Фан-Клуб Халдира!

[Волвера]

А еще мне Галадриэль порадовала "ничто его не берет"))))

[Волвера]

Сборы в хельмову падь наверняка заняли пару вечеров, один из них эльфы просто одевались.

[Vellena]

Волвера, спасибо!
Ах, красота какая! Н-да, чуствую я, до пенсии не дотерплю, начну "творить" Халдира немедленно!

[Vellena]

Выкладываю очередной "шедевр". Не бойтесь, сильно засорять тему фанфиками я не буду. Это последний (других достойных я пока не нашла). Ну нравятся мне сочинения на тему "Халдир жив!", но их слишком мало.
В основном попадается слэш... (бедный Халдир!)

Это короткий отрывок из знаменитой вещи "Рояльная ботва". Прибытие Халдира с отрядом в Хельмову Хрень...Падь, то есть.

***

Ночь. Отряд Лориэна подходит к Хельмовой Пади. На стене за его подходом наблюдают стражники.
ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК: Орки приближаются!
ВТОРОЙ СТРАЖНИК: Не, что-то они для орков больно разодетые.
ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК: Это чтобы ввести нас в заблуждение. Лучники, цельсь!
ХАЛДИР (увидев нацеленные луки): Вот придурки: перестреляют же на фиг! (Глашатаю.) Эмалихалтуранавенануниэль, труби!!! (В сторону.) И надо же было Келеборну глашатая с таким имечком выбрать! Родственник его, что ли?
Эмалихалтуранав…и т.д. изо всех сил трубит в рог – оглушительный рёв разносится по всему Рохану.
ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК (в ужасе зажав уши): НАЗГУЛЫ!
На стене начинается хорошо организованная паника.
ВТОРОЙ СТРАЖНИК (вглядываясь в темноту): Не, это не назгулы – смотри, как по нашим волчьим ямам чешут – хоть бы один провалился!
ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК (задумчиво): Мда… А ребята рыли, старались…
Между тем отряд эльфов подходит к воротам.
ВТОРОЙ СТРАЖНИК (поскрёбывая подбородок): А отсюда похожи на эльфов…
ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК (недовольно): Час от часу не легче!
ХАЛДИР: Открывайте!
ВТОРОЙ СТРАЖ (Первому): Не доверяю я этим ушастым. (Громко.) А хто ето там?
ХАЛДИР: Эльфы Лориэна!
ВТОРОЙ СТРАЖ (равнодушно): Спасибо, не заказывали.
ХАЛДИР: Мы пришли возродить древний союз между эльфами и людьми!
ПЕРВЫЙ СТРАЖ: На хрена нам такие союзы! Убирайтесь, извращенцы – без вас проблем хватает!
ХАЛДИР (скрипнув зубами): Позови своего командира!
ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК (Второму): Он думает, наш командир из этих! (Эльфам.) Чехлите луки и дуйте обратно в свою резервацию: проблемы индейцев вождя не волнуют!
ХАЛДИР: ЪьЪьЪьЪьЪьЪьЪ!!! (Страшный мат на квэнья – перевод и смысл утеряны.) Хорошо, попробуем по-другому. (Закрывает глаза и переходит на осанве, пытаясь кого-нибудь нащупать.)
Проходит около минуты.
ХАЛДИР (нащупывая контакт): Тук-тук.
КТО-ТО (тоже на осанве): Войдите. И дверь прикройте, а то сквозит.
ХАЛДИР: Здравствуйте. Простите, а куда я попал?
КТО-ТО: А куда вам нужно?
ХАЛДИР: Мне бы к кому-нибудь из высшего командного состава.
КТО-ТО: Тогда попробуйте в коротком диапазоне. Только постарайтесь думать медленно и, лучше, односложными словами.
Спустя пару секунд.
ХАЛДИР: Там занято – никак не пробьюсь. Не могли бы вы соединить меня напрямую?
КТО-ТО: Я вам что, коммутатор? От меня тут и так шарахаются, ещё не хватало пифией прослыть.
ХАЛДИР: Простите, а мы с вами раньше не встречались? Частота у вас что-то уж больно знакомая.
Продолжительная пауза.
КТО-ТО: Хм, богатым буду. То-то папа обрадуется.
ХАЛДИР: Блин, Леголас, это ты мне тут мозги канифолишь?
ЛЕГОЛАС (философски): Прощай, богатство. Легко пришло – легко ушло.
ХАЛДИР (закипая): Прекрати есть мои нервные клетки, упырюга.
ЛЕГОЛАС: Не булькай, повидло. Ты где?
ХАЛДИР: Стоим под вашими грёбанными стенами, выражопываемся с вашими грёбанными стражниками!
ЛЕГОЛАС: Фу, как некультурно.
ХАЛДИР (с напряжением): Раз, два, три, четыре, восемь…
ЛЕГОЛАС (услужливо): Ты три цифры пропустил.
ХАЛДИР (по нарастающей): …Десять, пятнадцать, восемнадцать…
ЛЕГОЛАС (скорбно): Знаешь, твои познания в арифметике оставляют желать лучшего. Замолчи, не позорься – сейчас впустим.
Минут через десять ворота открываются, впуская отряд эльфов.
ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК: Входите, девочки, чувствуйте себя как дома.
ВТОРОЙ СТРАЖ: Только, чур, не приставать.
Проходящий мимо эльф, как бы невзначай, задевает стражника луком. Тот, не удержавшись, падает, и весь отряд с наслаждением проходит по нему. (Будь эльфы потяжелее, стражнику бы лёгким испугом не обделаться.)
Во внутреннем дворе эльфов уже встречает Теоден в сопровождении Леголаса и Арагорна.
АРАГОРН (Леголасу, тихо): А что, Халдир и правда обещал "всем пасть порвать и моргала выколоть", если их немедленно не впустят?
ЛЕГОЛАС (кивая): Он плохо соображал, плакал и был готов на всё.
Арагорн с подозрением косится на Халдира.
ХАЛДИР (торжественно): Мы пришли к вам на помощь в память о нашем былом союз… (заминается) …сотрудничестве.
ТЕОДЕН (шёпотом, Арагорну): Как они называются, я забыл?
АРАГОРН (тоже шёпотом): Галадрим.
ТЕОДЕН (откашливаясь): Мы рады приветствовать своих союзников, гамадрилов.
По рядам эльфов, ещё не остывших от перебранки со стражниками, прокатывается возмущённый ропот. Следопыт кидается вперёд, стараясь разрядить обстановку.
АРАГОРН: Маэ гованен, Халдир! (Бросается обниматься – грязи на нём с прошлого раза только прибавилось.)
Халдир мужественно это выдерживает. Рядом мерзко лыбятся Леголас и Орофин.
Спустя какое-то время все уже стоят на стенах и наблюдают за приближающимися орками.
ХАЛДИР (хмурясь): У меня нехорошее предчувствие.
ЛЕГОЛАС: Что, лембас был несвежим? (Пауза для реплики Халдира.) Или Румил дома без присмотра остался?
ХАЛДИР (задумчиво): Леголас, обещай мне, что выживешь.
ЛЕГОЛАС: А тебе будет меня не хватать?
ХАЛДИР: Нет, просто хочу лично тебя прикончить.
ЛЕГОЛАС: Как мило. Знаешь, в моём списке «КОГО БОЯТЬСЯ» ты был на втором месте.
ХАЛДИР (заинтриговано): А кто был на первом?
ЛЕГОЛАС (пожимая плечами): Да разве ж их всех упомнишь. Тем более что список я всё равно потерял.
ХАЛДИР: Раззява.
ЛЕГОЛАС (удручённо): Ах, не сыпь мне соль на сахар!
ХАЛДИР: Погоди, я тебе ещё чаю на спину налью.
ОРОФИН (Гимли): Вот слушаю их и умиляюсь.
ГИМЛИ (качая головой): Добрые вы, эльфы.
Между тем орки уже подошли к самым воротам. От головного отряда отделяется огромный урук-хай в рогатом шлеме и мелкий орк.
ЛЕГОЛАС (комментируя): Впервые на арене без намордника…
УРУК-ХАЙ: ОТКРЫВАЙТЕ! Ы-Ы-Ы-Ы-Ы!
МЕЛКИЙ ОРК (подсказывая): И…
УРУК-ХАЙ (поправляясь): …И-и-и, может быть, мы вас не съедим.
ОРОФИН (под нос): Ага – отрыгнёте.
УРУК-ХАЙ: Ы-ы-ы-ы! (С размаху ударяет палицей по воротам.)
ЛЕГОЛАС (сверху): А ты рогами постучи!
Дружный гогот по обе стороны Хельмовой Пади.
УРУК-ХАЙ (зверея): А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!
ГИМЛИ (в щель бойницы): Рот закрой – кишки простудишь!
УРУК-ХАЙ: В АТАКУ!!!
АРАГОРН: Лучники!
Начинается перестрелка. Орки подтаскивают к воротам таран и начинают настойчиво проситься внутрь. Арагорн и Халдир бегут вниз, к воротам. Там уже стоит Теоден. Ворота угрожающе трещат.
ТЕОДЕН: Идеи есть?
АРАГОРН (помогая подпирать ворота): Да! Предлагаю начать ломиться с этой стороны.
ТЕОДЕН: ???
АРАГОРН: Это их озадачит.
ТЕОДЕН: Арагорн, возвращайся на стену.
Арагорн пожимает плечами и отходит.
Спустя какое-то время.
Стена крепости уже взорвана, народ рубится где попало, все главные герои кучкуются вместе.
ХАЛДИР: Орофин, держись рядом!
ОРОФИН (отбиваясь): Ты ещё скажи «Никуда не уходи».
ГИМЛИ (не прекращая орудовать топором): Леголас, сколько у тебя?
ЛЕГОЛАС (без воодушевления): Гимли, отстань, тебе на шубу уже хватит!
ГИМЛИ (тихо, но выразительно): Р-р-р-р-р-р-р!
ХАЛДИР (через плечо, Леголасу): Кажется, я знаю, кто у тебя в списке был №1.
Какое-то время все воюют молча, потом на Халдира выдвигается уже знакомый урук-хай в рогатом шлеме. За урук-хаем попятам следует юркий орк.
УРУК-ХАЙ: Ы-ы-ы-ы-ы!!!
ОРК (подсказывая): Сейчас…
УРУК-ХАЙ: …Сейчас ты себе будешь могилу ложкой копать!
ГИМЛИ (скептически): Заставить эльфа работать?! Ха!
ЛЕГОЛАС (отбиваясь сразу от нескольких орков): Не поддавайся на провокацию, Халдир! Всё равно у тебя ложки с собой нет!
ОРОФИН (глянув наверх): В сторону! (Все дружно разлетаются.)
От крепостной стены отрывается здоровенный кусок и припечатывает урук-хая вместе с мелким орком. Халдир успевает отскочить, но поскальзывается и падает в грязь.
АРАГОРН (оглядываясь, с чувством): Они убили Халдира! СВОЛОЧИ!!!
ХАЛДИР (скользя руками по жиже): Да живой я, живой.
Арагорн, не обращая внимания, с дикими воплями крушит орков во всех доступных направлениях.
ХАЛДИР (делая попытку привлечь внимание Арагорна): Ар… А… (Махнув рукой.) …А, ну и ладно.
Дальше сражение идёт своим чередом: к утру остаётся горстка орков, и, когда все уже собираются праздновать заслуженную победу, подкатывает Гендальф с одуревшими от безделья Рохирримами и присваивает всю славу себе.
Вечер. Халдир и Орофин сидят возле крепостной стены, в нескольких шагах от них Гимли с Леголасом спорят по поводу количества убиенных орков (очень напоминает рыболовные байки).
ОРОФИН (не выдерживая): Да ладно вам уже, уймитесь! Леголас всех перестрелял, а Гимли всех зарубил, хорошо?
ГИМЛИ: Ха. (Садится чистить топор.)
ЛЕГОЛАС: Ха. (Садится рядом с Халдиром.) Ну что, как себя чувствует почётный покойник Средиземья?
ХАЛДИР (беззлобно): Иди, поплачь на моей могилке.
ЛЕГОЛАС (потягиваясь): Не, мы лучше с Арагорном за тебя отомстим...


Источник: Зона нон Грата - Реальная мстя - день шестой_02

[Волвера]

Сообщение от Vellena

В основном попадается слэш... (бедный Халдир!)

Ой, п ро слеш это и моя больная тема, ну не понимаю я любителей скрещивать мужских персонажей, сколько знаю про это направление в фикшене, столько и не понимаю))

Сообщение от Vellena

ХАЛДИР: Стоим под вашими грёбанными стенами, выражопываемся с вашими грёбанными стражниками!

