Куда приводят мечты...

[Ainedil]

– Странно, – отвлекся от зеркальца Финдарато. – Вы нолфинги. Мы арфинги. А они тогда почему не курфинги?

Просто класс! Все! Дракон, я в свуне - это супер!
Я так смеялась!

[Ангмариэль]

Чем дальше. тем более восхитительно. Еще пару порций - и я окончательно вылезу из депры )

[Женечка]

Дракон
. Мало? Супер!

[DRakon]

Сижу и лыбюсь: как приятно, когда тебя хвалят... Спасибо, народ!!!
Мирилас, Женечка, а вы чего же не продолжаете? Мне ндравится...

[Женечка]

Стыдно..после такого

[Ноя]

Первоначальное сообщение от DRakon
Сижу и лыбюсь: как приятно, когда тебя хвалят... Спасибо, народ!!!

Да, пожалуйста! Читала, хохотала - много, громко... распугала все и-нет-кафе... а если учесть, что хохотали мы вдовоем с подругой...
Короче - спасибо, Дракон! У тебя отличное чувство юмора - черта, которую я больше всего ценю в людях!

[Rina]

Дракон, поддерживаю!!! Это просто супер! Скажу только еще, что мы действительно хохотали вместе с Ноей, и распугали всх посетителей

[Анардин]

Ххххххыыыыыы.... здорово, я ссылку всем друзьям раскидала, народ в восторге.
Мирилас, кстати, права, тебе давно на Эрессеа пора, в смысле на сайт, а не остров палить, конечно....)))))

[Мирилас]

Так у меня там два рассказа уже висят!

[Анардин]

Я пока опасаюсь посылать, не стоит моё тварчество подобного...)

[Фестин]

Присоединяюсь к всеобщим восторгам. Все это даже меня сподвигло на написание какого-никакого рассказа(это при моей-то лени). Настрочил три страницы, перечитал и понял, что никому это никогда не покажу. Ужас.

[DRakon]

Первоначальное сообщение от Анардин
Ххххххыыыыыы.... здорово, я ссылку всем друзьям раскидала, народ в восторге.
Мирилас, кстати, права, тебе давно на Эрессеа пора, в смысле на сайт, а не остров палить, конечно....)))))

Да мне палить, вообще-то, сподручнее... Но попробуюсь. Спасибо за совет.

[Арамис]

По наводке Дракона копирую сий изврат сюда
Дракон, мерси


Новый Год, блин!

