Легенды Колеса - ролевая игра по книгам Р.Джордана

[Матия Айрателе]

Матия вдохнула поглубже, приготовившись выдать очередную порцию хорошо заслуженных тайренцем слов, но тут что-то шевельнулось в душе. Ты ведь тоже кинулась сюда, ничего не разузнав, сломя голову...и не имея никаких следов, кроме дурацкой записки. Еще хорошо, что с тобой Дина была, но ведь ты и без нее побежла бы...и носилась бы по всему городу, в тщетных поисках, так? Матия попыталась было заглушить этот тихий голос, но все упреки и ругательства все равно вылетели из головы. Вздохнув, она опустила глаза и выдавила:
- Ну... спасибо.
И только тут до нее дошло, что шепнул ей Самер. С трудом удержавшись от возгласа, она приглушенно спросила:
- Что?! Ты - страж? Ты? Они охотятся на айз седай? Они что - с ума сошли? Или...так, стоп, что ты натворил сегодня утром? Мастер Кинч сказал, что ты вернулся в таверну на рассвете. Куда еще ты успел влипнуть?
Правильно оценив бледность, вновь появившуюся на лице Самера, Матия все же подхватила его за локоть и подтолкнула к тюку, валявшемуся у стены.
- Присядь же...И расскажи!

[Samer Alaga]

Если бы не Матия, Самер ни за что не сделал бы те несколько шагов, что отделяли его от ближайшего тюка. Он чувствовал себя так, словно не спал неделю... и если уж на то пошло, не ел примерно столько же, но в любом случае, это было гораздо лучше, чем он чувствовал себя в последний раз, когда приходил в себя. Свет, он ведь помнил, как ему ломали руки! Тяжело опустившись на тюк – кажется, внутри была шерсть, он взглядом показал Матии сесть рядом. Он еще не был твердо уверен в правильности своих догадок, но как бы то ни было, ему не хотелось, чтобы их разговор слышали Дина или рыжая.
- Послушай, помнишь вчера, когда мы сидели в таверне, там была девочка в красном платье? Помоложе тебя, светленькая? В общем, когда ты ушла спать, я еще некоторое время сидел внизу...
Думал о тебе, чуть было не прибывил он, но удержался, хотя это и было чистой правдой.
- Потом, когда уже светало, эта девочка ушла, а сразу за ней встали и ушли двое... самого бандитского вида. А за ними пошел я. И не надо говорить, что я дурак, я и сам знаю. Со стороны наверняка эта процессия выглядела страшно забавно. По дороге те двое, видимо, поняли, что за ними следят, и... ну в общем, одного я убил, другого скрутил, его потом Стража забрала. Самое интересное, что по крайней мере у одного из них была такая же татуировка на запястье, как у этого, - Самер кивнул в сторону белобрысого. – Мне тогда еще Стража сказала, что того, которого я убил, звали Чижом, и он был из банды какого-то Терновника... или Терновников, не помню. Пока мы дрались, девочка, разумеется, исчезла, и правильно сделала. Я не знаю почему, но эти кретины были уверены, что она Айз Седай. Это бред какой-то, я ее видел, она же ребенок совсем, какая там Айз Седай. Но эти ребята вбили себе в голову, что она Айз Седай, что естественно делало меня в их глазах ее Стражем. Свет, я - и Айз Седай! Кретины! Не знаю, может, тут в Андоре не принято, чтобы мужчина просто так защитил девушку от бандитов... Но самое интересное не это. Они, конечно, хотели отомстить мне за Чижа, но прежде всего они хотели через меня добраться до этой будто бы Айз Седай. Белобрысый все про узы твердил... Если я правильно понял, кто-то в Кэймлине назначил за голову Айз Седай королевское вознаграждение. Вот такая история. Ты что-нибудь понимаешь? – Самер вопросительно посмотрел на девушку. – По-моему, это все бред какой-то.

[Норидин Седай]

- Меня зовут Кирстин, но мрожно просто Кири.