АРАГОРН (Леголасу, тихо): А что, Халдир и правда обещал "всем пасть порвать и моргала выколоть", если их немедленно не впустят?
ЛЕГОЛАС (кивая): Он плохо соображал, плакал и был готов на всё.

ТЕОДЕН (откашливаясь): Мы рады приветствовать своих союзников, гамадрилов.

УРУК-ХАЙ (зверея): А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!
ГИМЛИ (в щель бойницы): Рот закрой – кишки простудишь!

ГИМЛИ (не прекращая орудовать топором): Леголас, сколько у тебя?
ЛЕГОЛАС (без воодушевления): Гимли, отстань, тебе на шубу уже хватит!

Шикарные моменты)))))

[Vellena]

Да уж! Что ни фраза - то шедевр!
Мне еще диалог на осанвэ очень понравился:
"Тук - тук!...
Войдите. И дверь прикройте, а то сквозит...

ХАЛДИР (закипая): Прекрати есть мои нервные клетки, упырюга!
ЛЕГОЛАС: Не булькай, повидло!"

[Holi Day]

Волвера, супер раскладочка! Полностью (в таких деталях) она тут ,точно, не выкладывалась. Пару фрагментов помню, но многого из этого я не видела. У меня тоже руки зачесались-творить. Здорово! и спасибо!

[Волвера]

Сообщение от Holi Day

Волвера, супер раскладочка! Полностью (в таких деталях) она тут ,точно, не выкладывалась. Пару фрагментов помню, но многого из этого я не видела. У меня тоже руки зачесались-творить. Здорово! и спасибо!

Отож))) Я вот правда одного так и не поняла, зачем на эльфов платья одевали?

[Vellena]

Это не платья, это что - то вроде "нижнего белья" под кольчуги, но выглядит оно так, что не приходиться удивляться обилию слеша на тему эльфов.

"Минут через десять ворота открываются, впуская отряд эльфов.
ПЕРВЫЙ СТРАЖНИК: Входите, девочки, чувствуйте себя как дома.
ВТОРОЙ СТРАЖ: Только, чур, не приставать."

[Алмиель]

Давно я так не смеялась! Vellena, огромное спасибо, это самый настоящий шедевр!
Начиная с этого момента я думала, что умру от смеха:
Начинается перестрелка. Орки подтаскивают к воротам таран и начинают настойчиво проситься внутрь. Арагорн и Халдир бегут вниз, к воротам. Там уже стоит Теоден. Ворота угрожающе трещат.
ТЕОДЕН: Идеи есть?
АРАГОРН (помогая подпирать ворота): Да! Предлагаю начать ломиться с этой стороны.
ТЕОДЕН: ???
АРАГОРН: Это их озадачит

[Алмиель]

Сообщение от Волвера

Ой, п ро слеш это и моя больная тема, ну не понимаю я любителей скрещивать мужских персонажей, сколько знаю про это направление в фикшене, столько и не понимаю))

Присоединяюсь к вам, слэш на дух не переношу. Просто читать неприятно)

[Алмиель]

Vellena, если найдешь ещё такие шедевры, как этот - обязательно выкладывай!
(этот фанфик я точно буду много раз перечитывать)

[Vellena]

Сообщение от Алмиель

Vellena, если найдешь ещё такие шедевры, как этот - обязательно выкладывай!
(этот фанфик я точно буду много раз перечитывать)

Рада, что понравилось! Сама читаю уже третий раз, и сползаю под стол!

Если попадется что - то стоящее, обязательно выложу!

(Сегодня мой кот открыл на меня пасть: "Мняяяаааау!" А я ему: "Рот закрой - кишки простудишь!)

[Волвера]

Такие вещи бессмертны

[Vellena]

[Vellena]

"По просьбам трудящихся", продолжу, пожалуй, тему фанфиков и слеша. У меня со слешем не так все однозначно и категорично, как у вас, девушки. Конечно, большинство таких творений вызывает отвращение и рвотный рефлекс, ибо большая половина слешеров считает, что, чем подробнее описан "процесс" со всеми анатомическими подробностями, тем интереснее читать.
А уж какие эмоции подобные "шедевры" вызывают у добропорядочных ортодоксальных толкиенистов, можно себе представить.

Но есть особая категория слеша, написанная без ужасов, но с хорошим юмором. Правда, такие произведения можно пересчитать по пальцам.
Здесь я сии вещи выкладывать не буду, из уважения к присутствующим и Халдиру, но "пофулюганить", все таки хочеться.

Поэтому выкладываю потрясающую вещь. Это такой себе "слэшевый стеб по слэшу", квинтэссенция слэша, где всех "скрестили" со всеми.
Но не пугайтесь, все очень культурно и очень смешно.
Надо только включить воображение, что бы представить себе все эти передвижения героев на местности и ненадолго смириться с тем, что братство может быть "окрашено" в небесно - голубой. Если вначале будет немного скучно - потерпите до Лориэна, вот где пойдет веселье! Ну и естественно, больше всего мне понравились сцены с Халдиром.
Но вперед забегать не буду - читайте, потом обсудим.
Надеюсь на ваше здоровое чувство юмора и отсутствие тяжелых предметов под рукой!

[Vellena]

Братство кольца. Дневник.
Профессор сам виноват!… Девять хранителей - и ни одной бабы…то есть это…женщины…

Листок первый.
"Все идут и делают вид, что горды собой. Гордость за себя просто выпирает со всех сторон. Особенно у некоторых, но они старательно кутаются в плащи и изредка справляются у ведущего, когда привал. Гэндальф делает вид, что не слышит, и настойчиво идет вперед. Зануда. Никто не виноват, что девять на два не делится.
Разбили лагерь. Развели костер. Устроились. Боромир - злится. Арагорн - мрачный. Гэндальф - задумчивый. Остальные кто где.
Мерри с Пиппином сорвались первыми и с криком "мы за дровами" понеслись в сторону леса. На возражения Арагорна, что дров достаточно, прокричали уже издалека, что принесут еще.
Фродо, глядя им вслед, пробормотал что-то вроде "надо бы за водой сходить" и побрел в другую сторону. Не останавливаясь, через плечо буркнул: "Сэм, может, поможешь. Мне одному не удобно…. В смысле, тяжело". Сэм вскакивает, как ужаленный, и в ту же секунду оказывается рядом и, схватив за руку Фродо, несется в глубь леса. На крик Боромира, что река в другой стороне, не отреагировали.
Леголас с видом мученика, тяжело вздыхая, сообщает, что раз река в другой стороне, то он сходит за водой. Гимли с видом крайне уязвленного самолюбия соглашается помочь. Гэндальф - молчит.
Прошел час.
Боромир не выдерживает и орет в сторону леса: "Ну и где дрова?"
В метрах пятидесяти в кустах раздается шорох и оттуда в сторону Боромира летит полено. Боромир уворачивается и сквозь зубы произносит что-то непечатное, но в переводе означающее следующее: "совсем обнаглели, могли бы отойти подальше".
Арагорн смотрит в сторону, куда ушли Фродо с Сэмом и молча улыбается, потом в сторону реки - хмурится. "Река совсем рядом, прямо за этими…" Слово "кусты" уже ассоциируется с чем-то нездоровым. Поднимает прилетевшее полено, взвешивает его в руке, размахивается…. В его голову очень метко прилетает котелок. Из-за кустов выворачивает Гимли с секирой наперевес в одной руке и полными флягами воды в другой. Следом идет Леголас.
Боромир - счастлив, т.к. он-то сумел увернуться от полена. Арагорн - без сознания. Гендальф - молча оказывает первую помощь Арагорну.
Появляются Мерри с Пиппином. У каждого в руке по полену. Смотрят на бессознательного Арагорна - переглядываются. Смотрят на рядом лежащее полено, - Пиппин бледнеет.
Появляются Фродо с Сэмом. Фродо сообщает новость, что реки там не было, но там были грибы. Показывает собранные грибы. Грибов много.
Все удивленно смотрят то на грибы, то на Фродо с Сэмом. Арагорн приходит в себя. Смотрит на грибы и бормочет что-то по эльфийски. Леголас возмущенно втягивает в себя воздух и краснеет. Гэндальф молча роняет трубку".

Листок второй.
"Снова привал. Все устали.
Парочка Мерри и Пиппин унеслись "за дровами". Боромир с тяжелым вздохом начинает собирать все, что может гореть, вокруг лагеря.
Арагорн, преградив путь Фродо, с ударением на первом слове произносит: "Река - там". Фродо пожимает плечами, разворачивается, и, бросив в сторону "Сэм", идет в указанную направлении.
Леголас вызывается поохотиться. Гимли, с крайне озабоченным видом сообщив, что в лесу в сумерках небезопасно и что он будет охранять друга, сваливает следом.
Арагорн начинает готовить ужин из того, что есть.
Через час.
Костер. Тишина. Двое людей пялятся на костер и думают о чем-то своем. Гэндальф спит или очень убедительно делает вид.
Боромир (вслух, голос ночной тишине звучит громко): "У нас дрова заканчиваются". Оба настороженно смотрят в сторону леса, готовые в любой момент пригнуться.
Тихо.
Боромир (про себя): "Должно быть, далеко ушли".
Арагорн (про себя): "… или всё еще слишком заняты".
Смотрят друг на друга. Оба про себя произносят решительное "Нет!" - и снова смотрят на костер.
Арагорн (про себя): "Если через полчаса не появятся охотники, с Гимли на охоте произойдет несчастный случай, и тогда…"
Со стороны леса, куда ушли охотники, появляется стремительно приближающееся нечто, орущее нечеловеческим голосом. Люди с криком "Назгулы!" вскакивают и обнажают мечи. Маг в одну секунду оказывается на ногах и посылает молнию из посоха в сторону приближающегося нечто. Нечто падает и становится тихо.
После проверки оказывается, что нечто было кабаном. Боромир глядя на Арагорна, предлагает отойти чуть в сторону и освежевать кабанчика. Гэндальф истерично орет "Нет! Давайте прямо здесь. Нечего разбредаться". Люди тупо смотрят на мага, потом начинают потрошить будущий ужин.
На запах еды сползаются все. Как ни странно, но все пришли с тем, за чем они и уходили. Почти. Хоббиты все как один с дровами. Леголас и Гимли с водой.
Леголас смотрит на кабана, потом на Гимли.
Гимли (про себя): "Не знал, что кабаны устраивают такие удобные лежанки из травы".
Леголас, начиная чесаться, произносит что-то по эльфийски.
Арагорн давится водой и начинает истерически ржать.
Гэндальф облокачивается на дерево и делает вид, что спит, спал и ему вообще всё пофиг".

Листок третий.
"Холодно. Снег. Сугробы.
Боромир, сатанея (про себя): "Куда ты завел нас, старик с бородой?"
Гэндальф что-то бормочет сквозь зубы.
Все дружно думают: "Читает заклинания!"
Гэндальф спотыкается о камень, который не видел из-за снега, и бормочет другое заклинание, но уже громче".
"Снег начинает валить сильнее. Все пытаются согреться, кто как может, но это трудно, т.к. дорога одна и в сторону не отойдешь. Хотя высокие сугробы тоже ничего, и под снегом не так уж и холодно, но как только руки достаточно согреваются, что бы согреть… руки друга, он начинает таять.
Гимли хмурится. Арагорн молчит. Леголас бегает по снегу, демонстрируя всем, что он хорош в любой ситуации. Гэндальф продолжает бормотать сквозь зубы заклинания.
Через час.
Все удивлены, что заклинания не работают. Начинают тихо подозревать, что, возможно, это не совсем заклинания.
Решают сделать привал.
Хоббиты парами, чтобы было теплее, устраиваются под одеялами. Остальные хмурые, мерзнут по одиночке. Гимли, сжав зубы, гипнотизирует Леголаса, который всё еще бегает по снегу и ловит снежинки. Арагорн делает вид, что ему вообще все равно, но изредка тоже поглядывает на Леголаса. Боромир "ушел в себя". Гэндальф вообще ни на кого не смотрит и молчит. Тихо, только ветер завывает. Со стороны одеяла Мерри и Пиппина бормотание: "забудь об этом", "но так будет теплее и ему и нам, ты только представь…". Звук удара. Пиппин слегка выползает из-под одеяла, тянется за сосулькой и прикладывает ее к глазу. Снова наступает тишина. Хоббиты под одеялами тяжело дышат. Должно быть, с непривычки. Все-таки горный воздух".