До Нового Года оставалось несколько часов, и в ночном стриптиз-баре "Сава" уже начались приготовления, под наблюдением всевидящего ока хозяйки заведения со зловещими инициалами - С.С.Первое "С" означало - Сова, а второе, по всей видимости (или по всевидимости) - Сауроновна.С.С. была организаторорм праздника и распределив обязанности по его подготовке, наблюдала за её ходом с усталым видом выполнившего свой долг человека.То усть, конечно, птицы.А в зале, отведённом под будущий новогодний вечер, происходило следующее: Чебурашка и Горлум распаковывали ящики с ёлочными игрушками, для непринесённой ещё пока ёлки, и обменивались фразами, содержащими огромное колличество ненормативной лексики, вадрес друг друга.Ёлки не было, так как её отсутствие было обнаружено лишь сегодня утром и за ней было решено отправить Джейсона с бензопилой, ибо он единственный, кто имел опыт обращения с этим инструментом.Из под потолка слышалось громкое сопение и брань.Это Карлсон изо всех сил пытался отодрать, присохшие к потолку, жевательные резинки, и материл Фродо и старика Хоттабыча - первого - за идею плевать жевачкой в потолок, а второго - за то, что, в отличие от Митрандира (который отказался заниматься этим по причине пьянки у крокодила Гены) нетолько согласился с радостью, но, к тому же, с помощью своей бороды, сделал так, чтобы они таки долетали до десятиметрового потолка.Досталось также и старухе Шапокляк, которая, научившись дедуктивному методу у Шерлока Холмса и, посему, предвидя такое развитие событий, самолично и привезла эти жевачки.Их было столько, что они покрывали плотными рядами несколько квадратных метров штукатурки, и, по всей видимости, одним из компонентов в них, была эпоксидная смола, ибо они никак не желали отрываться от потолка.Карлсон, постигший от Малыша лишь немногие ругательства, внимательно прислушивался к диалогу Чебурашки и Горлума и, как эхо, разносился под потолком его голос, вторивший матерящимся внизу.Арагорн с Саруманом, посланные на общественно полезный труд в район общественной уборной, дабы привести её в потребный вид, вспомнили, что для этого им нужны моющие средства.Арагорн предложил поискать их на пищевом складе и Саруман с ним согласился.Теперь всевидящее око Совы никак не могло их отыскать.Не могла же она знать о том, что Саруман уже не белый, после столкновения с большой бутылью свекольного сока, а на Арагорне надет не неизменный драный плащ, а костюм снегурочки, наизнанку, который почему-то тоже валялся на складе.Эти метаморфозы произошли в них по причине обнаружения ими больших запасов водки, и значительного их сокращения.В зале, в это время, уже успела накопиться огромная куча пустых коробок от ёлочных игрушек, из под которых всё ещё слышались, уже правда несколько приглушённые, ругательства.Карлсон, которому теперь приходилось напрягать свой слух, чтобы хоть что-нибудь расслышать, с воинственными криками-"Спокойствие, только спокойствие!", начал швырять в направлении голосов жевательные резинки, которые он всё таки умудрился отодрать, правда вместе со штукатуркой.По этой причине резко увеличился их вес и размер, и снизу послышалась такая отборная ругань, что её услышала даже, задремавшая было, Сова.В ужасе, она принялась летать кругами по залу и орать:"О, мои уши! О мои бедные уши!".В этот момент раздался пронзительный вопль - это один из особенно крупных кусков штукатурки припечатал уши Чебурашки к полу.К несчастью для Чебурашки, но к великому удовлетворению Горлума, между ушами и полом оказалось десятка два больших ёлочных шаров, которые непременули с треском полопаться и вонзиться в Чебурашку.И теперь, сверкая всеми цветами радуги, следом за Совой бегал Чебурашка.Правда, кроме фразы "О, мои уши!" он кричал ещё много других слов, от которых скорость Совы резко увеличилась, а Карлсон, добившись своего, выпустил из рук очередной кусок штукатурки, чтобы начать записывать за Чебурашкой.Тут же снизу раздалось страшное шипение и ругань - кусок штукатурки попал в Горлума.Карлсон был доволен.
Вдруг все эти вопли заглушил странный звук, который начала издавать водопроводная труба в углу. Она звенела, булькала, гудела и свистела - в общем, нарушала все правила поведения нормальной водопроводной трубы.
- Землетрясссссссение!!! - заорал Горлум и зарылся под груду коробок, успев однако дёрнуть пробегавшего мимо Чебурашку за оба уха и запустить в Карлсона зелёной ёлочной игрушкой, в виде груши. Груша почему-то в Карлсона не попала, а попала в Сову. Последняя, резко спикировав, врезалась во всё ту же несчастную кучу коробок, зарывшись в неё с головой. Из под картона торчали только её когти, которые она, по случаю праздника, покрыла синим лаком.