- Ну что ж, Кири так Кири... - почему она так странно на меня смотрит? Неужели я потеряла контроль? Норидин якобы машинально провела рукой по лицу, - нет, морщины на месте. Тогда на что она так смотрит?
А, вот оно что... шатающийся тайренец все же вскочил на ноги.
- Пойдем, Кири, там остался еще один. Как бы шевелиться не начал...
По пути в глубь склада Норидин внимательно прислушивалась к разговору Самера и Матийи. Не смотря на то, что ее руки были заняты связыванием белобрысого его же ремнем, Норидин не упустила ни из беседы ни слова. Она давно уже научилась все слышать, одновременно изучая манускрипт или даже переписывая его...

– По-моему, это все бред какой-то.

- Все может быть... - спокойно отзвалась айз седай на слова тайренца, - Матийя, следи, чтобы этот глупый мужчина больше не вскакивал. После сотрясения мозга это опасно.
Ведь у него было сотрясение мозга... Просто оно уже прошло...

[Кири]

Кири поплелась вслед за Диной вглубь склада. Настроение у нее было хуже не придумаешь, и превратись сейчас Дина прямо на ее глазах в троллока, она, наверное, почувствовала бы облегчение.
- И что вы собираетесь с ними делать…? – спросила Кири, чуть было не добавив «Айз Седай». В данный момент судьба, без сомнения незавидная, оглушенного ею парня занимала ее менее всего.
Вообще-то, Дина не была похожа на Айз Седай, но исцеление безусловно делало ее таковой. Конечно, Кири слышала, что некоторые Чтицы могли исцелять не хуже, но она как-то не могла представить себе Чтицу, практически в одиночку справившуюся с несколькими бандитами. В конце концов, Таслима Седай была седой, почему бы Дине не быть в морщинах. Кто ее знает, сколько ей лет…
Постой, остановила она свои мрачные мысли. Таслима Седай говорила, что у меня нет способностей к Силе. Значит, почувствовать Дина ничего не может. Почувствовать не может, а знать? Нет, вряд ли. Это почти невозможно. У меня же не написано на лбу: «Кирстин Тарейл. Ходит по миру снов. Собственность Таслимы Седай»! Как ни старалась она себя успокоить, получалось это с трудом. Кири пожалела, что не перекрасила свои волосы в черный цвет – тогда бы ее точно никогда не нашли.

[Норидин Седай]

- Сначала - хорошенько порасспросить...
Норидин довольно посмотрела на дело своих рук - все трое бандитов оглушены и связаны.
- Хотя... о чем их спрашивать?.. - тихо, почти про себя, сказала Норидин, - И полному идиоту понятно, что они следили и за гостицицей, и за той девушкой... Причем следили грамотно, раз смогли услышать имя и разговор об обещании... Свет, я живьем сниму шкуру с этого бездельника! С обоих бездельников!

[Матия Айрателе]

Матия слушала Самера с удивлением. Поначалу - да, ей очень захотелось высказаться о том, сколько глупостей может совершить мужчина за один день. Но...но он так искренне заявил, что и сам знает, какой дурак...он ее просто обезоруживал, так нечестно! Однако чем дальше он говорил - тем непонятней все это становилось. Бандиты, охотящиеся на айз седай? Кто-то, обещавший ПЛАТУ за голову азй седай? Реплика Дины застала Матию врасплох - она и не заметила, что горожанка оказалась так близко - ведь Самер говорил очень тихо. Покосившись на Дину, Матия сдержанно кивнула, не сводя с нее пристального взгляда. По виду Самера она вдруг поняла, что он ее спутнице тоже не доверяет. А почему она сама ей доверяет? Как же не похожа Дина стала на простую горожанку, встреченную Матией всего...да всего пару часов назад. Даже на горожанку родом из Шайнара.
Когда Дина, склонившись над неподвижным бандитом, прошипела вдруг "Свет, я живьем сниму шкуру с этого бездельника!", Матия вскочила, сама не заметив, что автоматически, не думая заслонила Самера от этой женщины. Да о чем это она?
- Что случилось?