[Vellena]

Листок четвертый.
"Темно. Только слабый огонек впереди. Это Гэндальф освещает путь в темноте.
Страшно. Жуть. Все идут молча.
Привал. Развели костер. Боромир трясётся. Не совсем понятно от чего - от страха или от бешенства. Арагорн смотрит на Леголаса с Гимли и сообщает, что охотиться тут не на кого, ну разве что на орков. Потом смотрит на Фродо с Сэмом - "воды тоже нет". Прежде чем он успевает что-то сказать Мерри с Пиппином, они с радостным "нам нужны еще дрова!" исчезают в темноте... Гэндальф молчит.
Тишина. Сэм со скучающим видом тыкает палкой в огонь. Боромир отвернулся от костра - спит. Арагорн сосредоточенно следит за движениями Сэма - пока терпит. Фродо делает вид, что ему абсолютно наплевать на шорохи в темноте.
Вдруг из темноты: "Ай, что это? Больно!" Несмотря на преломление звука, все узнают голос Мерри. Следом раздается голос Пиппина: "Противный камень!" Что-то летит, ударяется об стену и начинает долгое падение вниз.
Наступает зловещая тишина.
Из темноты появляются Мерри с Пиппином. У обоих очень виновато-перепуганные лица. Гэндальф, наконец, не выдерживает и говорит все, что думает о них, и обо всех хоббитах сразу. Потом переходит на личности и высказывает всё и вся каждой личности лично. Все в шоке.
С потолка что-то падает и, не прекращая ржать, скрывается во тьме".

Гэндальф навернулся с моста в пропасть….
Еле выбрались. Добрались до относительно безопасного места.
Все убиты горем.
Мерри, подняв Пиппина, тащит его в сторону и принимается утешать.
Сэм, поскуливая, подползает к Фродо.
Леголас начинает петь что-то по-эльфийски.
Боромир, от бессонных ночей, проведенных на часах, и от постоянного пребывания на нервах, засыпает на пятой строке.
Гимли от переутомления и нервного шока от того, что сделали орки с его почти что родным домом, засыпает на десятой строке.
Арагорн спокойно слушает пение и не засыпает, потому что:
Он, в отличие от этих двоих, по ночам спал.
Он, в отличие от этих двоих, привык к мелодичным эльфийским песням с детства.
Прекрасная возможность утешить Леголаса в его горе, которое усугубится, когда он увидит, что под его великолепное пение его близкий "друг" преспокойно похрапывает.
Леголас заканчивает петь и смотрит на мирно похрапывающего Гимли. По щеке сползает слеза. Он поднимает голову и сталкивается с широко открытыми и восхищенно горящими глазами Арагорна.
Арагорн (про себя): "Я не засну, нет, черта с два, не засну! Я знаю эту песню, она скоро закончится".
Леголас (про себя): "Он не заснул!"
Что бы не мешать спящим, они исчезают в лесочке, чтобы утешить друг друга.
Ночь. Тишину нарушает только похрапывание и посапывание.
Наконец, еле передвигая ноги, приползают Мерри с Пиппином. Добираются до своих мест и мгновенно засыпают.
Сэм тащит на себе Фродо. Осторожно укладывает его и ложится рядом.
Возвращаются Леголас и Арагорн.
Арагорн ставит кипятиться воду для чая. Просыпается Гимли. Смотрит на них и тянется к секире. Леголас его не видит, т.к. смотрит в сторону Мории и начинает что-то напевать по-эльфийски.
Через минуту:
Ночь. Тихое пение эльфа. Все спят".


Листок пятый.
"Просто невероятно, как все устают, передвигаясь в таком темпе. Каждый привал как награда.
Устроились на новом месте как дома. Все-таки вся ночь впереди. Мерри с Пиппином с нижней стойки приготовились к броску в лес "за дровами". Их останавливает окрик Гэндальфа: "Здесь может быть опасно, так что далеко не отходить!" Останавливаются и садятся к огню. Вскоре к ним присоединяются остальные.
Тишина. Потрескивают дрова в костре. Начинает закипать вода. Все молчат. Проходит минут пятнадцать.
Леголас (смотрит на Гимли): "Я пойду на разведку и заодно постараюсь чем-нибудь разнообразить ужин". Уходит. Гимли молча, не глядя по сторонам, как под гипнозом идет следом.
Арагорн обреченно качает головой. Боромир набирает воздух в грудь и хочет что-то сказать, но в последний момент передумывает, опрокидывается назад, и, принимает позу воина, погибшего в неравном бою и готовящегося к погребению по всем правилам, закрывает глаза.
Мерри смотрит на Пиппина (про себя, но стреляя глазами в сторону ближайших кустов): "Нам не обязательно далеко уходить".
Пиппин (про себя, недоуменно): "Спятил! Да здесь нет и двадцати шагов!"
Мерри уже откровенно дергает головой в сторону и делает страшные глаза.
Пиппин зажмуривается и срывающимся голосом быстро кидает фразу типа: "Японуждеввонтекустысейчасбуду" и срывается в сторону кустов.
Мерри ошалело с криком: "Пиппин, ты что, спятил! Один! Ведь там же опасно!" кидается следом.
Арагорн принимает позу Боромира.
Гендальф молчит.
Фродо смотрит на Сэма (про себя): "Ну что, как всегда?"
Сэм, готовя "постель" в той части лагеря, куда почти не проникает свет костра, кивает.
Оба ложатся, укрываются двумя одеялами и делают вид, что спят, стараясь дышать ровно и не делать резких движений.
Через полчаса возвращаются Мерри с Пиппином. Без лишних слов падают каждый на свои места и засыпают.
Через час.
Фродо поворачивается и задумчиво смотрит на костер. Сэм спит. Возвращаются "охотники" с дичью.
Фродо все также задумчиво смотрит на Леголаса и говорит что-то по эльфийски.
У Леголаса подкашиваются колени, и он садится где стоит. Гимли естественно не понимая ни слова, спокойно кладет пять кроликов на землю.
Арагорн Гэндальфу не меняя позы (по эльфийски): "И какие же легенды переводил Бильбо?"
Гэндальф молча принимает позу Боромира.
Ночь. Тишина. Все спят, кроме Леголаса. Он сидит на часах".

[Vellena]

Листок шестой
Лотлориен.
Все рады, что могут, наконец, отдохнуть и душой, и телом. Все. Кроме Гимли - он хмурый сидит один в палатке.
Леголас появляется лишь на несколько минут, чтобы посмотреть, как у всех дела и снова исчезает. И так уже три дня. Он здесь среди своих.
Арагорна пару дней назад увел на допрос Халдир. Больше его пока никто не видел. Спрашивали у Леголаса, но он как-то странно отнекивается и бормочет что-то про друзей и обстановку в мире. Странно.
Фродо с Сэмом можно застать на месте только утром, да и то лишь пару часов.
Мерри с Пиппином за три дня провели такую разведку местных укромных мест, что им бы позавидовал любой разведчик. Когда с разведкой было покончено, они решили перейти на тренировки с мечами.
Пиппин (со столь жалобным стоном и выражением на лице, что мог бы разжалобить даже Саурона): "Мерри, ну пожалуйста".
Мерри (решительно): "Нет!"
Пиппин (придвигается ближе и трется о Мерри): "Неужели тебе его не жалко. Ты только посмотри на него. Ему так одиноко. Ну Мерри, он же наш друг…".
Мерри (думает, чем бы можно было бы возразить на последний аргумент, но ничего не находит): "Ладно, но если что…"
Пиппин радостно и звонко чмокает Мерри в щеку и вылетает из палатки на поиски страдающего от одиночества Боромира. Находит почти мгновенно, споткнувшись об его тело в двух шагах от их палатки.
Пиппин (радостно, лежа на Боромире): "Боромир, мы тут решили, что нужно использовать время с умом и продолжить наши уроки фехтования".
Боромир (переводя дыхание после падения Пиппина на область чести и достоинства): "Ладно, только меч возьму".
Через пятнадцать минут.
Гимли с интересом наблюдает за неравным боем человека против двух хоббитов. Хоббиты, наконец, как по команде, бьют со всей силы по мечу человека и выбивают его. Человек, явно не ожидавший подобного поворота дел, стоит, как парализованный, чем собственно и воспользовались хоббиты, повалив его на землю.
Мерри (придавливая Боромира с одной стороны): "Пиппин, я думаю, что раз мы выиграли этот бой, и наш противник все еще жив, его следует взять в плен и как следует допросить".
Пиппин (с другой стороны): "Отличная идея".
Оба приподнимаются и пытаются помочь встать Боромиру.
Голос Гимли: "Раз вы его берете в плен, то, чтобы он не сопротивлялся и не убежал, его надо бы связать".
От неожиданности, совсем забывшие о гноме хоббиты дергаются и снова падают на ничего не понимающего Боромира. Боромир что-то сдавленно произносит, но встать не пытается.
Пиппин: "Я и забыл о нем".
Мерри: "А на счет связать неплохая идея".
Пиппин: "Чем ты его связывать собираешься? У тебя, что есть веревка?"
Мерри: "Зачем веревка? У него прекрасный ремень".
Оба смотрят на ремень.
Слабый голос из-под хоббитов со стороны, противоположной ремню: "Ээээ, вообще-то он там не просто так…"
Мерри (радостно): "Знаю! Мы его свяжем уже на месте!" Хватает меч и приставляет его к груди человека. Боромир сдается на милость победителям и позволяет себя уволочь в неизвестном направлении.
Через два часа.
Боромир возвращается помятый, на лице странная полуулыбка, глаза светятся. Когда проходит мимо дерева, сверху падает Арагорн. Полуголый, небритый, заспанный и явно с похмелья. Смотрят друг на друга. В глазах появляется узнавание.
Боромир (про себя): "С допроса…".
Арагорн (про себя): "Из плена… Не знал, что орки добрались до Лотлориена". Лезет обратно на дерево.
Боромир, пошатываясь, вваливается в палатку.
Гимли: "Клянусь топором Дьюрина, что они с тобой сделали?" , Боромир (блаженно улыбаясь и падая): "Они меня пытали, но я им ни чего не сказал".
Мимо по направлению к своей палатке проползают хоббиты.
Мерри (про себя): "Можно подумать, тебя кто-то о чем-то спрашивал…".
Пиппин зажимает себе рот, чтобы не заржать, спотыкается и влетает в палатку. Мерри вваливается следом, и наступает тишина".

Листок седьмой.
"Утро. Погода "шепчет". Собственно, здесь всегда так. Даже немного скучно. Не хватает чего-то…. Может, поэтому каждый в меру своих способностей находит себе сам занятие по душе. Хотя, можно посидеть подумать о жизни, о смысле жизни, о смысле такой жизни…. О тех, кто рядом, о тех, кого нет рядом….
Фродо с Сэмом опять куда-то исчезли.
Леголас…. Арагорн…. Странно, что о них вообще кто-то еще помнит. Арагорна, наверно, замучили насмерть - его уже нет…. а какой сегодня день?
У Гимли кончается табак, и он, чтобы никого не отвлекать и, тем более, не ждать когда придет Леголас, чтобы попросить у него, идет на поиски сам. Табак не находит, но находит светящийся эльфийский мох. Собственно, его здесь достаточно и не надо далеко ходить. Набивает трубку. Курит. Немного посидев, пьет воду из ручья, потом обнимает дерево, говорит ему, что ближе его у него никого нет…. Минут через пять предлагает выпить с ним на брудершафт воды из этого замечательного ручья. Пьют. Собирает еще мха и возвращается к палаткам. Набивает трубку. Курит.
Через пятнадцать минут.
Вяло провожает взглядом Мерри и Пиппина на очередной урок по фехтованию.
Пиппин (замахиваясь мечом): "Боромир, ты идешь?"
Боромир встает и, как под гипнозом, идет следом за хоббитами.
Гимли (моргая глазами и пытаясь хоть немного развеять туман): "Боромир, ты, кажется, меч забыл".
Боромир (медленно оборачиваясь): "А… Что?.. Меч... Зачем мне меч?" Уходит.
Гимли (про себя, затягиваясь): "И правда…. Чего это я? Зачем на уроках фехтования меч? Меч нужен во время боя". Закрывает глаза и "уходит в себя".
Появляется Арагорн, смотрит на Гимли и на полный кисет. Недолго думая, набивает свою трубку, отсыпает себе немного и бесшумно исчезает.
Появляется запыхавшийся Сэм. Влетает в палатку. Что-то ищет в мешке. Нашел. Выходит и натыкается на Гимли и почти полный кисет.
Сэм (про себя): "Где он взял табак? Наверно, Леголас приходил. Ничего, думаю, Гимли не обидится". Набивает трубку. Уходит.
Прибежал полуголый Пиппин. Должно быть, вспотел во время тренировки, хотя звона мечей не слышно. Влетает в палатку, ныряет с головой в мешок. Что-то от туда выуживает и собирается было полететь обратно на тренировку, но натыкается на Гимли и кисет с табаком. Отсыпает немного на сорванный с дерева лист, остальное забирает вместе с кисетом. Возвращается в палатку за трубками и исчезает в лесу.
Появляется Леголас. Смотрит на Гимли. Смотрит на табак. Берет щепотку. Нюхает. Что-то бормочет на эльфийском. Тихо ложится в обморок. Минут через пять приходит в себя. Сползал до ручья. Попил воды и немного принес с собой. Сбрызгивает гнома водой. Никакой реакции. Выливает на него всю воду. Ничего. Треплет за бороду.
Гимли открывает глаза. Смотрит на Леголаса. Через секунду фокусирует глаза на Леголасе. Еще через секунду притягивает к себе Леголаса и целует в засос. Еще через секунду оказывается лежащим на Леголасе.
Леголас (естественно, про себя): "О Элберет! Гилтониэль!"
В голову Гимли оооочень метко прилетает кувшин. Леголас выбирается из-под гнома, смотрит куда-то наверх и начинает что-то кому-то объяснять. Сверху планирует эльф. Смотрит с ненавистью на гнома, потом с любопытством на "табак", потом пристально на Леголаса. Леголас моргает и смотрит на эльфа самым наиневиннейшим взглядом. Что-то бормочет на эльфийском и снова моргает. Эльф кивает. Оба исчезают в лесу.
Из леса доносится пение:
Как вдруг корова в небо - прыг!
Не в склад и невпопад.
Прошла вприсядку по Луне,
Собой довольная вполне,
И прямиком назад….
Появляются два эльфа. Приносят поющих и весело смеющихся Фродо с Сэмом. Уходят. Хоббиты заканчивают петь песню с изображением всех, о ком в этой песне поется, и, весело друг другу подмигнув, скрываются в палатке.
Вечереет.
Появляется стонущий Боромир, несущий бесчувственных Мерри с Пиппином. Входит в палатку. Роняет хоббитов. Секунду шатается. Падает сам.
Ночь и тишина, лишь изредка нарушаемая стонами и громкими глотками воды. Всех мучают кошмары, сушняк и неопределенности в будущем".