Но это было не землетрясение. Это Арагорн с Саруманом, вспомнив о возложенной на их плечи миссии, ползком отправились в уборную. Увидев своё отражение в зеркале Саруман заявил, что теперь он Саруман Красный, и начал читать Арагорну коммунистические идеи по свержению монархии в Средиземье. Арагорну это не понравилось и он решил таки вернуть Саруману прежний цвет.Для этого он насыпал в ближайший унитаз изрядную дозу порошка "Комет", схватил магаа за бороду и стал погружать его в унитаз, переодически нажимая на рычаг для спуска воды и посыпая его сверху остатками "Комета".
Саруман орал, но так как погружался лицом вниз, его вопли разносились по просторам местной канализации. Арагорн, сообразив наконец, сквозь туман, который стал обволакивать его мозги уже после второго литра выпитой водки, что цвет свеклы с его собутыльника не смоет даже "Комет", ругаясь самыми грязными эльфийскими словами, по поводу того, что рядом нет балрогов, решил сделать из новоявленного красного Радагаста. Для этого он вытащил его из отмытого до блеска унитаза, и погрузил в соседний, который уже месяц, как был забит. На этот раз перекраска удалась, правда запах от Сарумана-Радагаста был, как от Горлума, который часто промышлял "крысссссятинкой" в городской канализации. Но стоило Саруману открыть рот, как этот запах мгновенно заглушился запахом выпитой водки, к которому примешивался запах "Комета", которого маг тоже успел вдоволь нахлебаться. А рот Саруман, а ныне Радагаст, открыл для того, чтобы как следует высказаться в адрес Арагорна. Но успел сказать только: "Ты..." ,потому что в этот момент на него обрушился град мокрых рулонов туалетной бумаги. Первый же из них попал ему прямо между зубов, надёжно залепив его рот. Это Арагорну вдруг захотелось сыграть с ним в "войнушку".
В это время дверь в зал с треском распахнулась и в неё влетел Пятачок, размахивая привязанным на верёвочку от воздушного шарика, ульем. За ним по пятам летели рассерженные пчёлы, а следом за ними скакал Винни-Пух, верхом на ослике Иа-Иа и громко хрюкал.
Иа-Иа орал: "Снемите с меня этого сумасшедшего поросёнка!!", так как был уверен, что его оседлал пьяный Пятачок. Ослик не мог видеть последнего, потому что его заслонял плотный слой пчёл и мёд, разлетавшийся во все стороны из вращающегося улья на верёвочке. Пятачок и в самом деле был пьян в зюзю, потому что Винни-Пух самолично напоил его фирменной самогонкой, которую гнал крокодил Гена из чего-то, что продавала ему старуха Шапокляк, и на удивление было похоже на крысиный помёт. Винни же натравил Пятачка и на пчёл. Теперь Пятачок носился кругами по залу, следом за бегающим ещё Чебурашкой, и вращаая со свистом ульем над головой, орал: "Я тучка, тучка, тучка...Ик!...Я вовсе не медведь...Ик!" На втором "ике" улей с треском догнал удиравшего Чебурашку, окатив его мёдом. Пчёлы переключились на Чебурашку, который, взвизгнув от неожиданности, выругался и выскочил в дверь.
Улей, отскочив от Чебурашки, срекошетил в Арагорна, который, оседлав Сарумана, как раз въезжал в зал. В руке у него была продувалка для унитаза. Он отчаяно лупил пятками по Саруману и явно воображал себя Чапаевым. Выбитый из седла пролетающим мимо ульем, Арагорн заорал: Руби их, Петька!", и отключился. Саруман проскакал дальше, но тут его на всём скаку подрезал Винни-Пух, верхом на осле. Саруман резко затормозил и только было собрался что-то сказать, как Винни-Пух ухватил его за бороду и помчался описывать круги по залу.
В дверь ввалился в дупель пьяный Джейсон, таща за собой, почему-то пальму. Как выяснилоось в последствии, ёлки он не нашёл. Где и как он достал пальму, он объяснить отказался, но это никого особо и не интересовало.
Оправившаяся от аварийной посадки Сова, принялась развешивать на пальме ёлочные игрушки, так и не заметив, что пальма всё ещё валяется на полу, куда её швырнул Джейсон. А всё потому, что пока она торчала вверх когтями из кучи картона, Горлум успел напоить её спиртом собственного приготовления. Видимо этим же объяснялось и её столь скорое выздоровление.
Вслед за Джейсоном появился и сам крокодил Гена, за которым шли, сгибаясь под тяжестью ящиков со спиртным, Фродо и Митрандир. Спиртное сразу же пошло по кругу и к полуночи все уже мирно спали под сенью пальмовых листьев.
Говорят, как встретишь Новый Год, так его и проведёшь. Видимо, так оно и есть. Ну что ж, спокойной ночи...до следующего Нового Года!
(С) Я.

