыхание по команде. Только вот маска регулярно сползает, и под ней оказывается человек молодой, ранимый, да уже и израненный непрекращающейся конфронтацией с любимым отцом; а кроме того, чуткий и остро воспринимающий чужую боль.

Он не может быть следователем, не ожесточившись.

Да и кому вообще нужна на войне маска? Кто у нас там еще из вояк? Боромир? Для этого никакой маски не надо, в бою все просто, вот ваши – вот наши, и он там совершенно естественен. Арагорн? Что-то общее в Фарамиром есть, но все же здесь характер неимоверно сильный, после принятия решения – пугающе непреклонный, и вообще, под слоем комплексов легированная сталь. Его профессия не столько война, сколько странничество, но уж такие выдались времена, что одно с другим не разделишь. В бою он тоже далеко не чужой. Во всяком случае, эльфами командует с профессиональным опытом. Маски ему не надо. Другое выражение лица, и только.

Я уже не говорю про Эомера, для которого львиный рык «Рохиррим! За короля!» естественен, как дыхание.

Маску на войне носит только Фарамир. И, собственно говоря, это означает, что мы имеем дело с мягким, интеллигентным человеком, оказавшимся в условиях, где нет места ни мягкости, ни интеллигентности, и вынужденным приспосабливаться и выживать.

Он заставляет себя быть военным. Он скорее политик, книжник, ученый – но время… долг…

Другое дело, что мягкие люди тоже могут ожесточаться, и маска начинает прирастать к лицу.

Собственно, маска привычна ему с детства. Дома она тоже была необходима. Свои чувства надо было постоянно скрывать.

Может быть, он с самого начала очень сильно проигрывал рядом с ярким, харизматическим Боромиром. Может быть, Денэтор очень рано увидел в младшем сыне свои собственные качества – закрытость, замкнутость, рефлексию, вдумчивое отношение к любой проблеме, стремление опереться на мысль, а не на силу или харизму. Поскольку самому Денэтору эти качества не принесли не только счастья, но и удачи в делах правления, он их, видимо, не слишком ценил. Ну, собственно, то, чем обладаешь от природы, всегда не очень ценишь – по сравнению с тем, что наработал тяжким трудом.

Вероятно, Денэтор хотел, чтобы младший сын стал вариантом старшего. Вариантом мечты самого Денэтора. Возможно, именно это, как он думал, принесет сыновьям счастье.

Старшему сыну – принесло. Хотя бы внешне, но он подтвердил мудрость родительской политики наместника.

Младший тихо и непреклонно двигался своим путем. Нет, конечно, он не пренебрегал науками настоящего мужчины – но относился к ним без вдохновения. Глаза загорались в библиотеке, а не в учебном бою. Фанатически любя отца и стремясь завоевать любой ценой его расположение, он не мог сделать одного – сфальшивить. Ему было интереснее идти путем самого Денэтора, чем путем мечты Денэтора.

Для отца он стал разочарованием.

В какой момент замкнулся порочный круг, сказать невозможно. Недовольство отца приводило к новым попыткам Фарамира завоевать его расположение. Но успехи в делах военных воспринимались с сомнением, если не иронией – там всегда первым и недосягаемым был Боромир, старательность Фарамира производила на Денэтора скорее впечатление намеренной и несколько натужной демонстрации. Успехи по части «книг», вероятно, вызывали насмешку и открытое неприятие.

Ко всему, бедой Фарамира было то, что скрыть боль до конца у него никогда не получалось. Слишком искренний человек – как и Боромир. Но искренность Боромира в глазах Денэтора – в пользу старшего сына, а вот искренность Фарамира создавала постоянные проблемы.

Спойлерная фотография сына с отцом (та, что из календаря), особенно показательна в этом плане. Попытка сохранить невозмутимое лицо. Потерянность в глазах. Беспомощно опущенные руки. Сгорбленные плечи. Он слишком сильно на все реагирует, чтобы скрыть свои эмоции от Денэтора – а поскольку наместник этого видеть не желает, возникает отторжение.