[Vellena]

"Чудесный лес. Шепот листьев….
Дерево. (Интересно, как называется этот чертов насест? Флет? Или талан?). Арагорн, прижав Халдира к стволу, что-то шепчет ему на ухо. Странный метод допроса, но, должно быть, очень эффективный - как ни крути, а допрашиваемый сам все рассказывает, и, видать, что-то секретное, раз так тихо и лично.
Вдруг Арагорн перестает шептать, отклеивается от Халдира и прислушивается. Откуда-то снизу раздаются бормотание и стоны. "… Я Боромир… (стон) эээээээ…. Мой отец… ох… наместник…Гондора… Я воин… этого… Минас Тирита.…".
Арагорн (с тревогой в голосе): "Это Боромир! Должно быть, его взяли в плен и пытают! Орки в Лориэне!"
Халдир (одним точным приемом укладывает Арагорна на пол и, придавив его, шепчет на ухо): "Лежи спокойно. Я сам". Арагорн пытается было возразить, но Халдир уже бесшумно свесился с дерева и посмотрел вниз в кусты. Из кустов: "Ну, в общем, там есть дозорные башни…".
Глаза у Халдира принимают невероятный размер и округляются, брови лезут наверх. Он свешивается еще ниже: "Копья, сверкающие на солнце… звуки труб… нет, стрелков мало… ох… мечи…. Много мечей… много больших мечей…. А…а… если бы вы слышали звуки труб, то… о, мать вашу Эру и Элберет туда же!"
Услышав последнюю фразу и увидев красочную картину пыток Боромира, Халдир почти что срывается вниз, но в последний момент находит точку опоры и поворачивается к Арагорну.
Арагорн (с тревогой): "Ну что?" - пытается подползти и посмотреть вниз.
Халдир рывком оказывается рядом, переворачивает его на спину и, придавив своим телом, шепчет: "Мне очень жаль, но ты ему уже ничем не поможешь. Лучше тебе этого не видеть… Возможно, он и не заслуживает подобных пыток, но с пленными обычно не церемонятся. И, кстати, я тут вспомнил, что ты на допросе и кое-что мне еще не рассказал. Так что будь смирным и следуй за мной". Подымается сам, поднимает ни фига не понимающего Арагорна, скручивает и тащит за собой.
Арагорн (слабо и обалдевши): "Но Халдир, а как же Боромир…"
Халдир: "Я же сказал, ты ему ничем не поможешь. Да не дергайся ты! Ни хрена с ним не сделается! Попытают немного и отпустят. Я такой вид пыток уже сотню раз видел".
Халдир утаскивает Арагорна на допрос, но уже с пристрастием. Кусты продолжают вибрировать и привлекают внимание, проходящего мимо и слабо ориентирующегося в пространстве Гимли. Он останавливается и заглядывает внутрь. С минуту смотрит. Потом закрывает глаза, мотает головой и отходит в сторону.
Гимли (протирая глаза и тупо смотря на трубку): "Не… все, пора завязывать с курением волшебного эльфийского мха, а то от неудовлетворенности мерещатся всякие ужасы… Кошмары просто…". Уходит.
Через пятнадцать минут.
Фродо с Сэмом устраиваются в тенечке, вяло ведут беседу и дремлют.
Через час.
Шорох кустов неподалеку привлекает внимание Сэма. Он будит Фродо и, прячась в траве, они пытаются определить источник шума.
Из кустов появляются помятые Мерри с Пиппином, поправляют одежду и, еле переставляя ноги, уходят по направлению к лагерю. Фродо улыбается, Сэм придвигается поближе и целует Фродо в щеку. И тут Фродо издает сдавленный хрип, похожий на предсмертную икоту подавившегося тролля. Сэм непонимающе смотрит на хозяина с выражением лица типа "я чё, что-то не так сделал?" Фродо, безуспешно пытаясь что-то сказать, показывает трясущейся рукой куда-то за спину Сэма. Сэм смотрит туда же и…. издает примерно такой же звук.
Из куcтов выползает явно довольный жизнью Боромир и, все еще стоя на коленях, застегивает ремень, предварительно заправив в брюки рубаху. Потом встает и, разминая ноги, приводит в порядок одежду. Затем, с таким видом, как будто он тут вообще случайно мимо проходил, прогулочным шагом, направляется в туже сторону, что и Мерри с Пиппином.
Как только Боромир скрывается за ближайшим деревом, с дерева, находящегося в шагах пяти от кустов, падает Леголас. Следом спрыгивает эльф и пытается привести его в чувство. Но все бесполезно. Поднимает его наверх и исчезает в листве.
Через минуту.
Фродо все-таки приходит в себя после шока, и Сэм принимается его утешать, как умеет. Сверху раздается вежливое покашливание. Хоббиты переворачиваются на спину и смотрят вверх, - на флете, свесив ноги, сидит эльф и тоскливо смотрит на утешающихся: "Слушайте, может быть, вы хотя бы постараетесь найти в себе силы и отползете в… в… эээээ…в…". Фродо начинает истерически ржать".

Листок восьмой.
"Пришел Леголас. Грустный. На глазах слезы, в руке почти полный кувшин чего-то, ноги переставляет осторожно, голос звучит надрывно. Сообщает, что то пение, что звучит уже полдня - плач по Гэндальфу. Боромир спрашивает, о чем в нем поется, но Леголас только всхлипывает. После прикладывается к кувшину и сквозь слезы говорит, что горе его велико, и что если песня называется плачем, то и так понятно, о чем она, и что как-нибудь он, конечно же, споет ее, вот только…. Что "только" понять трудно, т.к. его язык, должно быть от переполняющего его горя, плохо ворочается, да и говорил он явно на эльфийском, а рядом не было никого, кто бы перевел, т.к. Арагорн, похоже, не спешит возвращаться в лагерь с очередного допроса. Леголас, постояв немного с одухотворенным лицом, слегка пошатываясь, удаляется.
Пришел Арагорн, попил воды, поморщился, лег спать.
Пришли Фродо с Сэмом, поели, с удивлением посмотрели на спящего Арагорна, снова поели, внимательно послушали песню-плач, легли спать.
Появляются Мерри с Пиппином, оба с мечами. Многозначительно смотрят на Боромира, который залпом опрокидывает в себя все содержимое кувшина, оставленного Леголасом.
Мерри: "Ээээээээ".
Боромир (вставая): "Счас!"
Мерри: "А как же тренировка?"
Боромир (падая): "Сдаюсь". Засыпает.
Хоббиты откладывают мечи, едят, смотрят на Боромира, едят, слушают песню-плач, засыпают.
Возвращается Леголас. Смотрит на мирно спящих друзей и улыбается. Подбирает кувшин. Смотрит одним глазом внутрь него и убеждается, что он пуст, что-то говорит по эльфийски.
Голос Арагорна: "Я тоже тебя люблю".
Смотрит на Арагорна, - тот сладко спит. Всхлипывает, откидывает кувшин и ложится спать.
Полумрак. Шелест листвы и пение эльфов. Все спят".

[Vellena]

Листок девятый.
"Все счастливы. Скоро в путь. Хотя на первый взгляд может показаться, что идти уже некому, и что Братство развалилось. Еще месяц такой жизни, и всем бы пришлось знакомиться друг с другом заново.
Фродо уходит прощаться с Лесной Девой. Сэм уходит следом.
Арагорн еще вчера ушел попрощаться с Халдиром, а если учесть сколько раз он вообще появлялся в лагере, этого никто не заметил.
Пришел Леголас и сообщил, что было бы неплохо собраться вместе и отметить отбытие. Все соглашаются. Уходит на поиски всех.
Боромир предлагает Мерри с Пиппином отработать пару приемов. Они с готовностью соглашаются.
Через две минуты Боромир со странной ухмылкой выбивает мечи у хоббитов и, перекинув их через плечо, уносит со словами, что теперь их очередь узнать, что такое побывать в плену.
Пиппин (дрожащим голосом): "Мерри мне страшно…".
Мерри (обреченно): "Доигрались…".
Возвращается Леголас и за руку приводит Сэма, который до этого ушел в лес, чтобы встретить Фродо, когда тот будет возвращаться от Девы. Пересчитывает присутствующих, благодаря безупречной эльфийской памяти вспоминает не только кого не хватает, но и как кто выглядит. Снова уходит на поиски.
В лесу натыкается на еще одного хоббита. "Фродо" - подсказывает безупречная эльфийская память. Не успевают пройти и нескольких шагов, как мимо проносится что-то светящееся, распространяющее на тонком уровне радость и на том же уровне орущее что-то невразумительно-непотребно-эльфийское. Взлетев наверх и повиснув на ком-то, кто после вчерашнего смутно напоминал Владыку, это что-то орет уже в голос на эльфийском что-то вроде: "Дорогой, я прошла испытание! Собирай чемоданы, мы сваливаем!"
Леголас: "Это…"
Фродо: "Да".
Леголас: "Что ты с ней сделал?"
Фродо (пожимает плечами): "Да собственно ничего, все как обычно".
Леголас (кивает): "Понятно".
Возвращаются в лагерь. Сэм радостно кидается на шею Фродо. Леголас начинает пересчитывать присутствующих. Гимли - раз. Поворачивается. Я - два. Вздыхает и уходит за провиантом один.
Гимли (про себя): "Ну, если быть совсем точным, то следует произносить не "раз", а "ни разу с того времени как…". И уж точно в данной ситуации подойдет слово "один".
Через час.
Возвращаются Фродо с Сэмом. Начинают медленно собирать вещи.
Еще через час.
Возвращаются взъерошенные и ошалевшие Мерри с Пиппином.
Мерри: "Вот видишь, Пиппин, все было не так уж и страшно".
Пиппин (задумчиво, с обалдевшим видом): "О да…".
Через пятнадцать минут возвращается Боромир. Чистый, умытый, бодрый.
Возвращается Леголас с еще двумя эльфами, в руках кувшины и провизия. Ведут под конвоем Арагорна, который все оглядывается и порывается сбежать обратно на допрос.
Через два часа.
Леголас с другом поют какую-то песню. Слишком разбушевавшегося и пристающего Гимли успокоили кувшином. Когда исчез Арагорн со вторым эльфом, которого после второго кувшина все узнали и вспомнили, что это Халдир из Лориэна, никто вспомнить не мог. Мерри с Пиппином, повиснув на Боромире, клянутся в вечной дружбе, потом признаются ему в любви, после чего заявляют, что если он хочет, то они могут сдаться ему в плен прямо сейчас. Он говорит, что хочет, после чего сгребает их в охапку, забирает один из недопитых кувшинов - скрывается в лесу. Фродо с Сэмом, выпив на брудершафт со всеми, уходят в палатку и… наверно, засыпают, хотя проверять уже некому…".