[Норидин Седай]

- Ничего страшного... - Свет, у этой девочки очень хороший слух. Слишком хороший, - Просто мне не нравится, когда люди, которым я плачу, плохо делают свою работу.
Норидин выпрямилась, и поочередно посмотрела на каждого из присутствующих. Самер смотрел на нее откровенно недоверчиво, Кири... похоже, рыжая раздумывала удрать, но боялась ,что ее испепелят на месте... Матийя выглядела самой спокойной.
...Так, или я ничего не понимаю, или Кирстен в прошлом имела дело с айз седай... И прячется от них. Интересно, почему? Беглянкой она быть не может...
- Если у Вас есть вопросы, лучше задайте их сейчас. Если нет, то советую Вам всем как можно скорее забыть о сегодняшнем проишествии, и особенно о моем в нем участии.

[Кири]

Кири села на корточки около бесчувственных бандитов. У одного из них, того светловолосого малого, на которого она обратила внимание до того как встретила Дину и Матию, была страшного вида рана под правым плечом. Из того немногого, что знала Кири о лечении, выходило, что рукой он нормально пользоваться не сможет уже никогда, если, конечно, Дина не решит Исцелить и его. На это надежды было мало.
- Он потерял много крови, Дина. Позвольте я хотя бы перевяжу рану, - попросила она, не поднимая глаз на Дину. Задавать вопросы ей не хотелось - потому что не хотелось услышать ответы на них.

[Норидин Седай]

- Как хочешь.
Этот светловолосый интересовал ее только как источник информации. Но позволить ему истечь кровью действительно было несколько легкомысленно.

[Samer Alaga]

- Неплохая идея, забыть о сегодняшнем происшествии, - мрачно хмыкнул Самер. – Матия, сядь: если бы она хотела спустить шкуру с меня, то могла бы это уже сделать. Только я, конечно, могу забыть... Надеюсь, и Матия сможет... А как насчет того, кого они называли Сам? Как насчет тех, кто устроил торговлю головами Айз Седай в розницу? Думаешь, они забудут? О, о тебе, Дина, они ничего не узнают, но тебе не кажется, что надо по крайней мере постараться предупредить ту девочку, за которой они охотились? Если бы я знал, где ее найти... – Самер замолчал, затем добавил вполголоса, качая головой: - И если бы я мог двигаться даже если бы знал... А Матия - они ведь знают про нее!
Некоторое время он молчал, искоса поглядывая на Матию – надо же, решила его защитить от своей не в меру ретивой знакомой!
- Ты знаешь, Дина, есть у меня один вопрос: тут в Кэймлине все время так... весело, или это мое особенное везение?

[Норидин Седай]

- Это конец тысячелетия, Самер. Не больше и не меньше... Твои стремления похвальны, но ты не понимаешь, к чему прикоснулся. Прикоснулся кончиком пальца и уже чуть не лишился жизни. Подумай, надо ли тебе знать о том, кто именно назначил награду за голову айз седай? И надо ли тебе забивать голову тем, была ли та девочка айз седай или нет? Надо ли совать руку в осиное гнездо? Вы, тайренцы, любите рассуждать о чести... и о долге. Но исполняют долг другие, - Норидин поджала губы. Вообще-то она надеялась, что обойдется без разговора.
- Так, - сказала шайнарка, - Самер, тебе нужен хороший сон и еда примерно три дня подряд...
Тут Норидин послышался шорох... Нет, не послышался. белобрысый, которому она подрезала руку, зашавелился, и теперь смотрел, вернее пытался смотреть то на нее, то на Кири.