Короче, со временем пропасть росла, а поскольку попытки Фарамира что-то доказать и заслужить не ослабевали, скорее – усиливались, у отца к раздражению от разочарования прибавлялось другое раздражение – от неуместного, упорного, постоянного преследования его младшим сыном. Что, собственно, ему еще от меня надо? Да еще с таким выражением лица, как будто я в этом виноват?

Со временем он все более упорно отворачивался от собственного отражения в младшем сыне и обращался к отражению своих желаний и надежд в сыне старшем.

То, что Фарамиру, как многим людям с нежной душой, была просто нужна любовь, Денэтору в голову не могло прийти. А если бы пришло – он первый бы эту мысль высмеял. К нему, занявшему пост наместника в катастрофическое время, маска «Я - сильный и безжалостный» приросла уже так давно, что содрать ее – с кожей – оказалось способным лишь смертельное ранение Фарамира.

Вот что интересно: было хоть раз, чтобы Боромир после очередного тихого, но раздирающего душу конфликта отозвал брата в сторонку и сказал: «Ты бы любил его хоть немного поменьше. Насколько бы легче было и тебе, и ему…»

Могло быть. Но ничего бы не изменило.

5. О ревности в разных аспектах, или Обратность подобия.

Я совершенно не хотела бы создать впечатление, что я Денэтора не люблю. И вообще, мне очень сильно не хочется бросать в него камни. Дело в том, что я очень люблю Фарамира. А если подойти к делу с точки зрения геометрии, то подобие действует в обе стороны.

И если Фарамир похож на молодого Денэтора, то Денэтор похож на… Да. Денэтор – это Фарамир, проживший много тяжелых лет, прошедший через невероятную тяжесть власти, в полной мере испытавший бесцельность собственных титанических усилий, горечь потери большой любви, одиночество, и над всем – неотвратимый ужас надвигающейся катастрофы. После которой действительно не останется уже ничего и никого.

Они, возможно, были похожи и в детстве. Мы мало знаем об отце Денэтора, но нередко отвержение, пережитое в детстве, переходит на детей. Можно осторожно предположить, как было сделано в одном фанфике, что отношения Денэтора с отцом зеркалят отношения Фарамира с Денэтором.

Не настаиваю. Но если это было, то все тем более кошмарно, потому что рядом с Денэтором не было Боромира.

Если уж предполагать до конца, то Фарамир без Боромира вырос бы таким же сумрачным и ожесточенным, как Денэтор. А Денэтору брат, похожий на Боромира, сумел бы дать любовь и нежность – и не дал бы маске прирасти к лицу уже в молодые годы.

И тогда логично предположить, что для Денэтора такой сын, как Боромир, есть тайное отражение детских мечтаний о вот таком замечательном брате…

Но это лирика и фантазии. Главное доказательство, пожалуй, пока только одно.

Денэтор ревнует.

Полагаю, маленький мальчик в нем подсознательно хотел Боромира для себя одного. Видимо, его раздражали доверительные и близкие отношения сыновей, в которых ему самому в детстве было отказано. Тем не менее вряд ли он пытался изолировать их друг от друга. Возможно, правда, что-то высказывал по этому поводу. В соответствии с логикой характеров сыновей, Боромир, скорее всего, научился пропускать насмешки мимо ушей, а Фарамир на каждую шпильку отца отвечал по-своему – упорным молчанием и несчастными глазами. Правда, прямых указаний на это нет – только логика событий.

Но вот уже вполне реально другое. Денэтор ревнует Боромира даже после смерти.

Даже мертвый Боромир должен принадлежать только ему.

Он держит на коленях расколотый рог, который нашел младший сын. Он разгневан на Фарамира так, что отсылает его в Итилиен – это уже с порога почти штрафбат, а между тем открытый конфликт еще впереди, и гибель Боромира не могла сразу же его спровоцировать – худо-бедно, но похожие углы треугольника как-то ладили между собой целый год без физического присутствия вершины. Собственно, да и чем Фарамир провинился? Если, конечно, не считать двух основополагающих проступков: а) он не Боромир; б) он не погиб вместо Боромира.

Ответ очень прост. Это Фарамир первым узнал о смерти брата. Это он нашел расколотый рог. Это ему, а не Денэтору, была дарована горькая милость в последний раз увидеть лицо Боромира – мертвого, в эльфийской лодке, залитой светящейся водой.