[Мирилас]

Ура! Приветствуем новых участников!

[Женечка]

по просьбам трудящихся. Сами нарвались

Я очнулась видимо на кровати. Открыла зенки – над моей мордой склонилась красивая Финродова морда. Перепуганная донельзя. А над этой мордой – фрески. Эру, как же я ненавижу фрески. Короче, лучше б я умерла.
- Милая, с тобой все хорошо? – Финрод, блин.
Убирает с моего лица волосы, гладит по щеке, улыбается. Бее, какая гадость!
- Да-да. Только можно я встану?
- Нет. Ты лучше лежи.
- Твоя забота о ней просто поражает мое воображение, Арфинг – сарказм Трандуила мое воображение тоже поражает.
- Лапы убери от нее Златовласка фигова! – Эомер, король.
Красивая морда скривилась. Неприятно, да? Обидно. Ну что ж поделать, бывают клички и похуже. Вон, Саурона как только не обзывали. Ой, блин, он же где-то тут ходит, охламон. Отбиваясь от заботливых рук, сажусь на кровати. Роняю челюсть. Картина Репина «Приплыли». Траднуил спокоен как удав, Финрод косится на Эомера, последний сжимает кулаки (Отелла , блин), Феанор с сынулей о чем-то шепчутся. Судя по лицу сынули – папа зол и, не смотря на то, что сына на голову выше папы, сына – огребет. А в углу со страшным антиваларским матом от пыли и копоти отряхивается Саурон. Ха! Его изысканному черно-серебряному одеянию все равно - трындец. Окромя этого, ему здорово припалило задний бампер. Бедняжка. Ох, как же у меня голова-то болит.
- Вот посмотри, что ты с ней сделал. Ей же плохо. У нее же рожа зеленая! – Эомер.
- Рожа! – я
- Хам! А ну извинился. - Трандуил
- Ее прекрасное лицо нуждается в свежем воздухе. – Финрод, естссно.
Лучше б я умер….а, я уже это говорила. Казановы тут еще не хватало. Лучше уж пусть «рожа». И этой роже надо выпить. Дрожащей лапкой тянусь к графинчику. Трандуил чижиком подносит гранчачок с вином. Пару глотков – голова входит в черепную коробку. С трудом, но помещается. Тут раздается грохот. Мимо пролетает бревно. Попадает Эомеру по кумполу, тот падает на меня всем своим весом . Доспехи, шлем и пр. Вино из стакана обляпывает Трандуила, тот свирепеет. Финрод пытается стащить с меня Эомера. Не наадо! Его чертов шлем запутался в моих волосах. ААА! Боольно. В зоне камина кто-то тоже душераздирающе вопит, предположительно Саурон. Из-за Эомера ни балрога не видно. Вопли переходят в хрип. Трандуил и Финродом наконец стащили с меня Эомера периодически попинывая последнего и выдирая остатки моего парика. Уф. Оглядываюсь – феаноринги душат Саурона, тот уже вяло отбрыкивается. Феанор орет «Ах ты, морготово отродье!!! Ты почто при женщинах ругаешься!! Нельо, сынок, дай еще одно бревно!!!» Саурон пытается развоплотится, ему не дают – бьют бревном. Трандуил наплевав на костюм с ухмылкой смотрит на представление «Феаноринги укокошивают майара». Финрод упаковывает тело сына на Эомунда в кресло. Ну что за дурдом?

[Dietrich]

*Подмазывается к Женечке, чтобы не резала скальпелем *

Нарвавшиеся трудящиеся читали и смеялись. И еще не против понарываться.

[Isilme]

Женечка, спасибо! Здорово!
Ждем следующей части.

[Алатриэль]

Обалдеть! Только трэд нарыла и ржала часа два!
Люди, пишите, у вас офигенно получается!

[Мирилас]

Напишем...

[Алатриэль]

Ура! буду ждать! Я вчера ночью под вашим влиянием начала кое-что писать, он пока все как-то грустно и тольок два героя...