[Матия Айрателе]

Матия неодобрительно посмотрела на Самера - еле жив, а все смеется. Да еще спасать какую-то азй седай рвется. Ох уж эти мужчины!
Потом она перевела взгляд на Дину. Ее речь...помесь недосказанностей, высокомерия и советов не лезть не в свое дело (хотя она-то этим, похоже, и занималась)...странная она, Дина...непонятная, как айз седай, как говорят у них на севере.
- Мы, предположим, можем и не совать руку в гнездо. Можем и с закрытыми глазами ходить. Только...слишком много случайностей и совпадений. Я по опыту знаю - это не бывает просто так. Мы уйдем, - Матия решительно глянула на Самера, пресекая попытки возразить, - но я почему-то просто уверена, что мы еще встретимся. И не раз.
И в этотм момент зашевелился один из бандитов.

[Норидин Седай]

- Вот и отлично. Не забудьте про Кири, ей не повредит чего-нибудь выпить и хорошенько проплакаться... А если вы передатите хозяину записку от меня...
Норидин привычно выудила маленькую книжечку и перо, которое не нуждалось в чернильнице, на секуду задумалась, черкнула несколько слов, выдрала листок, сложила и протянула Матийи.

Старые склады терновника,красные ворота, за дровяными скаладми. Немедленно. Шайнарка

Белобрысый похоже, действительно был самым опасным из них... Хорошо, что он остался жив.

[Rohirrimka]

ГМ
Светловолосый бандит осторожно переводил взгляд с одного лица на другое. осторожно - потому что голова раскалывалась. Он поппытался опереться на руку - но рука его не слушалась. Он побледнел, пытаясь сообразить, что с ним сделали...и как отсюда выбраться. В голове его явно шел мучительный, но быстрый процесс осмысливания. И, очевидно, прошел удачно, потому что он не стал задавать глупых вопросов вроде "Кто вы такие". Он выделил среди противника очевидно главного - ту женщину, что (он с удивлением вспомнил это) сразила его в драке..неужели это та, кого они ждали, кого ловили на этого живца? нет..не похожа...может кто-то из этих девчонок? Нет...это тоже невозможно, та дралась бы по другому. Так кто же это, чтоб им в Безду Рока упасть!
Откашлявшись, он заявил, придав голосу побольше уверенности.
- Не стоит так радоваться. Вы на территории Терновника, вам не уйти из этого района. Зря вы, девочки, ввязались в это дело, оно вас не касается.

[Кири]

- Я никуда не уйду, пока не перевяжу его. - Кири удивилась тому, как странно спокойно звучал ее голос. На удивление ловко Кири развязала узел, стягивавший руки светловолосого. Тот пришел в себя, но не мог пошевелиться - видно, действительно досталось ему здорово.
- Тише, не шевелись, хуже будет.
Осторожно, стараясь не тревожить и без того тяжелую рану, Кири, воспользовавшись одним из ножей, валявшихся на полу – может быть, этот нож принадлежал светловолосому, - разрезала куртку и рубашку, обнажив плечо. Да, плохо дело. Тебе сегодня явно не повезло, подумала она, имея в виду не то бандита, не то себя, а скорее всего обоих.
Собственная рубашка бандита послужила перевязочным материалом. Закончив с ним, Кири тихо встала и направилась к Матии и Самеру, словно надеясь найти у них защиту. Может быть, она поступала неправильно, но поступить иначе она не могла. Теперь ей оставалось надеяться только, что Дина не убьет его. Хотя, наверное, его не стоило жалеть...

[Samer Alaga]

- Ну конечно, откуда уж нам о долге знать! – В серых глазах тайренца появился нехороший огонь. – По-твоему... – нет, теперь, когда оклемался один из бандитов, называть имена было неблагоразумно – По-твоему те, кто никогда живого Троллока не видели, не имеют чести?
Дина нравилась ему все меньше и меньше.
- Только позволь мне сказать тебе: я приехал в Кэймлин, потому что не согласен жить в неведении. Сейчас я уйду – я дал Матии слово и если она уходит, я последую за ней. Но она права: мы еще встретимся. Мне кажется, ты понимаешь, что здесь происходит, гораздо лучше, чем я, так что когда мы встретимся снова, постарайся не быть такой таинственной.
Самер встал пошатываясь и стараясь, чтобы Матия этого не заметила. Белобрысый лежал на полу и злобно смотрел на всех вокруг. Ему очень захотелось пнуть мерзавца посильнее – за все... он с трудом удержался и пошел к двери не оглядываясь.
- Рыжая, ты идешь? - бросил он через плечо.