Даже теперь, после смерти Боромира, Денэтор вынужден делить его с младшим сыном, который становится соперником. Причем – совершенно неожиданно – на равных.

После того, как Фарамир выходит из тени старшего брата, он совершает один из главных поступков своей жизни – отказывается от Кольца. Дальше он приходит к отцу как на казнь – потому что отказ от Кольца для него страшная штука, хуже утраты жизни. Это утрата надежды на отцовскую любовь, надежды хотя бы заменить ему Боромира.

Не думаю, что Денэтор это видит. Он видит соперника. Неожиданного, умного и сильного. И благородного.
Вот это больнее всего.

Помните гневный упрек, что Фарамир старается вести себя по образцу древних благородных королей? Что это, как не проговорка – о том, чего Денэтору хотелось всю жизнь?
Да, Фарамир так себя и ведет. А Денэтор уже не смог бы. Или смог? Но в любом случае у него нет и шанса.

Фарамир оказался выше отца. Это разочаровывающее отражение, ни на что особо не годное, кроме перебирания старых свитков, этот слабый, упрямый, вечно второй сын, оказывается, переиграл отца на его собственном поле, сделав то, о чем Денэтор всегда мечтал. Судьба не дала Наместнику и малой возможности быть прекрасным и благородным королем – как те, древние, несравненный пример с детства. Он всю жизнь занимался грязной, тяжелой, напрасной работой. И он погибнет вместе с Гондором, который пытался спасти любой ценой – без единого благородного, безупречного поступка.

Но этот поступок совершил его сын.

Думаю, Денэтор его почти ненавидит.
И ужасно им гордится. И, конечно, любит.
И совершенно не в состоянии простить.

[Анна]

6. Осложняющий фактор, или Гэндальф

Интересно, будет ли в фильме про то, что Фарамир был учеником Гэндальфа? Вообще-то вряд ли. Разве что краешком. Но, если подумать, тоже отличный материал для психологических выкрутасов. Гэндальф в роли учителя, соперника отца…

Боромир вряд ли обращал на это особое внимание. У него книги примерно как у Фарамира боевые искусства: да, надо для работы, но – не хобби, в общем, без огня. Наверное, он был рад, что младший брат нашел себе отдушину. По-моему, ему и в страшном сне не пришло бы в голову Фарамира ревновать.

Совершенно однозначно, что Денэтору это в голову пришло, причем довольно давно. Когда он вскричал насчет того, что Фарамир предпочитал смотреть в рот Гэндальфу, а не слушать мудрые мысли самого Денэтора, это была вторая крупная проговорка, причем выдавшая его с головой.

Механизм внешнего сопротивления Денэтора урокам Гэндальфа был примерно по типу собаки на сене. Вся эта покрытая пылью веков мудрость не может помочь мне сохранить Гондор. Значит, она ничего не стоит. Поэтому сам ее не буду использовать – и сыну не дам.

Это опять же внешнее. Изнутри все печальнее и проще. Как может мудрый маг находить столько достоинств в моем собственном сыне, в котором я никаких особых достоинств не нахожу? Даже, пожалуй, больше достоинств, чем во мне самом?

Реакция была примерно такая же, как в предыдущем случае: Гэндальф пропускал комментарии Денэтора мимо ушей, Фарамир молчал и мучился. И продолжал учиться.

К чести Денэтора, он ограничился недовольством на словах, не запретив общение впрямую.

Любопытно, на какие кнопки надавят в фильме в плане отношений Денэтора и Гэндальфа. Самое вероятное, что мне сейчас приходит в голову – разница глобального подхода к спасению Средиземья. Для Денэтора прежде всего важен Гондор. Гондор и мир – одно и то же. Падение Гондора есть падение Средиземья в целом.

Гэндальф знает, что в Средиземье земель много, и любит каждую из них не меньше Гондора. Мир для него много шире и разнообразнее. Более драгоценен. И еще более хрупок.

Но как Джексон умудрится это сделать технически – тайна сия велика есть. Пока, конечно.


7. О влиянии на все эти перипетии палантира, или чем могут быть похожи Саурон и его ювелирное изделие

Второй осложняющий фактор – несомненно, палантир с Глазом Саурона.