[Дэн]

Это был музей. Хотя внешне он выглядел как обычная изба с куском одичавшей природы вокруг, огороженной забором. Правда, находился он посреди города и над дверью висела табличка "Здесь до революции располагалась подпольная типографмя". В музее работала моя хорошая приятельница, к которой я часто заглядывал. Было в нём две комнаты - собственно музей и закуток со скамейкой и столом, на коем гордо высились заклеенный изолентой электрочайник и мини-телевизор.
Вот и на этот раз я открыл калитку, вошёл и только потянулся к ручке двери, как она распахнулась сама, устроив мне на лбу солидную шишку. Из-за неё выскочил лохматый русоволосый парень в длинной рубахе и заорал нечто невразумительное, но что-то всё-таки напоминающее. Я вспомнил время, когда я жил в Эстонии, и спросил его, кто он такой. Мне пришлось повторить вопрос раза четыре, кроме того, что его нужно было ещё переорать. Наконец он что-то понял и с радостным воплем представился: "Лемминкяйнен!".
Ёшкин кот! Доигрались! Открыли портал, называется! Это после того, как мы с подругой вчера от нечего делать пытались пробиться в Арду! Но Калевала-то тут при чём?!.. И куда его девать? "Ох, держись, город, не виноватый я, он сам пришёл" - подумал я и со словами "Анникки пошла туда" указал рукой на калитку. Лемминкяйнен рванул вперёд, по дороге cпоткнулся и приложился о калитку лбом. Надеюсь, шишка получилась не меньше, чем у меня. Открываю дверь в ожидании новых неожиданностей. О, ура, затея удалась! А о чём ещё может свидетельствовать доносящийся из музейной комнаты синдарин? Но в первую очередь я заглянул в закуток. На столе белела записка от подруги: "Тут началось чёрт-те что, я поехала домой, надеюсь, ты с этим разберёшься". Та-ак...
Тут в соседнем помещении раздался грохот. Зайдя, я увидел двух разозлённых эльфов, не узнать которых было невозможно. Но между ними была одна разница: первый стоял, а второй лежал на полу, и на его спине сидела девица тоже эльфийского вида, сжимая в руке какие-то ветки и листья. Очень сконфуженным тоном она начала:
- Простите, я сидела на дереве...
- Опять?!!! - завопил, валяясь на полу, Тингол. Стоявший рядом Карантир громко хихикнул.
-...И тут ветка обломилась, и я... Ой, а где я?
- Здесь перекрёсток миров, - сказал я. - Так что я уже ничему не удивляюсь и вам не cоветую.
Неллас слезла со спины Тингола и устроилась в углу, стараясь сделать так, чтобы её подольше не замечали. Тут в комнату вбежал Горлум, держа в руках попугая. Попугай вырвался и взлетел к потолку.
- Моя прелесссть!! - Горлум подпрыгивал на месте.
- Оставь в покое птичку! - сзади на Горлума налетел Радагаст, сбил его с ног и оба они повалились на Карантира, который по этой причине прекратил ржать над Тинголом и начал ругаться насчёт всяких uvanimar, воняющих как гнилое болото. Попугаю надоело летать и он jпустился на моё плечо. На его лапке было надето кольцо. Тут Горлум выполз из кучи-малы. Попугай полетел к выходу, но в невероятном прыжке Горлум почти достал его, и в зубах Горлума топорщилось зелёное перо из попугайского хвоста.
- Дур-рак! Дур-рак! Аспир-рант! - проскрипел попугай, вылетая из комнаты.
- Что здесь происходит?! - мощным голосом дал знать о своём появлении ещё один эльф, с cобранными кожаным ремешком чёрными волосами. - Это не похоже на Мандос! Или настало время Битвы Битв?
- Да какой это Мандос! - сказал Тингол. Потом, присмотревшись: - О Эру! Только тебя здесь и не хватало!
- Это верно, один из нас здесь лишний! - ответил Феанор, нащупывая на боку отсутствующий меч.

[DRakon]

Как-то невесело все закончилось...

[Дэн]

А ещё ничего не закончилось...

[DRakon]

Упс! Простите! Жду продолжения!