[Гаиска]

Полуденное солнце немилосердно пекло грязную дорогу, по которой даже в такой час постоянно громыхали туда-сюда телеги – кто направлялся в Кэймлин, кто возвращался из города. Одинокий путник быстрым шагом направлялся на северо-восток. Был он мужчиной средних лет, среднего роста и вполне обычной наружности, одет был в простую темно-зеленую куртку, и старый Рен Фоули, возвращавшийся с рынка на своей старой скрипящей телеге, ни за что не обратил бы на него внимания, если бы не рукоять меча, торчавшая у путника из-за плеча. Старый Фоули покачал головой – вот же, ходят люди, шляются по дорогам, дома им не сидится. Он стиснул покрепче поводья и выкинул опасного человека с мечом из головы: время нынче такое, ежели на всех глазеть, впору и о своих, важных делах забыть, а ведь скоро пшеницу убирать... Хотя пшеница в нонешнем году не уродилась: что на корню не сгнило, то дожди побили. Зато Фоули давно не помнил, чтобы было столько яблок и слив, да и коровы доились отменно. В общем-то, хорошее лето... Что-то будет дальше? Он в последний раз обернулся чтобы посмотреть на путника с подозрением: честный человек ни с того ни с сего, так просто меч носить не станет – а ну как решит, разрази его, через его поле идти? Да уж, странный народ по дорогам нынче шастает, да и пусть себе шастает, лишь бы шел мимо, честным людям не мешал и от работы не отрывал.
Сам же путник думал о том, что скоро снова начнется гроза – вон какие тучи висят, да и дышать нечем – и навряд ли он успеет дойти до следующей деревни до дождя, если тут вообще еще будет следующая деревня до Кэймлина. А даже если успеет, что толку, когда в одном кармане у тебя вошь на аркане, а в другом – блоха на цепи, так что хорошо бы хоть краюхой хлеба разжиться, а про гостиницу и думать не стоит. Думал он и о том, что застать Луана Марди в Кэймлине – напрасная надежда, наверняка он со всем своим караваном находится уже на полпути в Тарабон. Не то чтобы он беспокоился: в конце концов, Кэймлин город большой, где всегда много купцов и где неплохой боец всегда сможет найти работу. Просто ему очень хотелось сказать пару слов старому сквалыге Марди. Надо же – бросить его в какой-то деревушке подыхать от лихорадки, да еще заплатить меньше половины того, что он уже заработал за службу. По крайней мере, он знал, где искать Луана Марди если тот все-таки не покинул еще Кэймлина – тот всегда останавливался в гостинице под названием "Знакомое место". И иногда, хотя он и старался отогнать от себя эту мысль, он думал о том, что, может быть, не стоило ему покидать ту маленькую ферму на выселках, где он почитай что родился заново и прожил последний месяц, и вдовушку-хозяйку этой фермы, чтобы снова тащиться Свет знает куда по грязной дороге без гроша в кармане. Но дорога пела, а для человека, единожды прислушавшегося к этой песни, нет более покоя на одном месте. А когда он впервые услышал за окном нечто большее, чем просто унылое завывание ветра – разве же теперь припомнишь?
Наверное, дело было в том, что он чень рано узнал, что существует мир и за стенами его родного городка. Дайм – так он назывался, крохотный городишко на востоке Арафела, у самой границы с Шайнаром. После смерти его матери отец нашел новую жену по ту сторону границы – не редкость в Пограничных землях – да и переехал с шестилетним сыном в Шайнар. Но пока его сводные братья мечтали о службе Королю и походах в Запустение, он хотел лишь одного – посмотреть на мир. Деньги, слава, даже самая честь – что они по сравнению со свободой путешественника? С тех пор как почти пятнадцать лет назад он покинул дом, куда только судьба не заносила его. Много дорог исходил и изъездил он, от границ Запустения до побережья моря Штормов и от океана до Драконова хребта. И только в Дайм он никогда не возвращался...