Листок десятый.
"Лотлориен. Все прощаются. Это, оказывается, тяжело. Очень тяжело. Смотреть на лодки и на то, как они покачиваются на воде, до невозможности трудно…. Тошнит. Появляется эльф и с торжественным видом медленно выливает в чашу…. ВОДУ! Говорит, что она какая-то особенная. Все на это надеются. По глотку на каждого - почему никто не сказал, что эльфы мстительный народ. Ну да ничего, в реке полно воды!
Лучше всех себя чувствуют Фродо с Сэмом. Они были предоставлены сами себе. Хотя Сэма немного мутит. Говорит, что от вида воды. На воду сейчас многие пеняют.
Арагорна привели в чувство всё в той же воде. Эльфы не только мстительный народ, но еще и жестокий. Странно, но Халдира не видать. Также не видать и еще нескольких эльфов - друзей Леголаса, с которыми он всех знакомил, когда…. А, правда, когда это было?
Сам Леголас в полном порядке, только говорит мало. Должно быть, трудно прощаться со своими. Весло держит уверено, слегка на него опираясь.
Гимли. Идет - куда скажут, останавливается - где остановят, не делает резких движений и не поворачивает голову. Собственно, он даже не говорит, не смотрит и, кажется, старается не думать. Идеальный гном для идеального эльфийского города.
Боромир появляется, бодро переставляя ноги и всем своим видом показывая, что у него все просто замечательно, что он доволен жизнью и готов ко всему. Останавливается. Берет весло.
Арагорн (радостно и громко): "Боромир! Сколько же мы не виделись?"
Боромир - бледнеет, морщится, как от боли, и медленно оседает. С ним также оседает большая половина присутствующих эльфов. Гимли продолжает стоять.
Пока все собирались с силами, чтобы принять вертикальное положение, появляются Мерри с Пиппином. Они проносятся мимо всех, абсолютно не обращая внимания на состояние присутствующих и, радостно усевшись в одну из лодок, принимаются пускать дым, покуривая трубки, причем Пиппин предварительно проорал: "Боромир, мы плывем с тобой в этой лодке!"
Наступает напряженная тишина. Многие стоят на коленях или на одном колене. Арагорн лежит, уткнувшись лбом в песок. Гимли, на удивление, тоже прощается с этим волшебным краем, лежа.
Мерри (переглянувшись с Пиппином, выходит из лодки и, вытаскивая его на берег, шепчет): "Болван Тукк, всегда ты все испортишь. Ты только посмотри! Такой торжественный момент! А ты разорался!"
Проходит минут десять.
Берег реки. Все расселись по лодкам. Отплыли. Очень удивлены - сама Галадриэль провожает. Одна. Келеборн провожать не вышел - лежит и стонет. Сколько он вчера выпил, когда увидел, что эти изуверы сделали с Лориэном! Отряд орков причинил бы меньше ущерба.
Галадриэль (про себя): "Всё. Наконец-то - уплывают. Две недели справляли поминки, две недели собирались в дорогу, еще один день, - и, упаси Эру, встретились бы с Митрандиром…. Обрадовались бы…. Отмечать начали… И тогда точно и этому месту и всему миру конец бы пришел…"
Легкий бриз на воде. По берегам охрана, напряженно провожающая лодки. У них четкий приказ.
Лодки скрываются за поворотом. Все вздыхают с облегчением и возвращаются к повседневным делам".

[Vellena]

"Через сутки. Лотлориен.
Галадриэль входит в комнату, где ее муж собирает вещи: "Дорогой, сядь, пожалуйста. К нам летит Митрандир".
Келеборн бледнеет и роняет что-то на пол. Галадриэль подходит к нему, берет за руку и гладит: "Ну, успокойся… Дорогой, это уже не тот Гэндальф Серый, которого ты знал. Теперь он стал Белым и Пушистым…".
Прилетает орел. Приносит Гэндальфа. Его со всеми удобствами устраивают на правительственном флете. Даже трубку где-то достали. Правда, без табака.
Гэндальф (приподнимая голову и обводя взглядом вокруг, с болью в голосе): "Тьма накрыла Лориен".
Келеборн (все еще бледный, но на ногах уже держится, - что ни говори, а эльфийская медицина, это самая продвинутая медицина в Средиземье): "Чего? Галадриэль, любимая, у Митрандира, кажется, в глазах все еще темно".
Галадриэль (нежно гладит Гэндальфа по голове): "Успокойся, Митрандир. Тьма не может поглотить Лориен".
Гэндальф: "Но я не вижу былого света и величия…".
Келеборн: "Ах, ты об этом! Да нет, все нормально. Просто твои друзья скурили почти весь наш знаменитый светящийся мох. Мы вообще-то и не знали, что его можно курить, а они - ничего, знаешь ли, быстро сообразили. Так что, я думаю, врага они победят, если не силой, то… хитростью".
Гэндальф (с тревогой): "Они здесь были! Как у них дела?"
Келеборн (морщась): "Да нормально - не дергайся. Помылись, почистились, наелись, нае… в общем, отдохнули. Мы тут, пока они у нас месяц жили, мно-о-ого интересного узнали о мире, о людях, о хоббитах… Так ведь, дорогая?"
Галадриэль (про себя, кивая): "Точно. Много. Можно было бы и поменьше". (Вслух) "Хоббиты очень милый и выносливый народец…" (Про себя) "Куда не пойдешь - всюду они. Только и слышно, как… шевелятся". (И у нее слово "кусты" начало ассоциироваться с чем-то нездоровым).
Галадриэль уходит. Келеборн оглядывается, убеждается, что она отошла достаточно далеко, и, понизив голос, добавляет: "Кстати, если захочешь узнать подробнее, как дела у твоих друзей, то спроси у Халдира, он Арагорна… подробно обо всем расспрашивал".
Гэндальф, поднимает бровь, смотрит на Владыку Келеборна.
Владыка Келеборн (стараясь не замечать взгляда Гэндальфа): "А с принцем Леголасом я лично… имел… беседу…, и очень доволен им…".
Гэндальф: "Я должен быть рядом с ними!"
Келеборн (просияв): "Отличная идея! Впрочем", - тут же спохватывается он, - "…ты еще слаб. Ведь ты одолел самого Балрога!"
Гэндальф отводит глаза, слегка краснеет и начинает нервно соскребать со стенки чудом сохранившийся светящийся мох.
Келеборн (про себя): "Не знал, что Митрандир такой скромный… Действительно, переродился". (Вслух, сочувственно) "Тяжело, наверно, было… Ведь он одной с тобой расы, равный тебе по силе, не то что смертные воины".
Гэндальф (с неуместным в данной ситуации мечтательным выражением на лице): "Да уж, не то что смертные…" - спохватывается, краснеет еще больше и начинает нервно набивать мох в трубку, закуривает. Не встречаясь взглядом с Келеборном, быстро заканчивает: "Да, это было очень тяжело. Но я одолел его".
Келеборн (про себя, еще более сочувственно): "Ну надо же, как изменился, даже не узнать. Видать, туго пришлось. Ну да ничего, вот отдохнет, наберется сил и будет, как новенький".
Через неделю. Весь Лориэн со слезами на глазах провожает Гэндальфа Белого-и-Пушистого, плавным зигзагом удаляющегося в неизвестном направлении в сторону Изенгарда. Эльфы вытирают слезящиеся глаза, потому что на него больно смотреть - он сияет неземным светом. И только Владыки Лориэна знают, что свет его - есть свет волшебного эльфийского мха, последние остатки которого он скурил за то непродолжительное время, что пробыл в этом благословенном краю.
С уходом Гэндальфа тьма пала на Лориэн…"

Листок одиннадцатый.
"Всё. Привал. Сколько можно грести? Пора бы и…. Сколько интересного можно узнать, всего лишь сказав первую часть предложения.
Не знаю, насколько хорошо научились фехтовать Мерри с Пиппином, а Боромира они всяко научили ходить за дровами. Причем вместе. И в два захода. Первый заход - чтобы развести костер. Второй - чтобы принести еще. Не совсем понятно, зачем вообще нужен был второй заход, если Боромир принес не дрова, а Мерри с Пиппином ничем не отличающихся от дров - такие же неподвижные.
Для Фродо с Сэмом наступили тяжелые времена. Их не отпускают даже на шаг от лагеря - опасно. Стерегут все по очереди. Глаз не сводят. Хотя Сэм, в принципе, мог бы запросто сходить за водой или куда-нибудь еще, - никто возражать бы не стал, но он от хозяина ни на шаг. Боится. Правда, непонятно, кого больше: орков или Арагорна, который после того, как поговорил с Боромиром по душам, начал как-то странно поглядывать на них. То так посмотрит, то эдак, и все время бормочет: "Не понимаю…. Как?".
Ночь. Слабо горит костер.
Арагорн (задумчиво глядя, как Боромир укладывает "дрова", заботливо укрывает их и ложится сам): "Я так тоскую по Лориэну... Прекрасные эльфы... Прекрасное эльфийское пение…"
Боромир (ворочаясь, с явным подъё….ом): "И когда же ты успел все это заметить и послушать, если все это время не вылезал с допросов?"
Арагорн (тем же тоном): "Пока ты находился в плену".
Смотрят друг на друга. По выражению лиц видно, что каждый вспомнил свое: кто плен, кто допрос. Успокаиваются. Устраиваются на своих местах.
Арагорн (тоскливо и мечтательно): "Все прекрасно, но иногда мне хотелось, да и сейчас хочется кусок хорошего мяса".
Леголас (небрежно): "Лес рядом. Оленя не обещаю, а кролики здесь есть, это точно".
Гимли, который все еще дуется за холодное отношение к нему в Лориэне, надувается еще сильнее и начинает демонстративно точить секиру.
Арагорн легко встает и исчезает с Леголасом в лесу.
Гимли (себе под нос): "Кролики…. Какие это кролики ночью…".
Через полтора часа.
Охотники вернулись и приперли молодого кабанчика. Освежевали. Повесили над костром, чтобы хорошенько закоптить. Теперь мяса хватит надолго.
Пока коптится кабанчик, Леголас в полголоса начинает рассказывать Арагорну, как можно было бы приготовить мясо, если бы у него было бы то-то и то-то. Арагорн внимательно слушает и изредка добавляет что-нибудь к сказанному. Через несколько минут Гимли не выдерживает и присоединяется к разговору. Просыпается Боромир. Слушает. Смотрит на кабанчика. Пытается снова заснуть, но запах уже наполовину готового мяса не дает ему сделать этого.
Минут через тридцать запах становится уже нестерпимым и просыпаются все. Лембасы, конечно, питательная еда, но не мясо.
Утро. Отплывающие лодки. На месте лагеря след от костра и куча костей. Что ж, лембасы в дороге незаменимая вещь".

[Vellena]

Листок двеннадцатый.