Тысячу раз сказано – и хорошо сказано – о том, что Кольцо виртуозно вытаскивает из каждого человека самое худшее, самое темное, искажая в то же время в темную сторону все хорошие качества.

Но, собственно, если Саурон вложил в Кольцо значительную часть своей силы – может быть, и индивидуальность передал тоже? То есть – что, если разговор с Сауроном через палантир оказывает на собеседника примерно то же самое воздействие, что и Кольцо – на тех несчастных, которым пришлось оказаться поблизости в момент активной работы сего артефакта?

Тогда вполне логично всегда несколько смущавшее меня превращение Сарумана. Ну, подумаешь, пара разговоров… а чем закончилось? Не мог ли Саурон, по принципу «наши недостатки – продолжение наших достоинств», извратить сарумановы мудрость, достоинство, стремление защитить слабых? Не потому ли Гэндальф ужасается палантиру с красным огнем внутри примерно так же, как протянутому ему Кольцу? И не следует ли, хотя бы частично, рассматривать Сарумана как своего рода Голлума?

Хотя Саруман, в отличие от Голлума, имел немало мозгов и возможностей быть поосторожнее.

Я к чему. Если лучшие качества Денэтора Саурон через палантир искажал, а не лучшие – утрировал и подчеркивал, не может ли его поведение с Фарамиром или Гэндальфом быть не особенностями тяжелого характера изношенного старика, а, так сказать, следствием жестокой обработки извне?

И чем тогда расплатится за палантир Арагорн?

Ну и в завершение. Как мне кажется, палантир для Денэтора – все равно что Кольцо для Боромира. Последний, хотя и безнадежный шанс. То, что нельзя использовать, к чему безнравственно даже прикасаться – но в своем отчаянии оба дают слабину. И если для Боромира нарушение слова и осквернение Кольцом не искупает даже героическая смерть, то и Денэтор должен понимать, что губит свою душу.

Полагаю, как и Боромир, он делает это не для себя.
Для Гондора.


8. Проблемы наказания, или Что сделал Денэтор для Фарамира своей смертью.

Фарамир так и не дождется любви со стороны отца. Денэтор, сперва впаяв ему по полной, затем отправит на передовую – «искупать кровью». Вот это уж точно штрафбат, и примерно столько же надежды вернуться живым.

Не уверена, что много желания вернуться живым.

Думаю, он надломился еще после смерти брата. Денэтор швыряет ему в лицо: почему не погиб вместо него ты? И Фарамир соглашается, потому что уже давно и упорно думает о том же: почему вместо него не пошел и не погиб я.

Может быть, и в Итилиен он попросился сам – чтобы быть подальше от отца и дать судьбе шанс себя убить.

Потом было Кольцо и Осгилиат. Зверская встряска. И понимание, что они с отцом навсегда остались чужими. В общем, после брата он безвозвратно теряет и отца.

Не то, чтобы он идет на смерть, защищая Минас-Тирит. Но в общем он не особенно рассчитывает вернуться живым. Он не будет искать смерти, но к ней готов.

Они опять ужасно похожи с отцом. Когда все, абсолютно все потеряно, они оба ищут себе наказания. Только Фарамир проявит смирение, выбор наказания оставив за судьбой. А Денэтор, гордец, решит, что даже наказание в состоянии назначить себе только он сам.

Да, все-таки была любовь, да, есть острое чувство вины – и понимание, что нет возврата. Что сын уже никогда не откроет глаз и не услышит, как отец просит у него прощения.

Как говорил Теоден на могиле сына, «No parent should have to bury their child».

Денэтор не способен смириться. В своей гордыне он накажет себя гораздо страшнее, чем судьба – за все свои действительные и мнимые вины.
Фарамир горит в жару. Фарамир сгорает. Тогда мы будем гореть вместе.
Он разделит судьбу сына хотя бы в момент смерти.

Самое печальное в том, что, не возьми в Денэторе верх гордыня, и все, быть может, еще кончилось бы… ну, не то чтобы хорошо, но как-то устроилось. Он совсем немного не дождался возвращения надежды. Точно так же Арагорн мог бы исцелить Фарамира. Точно так же выстоял бы Минас-Тирит. Был бы спасен Гондор. Был бы спасен мир.
Изменилось бы только одно.