[Samer Alaga]

Дойдя до двери, Самер внезапно обернулся.
- Здесь должно быть кое-что, что принадлежит мне.
Поиски не затянулись. В ближайшем к двери углу, на пустом бочонке были аккуратно разложены вещи, составлявшие содержимое его карманов. Кошелек был вывернут, но вопреки вероятности, монеты горкой лежали рядом с ним. Самер с облегчением вздохнул, взяв в руки медальон с портретом Ирет – он не хотел бы потерять его. Рядом на полу валялась его куртка; отряхнув ее от соломы, он кое-как набросил ее на себя – по крайней мере, прикрыть лохмотья, в которые превратилась рубашка. Застегнуть пояс с мечом тоже было непросто: руки плохо слушались. Рука Самера легонько погладила потертые кожаные ножны, больше подходившие для какого-нибудь солдата, чем для лорда.
Потом он обернулся к Матии и попытался ухмыльнуться. На самом деле он не был уверен, что дойдет куда-нибудь: ему хотелось спать, есть и чтобы Матия не видела, какой он слабый.
- Матия, спасибо, - неожиданно даже для самого себя произнес он, взяв девушку под руку. Главное - не опираться на нее.

[Норидин Седай]

Глядя вслед удаляющейся троице, Норидин только хмыкула. Вот так всегда, спасаешь, исцеляшь, а потом тебя же еще и обругают... И ведь взрослая же женщина, могла бы и привыкнуть...
Может, не стоило так проходиться по тайренцу?.. Вроде неплохой парень... Нет. Стоило. именно поотому, чтобы этот неплохой парень и Матийя жили себе бы спокойно и поменьше думали о том, что творится в Кэймлине. Пусть лучше он на нее обижается, чем ломает себе голову над тем, почему его сломанные кости целы, и о том... О том, что именно она сейчас будет делать с этими бандитами. Точнее, с блондином.
Норидин демонстративно отряхнула руки, подошла к Змею, как продолжала его про себя называть, и заговорила.
- Ну, теперь все посторонние ушли, и мы можем поговорить, - черты лица ее по-прежнему принадлежали сорокалетней почтенной горожанке, но вот на губах играла улыбка... Окажись здесь любой из шести сраженных ею мурддраалов, он узнал бы ее. Эта улыбка была последним, что безглазые видели в своей жизни.

[Норидин Седай]

Мелан торопился. Но бегущий человек вызывает подозрения даже в кварталле канала. особенно в кварталле канала. Поэтому Мелан шел не торопясь, но выбирая такие закоулки, где мог максимально срезать путь... Он в очередной раз повернул в самую старую часть складского кварталла. Ту, о котрой ходила дурная слава.
Он не боялся. Каким-то шестым чувством он был уверен, что сегодня и здесь опасность минует его.
Сегодня был удачный день. Во-первых, ему удалось добыть нужную Норидин, его машиара , информацию, не выдав себя. Во-вторых, он узнал многое о речных бандах ,что также бует полезным для Норидин. И, наконец, он услышал кучу интересного ,проходя через Тошниловку - старый и грязный рынок, каким-то чудом уцелевший в благополучном Кэймлине. На Тошниловке болтали о какой-то новой банде, не о людях крыс... А также о том, что это сильно злит "Терновник"... Болтали, конечно, шепотом, но Мелан не зря мечтал, да и будет мечтать...
Нет. Она сказала, я нужнее ей здесь. пусть мы не связаны... Моя связь с ней сильнее обычных уз. По ее слову я поднимаю меч и вкладываю его в ножны. Он в очередной раз повернул, и пратически налетел на странную компанию - две девушки и мужчина с залитым кровью лицом. Одна из девушек, та что держала парня за руку, судя по всему, салджйка... Вторая... будь она темноволосой и темноглазой, Мелан назвал бы ее кайриэнкой, но эти совершенно рыжие волосы...
- Эй, ребята, вы чего здесь потеряли?