"Привал. Лодки на берегу. Кому в данной ситуации лучше всего, так это хоббитам. За них веслом машут люди. Пока они гребут, хоббиты успевают выспаться, поболтать друг с другом, поболтать с соседями, позадавать вопросы, получить как бы случайно и поэтому легонько веслом по голове, но это относится только к неуемной парочке Мерри с Пиппином. Вообще странно, как они еще не утопили Боромира и не утонули сами. Особенно, когда тянулись за табаком в лодку к Гимли, изображая из себя пиратов и беря ее на абордаж. Мерри потом показывал, как выглядит корабль с парусами, изображая, конечно парус, перед этим встав на скамейку, и у Боромира встал вопрос, кого в данной ситуации ловить: весло или Мерри.
Темнеет. Дров - завались. Можно запросто построить лачугу. За водой ходить не надо - ручеек прямо под рукой. Арагорн стережет Фродо и явно скучает. Леголас помирился с Гимли и ушел на охоту. Сэм уже скрипит зубами и готов перегрызть горло любому, кто прикоснется к Фродо. Фродо пребывает в раздумье уже который день, и все шепчется с Сэмом. Боромир спит - сказался тяжелый день в компании с его пассажирами. Пассажиры тоже спят - слишком много табака.
Вернулись охотники. Поели лембасы. Выбрали часового. Легли спать.
Утро.
Боромир (про себя, в полусне): "Странно. Обычно по утрам просыпаешься от промозглого утреннего тумана, а сегодня тепло". Пытается повернуться и понимает, что повернуться не сможет, не потревожив сон двух сопящих и теплых Мерри с Пиппином. Пытается понять, кто находится справа, а кто слева и как они вообще могли оказаться рядом, если когда он засыпал, они ложились в метрах пяти от него. У Пиппина сон крепче и он теплее. Значит тот, что с права - Пин. Но слева тоже не менее теплое тело. Пока размышлял, боясь пошевелиться, услышал тихий разговор. Прислушался. По голосам быстро определил, кто говорит:
Фродо: "Ну, я пошел. Встретимся у Амон Хена".
Сэм: "Счастливо".
Боромир напрягся. "Куда это они? Ну не пускают их за водой, но и это не выход". Слегка открывает глаза и следит за Сэмом. Тот ложится и делает вид, что спит.
Минут через пять Боромир выбирается из под тел и делает вид, что просто отошел за угол. Прислушивается и отправляется на поиски Фродо.
Сэм считает до десяти. Потом еще раз считает, и еще…. Не выдерживает и встает. Заглядывает за угол. Никого. Издает утробное рычание, хватает первое, что подворачивается ему под руку, и берет след.
От рыка Сэма проснулись Арагорн и Леголас.
Арагорн: "Где Фродо?"
Просыпаются Мерри с Пиппином (хором): "А где Боромир?"
Леголас: "Я знал". Смотрит участливо на Мерри с Пиппином. Ловко ловит прилетевшую в него импровизированную подушку.
Оставляют Гимли в лагере и направляются по следу.
Амон Хен.
Фродо занял удобную позицию и ждет Сэма. За углом слышится легкий шорох. Фродо срывается с места, прыгает и с криком "Поймал", замирает на груди Боромира.
Фродо (испугано вытаращив глаза): "Ой".
Боромир (нежно прижимая к себе Фродо): "Не надо меня бояться. Я хороший. Это Арагорн вас за водой не пускает…. Ой, а что это у тебя такое блестящее на груди?" Начинает расстегивать рубашку на Фродо.
Звук удара. Боромир падает на Фродо.
Фродо (хрипит): "Сээээээээм!"
Сэм пинком отбрасывает Боромира и вытаскивает Фродо. Отряхивает его. Потом, набирая скорость, оба исчезают в лесу
Боромир (встает, держась за голову, пытаясь, что-то увидеть, но перед глазами все плывет): "Что за @$?!! Я же просто…. ".
Следующий листок.
Многое расплылось, размазалось или сверху покрыто чем-то темным. Возможно, что кровью. Видно, что из середины вырван целый кусок, а то, что можно еще хоть как-то прочитать буквально весит на тонкой нити, но конец читается достаточно сносно.
"… орки… слишком много… Боромир убит. Мерри и Пип… херово дело…
Леголас (подбегая к лодкам): «Я знаю, что за двумя зайцами угнаться не возможно, так что…. (смотрит на дно лодок - там офигительные дыры и воды по самое не балуйся) - ёёёёё...б… &%#@!!!!!!!!!!»
Арагорн и Гимли (ошарашено-хором, подбегая к эльфу): "Леголас!"
Леголас (почти что плача): "О Элберет! Вы только посмотрите! Что я скажу Келеборну? Он же меня…вые... (берет себя в руки) И как мы теперь догоним Фродо с Сэмом?"
Арагорн (про себя, смотря в спину и ниже Леголасу): "Оооопсссс! Гы-ы… (вслух) Судьба Фродо теперь не в наших руках, мы должны держаться вместе и спасти Мерри с Пиппином".
Спина Леголаса заметна напряглась.
Леголас (про себя): "Я встрял!". Медленно поворачивается.
Арагорн (бесстрастно смотрит в лицо эльфа, и даже не обладая даром супер телепатии, свободно может читать его мысли): "Ну, что пора поохотится на орков!" Красиво вытирает меч, демонстративно, глядя пристально Леголасу в глаза, резко, одним движением вставляет меч в ножны.
Леголас (обреченно): "Точно, встрял!!".
Поворачивается и смотрит на Гимли. Тот, издает боевой клич и, поигрывая секирой, хитро сморит на Леголаса.
Леголас (смотрит на мужиков и начинает нервно про себя хихикать): "О, как же я встрял!!!!"
Арагорн (про себя, глядя как медленно, начинает проясняться лицо Леголаса, и на нем появляется абсолютно непотребная улыбка): "Йй - ааа - хуууууу!!!!"

Конец….)))))))))))

К сожалению, не могу найти ссылку на энтот "шедевр". (Да не убьют меня модераторы!) Может, кто - нибудь знает, откуда сие творение, и кинет ссылку?

[Vellena]

Остался я один...АУУУ!!!... Никто в Лориэн не заходит.. А чё тут делать? Осень, холодно, грибов нет. Последний светящийся мох Гэндальф выкурил. Пришлось время в Лориэне на зимнее переводить, что бы посветлее вечерами было. Какой - то я маньяк неправильный - я есть, а жертв нету...

В темно - синем лесу, где трепещут мэллорны,
Одинокий маньяк ищет жертву свою,
Только жертвы все нет, и печали исполнен,
Я сижу под кустом и тихонько пою...


haldir 4.jpg

[Holi Day]

Не ищи,ща сама приду-за грибами...просто чтиво такое интересное было-зачиталась я!!!!!!!!

[Holi Day]

Ну, тогда и моя очередь сказочку на ночь выложить..

Автор: Эллениэль

Разговор кухонный...

Стебная вещь о том, как бывшие Хранители кольца (кроме Боромира) и Халдир из Лориена попали в наш мир и что их там ожидало. Здесь представлен первый рассказ из этой серии, которая не что иное, как дневник Халдира.

История одного эльфа...
Когда же это было... Лет пятнадцать-двадцать назад. Точно не помню. Да и какая разница для меня, эльфа. Да, я-эльф, самое красивое, умное и великолепное существо на свете. Кстати, могу добавить, что я слишком красивый даже для эльфа. Да. Так вот. Это было около двадцати лет назад, в... О! Это было место! Самое сумасшедшее место во всем мире. Это было на планете Земля. Я так понял, что это было каким-то отражением нашей Арды. Ну, в общем, меня туда занесло случайно. Я опущу некоторые подробности. И приступлю к рассказу своей истории.
Был вечер. Около двенадцати, хотя нет, электронные часы показывали 23.27. Я сидел на кухне-это такое помещение на Земле, где принимают пищу. Мда, у нас кухня-это то, где готовят пищу. Ну, короче. Сидел я на деревянной табуреточке, еще "совковской" (это ее так обозвала та девчонка, которая, так сказать, дала мне приют в своем скромном замке (очень скромном-один этаж, три комнаты, коридор, кладовка, баня (тоже маленькая), туалет)). Сидел я за деревянным, белым, поцарапанным ножом столом, с треснутыми ножками. На столе стояли две чашки с чаем, для меня и моего сородича, даже родственника, еще на столе лежало что-то прозрачное и шелестящее с печеньем внутри. Еще на столе стояла сахарница, с надбитой крышкой и треснутой ручкой. Меня, конечно, немного возмущало то, что я, эльф королевских кровей, должен сидеть в таком бедламе. Среди такого убожеского интерьера, да еще и из не настоящего дерева.
Но высказывать свое неудовольствие особе женского пола (пусть она-человек), да еще такой симпатичной и... э-э-э, короче, я не стал обращать ее внимание на мое неудобство. Я ведь эльф королевских кровей. Я даже ничего не сказал в ответ на ее наглое предложение: чувствуй себя как дома. Ишь, сравнила? Мой дом и свою халабуду. Но этого я ей не сказал, потому, что я эльф королевских кровей. Итак, девушка вышла из кухни. Ну и имечко у нее! Язык сломаешь, пока скажешь. Какие-то четыре буквы. Фе! И это все?! И угораздило же иметь родителей, которые так ее нарекли. Нет, назвать: Эарвенна, или там Галадриэль, или Форнигиль. Так нет же, нате вам-четыре несчастных буквы. А окончание-то какое, кошмар: "ня". Да-да последние две буквы ее имени-"н" и "я"! Ну не бред, а?
Ну, в общем, она свалила, а я остался со своим любимым родственничком наедине. Настала пора выяснять отношения.
Он сидел, втупившись в чашку, и мешал ложечкой чай. Я в недоумении уставился на него-как он может! Он-эльф королевской крови. Но хотя ему можно простить, он еще малой и тупой. И не понимает своей истинной цели в жизни! А я вот понимаю. Ага, вот он уже и ложечку отложил. О! А теперь он и вспомнил, что, оказывается, у него кровь королевская, и надо проявить уважение к старшему, сидящему с ним (пусть за таким убогим) столом. Да, посмотрел на меня. Ах, какой взгляд! Сама невинность! Я внимательно посмотрел ему в глаза и серьезным тоном сказал:
-Ты хоть понимаешь, что я намного тебя старше?
Ой-ой! Вы посмотрите, а? Оно сейчас заплачет. Нет, оно уже плачет. Хотя, нет. Мне показалось. Ведь мог же, паразит, пустить сентиментальную слезу, для уважения. Королевской же крови в конце концов. Ну, молчит. Пусть молчит. Интересно, долго ли он так промолчит? Конечно же, нет. Я перевел взгляд на холодильник (это такой шкаф, где на Земле хранят продукты). Такой большой, белый... раньше был белым, теперь он серый, от грязи. На холодильнике деревянная, заклеенная синей полоской хлебница, и какой-то черный небольшой предмет, который называется ма... гма...нито... магно... какой-то фон. Да. Не очень здесь чисто, на кухне. Нет, конечно, пол был подметен, но мои красивый зоркие глаза сразу заприметили мусор по углам, и у ножек стола, и пыль возле мебели. Я бы сказал Мане (какое ужасное имя!), что здесь грязно, как в тюрьмах Сарумана, но не сказал, во-первых, потому, что она все равно не заметит своими глазами такой схожести, а во-вторых, я там никогда не был, и в- третьих, я же эльф королевских кро...
О-па! О-па! Сейчас он что-то скажет. О! о! о! Уже рот открыл, сейчас будет что-то.
-Ты старше меня, Халдир, на каких-то двести лет! А что касается твоей королевской крови...
Меня это возмутило. Нет, вы слышали, а? На двести лет! Сейчас я ему устрою та-акие "на двести лет":
-На двести лет?! Вы слышали, а?-я даже для усиления собственного возмущения повернулся лицом к стенке,-Нет, вы слышали, это?! Двести лет! Ха!-А вот теперь я даже вскочил на ноги (упс, табуреточка загремела)),-так вот, Леголас, мне четыре тысячи восемьсот семьдесят два года с половиной!!! Понял?!
-Ч-что?!
Вау! Вот это лицо! Ну, все. Теперь и он возмутился. О! Встал. И как аккуратно. Сиденье отодвинул. Легко оперся о стол. Какие движения! Ну, хоть прямо на выставку голубых эльфов (у нас на Арде у эльфов такого нет, а вот среди орков и людей есть). Я же продолжал стоять.

[Holi Day]