Меня всегда в «Войне и мире» переворачивало осознание того, что, не умри у любимой мною княжны Марьи отец, она не встретила бы своего будущего мужа… или встретила бы, но никакой химии и никакой любви между ними не случилось. И осталась бы она навсегда старой девой возле брюзгливого старика. А потом – довольно скоро – и совершенно одинокой старой девой.
Смерть отца дала ей шанс изменить жизнь.

Если бы Фарамир не остался совершенно один, он мог и встретить Эовин – но того, что произошло между ними, скорее всего, не случилось бы. Ведь она для него настоящее спасение. Он, всю жизнь отчаянно желавший любви, встретил ее именно тогда, когда потерял, казалось бы, все. Огонь бывает самым ярким, когда темно.

Если бы Фарамир не отогрел Эовин, примерно так, как его самого в свое время Боромир, - осталась бы она жить с разбитым сердцем где-нибудь неподалеку от Эдораса и умерла одинокой. Жизнь бы утекла в песок после всех ее подвигов, и без любви Фарамира за ней замкнулась бы дверца той клетки, которой она так боится.
Им обоим дала шанс смерть Денэтора.

Не знаю, понимал ли это Фарамир. Вряд ли. Во всяком случае, не сразу. И уж точно ни о чем подобном и подозревать не мог перед смертью почти безумный Денэтор.

Странные формы иногда принимает милость Божья.

Думаю, что они были очень счастливы. Так что в каком-то смысле это история с хорошим концом.

PS: Отдельное большое спасибо lis, которая нашла в себе силы прочитать сырой вариант и дать ценные советы.

[Cath]

Заранее прошу прощения за несодержательный пост, просто не могу сдержаться.

Анна!! Прелесть наша, спасибо Просто не могу дождаться момента, когда закончится этот дурацкий рабочий день, и я приду домой и почитаю эту вкуснятинку

Еще раз сорри.

[Angel Hebe]

Как говорил Теоден на могиле сына, «No parent should have to bury their child».

И точно, наверняка нас поджидает зеркало:Теоден- Теодред- Эомер,Денетор-Боромир-Фарамир,очень интересно! (скорей бы прошла сессия)

[Rika]

Анна, браво! Последние посты - просто роскошь. Праздник для ума. Я в полном восторге!!!

Для меня Фарамир тоже всегда был одним из самых любимых персонажей в ВК и по ощущению - достаточно трагическим. Да, он мудр, но как известно, во многая мудрости много печали... И особенно он мне был интересен именно своими тяжелыми и мучительными взаимоотношениями с отцом. Я очень рада, что ты так четко и логично сформулировала многое из того, что я ощущала, но так и не облекла в слова.

Единственное соображение сходу. Да, по психологическому типу Денетор и его младший сын действительно очень близки. Но в их внутренних установках сразу бросается в глаза одно существеннейшее отличие. Отношение к власти.

Денетор отравлен властолюбием. Для него возможность подчинять и управлять другими слишком необходима для ощущения своей важности и состоятельности. Как и ощущение себя (и своего рода) Правителями Гондора. Нет, он не отвергает идею ожидания возвращения "Законного Короля" для Гондора. Традиции слишком глубоко в него въелись... Но у меня есть ощущение, что он надеется - это не произойдет никогда. Я не уверена, что он добровольно передал бы власть Арагорну. Скорее, начал бы поиск юридических зацепок, чтобы доказать, что Элессар не имеет законных прав на престол, что он не "истинный" король.

А вот у Фарамира в характере этого уязвимого места - отравленности властью - нет. Он командует своими людьми привычно и естественно, но мне кажется, власть над другими не является для его души и самосознания подпиткой и "наркотиком". Возможно, порой она даже его тяготит.

На самом деле, здесь Фарамир тоже близок с Фродо. И это еще одна причина, почему он оказался достаточно резистентным к искушению кольца. Ведь оно, насколько я понимаю, искушает именно властью самого разного рода - над людьми, над обстоятельствами, над судьбой...

[Manticore]

Ох, не могу не засветиться...

Анна, спасибо огромное, но соглашусь не со всем (хотя и со многим).