[Кири]

Кири чувствовала спиной взгляд светловолосого, все холодное презрение, что было в этом взгляде. За то время, что она перевязывала его, он не проронил ни звука, только смотрел. Остальных он ненавидел; ее – презирал.
Наверное, у нее разыгралось воображение, но ей казалось, что Дина тоже смотрит ей вслед. Кири расправила плечи. Я больше не позволю вам ломать мою жизнь, Айз Седай. Если бы она могла держаться с Диной так, как Самер... хотя вряд ли он говорил бы с ней так свободно, если бы догадывался, кто она такая.

[Кири]

- Эй, ребята, вы чего здесь потеряли?

- Что потеряли, то уже нашли, - ответила Кири прежде чем Самер или Матия открыли рот. У нее было плохое настроение из-за невероятно неудачного дня, а потому бедняге прохожему досталось ни за что. Хотя, если рассуждать здраво, сам-то он чего тут потерял? Как Кири могла убедиться, приличные люди здесь не ходят.

[Норидин Седай]

ГМ
- Ну-ну... - хмыкнул Мелан. Рыжая была какая-то взъерошенная, и злая, как кобыла, которой под седло попала колючка. Собственно, молодого человека совершенно не интересовала эта троица, но они шли прямо в к Каналу, хотя, судя по состоянию мужчины, им надо было в другую сторону. Мелан присмотрелся к тайренцу, теперь уже по-внимательней... Крови у того на голове было много, но вся она уже запеклась, да и шатало его...
Отделали неплохо, но ничего страшного... - решил про себя он, проходя мимо рыжей с нарочито невозмутимым лицом... И уже почти миновал эту живописную группу, но вдруг оернулся, и небрежным тоном заметил:
- Если вы хотите выбраться из этого кварталла, то идете не в ту сторону.

[Samer Alaga]

Самер хотел было поблагодарить за полезные сведения, но молодой человек уже спешил в том направлении, откуда они только что пришли. На мгновение шевельнулась мысль: предупредить Дину, - но подумав, он решил, что предупредить скорее надо было парня: Дина могла спустить с него шкуру не моргнув глазом.
Вскоре, чтобы идти вперед, тайренцу пришлось опираться на Матию, а потом и на рыжую. Ему казалось, что он сможет проспать три дня подряд, если кто-нибудь даст ему такую возможность.
Внезапно он остановился и начал хохотать как безумный.

[Кири]

Кири не могла понять, почему она так набросилась на беднягу. Он не сделал ей ничего плохого и вообще был довольно симпатичным. Элементарная вежливость требовала… Она не могла сосредоточиться на том, чего требовала элементарная вежливость. Перед глазами стояла Таслима Седай, и весь год до того, как она решилась сбежать из дома. Я больше не позволю, повторяла девушка беззвучно. Но что она могла сделать? Снова бежать? Разве от этого ей стало легче? Нет, я больше не побегу. Что бы там ни было, не побегу…
Несмотря на то, что Самер едва ли не висел на Матии и на самой Кири, он передвигал ноги все с большим трудом, и девушка испугалась, что скоро им придется вообще нести его. Представив, сколько такой высокий, хоть и худой мужчина мог весить, ей стало нехорошо. И в довершение всего он остановился и засмеялся. Точно – сошел с ума… неудивительно, учитывая как ему досталось. Бедняга!
- Ты увидел что-то смешное? - спросила она с легким сарказмом.