Так, 23.32. Запомним. Без пяти двенадцать он закончит возмущаться. Ох уж эти лихолесские эльфы! Их хлебом не корми, дай повозмущаться. Совсем распоясались, особенно эльфы королевских кровей. М-да, у нас, в Лориене, совсем не так. Совсем. Ах да, что он там кричит? Ух, ты, на квенийском. Ну правильно, там ругательств больше. Хотя, если на то пошло, я б ему посоветовал мордорский язык-самый богатый ругательствами язык во всей Вселенной...Упс, я ошибся...вообще-то, местный-это да...тут та-акие ругательства... Надо будет кое-что запомнить...
Да, кстати, я вот вспомнил Лориен. Вспомнил Галадриэль, Селеберна (моего "дорогого" владыку). Теперь я вспомнил маму, Орофина с Рамилом, Эллениэль...
Вспомнил... Вспомнил... Селервен... Не могу не думать о ней. Такой, как она, больше нет. Такая хорошая, добрая, милая, красивая, и... сестра этого психа, который вот сейчас орет на меня... Тю! Чего он так рано закончил, и минуты не прошло? Что, забыл квенийский?
-В чем дело, Леголас?-спросил я на синдарине. Это ему намек, если он забыл Квенья.
-Что?
"Что"! Странно, почему "что"? Почему не "че", или "чево", или "чаво". А, понимаю, в гостях. Ну да, ну да. Хорошее поведение, хорошее воспитание. Куда ж это все девается, когда он приезжает в Лориен?
-Что "что"?
-Что "что "что""?
-Что?!! Что ты плетешь?! И вообще, чего ты остановился?! Слов не хватило, или язык забыл? Так есть еще оркское наречье, гоблинские диалекты, трольские... слова. А еще есть мордорский язык.
-Что?
Видимо, у него с головкой что-то не то. Что ж, придется вдалбливать по кусочкам.
-Чего разчтокался?
-Я?
-Нет, холодильник сзади тебя!
-А, ты у него спрашиваешь, понятно. Тогда я оставлю вас наедине,-он уже хотел было обойти стол и пройти к выходу, как во мне что-то взорвалось и я... нет, я не залепил ему по носу, я просто загородил собой проход и встал на носочки (чтобы выше казаться) и сказал, очень серьезно:
-Не смешно, Леголас.
-Я знаю. Мне тоже.
-Тогда продолжим разговор.
-Нет.
Ишь ты. Струсил. Испугался. Меня-то! Я опустился на полную стопу. Но от двери не отошел.
-Нет, мы продолжим разговор.
-Нет, не продолжим,-он тоже не сдвинулся с места. Думает, что перестоит меня. Ха! Меня! Халдира! Он, видимо, не знает, что мне приходилось днями и ночами стоять у спальни Селеберна. Ну что ж, постоим.
Стояли мы недолго. Минуту. Он отступил.
-Хорошо, Халдир. Но с тобой разговаривать-это слушать и соглашаться с ложью.
-Это почему?
-Потому, что ты врешь. Тебе не может быть пять тысяч лет.
Ага, сам себе врет, а на меня гонит! Придумал-5000 лет. Я же ему ясно по слогам сказал: 4872,5 лет. Вот оно-Лихолесье. Они там уже так заврались друг другу, что теперь врут сами себе. Даже эльфы королевских кровей! Хорошо, что у нас в Лориене не так. Совсем не так.
-Леголас, неужели я настолько старо выгляжу! Аж на пять...
-Эльфы не стареют.
Ага, Леголас начал острить. Ну-ну. Посмотрим, как он дальше будет острить. Я подошел к своему сиденью и поставил его на ножки. И сел. Причем спиной к Леголасу. Это был мой эксперимент: если он сейчас уйдет из кухни-он позорный дезертир, а если он сядет на место-значит, он меня испугался. О! Подходит к столу. Я сделал вид, что не замечаю его, и взял чашку за ручку. Та-ак. Он подошел к табуретке. Но он не сел. Колеблется. Ишь ты! Ну хорошо, я подожду. Я умею ждать. Я же эльф королевский кровей.
-Халдир, если тебе столько, сколько ты сказал, ты должен помнить, как Келебримбор сделал Кольца.
-Ты что? В сосну треснулся?! Меня тогда на свете еще не было!
-Ты же сказал...
-Ты как историю учил, а, принц? Я родился сразу после того, как Келебримбор сделал Кольца. Посчитай. Или ты и считать не умеешь?
Йес! Йес! Йес! Какой я, а?! Как я его, а?! Ха! Я же знаю, что у него были проблемы по датам в истории родного края. Это его слабое место.
Ой! Надеюсь, он не знает, что я не знаю географию Ангмара и Рохана? Надеюсь, нет.
-Да, я плохо знаю даты истории Средиземья. Однако ты не знаешь географию Рохана и Ангмара. Это куда важней.
Вот блин! Он что, мысли читает?! А, я забыл! Чего-чего, а мимику лица он знает отлично. Ладно, теперь буду сидеть с каменным лицом. И чего он заладил: география! география! В гробу я ее видел! Ой, нет, в гробу я, насколько помню, не видел ничего, кроме Чертогов Мандоса и самого Мандоса, разумеется... Бр-р! И вспоминать не хочется... А этот вот, что передо мной сидит, между прочим, тоже в этом виноват! Бросил меня посреди оркских трупов и свалил...Мертвым посчитал! А я потом один-одинешенек топал аж до Лориена... Это нечестно!
-Так, ты мне тут не гони, дорогуша. Какая разница, что важней-география или история? А если ты не веришь, что мне на две тысячи лет больше, чем тебе, то я тебе докажу.
Ха-Ха-Ха! Прямо в яблочко! Теперь я его точно задел. До нутра задел! Не, когда он узнает, кто мой отец, его заденет еще больше, а я уж постараюсь, чтобы оно так и случилось! Да уж. Вот такой вот я нехороший. Хоть и эльф королевских кровей.
Только надо как-то начать. О, знаю.
-Сядь, Леголас.
-Стоп,-он, разумеется, не сел,-по тебе вижу, что ты хочешь поиздеваться надо мной.

[Holi Day]

Я поднял на него глаза. Вы бы его видели: такая себе статуя, заслоняющая свет, который очерчивает контур тела... Или как-нибудь так. Я не специалист красиво выражаться, конечно, если рядом нет Владыки. Короче, Леголас стоял такой большой и с таким сердито-надутым лицом. Ой! Это было некрасиво! Он так смахивал на Селеберна!! Мое эльфийское драгоценное восприятие не выдержало и:
-Леголас, ради Илуватара, не смотри на меня так! И сядь, я прошу тебя! Прошу, как эльф королевских кровей!
Даже не шелохнулся, гад лихолесский! На психику давит, негодяй! Вон, как смотрит! Нет, я так больше не могу. С ним надо что-то делать. Точно, одно из двух: либо забрать в Лориен и научить манерам лориенского эльфа королевских кровей, либо дать в глаз. Думаю, что второе лучше и быстрей, хотя нет. Я забыл. Я эльф королевских кровей. И мы не бьем других эльфов королевских кровей (пока Владыка не разрешит (или Владычица (в моем случае))). И потом, жалко Манину кухню (какое ужасное имя!). Итак, поскольку эти два варианта отпадали, я оставил свой разум в покое, послав логику подальше, и просто повторил:
-Сядь, Леголас.
-Халдир, тебе не кажется, что ты слишком наглый?
Что!! Нет, это выходит за все рамки! Стоит тут какой-то общипанный кролик лихолесского происхождения королевских кровей и смеет мне крякать, что я наглый!!! Что это я наглый, Я! Такого неуважения я от него не ожидал. Да как он посмел! Ох, как я хочу домой, в Лориен. Хорошо, что у нас, в Лориене, все не так. Совсем не так.
-Сядь, Леголас.
-Ты сильно наглый, Халдир. Если ты думаешь, что умнее меня только потому, что старше на...
-Сядь, Леголас!!!
-Да перестань меня усаживать! Елки-палки. Каждый, каждый хочет меня куда-то усадить!
Видимо, его это... нет, его это точно разозлило. Он даже забыл, что он эльф королевских кровей. Вот уже и руками начал махать. Оййй. Надо его успокоить, а то проломит крышу в холодильнике, и чем мы будем расплачиваться? Э-э-эру, да сколько же можно стучать по холодильнику?
-В доме родном-папочка-король, в Лориене-Селеберн, в Ривенделле на совете-Арагорн, а теперь еще и ты-здесь! О, Элберет, как меня это забодало! И что интересно, они все говорят-"сядь, Леголас", и причем на синдарине!
Ха-ха-Ха-ха-Ха-ха-Ха!!! Вот теперь мне смешно! Я его достал! Надо подговорить остальных усаживать его на синдарине!
-Вы что, сговорились?!
Ма-а-ама! Моя родная! Ну, зачем же так пугать? Вы когда-нибудь видели лицо... нет, разъяренную рожу общипанного кролика лихолесского происхождения королевских кровей в двух целых, семи десятых сантиметра от своего носа?! Нет? Считайте, что страх и ужас еще вас не посещал. Не вру-ровно две целых семь десятых сантиметра, клянусь Лориеном, ей-богу. Уф! Как я еще тогда не умер или не получил инфаркт? О, Манвэ, падаю тебе в ноги, целую руки, да-да. Я тогда остался жив!
Ну, я немного отвлекся.
Так вот, не помню какими усилиями, но я его отпихнул от себя. Наконец-то отпихнул. И он наконец сел. Ой! А как сел! Табуреточку отодвинул, легко за столик взялся, сел грациозно, ручки сложил у чашечки. Прямо на выставку голубых эльфов. Ага, смотрит. Все по новой, значит. Опять будем смотреть, потом молчать, потом стоять... Хорошо, пусть как хочет, но я первым говорить не стану. А то одолжение мне, видите ли, сделал: сел слушать меня. Типа: "ладно, Халдир, я тебя выслушаю, и тебе это будет дорого стоить". Сразу видно, откуда он. Это только в Лихолесье такие вот зазнайки. Тьфу на них! Возомнили, блин, себе! Хорошо, что у нас Лориене все не так. Совсем не так.
Ничего я ему не скажу. Пусть теперь хоть на коленях ползает. У меня тоже есть гордость, как и у всех порядочных эльфов королевских кровей.
-Халдир.
Ага! Не высидел. Я же знал. Знал! Но теперь я не скажу. Леголас такой простой. Его предугадать раз плюнуть. Сейчас он начнет просить прощения, потом бахнется на колени, потом начнет реветь как столетний, ползать за мной по всей кухне... нет, тут долго не поползаешь. Особенно с его ростом.
-Халдир, я согласился тебя слушать. Так рассказывай и не тяни время. А падать на колени и ползать за тобой по полу я не буду. Он грязный.
-Грязный! Ишь ты, пол ему грязный! Девушка тут целый час с ведром ползала. Тряпкой вытирала, а он: "грязный",-у меня так хорошо получалось, я даже для поддержания своего возмущения стал копировать движения местных голубых людей,-ты хам, Леголас.
-Халдир, или ты рассказываешь то, что хотел, или я пошел отсюда,-он опять встал. Но я остался на месте и громко ровно сказал.
-Только через мой труп, верней, через твой.
-Нет, Халдир, через твой.
Ааааа!!!! Он схватил со стола нож! Он собирается меня зарезать! Пригвоздить к стене! Порезать на мелкие кусочки!! Ааааа!!!
Нет, я не паниковал. Я сидел на своей совковской табуретке. Я не шевелился и даже не дрожал. Я знал: Леголас блефует. Он меня не зарежет. А выйти из кухни ему не позволит чувство собственного достоинства. Ведь он лихолесский, а значит... значит, он останется здесь и...
-Леголас! Положи, нож на место! Отойди от меняааа!!!-он приблизился ко мне вплотную, нож так и сверкал металлом, а еще он был в крошках и остатках какой-то еды, в горчице и в масле. Надо было что-то придумать. Надо было спасать себя. Надо было дать ему в глаз. Но я не дал. У меня не поднималась рука! Занемела! Ничего другого не оставалось, как:
-Сяааадь! Леголаааас!
... Как он меня не зарезал?! Как я его не задушил?! Как мы снова очутились за столом, я не помню. Помню, что мы сидели и не могли смотреть друг на друга. Ему, видимо, было стыдно. А мне... Что-то в глаз попало. Да. Это что-то мешало мне смотреть на моего "собеседника". И поэтому я стал смотреть в другую сторону. Сначала-на умывальник. Белый, верней серый, треснутый, в разноцветных засохших каплях. О, Эру, и почему здесь такой бомжатник (это не мое слово, эльфы королевских кровей такие слова не придумывают, я слышал его от Пина)? Вдруг я услышал голос Леголаса. Такой тихий и... надменный:
-Халдир, кто твой отец?
Вот оно. А ну-ка, который час? 00.00. Мы здесь сидим уже больше получаса, а этот придурок только сейчас задал мне этот вопрос! Вот тормоз! И почему? Почему в Лихолесье все какие-то отсталые?! Как хорошо, что у нас, Лориене, все не так. Совсем не так.
-Кто мой отец?-нет, вот теперь... хотя, хватит. Я же понимаю, понимаю, что просить у меня прощения ему не позволяет гордость. Но ничего, я ему это припомню, потом. А сейчас я ему покажу, что у нас в Лориене, не так как у них,-мой отец-Гил-Гэлад.
Преодолев то, что мешало мне смотреть на Леголаса, я таки глянул на него. Потом на его лицо. Рх, рожа, просящая рукоятку Нарсила, плюс правая чуть приподнятая бровь. Я уже не знал, что мне делать: смеяться, плакать, украсить эту рожу разбитым лихолесским носом или застрелиться из собственного лука. Поэтому я просто спросил:
-Ты мне веришь?
Он не ответил. Только приподнял вторую бровь. У меня вдруг возникло непонятное чувство. Похожее на то, когда хочется сделать то, что я так недавно собирался, причем одновременно (даже застрелиться из собственного лука). И дополнением к этому чувству было великое и тяжелое чувство облома. И я махнул на Леголаса рукой. И хотел было встать, но:
-Как это получилось?
-Что?-спросил я.
-Как так получилось, что Гил-Гэлад-твой отец? А ты его сын.
А, вот к чему он клонит. Тю, мог бы сразу сказать: "Халдир, как ты получился?".
-Да так и получилось. Моя мамочка переспала с ним. А через девять месяцев я родился.