[Дэн]

Радагаст шагнул вслед Горлуму и вдруг исчез. Феанор бросил искать меч и рванул к Карантиру. После недолгих отцовско-сыновних приветствий они перешли на осанвэ и лицо Карантира, и без того загорелое, ещё более потемнело, а поза его напоминала готовый закипеть чайник. И чайник действительно закипел. В соседней комнате. Но этот звук перекрылся звоном разбитого стекла: Горлум стырил с музейной витрины какую-то деревянную штуковину и стал её грызть, во все стороны летели щепки. Осколки витрины посыпались на Тингола, он вскочил. Горлум спрятался за Неллас, которая на тот момент занималась только тем, что беспрестанно хлопала глазами. Я на правах временного хозяина помещения пошёл в закуток за веником и лоб в лоб столкнулся с обладателем длинной белой хламиды, держащим в руке чайник. На его лбу вспухала шишка, и я ухмыльнулся, так как мне самому после встречи с Лемминкяйненом такие бурные знакомства уже не могли повредить. Он окатил меня ледяным взором, от которого на стенах выступил иней, и, отойдя на два шага, сказал:
- Я тебя не узнаю, но если это твои шуточки, сэр Макс, то от них пахнет не лучше, чем от самых заброшенных кварталов Ехо.
- Я не сэр Макс, я Дэн, и я приглашаю вас в это скромное обиталище... сэр Лонли-Локли.
- Премного благодарен, но если вы меня знаете, то без сэра Макса тут не обошлось, не увиливайте!
- Видите ли, он написал книгу...
- Что?!..
- Да, и не одну, - я представил Шурфа Лонли-Локли, заваленного книгами Фрая. Так я и думал: он устроился за столом, перелистывая страницы, а рядом заново закипал чайник, в днище которого красовалась большая дыра. Да, это было намного безопаснее, чем, допустим, дать читать Феанору Сильмариллион... А что?.. Сильм у меня с собой...
Вернувшись, я не увидел в комнате ни Тингола, ни Неллас, зато там появился Даэрон, правда, без флейты. Видимо, сопровождающие предметы - типа даэроновой флейты или фэанаровского меча, портал не пропускает. Буду знать. Горлум, держась за стык брёвен, висел почти под потолком, загнанный туда Тинголом. Когда он висел, я показал ему кулак, а когда он слез, перед ним закачался в моей руке веник. Пока Горлум прибирался, ко мне подошёл Феанор. Он был настроен решительно.
- Возможно ли отсюда попасть в Арду? - спросил он.
- Только в то место, откуда ты пришёл.
- Нет! Я предпочту тысячу лет здесь году в Чертогах! - почти крикнул Феанор.
- Её тебе вполне хватит, чтобы познакомиться с миром за пределами этого дома, - сказал я.
...Ох, знали бы посетители и администрация музея, какие вещи водятся там в тёмных углах! А водилась там в том числе видавшая виды гитара, замаскированная среди кучи тряпок, изображавших ветошь для протирки типографских литер. Я извлёк её, слегка подстроил и передал Даэрону, который ещё во время настройки внимательно её раглядывал.
Тут раздался громкий, далеко уже не первый в этих стенах вопль. Неподалёку от старинного стола с чугунной столешницей стоял Феанор. На столе лежал Сильм в переводе Эстель...

[Мирилас]

Бедный Феанаро! Дэн, ты - ПРЕЛЕСТЬ! В лучшем смысле этого слова!

А вообще, не последовать ли мне примеру Дракона?

[DRakon]

Мири, последуй. Дэн, срочно отбирай у Феанора чугунную столешницу! Сильм, он сам собой сгорит, а вот если столешница расплавится... Или если он ей не дай Эру размахнется...

[Anastasi]

Ой, народ, как у вас тут весело! Хохотала до слез над вашими перлами. Больше всего понравилась разборка феанорычей, финголфинычей и фанарфинычей (язык сломаешь!) со случайным путником, отказывающимся признавать себе орком. Дракон, может еще что-нибудь ардовское родишь?

[DRakon]

Родю, родю. Потуги уже начались, но все время включается чисто драконовское жмотство: а вдруг понадобится для КВН? Нехорошо как-то добро разбазаривать...

[Anastasi]

Значит добра должно быть много. Чтобы на всех хватило!