Боромир

Отчаяние, нежность, гордость... Сила, мужество, бесстрашие... Да, конечно. Но еще и властность, гордыня и жесткость - он прирожденный воин и наследник трона. Гнев и ярость - это _он _ должен спасти Гондор.

Да, в фильме Боромир выглядит мягче, чем в книге, но это потому, что ему нет нужды скрывать свои чувства, по крайней мере, от товарищей (чем ближе его отношения со спутниками, тем больше он раскрывается). В отличие от Фарамира, который старается скрыть свои чувства вообще ото всех (желательно, и от себя).

Боромиру незачем закрываться, ибо никто никогда не упрекал его в слабости, не сомневался в его силе и праве на власть. Впрочем, даже с этой поправкой Боромир в фильме мягче/человечнее, но "качества наследника" у него никуда не исчезали.

Это я к тому, что в нарисованном Анной облике Боромира чуть больше отчаяния и мягкости, чем даже по фильму.

Зеркала

Не думаю, что отношение Денэтора к Фарамиру зеркалит отношение к нему его отца. Иначе бы он понял сына. Нет, конечно, он не стал бы относиться к нему мягче или бросаться проявлять всяческие отцовские чувства... Но ситуация, описанная в книге, демонстрирует полное отсутствие понимания Денэтором своего сына.

Скорее, Денэтора воспитывали как Боромира - наследник, который должен быть достоин трона. И он не был вторым сыном. И никто не запрещал ему возиться с книгами - он потратил на это многие годы. Другой разговор, что он убедился в тщетности знаний перед лицом грозящей гибели и пришел к выводу о напрасно потраченном за манускриптами времени... Но он пришел к таким выводам сам, без постоянного дополнительного прессинга со стороны отца.

Он решил, что не даст Фарамиру заниматься изучением бесполезных знаний - родителям отвратительно, когда их дети повторяют их же ошибки, несмотря на предупреждения.

Фарамир - не любимый и практически не наследник. Причина смерти любимой жены Денэтора - а этот человек чересчур категоричен в отношении к окружающим.

Выбор Фарамира

Не уверена, что Денэтор оценил благородство поступка Фарамира. Потому что со стороны, а тем более, со стороны правителя обреченного Гондора, этот поступок выглядит ни чем иным, как безумием. (Это, впрочем, и есть безумие - слишком призрачна надежда) Денэтор достаточно смотрел в палантир. Он знал, что Гондор может спасти только неимоверное чудо - такое, как Кольцо Врага. И как не закономерным, посланным свыше чудом можно назвать то, что кольцо попало в руки его сына именно теперь. И этот "вечно второй" оправдал все страхи и разочарования отца, отправив Кольцо Саурону, приблизив гибель Гондора.

К тому же, кольцо уже завладело разумом наместника - он знал, что такое "проклятие Исильдура" и что принесет ему Боромир из Ривенделла. Одной мысли о Кольце достаточно, чтобы свести с ума и разрушить личность. Денэтор уже просто не мог оценить поступок сына. Хотя...

Опять же Гэндальф

Когда-то Денэтор преклонялся перед мудростью Гэндальфа. И он охотно беседовал с волшебником над загадками древних свитков... Это было до того, как он осознал бесплезность знаний - но это было. Он не забыл ни этого времени, ни мудрости Гэндальфа, ни своего уважения к нему. Хотя и отрекся, поддавшись отчаянию и гордыне.

Мне кажется, Денэтор ревновал Гэндальфа к Фарамиру. Но не потому, что маг предпочел младшего сына ему самому, а потому что он предпочел его Боромиру. Ведь именно Боромир - воплощение всего лучшего, что видел Денэтор в людях, он - истинный наследник трона и надежда Гондора. Как и было сказано, Денэтор видел в нем воплощение того, кем хотел стать.

Но почему же тогда Гэндальф пренебрегает Боромиром, проводя большую часть времени с младшим? Нет, конечно же Денэтор был бы против того, чтобы Гэндальф обучал Боромира сверх необходимого минимума, но сам факт... Уверена, что наместнику не давало покоя, что мудрый Гэндальф не оценил старшего сына. И ужасно злило. Это стало одной из причин его ненависти к Гэндальфу.