[Норидин Седай]

Молодому человеку не потребовалось много времени, чтобы миновать кварталл складов, и уже толкаясь среди покупателей большого рынка по дороге к ростовщику, Мелан понял ,кого напомнила ему эта колоритная троица. Если отмыть от крови этого бедолагу, и он бы оказался южанином, Мелан готов был поспорить, что напоролся на тех самых новых обиталелй "Пивной кружки"... интересно, а что они делали в кварталле складов?..
Норидин стоит узнать об этом... Если, конечно, она уже не знает...

На рыночной площади, как всегда, пел какой-то менестрель... Мелану показалось ,что он уже видел его раньше... Да, точно видел. И песню эту слышал не раз.

Моя далекая,
Я вижу каждый день тебя
Звездою в вышине, -
И мне не дотянуться.

Моя прекрасная,
Зачем тебя я встретил?
Чтобы всегда молчать,
Хоть ты и так все знаешь.

Моя любимая,
Вовек не заступлю тебе
Пути к другому, будь
им, как мной, любима...

Ты мог все решить иначе...
Мог...
Но не хотел...
Нет, не хотел...
Теперь ты доволен?
Я счастлив, насколько это возможно.

[Норидин Седай]

- Ты очень глупый мальчик, блондин... И если тебе дорога твоя оставшая рука и твоя никчемная жизнь, ты ответишь на все мои вопросы. Ответишь честно и полно... Я все равно уже знаю главное... меня интересуют детали, только и всего... И от того, насколько мне будет интересен твой рассказ, зависит то ,сколько ты еще проживешь, и в каком виде... Ты понял меня, блондинчик? - Норидин говрила спокойно и обыденно, с легкой полуулыбкой на губах... Эту полуулыбку она видела как-то раз на лице одного из Вопрошающих в Амадиции...

Это было лет восемь или шесть назад... Она уже выполнила свое задание, и возвращалась через Амадор в Тар Валон... Публичные допросы в то время широко практиковались Дланью Света... В тот день по обвинению в использовании Единой Силы суди некую Марвию Эннис...

Она до сих пор помнила и ту улыбку Допросника, и удивленное выражение его лица, когда метательный нож раскроил его горло. Безо всякой Единой Силы.

[Samer Alaga]

Насилу очнувшись от последнего приступа смеха, Самер смерил рыжую взглядом. То, что он только что понял и что повергло его в такое состояние, касалось Матии и его, но никак не рыжей, о чем он ей прямо и заявил.

[Кири]

- Во-первых, меня зовут не Рыжая, а Кирстин, - заметила девушка холодно, - а во-вторых… хотя, впрочем, не надо никакого во-вторых. Секретничайте сколько душе угодно.
Кири отошла в сторону ровно настолько, чтобы действительно не слышать, о чем будут шептаться тайренец с Матией, но при этом, скрестив руки на груди, продолжала смотреть на мужчину с осуждением: между прочем, она тоже принимала участие, хоть и невольное, в спасении его драгоценной жизни, так что у нее было право знать.

[Anaic]

Анаик долго тасовала карты так и сяк, но ничего не получалось. Роэн Ритер, ее отец, говорил, что если не можешь найти решения, то надо заняться чем-нибудь другим и выбросить проблему из головы; скорее всего, она так или иначе разрешится сама. Анаик сомневалась в том, что это хороший совет, но почему-то у отца все именно так и получалось. Может, и у нее получится.
Артур Ястребиное Крыло вполне подходил на роль «чего-нибудь другого», и Анаик с удовольствием погрузилась в книгу…
Ну конечно! Она едва не подпрыгнула от возбуждения. Девочка-дичок, которую она видела утром… довольно сильная, а может стать еще сильнее, если ее сейчас же одеть в белое платье Послушницы… Светлые волосы смутили ее тогда, но платье – платье было правильное. Этот дичок и алтарка – одно лицо. А значит… значит эта девчонка выдает себя за Айз Седай! Ну попадись мне это дитя – шкуру спущу, подумала Анаик почти весело. Один кусочек мозаики наконец встал на свое место. Теперь – найти Нору и выяснить, кто должен сменить Охотника. Она подумала, что сама вполне подходит на эту роль.