[Holi Day]

Леголас еще раз дернул бровями. И задумался. Я решил его не прерывать. Я знал, что он умственно-отсталый. Ну, вот, сейчас пять минут первого. Я решил дать ему полчаса. А потом идти спать. Как вдруг свершилось чудо: этот лихолесец уже что-то надумал.
-Халдир, если ты сын Гил-Гэлада, верней Гил-Гэлад-твой отец... Почему об этом никто не знает?
Не знает?! Ха, этот малой дурачок думает, что если он не знает, так и все вокруг такие же тупые, как и он. Хотя чего я так на него кидаюсь, он же из Лихолесья, он же тамошний принц! А это еще хуже. Он сын-Трандуила!!!
-Об этом, родственничек мой дорогой, знают многие-моя мама, мои братья, Эллениэль, Галадриэль, Трандуил, Кэрдан и Эльронд.
-И это многие?
-Не многие, зато-владыки, почти все.
-Но ты не похож на Гил-Гэлада!
Вот это меня действительно рассмешило. Нет, я сначала подумал, что мне послышалось и поэтому переспросил его. И когда он повторил свой вопрос, я не удержался и забыл про свою королевскую кровь. Заржал. На всю кухню (и как к нам другие не прибежали?), на весь дом, на всю окрестность. Смеялся я долго. У меня потекли слезы, и я понял, что сейчас взорвусь, но загробный эльфийский голос вытащил меня из этого смеха.
-Что смешного?
-Что смешного? То, что ты сказал!
-Я сказал, что ты не похож на Гил-Гэлада,-его лицо оставалось до сих пор каменным с приподнятой правой бровью. Интересно, он долго учился корчить такие рожи?
-Вот именно! Как ты можешь решать, похож я на него или нет, если ты моего отца в глаза не видел!
Ура!!! Я его обломал. Как хорошо уметь вовремя четко подкалывать. Итак, теперь у него будет лицо, как у Гимли, когда я впервые увидел его в Лориене и направил на него стрелу. Но... такого не произошло. У него лицо стало каким-то... непонятным. Скорей всего он расстроился. Жаль, что не обломался. Но теперь, по крайней мере, он понял, что протупил. Ах, как я люблю Лориен и свою королевскую кровь!
-Я имею в виду характер. Эльронд мне рассказывал, каким был Гил-Гэлад. Он не был таким наглым и нахальным, как ты.
-Леголас, а ты нехо в свою харю позорную!!!-крикнул я. Да как он посмел, так меня надуть! Сам, сам же намекнул на внешность моего отца, а теперь перевел стрелку на характер!!! Да еще и назвал меня наглым и нахальным!!! Я б ему тогда голову оторвал. Его лицо, которое опять стало таким, как прежде-серьезно-надуто-идиотско-туповато-... в общем лихолесским, раздражало меня все сильней. Ух, как мне захотелось задушить его, облом сразу исчез. Но чувство благородства, от принадлежности к королевской крови великого полководца Гил-Гэлада меня сдерживало.
-Халдир, я тебя никогда не любил. А теперь еще больше не люблю-ты позоришь светлую память Гил-Гэлада!
Этого я ему простить не мог, несмотря на его лихолесское происхождение с воспитанием и на свою кровь. Я даже забыл, что Леголас брат моей жены и муж моей сестры! Мне было плевать, что мне потом сделают Селервен и Эллениэль. Я не мог так это оставить. Вскочил со скамейки на стол и в полтора шага оказался рядом с этим нахалом...
Мы катались по грязному полу очень долго. Моя красивая прическа превратилась в веник, моя одежда стала похожа на половую тряпку, я несколько раз ударился головой о разные предметы, мой левый сапог слетел с меня. Я тогда получил очень много синяков, ушибов, ран, вывихов, растяжений, а этому Леголасу хоть бы хны! Я так яростно пытался его задушить, а он все не сдыхал! Я даже впервые перешел собственную совесть!! Когда мы закатились под стол, я дал ему в нос!
-Ааа!!!
Это он заорал. Как я ликовал! Ведь нос, это наши слабые с ним места. У нас всегда идут споры о носах! И вот я дал ему в его маленький еле заметный нос! Он еще раз заорал и прикрыл его ладонью. И посмотрел на меня...
И тогда я понял, что перегнул палку. В этих темно-синих глазах пылала ярость (я никогда не спутаю такой взгляд ни с каким другим, мой владыка персонально учил меня не забывать его всю мою сознательную службу у него). А потом он подтвердил это своим подлым ударом ногой прямо в... не буду говорить куда. Как бы мне не хотелось это вспоминать и признавать, но это была правда: Леголас из Лихолесья, Трандуилов сын, этот тупой представитель эльфийской расы ударил меня ногой... и я отлетел, верней, меня отбросило в противоположную сторону. Я проехал по этому грязному полу и врезался в печку, прямо в открытую духовку. Видимо, подлый Леголас во время драки предусмотрительно открыл ее. И я попал головой в духовку. Моментально на мою голову упал противень. Это было больно. А еще я был так зол! Я готов был свить из этого противня тонкие веревки и задушить ими Леголаса. Опять какой-то грохот. На мои ноги упала какая-то посуда. Потом еще грохот, потом такой громкий грохот, у меня аж дыхание перехватило. О, Эру, неужели на меня опять что-то упадет?! Не-ет, только не это. У меня и так все болит! Эру, пожалей меня!!! Я нужен Селеберну живым!!! Но со мной больше ничего не произошло. И я стал быстро выбираться из-под этого всего, пока Леголас не зажег в печи огонь.
Вылез я довольно быстро. Аккуратно закрыл духовку (я не забыл, что я эльф королевских кровей). И стал сгребать с себя миски и битые тарелки, которые на меня упали. Я решил обвести кухню взглядом... кошмар! Только б эта, как ее, Маня, сюда не зашла-загребет. Битая посуда валялась везде, посреди кухни валялась кастрюля, из которой вытекло что-то наподобие мясной подливки, вокруг валялись куски котлет, тут же были и разбитая банка с вареньем, и что-то еще, и чашки с чаем (перевернутые, естественно). Мое внимание сразу же, почти моментально, привлек стол, за которым мы с Леголасом сидели. Потрескавшиеся ножки валялись рядом с кастрюлей, а на месте стола, лежала, опираясь одним краем о стенку и создавая что-то наподобие горки, крышка стола. Леголаса нигде не было. Я знал-он сбежал. Он-дезертир! Позор! Даже я б не убежал! Я бы остался и добил бы его, а он свалил. Они все трусы там в Лихолесье. О, Элберет, как хорошо, что у нас в Лориене все не так. Совсем не так.
И тут... Мама!! Крышка стола сама по себе задвигалась и упала. Я хотел было заорать... верней, просто вскрикнуть, и не хотел, а... Короче, я чуть не вскрикнул от испуга, но у меня отнялся голос. Крышка упала, и... Вот теперь я вскрикнул-из-под обломков поднялся он. Вид его был страшен, как у жены нашего владыки в критических моментах. В каких, я говорить не буду, рискую потерять доверие Селеберна.
-Я ненавижу тебя, Халдир!-крикнул он. Это был ужасный голос, хриплый, как у пьяного роханца, а этот гад еще кровь из носа нарочно по всему лицу размазал! Фе! Терпеть не могу кровь, особенно лихолесскую. Мы сидели напротив друг друга в позах нападения. Леголас крикнул:
-Ты позоришь светлую память Гил-Гэлада!...
-Заткнись...
-Ты позоришь ее своей наглостью!
-Закрой рот!!
-Ты позоришь ее тем, что работаешь на Селеберна!!!
Эти слова заставили меня задуматься. Что-то в них было. Что-то правдоподобное... В самом деле: я, сын Гил-Гэлада, эльф королевской крови, работаю на этого Селеберна! Да он даже не королевских кровей!!! Он и владыкой-то стал, потому что женился на Галадриэль. До сих пор понять не могу, почему она в него втюрилась? Он всего лишь какой-то там родич Тингола! А я вот уже две тыщи пятьсот лет на него пашу как проклятый! И с какой это стати?! Уже не помню... Это все из-за того, что на меня упал противень. Ууу! Гадский Леголас! Нет, не гадский. Если он хоть раз сказал что-то стоящее, значит, для него еще не все потеряно. Но духовку я ему не прощу!
-Эй, ты, Леголас. Ты знаешь, я не стану жаловаться на тебя Трандуилу, если...
-Ха! Можно подумать, что он тебя будет слушать.
-Как сына Гил-Гэлада-будет!

[Holi Day]

Он молчал. Стыдно стало, или обломался. Ну так или так, а я оказался выше его, как и положено быть. В самом деле, кто он такой? Какой-то там сынок Трандуила и какой-то лихолесской чувихи. А я! Я-сын Гил-Гэлада! Это куда круче. К тому же я-первый слуга Селеберна! Хотя, чего это я морозю?! Это ужасно, что я на него работаю! Это пимпочка права-я позорю светлую память своего отца! Нет, все решено, приеду в Лориен и решу это проблему. Пускай на Селеберна кто-нибудь другой пашет, например, Орофин...
-А Орофин?
... А что? Пускай и он попашет на владыку лет тысяч эдак две.
-А Орофин!?
Что он там спрашивает?
-Что такое?
-А Орофин!!?
Чего он разорался? Блин, называется, вспомнишь г... вот и оно. Нет, Леголас определенно читает мои мысли. Ну ничего, сейчас я ему покажу, сейчас я ему так подумаю! Леголас-урод! Леголас-идиот! Леголас-шпана малолетняя! Леголас...
-А Орофин!!!?
-Да чего ты заладил: Орофин, Орофин!-наверное, не хочет слышать мои мысли,-сдался он тебе три с половиной тыщи лет!
-Кто его отец?
Вот. Оно. Моргот, твою налево, вперехлест через Эдорасскую стену. Ну не хотел, не хотел я, чтоб до этого дошло. Одна только мысль про это мне противна. Фе!
Я решил не отвечать. Я помнил противень. Да, я его не забыл. Пускай Леголас сам додумывается. Нет, пусть он просит у меня прощения! Пусть ползает на коленях! Пусть! Пусть! Пусть!
ААА! Манвэ дорогой, почему он встал?! Почему он встал на ноги?! Почему он идет ко мне? Он хочет сделать со мной что-то плохое! Наверное, он хочет меня убить!
-Леголас! Сядь! Леголас!
АаАаАаАа!!! Он пошел еще быстрей! Он... Я ясно осознал-ОН ХОТЕЛ МЕНЯ УБИТЬ!
Я вскочил на ноги и начал шарить рукой по печке-вдруг там окажется какой-нибудь тесак...
-АААаааааааааааа!!!!!!!!!!!
Этот гад зажег огонь! Я опалил руку! Было очень больно! Я схватил ее другой рукой и боялся на нее посмотреть! Моя нежнокожая, изящная эльфийская ручка была обожжена!
-Халдир, в чем дело?
Во мне проснулся дух тигра! Я со всего маху ударил Леголаса в челюсть! Кажется, больной рукой. Ой, и больно же было, зато Леголас упал, как подкошенный. И, что самое классное, не вставал. Как я люблю, когда он не встает! Я предупреждал его! А он так подло поступил!
Я подковылял (я, кажется, сломал правую ногу) к умывальнику. И открыл воду. И посмотрел на свою ручку. Мама! Он была вся малинового цвета, а серединка ладони-красного, да еще и кровь текла! Ненавижу, когда из меня вытекает священная кровь Гил-Гэлада! Надеюсь, что пока я потерял только мамочкину.
Я аккуратно подставил руку под напор воды и уже хотел завернуть ее полотенцем, как что-то ударило меня по ногам и я упал на пол, причем на котлеты. А головой я ударился об кастрюлю. И тут же на своей шее я почувствовал... нет, я точно ощутил чьи-то грязные, кровавые, тонкие пальцы.
-Леголас, уберись от меня!
Он не послушался-хам! Я ведь почти в два раза его старше. Поэтому мне оставалось только бить ногами, и с пятого раза я куда-то его ударил. Он согнулся пополам и прежде чем отползти в сторону, плюнул в меня... Феее, как это было противно и неприятно, он плюнул в меня своим выбитым зубом, по-моему, это был нижний резец, а может и нет?
Я отполз от него подальше. И стал в панике оглядываться по сторонам. Не смейтесь, в тот момент мне было действительно страшно. Тут он посмотрел на меня... Сколько было в этих глазах злости! Барлог рядом с этими глазами просто сопля. Я начал осторожно шарить вокруг себя:
-Т-ты-убийца!
-Ты тоже!
-Ты-маньяк!
-Ты тоже!
-Ты-садист!
-Ты тоже!
Да его что, переклинило?!
-Ты-отродье Трандуиловское!
-А ты... Ты-Селебернов слуга!
-Зато у меня отец-Калаквенди!
-Ну и что. А у меня-Синдар!
-А мой круче!
-А мой король!
Нашел чем хвастаться! Вот идиот. Я моментально вспомнил кое-что, что слышал в этом мире насчет короля. Я сразу это высказал:
-Король, король! Король унитазов!
Ого, как отпала! Не знал, что челюсть может так отпасть. Интересно, что будет дальше? Кто кого сегодня убьет?
-Халдир, кто отец Орофина?