Но. Как я уже сказала, наместник не забыл о мудрости Гэндальфа. И возможно, именно восхищение волшебника поступком Фарамира послужило тому, что Денэтор впоследствии все-таки понял (или был близок к пониманию) отчаянного благородства сына. Надеюсь, что это так...

О Зрячих камнях

На мой взгляд, разговор с Сауроном через Палантир действовал гораздо жестче, чем Кольцо на шее. У Кольца больше времени для обработки и меньше грубой силы для прямого подавления воли. Оно, не имея силы Саурона, вынуждено действовать хитростью. А в Палантире - сам Саурон, чистая злая воля. И времени - только на разговор (он, конечно, может на расстоянии внушать желание посмотреть в камень, но это воздействие чуть более узко специализировано, чем работа Кольца. И грубее - объект прекрасно осознает происходящее и ощущает действие чужой воли - следовательно, может сопротивляться). Зато во время разговора, Саурон имеет возможность и запугивать, и пытать, и убеждать, и просто ломать волю.

Помыслы Сарумана он не извращал - с этим прекрасно справилось Кольцо, одни мысли об обладании которым извратили все помыслы мудрого волшебеника.
И мыслей Денэтора Саурон не извращал так, как извратило бы Кольцо - он сломал его волю отчаянием. Денэтор знал слишком много - и знал, что палантиры не лгут. А мысли об обладании Кольцом были и у Денэтора.

ИМХО
------------------------

Всех приветствую, всех искренне уважаю и люблю.

[Анна]

Rika, совершенно согласна. И не только власть Арагорну он не смог бы передать, он и от Кольца не смог бы отказаться. Наверное, все-таки не смог бы. Это как раз то, о чем я пыталась говорить: когда-то он мечтал быть «благородным королем древности», но грязная действительность политики и власть его, конечно, деформировали почти до неузнаваемости. Подсознательно он желает быть таким и сейчас – но никогда уже, видимо, себя не преодолел бы, даже если бы и возможность представилась…

А Фарамир… Знаешь, наверное, его счастье – что не он был наследником. Властолюбие ему, в отличие от Боромира, не «прививали» с детства, а теперь, во взрослом состоянии, он слишком умный и тонкий человек, чтобы не понять, что власти ему не надо – да, собственно, он к ней и не приспособлен.

Мне в связи с этим всегда было интересно: объявил ли его наследником Денэтор после гибели Боромира? Или это как-то осталось в подвешенном состоянии? Потому что Денэтор тоже умный и тонкий, к тому же обладает колоссальным опытом, не мог он не понимать, что младший сын не просто власти не хочет – он бы взялся и честно тянул, не желая того, - но к власти еще и не готов…

С другой стороны, когда все трещит по швам, может быть, это уже и не было так важно…

Hebe, да, конечно, явное зеркало, только Денэтор, боюсь, при всей его цивилизованности окажется не на высоте «варварского» Теодена…
Между прочим, когда Эомер привозит в Эдорас умирающего Теодреда, это прямая цитата из книги – только из третьей, когда Имрахиль привозит в Минас-Тирит умирающего Фарамира…

Cath! Ты меня пугаешь. Слово «прелесть» знаешь с чем ассоциируется?!. Шучу, конечно. И я помню все, что обещала тебе сделать – обязательно сделаю, кровь из носу, надо все закончить до 22 июня, в самый длинный день переезжаю на дачу и дальше буду появляться только изредка…

Manticore, все остальное - только имхи против имх, а логически хочу возразить только по последнему пункту. Вряд ли все-таки волшебник-майя мог поехать крышей только от одного желания получить Кольцо, которое от него было довольно далеко. Даже Гэндальф в книге, узнав о Палантире (там это – лишь после взятия Изенгарда) говорит, что теперь для него предательство Сарумана стало яснее. Там вроде бы звучали слова типа «улещивал, соблазнял и запугивал», если не ошибаюсь.

Кстати, Саурон тоже был не «чистой злой волей», а большим мастером соблазна. Ну, хотя бы, как он действовал в Нуменоре, если вспомнить… А Кольцо, когда не могло соблазнить, по фильму - начинало работать "чистой злой волей". Ярче всего это видно, когда оно тащит Фродо на стену в Осгилиате пред черный капюшон назгула...